Часть 1
2 июня 2022 г., 19:38
Большой черный автомобиль остановился перед фермерским домом. Двери Импалы скрипнули, напоминая ее владельцу о том, что он тоже не молодеет.
Джон Винчестер был далеко не стар, но заметил, как в последее время хрустят и скрипят его кости. Хотя раньше в его теле была только ловкая грация, отточенная годами практики и тренировок, как в морской пехоте, так и на охоте.
Он сидел в машине и слушал, как препираются его сыновья. Их спор действовал ему на нервы последние несколько сотен миль, пока они ехали до фермы Джима Мерфи. Если Джону придется провести еще минуту, слушая их болтовню, ругательства и Бог знает, что еще могли придумать засранцы, чтобы свести его с ума, Джиму не придется развлекать детей на Рождество, потому что Джон прибьет их.
Сэм первым выскочил из машины навстречу лающей Скаут. Десятилетний мальчик был более чем счастлив сбежать подальше от своего брата. Сэм опустился на колени, чтобы хорошенько потискать собаку. Радостная черная лабрадорша прыгала и лаяла, и на мгновение Джон задумался, не случилось ли чего. Но он тут же оттолкнул паранойю, скорее всего Скаут просто давно не видела Сэма, и была рада, что ее мальчик приехал.
Обиженный пятнадцатилетний Дин посмотрел на своего брата, потом вылез из машины и с удивительной мягкостью закрыл дверь. Дин очень любил Импалу, чего нельзя сказать за младшего брата. В последнее время они не очень ладили.
Это было чертовски странно. Джон никогда не видел таких близких отношений как между его мальчиками, и он гордился ими, как гордилась бы и Мэри. Но они постоянно жили все вместе, находились под боком друг у друга, и такая жизнь имела свои недостатки. И тогда беззаботные, поддразнивающие шутки превращались в споры, когда оба мальчика намеренно стебали друг друга. На этот раз ссора закончилась тем, что Джон вышел из себя, закричал на них и запретил любые разговоры, любую музыку. Единственное, что было позволено — это дышать. Он даже не хотел, чтобы они думали друг о друге, потому что Джон был уверен, что они могли общаться и ругаться даже мысленно.
Почему никто не сказал ему, что иметь детей так утомительно? И почему, черт возьми, никто не предупредил его о подростковом возрасте? Он бы успел подготовиться.
Иногда Джон садился поудобнее и с удовольствием наблюдал за удивительными детьми, которых они с Мэри привели в этот мир. А иногда ему хотелось дать им обоим подзатыльник и сказать заткнуться, как он иногда делал с Калебом.
Но сейчас Джон даже не понимал, из-за чего возникла ссора. Хотя в последнее время мальчики могли поцапаться из-за пустяка.
Дин, обычно, был спокойным, счастливым ребенком, поэтому, когда он был в плохом настроении Джон не знал, что с ним делать. Мэри точно смеялась над ним с небес. Она всегда предупреждала его, что, в конце концов, у него будет сын похожий на него. Но вот незадача, у него их было двое, которые были похожи на Джона, и самое главное, оба унаследовали Винчестеровское упрямство.
Звук хлопнувшей сетчатой двери оторвал Джона от жалости к себе. Сэм стоял на крыльце, глядя на дом, а Скаут дергала его за рукав рубашки, пытаясь подтащить к крыльцу.
Подавив стон, Джон вышел из машины, не обращая внимания на хруст в коленях. Его тело протестовало против любого движения после долгого сидения за рулем. Он отказывался признавать, что стареет, и если будет игнорировать признаки, то ему и не нужно будет этого признавать. Пока Калеб не начнет его дразнить.
Джон вздохнул и с ироничной улыбкой посмотрел на небо. Что он сделал, чтобы заслужить раздражающего экстрасенса в семью вдобавок ко всему прочему? Джим продолжал говорить ему, что это судьба. А Калеб не раз говорил ему, что так судьба отплатила ему, и теперь Джону придется терпеть его. Что ж, у судьбы было забавное чувство юмора, или просто она не очень любила Джона.
Захлопнув дверцу машины, Винчестер подошел к Сэму, решив пока оставить сумки в багажнике.
— Как дела, Сэмми?
Подросток только пожал плечами и посмотрел на черную мохнатую голову, которую гладил.
— Я в порядке.
Джон приподнял бровь, обычно Сэм любил поболтать. Он не был из тех, кто сдерживает свои мысли, всегда был готов вскочить и высказать свое мнение, нужно оно было кому-то ему или нет. Теперь, видимо, Сэм решил взять пример с брата. Просто фантастика.
— Хочешь рассказать мне, что происходит между вами двумя? — спросил Джон, обнимая Сэма за плечи. Как бы Джон не скулил, он любил своих мальчиков, и что-то их беспокоило. В семье Винчестеров не привыкли обниматься, но Джон просто хотел, чтобы мальчики снова стали друзьями.
— Не совсем, — тихо ответил Сэм, но не отошел от отца.
Джон отступил и взяв сына за плечи, опустился перед ни на колени.
— Я уже получил от твоего брата фразу «ничего страшного».
Сэм закатил глаза, и Джон раздраженно нахмурился. Сэму было десять, и он уже начал бунт? Боже, помоги ему.
— Сэм, я устал, и хочешь верь, хочешь нет, я просто хочу помочь.
Он не всегда был тем людоедом, каким его считал Сэм. Мальчик открыл рот, чтобы ответить, но его перебил крик Дина из дома:
— Папа!
Джон схватил Сэма за плечи, когда ребенок шагнул к дому. От страха в голосе Дина душа Джона ушла в пятки. Но если в доме что-то случилось, он не хотел, чтобы Сэм тоже попал в эту ловушку. Одного сына в отчаянном положении было достаточно.
— Сэм, я хочу, чтобы ты сел в машину и запер двери.
— Но…
— Сейчас же! — рявкнул Джон и подтолкнул сына к Импале.
После секундного колебания Сэм рванул обратно к машине, увлекая за собой Скаут. Джон поморщился от мысли о грязных лапах лабрадорши на кожаных сиденьях. Но сейчас не было времени беспокоиться об этом.
Винчестер быстро и уверенно двинулся к дому, вытаскивая пистолет из-за пояса. Ферма Джима была защищена. Здесь было безопасно, по крайней мере, от сверхъестественного, но люди не раз нарушали покой дома.
Он услышал топот, когда кто-то приближался к двери, и отступил назад, готовый ко всему. Дверь распахнулась, и Дин выбежал наружу, в спешке чуть не врезавшись в отца.
— Папа!
— Эй, — Джон успел поймать Дина до того как тот слетел с крыльца. — Подожди. Где пожар, чемпион?
Дин глубоко вздохнул и испуганно посмотрел на отца.
— Папа, это Джим.
У Джона перехватило дыхание. Он уже терял близких людей, и не был готов к новой потере. Он никогда не будет готов к этому. Во рту у него пересохло.
— Папа? Ты в порядке? — Дин схватил его за руку.
Джон мысленно встряхнулся и встретился с испуганным взглядом Дина.
— Я в порядке. Где Джим?
— Он в «Гробнице Охотника». Он лежит на полу, а Аттикус свернулся рядом с ним.
— Там есть еще кто-нибудь? — если в доме была такая серьезная угроза, чтобы вывести из строя Стража, тогда Джону нужно было с ней справиться.
Дин покачал головой, а затем схватил отца за руку и потянул в дом.
— Там только пастор Джим. Папа, я не могу его разбудить.
Джон насторожено вошел в дом и быстро пошел за Дином, который уже был возле двери «Гробницы Охотника». За пару шагов подросток остановился рядом с Джимом, Аттикус поднял глаза и заскулил при их появлении.
Джон вошел медленнее, осматриваясь в поисках следов опасности. Но даже наметанный глаз Рыцаря не смог увидеть ничего опасного, за исключением лежащего на полу Хранителя и открытой книги рядом с ним.
Джон перевел взгляд на Джима. Пастор дышал, но его дыхание было прерывистым и частым. Положив руку на лоб друга, Джон почувствовал высокую температуру. У Джима была лихорадка, и его кожа приобрела синеватый оттенок, что нисколько не успокаивало.
— Папа? — Дин смотрел на отца так, словно у того были ответы на все вопросы.
Весь гнев и подростковая угрюмость исчезли из его взгляда, как будто их и не было. В глазах Дина был страх, и он без слов просил Джона все исправить.
— Иди, позвони в 911, сынок.
— Но с ним все будет в порядке? — спросил Дин, медленно вставая.
— Конечно, — уверенно сказал Винчестер, хотя уверенности он как раз и не чувствовал. Но Дин поверил, что Джим будет в порядке, потому что Джон Винчестер так сказал. — Иди, Дин. Сейчас же.
Подросток бросил на Джима еще один взгляд, в котором было столько детской невинности, что у Джона перехватило дыхание. Дин тоже пережил потерю, и вид поверженного Джима Мерфи потряс ребенка до глубины души. Это было видно невооруженным глазом. Но тут же во взгляде Дина появилась решимость, и испуганного ребенка сменил надежный солдат. И Рыцарь ненавидел себя, но был благодарен за эту перемену.
Как только Дин вышел из комнаты, Джон прижал два пальца к горлу Джима, проверяя пульс.
— Слишком быстрый, — проворчал Джон. Если он хотел, чтобы Дин оставался спокойным, значит, ему это тоже нужно сделать. Он взрослый, и, черт возьми, Рыцарь Братства.
Джон провел рукой по жесткой щетине. Джим назначил его Рыцарем Братства. И он должен был убедиться, что с Хранителем ничего не случится, а сейчас друг был без сознания и изо всех сил пытался дышать.
Винчестер встал, подошел к Аттикусу и оттолкнул верного пса.
— Ты хорошо поработал, мальчик, — пробормотал он, благодарно погладив Аттикуса за то, что собака охраняла хозяина.
Он взял Джима за плечи и перевернув на спину, подтянул к себе на колени, чтобы Джим спиной опирался об него. До приезда скорой помощи Джон мало что мог сделать, но надеялся, что в таком положении Джиму будет легче дышать. Пастор пошевелился и застонал, но не пришел в себя.
— Джим, какого черта, с тобой произошло? — спросил Джон, хотя знал, что друг не ответит.
В коридоре послышались шаги, и когда Джон обернулся, он не удивился, увидев обоих своих сыновей в дверях. Сэм стоял так близко к старшему брату, что их можно было принять за сиамских близнецов. Очевидно, противоборствующие стороны заключили перемирие. Конечно, Джон хотел этого, но не таким образом. Почему их жизнь не может быть простой? Почему добро не могло случиться просто так?
— Скорая помощь уже в пути.
— Хорошо, Дин, — сказал Джон. — Ребята, вам стоит пойти в конец дороги и убедиться, что скорая нас найдет.
Дин кивнул, не сводя глаз с Джима.
— Да сэр. — Он попятился, увлекая за собой Сэма.
— Просто держись, старый друг. Все будет хорошо, - прошептал Джон.
***
Ожидать в больнице было тяжелее всего. Там появлялось слишком много времени, чтобы придумать все худшие сценарии развития событий. Дин уже должен был привыкнуть к этому, ведь столько раз оказывался в таком положении. Но на этот раз все было иначе. На этот раз в больнице был пастор Джим. Дин всегда боялся потерять родных. Он не хотел видеть папу в больнице, или Калеба, Бобби, Мака или того хуже… Сэмми. Но так уже бывало, и это шокировало его каждый раз. Они все вели опасную жизнь. Похищение, организованное Гриффином Портером пятью годами ранее, только доказало, что плохие вещи случаются, даже если вы не ищете неприятностей. Мерлин жил в своем охраняемом замке и присматривал за всеми. Он не должен был пострадать. Это же Джим. Эти три слова крутились в голове Дина, как заезженная пластинка. Он никогда не забудет, как нашел пастора на полу. Дин поднял глаза на отца, который метался по комнате ожидания как тигр в клетке. Дина обеспокоило то, что его отец так нервничает. Значит, все было серьезно. Дину нужно было подышать свежим воздухом. Сэм прилип к нему как сорняк. Злость, которую Дин испытывал к младшему брату до того, как вошел в дом Джима, полностью исчезла, и он сожалел о том, что был так суров с ребенком. Он даже толком не помнил, из-за чего они поссорились, но это был пустяк. Пусть Сэм и вел себя как придурок, но Дину не стоило на нем срываться. Ему просто нужно было время, чтобы перевести дух. Он не хотел отвечать на постоянный вопрос Сэма в порядке ли он. Отодвинувшись от Сэмми, который сидел на диване рядом с ним, Дин заметил, как отец перестал вышагивать по комнате, а Сэм уже открыл рот, чтобы задать вопрос. Глядя на них обоих, Дин ткнул большим пальцем через свое плечо. — Я просто хочу подышать воздухом. — Я могу пойти с тобой? Дин изо всех сил старался не застонать, потому что не хотел обидеть Сэма отказом. Он не пытался уйти от ребенка, а просто хотел побыть один. — Нет, останься с папой, Сэмми. — Почему? — Потому что… — Потому что ты нужен мне здесь, Сэмми, — внезапно ответил Джон, снимая бремя с плеч старшего сына. И Дину стало интересно, что отец скажет дальше. Это должно было быть интересно. Джон замер на пару секунд, потом выпрямился в полный рост. — Если нам разрешат проведать Джима до того как твой брат вернется, ты же не хочешь чтобы старик увидел мое лицо первым? Дин чуть не улыбнулся, наблюдая за их разговором, когда Сэм скептически сморщил нос, сказал отцу: — Кого ты обманываешь? — Поверь мне, малыш. Джим будет рад увидеть при пробуждении тебя, а не меня. Сэм перевел взгляд с Джона на Дина, потом кивнул и откинулся на спинку дивана, его ноги едва доставали до пола. — Хорошо. Джон подошел к Дину и вытащил бумажник из заднего кармана джинсов. Потом достал двадцатку и протянул сыну. — Почему бы тебе не принести нам что-нибудь поесть и попить? Дин взял деньги и сунул их в свой карман. — Спасибо папа. Потом развернулся и ушел, прежде чем его задержат, благодарный, что отец пошел на битву с Сэмом за него. Он скоро вернется и уделит брату все свое внимание, но сейчас ему нужно было подышать воздухом, прежде чем он задохнется от страха за Джима. Порыв холодного воздуха ударил Дину в лицо, и он с наслаждением сделал вдох. До Рождества осталась всего неделя, и вот он стоит перед больницей, ожидая известий о состоянии родного человека. Их семья проклята? Почему кто-то должен быть почти присмерти каждое Рождество? Дин подошел к скамейке, что стояла неподалеку, и сел, сложив руки перед собой. Он сходил с ума от беспокойства. Джим боролся, чтобы остаться с ними, а Дин не мог ему помочь. И папа ни черта не мог сделать. Подросток вытащил мобильный телефон из кармана, но не было пропущенных звонков или сообщений. Единственные люди, которые могли связаться с ним, были здесь, в больнице, а остальные были уже в пути… Все, кроме Калеба. Дин понял, что даже не заметил как открыл список контактов. Он вышел на улицу не для того, чтобы кому-то позвонить, но когда на экране появилось имя Калеба, Дину ужасно захотелось нажать кнопку вызова. Ему нужно было поговорить с кем-то. Папа и Мак разговаривали по телефону, и договорились не звонить Калебу, пока не узнают что с Джимом. Возможно, они таким образом пытались его защитить. Дин помедлил, его большой палец замер над кнопкой вызова. Он же не проявляет неповиновение, ведь отец никогда не говорил «не звони Калебу, это приказ»? На этот раз ему было все равно, даже если он нарушит приказ отца, потому что дело было в Джиме. Он нажал кнопку вызова и поднес телефон к уху. В трубке раздалось всего несколько гудков, а потом на звонок ответили, и Дин услышал знакомый голос. — Двойка, не говори мне, что уже скучаешь по мне. Дин хрипло засмеялся. Он разговаривал с Калебом накануне, когда экстрасенс позвонил, чтобы сообщить Винчестерам, что скоро приедет на ферму. Они планировали рождественский розыгрыш. Казалось, что они болтали так давно, хотя это было только вчера. — Все в порядке? — спросил Калеб. — Кое-что случилось. — Ты в порядке? — У меня все нормально. — Чувак… — Я в порядке, — повторил Дин более настойчиво. — Это… — С Сэмми все в порядке? А Джон? Где вы? — Чувак! — Дин закатил глаза, когда Калеб затарахтел вопросы. — Что?! — Заткнись на две секунды, чтобы я мог вставить словечко. На другом конце линии повисла тишина, и Дин вздрогнул от холодного декабрьского воздуха. Он пожалел, что не взял с собой куртку. — Говори, — приказал Калеб, через пару секунд. Дин глубоко вдохнул и приготовился сказать неприятные новости лучшему другу. — Это Джим. — Что? — со страхом спросил Калеб. — С ним что-то случилось. — Что это значит? Дин разочарованно зарычал, проведя рукой по волосам. — Не знаю. Врачи нам еще не сказали. — Врачи? Где вы, черт возьми? — В больнице в Луисвилле. — Дин вздохнул, глядя на свои ботинки. — Что случилось? Дин услышал, как друг торопливо собирает вещи. — Я не знаю. Мы добрались до фермы, и я зашел внутрь. Аттикус лаял в «Гробнице Охотника», поэтому я вошел посмотреть, а он лежал на полу. В трубке снова наступила тишина, как будто Калеб перестал двигаться и даже дышать. — Кто? Аттикус? — Не Аттикус, придурок. Джим. Мы вызвали скорую… — Твою мать. — Ага. — Папа знает? Дин кивнул, несмотря на то, что Калеб не мог видеть его. — Да, папа позвонил ему, когда мы приехали в больницу. Он уже в пути. — Я тоже. — Дэмиен. — Что? — послышался звук закрывающейся двери, а затем быстрые шаги Калеба. — Папа и Мак не хотели тебе говорить, пока не узнают больше. Я не должен был тебе звонить. — Почему, черт возьми, нет? Дин снова пожал плечами, оглядываясь на двойные раздвижные двери, ведущие в больницу, где ждали его отец и Сэм. — Они не хотели, чтобы ты спешил сюда. Не хотели тебя беспокоить. Калеб рассмеялся, но в его смехе не было веселья. — К черту. Я сейчас приеду. — Но… — Не парься, Хан, я скажу им, что почувствовал возмущение в силе. Дин ухмыльнулся, на этот раз добродушно закатив глаза. — Только постарайся не погибнуть, чтобы добраться сюда побыстрее, Оби-Ван. В трубке послышался грохот двигателя джипа Калеба, и напряжение в душе Дина уменьшилось. — Ты же меня знаешь. — Именно поэтому я беспокоюсь, чувак. — Успокойся, малыш. Все будет хорошо. — Как ты можешь быть так уверен? — Потому что сейчас Рождество, — ответил Калеб, как будто это было очевидно. — Верно, — задумчиво ответил Дин. — Но все равно будь осторожен. Мы еще не знаем, что случилось. — Я обещаю, что буду хорошим мальчиком. Скоро увидимся. Калеб положил трубку, и Дин закрыл глаза, медленно опуская телефон. Он вспомнил короткую речь Калеба о рождественских чудесах два года назад. Потом посмотрел на небо из-под навеса у входа в больницу, и помолился, чтобы в это Рождество свершилось еще одно чудо. Дину было четырнадцать, и он уже давно не верил в Санту, и не знал, верит ли он в Бога или в ангелов, но молился, чтобы большой парень действительно существовал, и отплатил за веру, которую пастор Джим показывал Ему каждый день. Дин не мог потерять Джима. — Дин? Подросток подпрыгнул, услышав голос брата. Он развернулся, сунул телефон в передний карман джинсов и подошел к Сэму, который сейчас выглядел очень маленьким. Дин не был уверен, то ли дело в том, что куртка Сэма была чересчур большая, то ли у него были плохие новости. — Сэмми, я думал, что ты останешься с папой. Сэм пожал одним плечом. — Он послал меня за тобой. Доктор вышел поговорить с ним. Душа Дина ушла в пятки от страха. Он не хотел двигаться, боясь, что если сейчас войдет в больницу, то услышит слова, которые не хотел слышать. Может быть, если он просто останется здесь, то все будет как прежде. — Дин, ты в порядке? — Как Джим? Дин не был уверен, что хочет услышать ответ, но его утешало то, что Сэм не рыдал навзрыд. Это должно было что-то значить. — Не знаю. Папа послал меня сюда, как только вышел доктор. Дин протянул руку и похлопал брата по плечу, а затем развернул и подтолкнул обратно к двери. — Тогда пойдем и узнаем. Джим будет в порядке. Другой альтернативы не было.***
Открыв дверь, Калеб засунул голову в комнату. Сквозь жалюзи на окне пробивался утренний свет. Одна кровать была занята, как и стул рядом с ней. Экстрасенс тихо проскользнул в комнату и закрыл дверь. Он замер у входа, прислонившись спиной к двери и уставившись на бледного пастора Джима. Из-за гололеда на дороге, поездка была долгой и трудной. Он не хотел потерять контроль над джипом и провести остаток ночи в холодной канаве. Он пообещал Дину, что будет осторожен, и не хотел попадать в аварию. Но проехав всю ночь, он наконец стоял в палате Джима. Неподвижное тело пастора на больничной койке, под накрахмаленной белой простыней словно высасывало из Калеба остатки сил. Он прислонился затылком к двери, закрыл глаза и выдохнул. — Дэмиен? Калеб вздрогнул, услышав тихий голос Дина. Он выпрямился и оттолкнулся от двери. — Нет. Это твоя фея-крестная. — Когда ты приехал? — Дин проигнорировал насмешку и выпрямился на стуле, потирая глаза. — Только что, — ответил Калеб, взглянув на Джима, прежде чем снова посмотреть на Дина. — Где остальные? — Он обошел кровать, взлохмачивая волосы Дина, прежде чем подросток отшатнулся от него. Калеб прислонился к подоконнику, скрестив руки на груди. — Папа забрал Сэмми на ферму. Мак где-то здесь, — Дин посмотрел на часы. — Я заснул. — Да неужели? — Калеб ухмыльнулся, а затем стал серьезным. — Итак, что мы знаем? Я удивлен, что Джонни не поставил охрану возле комнаты Стража. — Ложная тревога, Дэмиен. — Дин вздохнул и откинулся на спинку стула. — Что ты имеешь в виду? — Это был не приступ. У Джима пневмония. Такого Калеб точно не ожидал. Он исключил нападение сверхъестественного, потому что Джима нашли на ферме, но со стариком могло приключиться что-нибудь еще. Это был бы не первый раз, когда люди хотели напасть на Хранителя. Попытка переворота Гриффина произошла почти пять лет назад, но Калеб еще не забыл об этом. Тогда Дин заболел пневмонией. Калеб опустил руки и наклонился вперед. — Пневмония? Серьезно? Как его угораздило? — Он бормотал что-то про корову и снег. Ривз приподнял бровь и уставился на друга. — Он играл с Бобби в снежки? — Очень смешно, — закатил глаза Дин. Калеб весело фыркнул, покачал головой и взглянул на пастора. Странно было видеть Джима спящим. Обычно Хранитель дежурил у его постели, а не наоборот. Это было новая ситуация, и она ему не понравилась. — Итак… — начал Калеб. — По тому, что члены Братства не тусуются в палате, я так понимаю, что с Джимом все будет в порядке. — Ага, — начал Дин, но дверь в комнату открылась, прерывая его на полуслове. В палату вошел Макленд Эймс, держа в руке стакан с горячим кофе, его одежда была помятой. Калеб не привык видеть отца в таком виде. — Дин, я… — Мак резко замолчал, и Калеб ухмыльнулся, глядя на удивленного отца. Он поднял руку и слегка помахал. — Калеб, я как раз пытался дозвониться до тебя. — Доктор прошел дальше в комнату. Ривз покосился на Дина, потом перевел взгляд на отца. — Я выключил телефон перед тем, как зайти в комнату Джима. — В больничных палатах нельзя было пользоваться мобильными телефонами. Это был общеизвестный факт. И за это особое правило его неоднократно ругали. — Как ты узнал, что нужно приехать? — Я решил приехать на несколько дней раньше. Я позвонил Двойке, чтобы сообщить вам, и не нужно быть гением, чтобы понять, что что-то не так. — Понятно, — ответил Макленд и посмотрел на Дина. — Он все равно был уже в пути, так что я решил, что могу ему все рассказать, — сказал Винчестер, выпрямившись в кресле. — Конечно, Дин, — машинально согласился Мак. Калеб снова скрестил руки на груди. — Так каков вердикт, док? — Калеб не очень доверял докторам, но его отец был исключением. Макленд устало вздохнул, проведя пальцем по лбу. — Каков вердикт? У него пневмония. Тяжелый случай. Судя по тому, что он рассказал нам в короткие мгновения когда приходил в себя, Джим помогал соседу с коровой, которая застряла в заборе. Он работал на холоде, в снегу и переутомился. И вот результат. Калеб не был удивлен. У Джима были обязанностями не только перед Братством, но и перед церковью и прихожанами. Так что не удивительно, что Джим больше беспокоился о других, находящихся на его попечении, чем о себе, особенно в это время года. — Но он поправится, верно? — спросил Калеб. Только это он и хотел услышать. — Я думаю, что да. После некоторого вынужденного отдыха он полностью выздоровеет. — Думаю, в этом году наступила наша очередь дарить Джиму Рождество, — сказал Дин, впервые улыбнувшись с тех пор, как пастор попал в больницу. Он посмотрел на Макленда. — Он будет дома на Рождество, не так ли? — Да, — уверенно кивнул доктор. — Он проведет в больнице о статок недели, просто на всякий случай. Но Джим сможет вернуться домой к праздникам. Дин и Калеб расслабились. Дин никогда не признается в этом, но он всегда с нетерпением ждал Рождества. И не из-за праздничного настроения и подарков, а из-за чего-то гораздо более важного. На Рождество они все собирались вместе, не из-за охоты, не из-за какой-то катастрофы, а просто чтобы поесть, повеселиться и просто побыть семьей. Одной большой странной семьей. Никто из них не говорил этого вслух, но Калеб был уверен, что все они думают так же. Мысль о том, чтобы провести Рождество на ферме без Джима, была просто неправильной. Калеб бросил взгляд на Дина. Если Джим Мерфи не сможет вернуться домой до Рождества, тогда они, черт побери, принесут Рождество Джиму Мерфи в больничную палату.***
— И что дальше? Медицинское образование помогло тебе приготовить гребаную индейку? — Очевидно, что я смог сделать это лучше чем ты. — И кто в этом виноват, о великий и чудесный доктор Эймс? — Ну, точно не я. — Ну, я надеюсь, что теперь ты счастлив. Ты приготовил рождественскую еду для собак. Я уверен, что из-за этого Аттикус переметнется от Калеба к тебе. Ты готов к поклонникам, Макленд? — Нет, Джонатан. — Мак указал длинным пальцем на Джона стоя у другого конца стола, на котором они пытались приготовить рождественский ужин из индейки. — Не вали все на меня. Я не виноват, что ты не можешь правильно прочитать инструкции. Я должен был сделать все сам. — Я правильно прочитал инструкции. Ты их неправильно записал! — Джон шлепнул лист бумаги рядом с подгоревшей едой. — Может быть, им нужно было просто приготовить стейки, — тихо сказал Калеб, сидя на диване в гостиной рядом с Дином. Сэм пришел с улицы, где кормил лошадей, и обнаружил, что Дин и Калеб сидят на диване бок о бок, наблюдая за суматохой на кухне пастора Джима. Сэму показалось, что из-за индейки на кухне разразилась третья мировая война. Младший Винчестер сел в кресло, откуда мог хорошо видеть, что происходит на кухне, и с изумлением наблюдал, как по комнате летали кухонные полотенца, а Рыцарь и Ученый носились по кухне споря и работая одновременно. Он словно смотрел театральную пьесу. Джон и Макленд часто спорили, но Сэм не мог припомнить, чтобы они когда-либо ругались. — А кто выдвинул идею приготовить еду, пока Джим лежит в постели? — спросил Дин, подвигаясь ближе к Калебу, чтобы заглянуть на кухню, когда на пол с грохотом упала сковорода. Ривз задумался на секунду, словно пытаясь вспомнить, как их угораздило вляпаться в такую ситуацию. — Если я правильно помню, папа заикнулся, когда они с Джонни были в палате Джима, и пастор поблагодарил их обоих. Сэм оторвал взгляд от кухни и повернулся к брату и Калебу. — Так это Джим предложил, и они согласились с этим? — Можно сказать и так. — Но никто из них не умеет готовить. Это было правдой. Дин всегда готовил, когда они были вдали от фермы, Хотя и Джон иногда вставал у плиты, и это было неплохо. Иногда в местах, где они останавливались, была даже печь, и папа готовил жаркое. — Очевидно, они могут возглавлять Триаду, но готовить вместе — это слишком большое испытание, — пошутил Калеб, откидываясь на подушки. — Как ты думаешь, есть неподалеку пиццерия, которая доставляет еду на Рождество? — спросил Дин, хлопнув друга по животу. — Может быть, индейку. — Он вопросительно поднял брови, и Калеб серьезно кивнул. — Нельзя есть пиццу на Рождество, — закатил глаза Сэм. — Сэмюэль прав. Все трое обернулись, чтобы посмотреть на лестницу, и на их лицах отразилась смесь шока и беспокойства. Джима выписали из больницы на несколько дней раньше, при условии, что он будет придерживаться постельного режима. Сэм думал, что Мак зря сотрясал воздух, пытаясь удержать пастора в постели. Кто ж знал, что Джим ничем не лучше Дина или Калеба, и даже Джона, когда он болел? Они по очереди сидели с ним в его комнате, чтобы составить компанию, но он все равно заскучал. — Что, черт возьми, происходит на моей кухне? — спросил Джим, посмотрев в сторону кухни. — Бэтмен и Робин пытаются готовить вместе, — ответил Калеб, вскакивая на ноги и направляясь к пастору. — Джим, ты должен быть в постели. — Чепуха, — ответил Джим, но позволил ему взять его за руку и отвести к дивану, где Дин подвинулся, чтобы освободить место. — Я был в той комнате несколько дней, и даже у меня есть свои пределы терпения. — Он одарил их кривой улыбкой. — Ты всегда говорил мне, что когда люди болеют, им стоит оставаться в постели, — возразил Дин, беря подушку с края дивана и кладя ее Джиму под спину. — И это, мой мальчик, очень верно, но я разрешаю тебе сидеть на диване, не так ли? — Ага, — нехотя согласился Дин. Они все очень испугались, когда увидели Джима таким больным. — Как ты себя чувствуешь, пастор Джим? — спросил Сэм, не обращая внимания на непрерывную ругню, что доносилась из кухни. — Я чувствую себя намного лучше. — Джим улыбнулся, а затем посмотрел на Дина и Калеба. — Клянусь. — Можешь пообещать нам никогда больше так не делать? — спросил Дин, глядя на Джима. Он поднял ноги, словно хотел положить их на столик, но передумал. — Ты можешь помогать Божьим созданиям в любое время, когда захочешь, но ты также должен помнить и о себе, — добавил Калеб. — Ты нужен нам, пастор Джим, — закончил Сэм. На глаза Джима навернулись слезы, и мгновение он молчал. Потом положил руку на плечо Дина, а другую руку на плечо Калеба и притянул их к себе, не сводя глаз с Сэма. — Мальчики, мне жаль, что я напугал вас. Я не хотел. Но я обещаю вам, что буду лучше заботиться о себе. Я никуда не уйду. Все трое молча кивнули, и Джим сжал плечи Дина и Калеба. — Кроме того, — добавил Джим. — Было бы неправильно с моей стороны оставлять вас одних на Рождество. — Он указал на кухню. — Хорошо, потому что я беспокоюсь, что это может быть опасно для нашего здоровья, — сказал Калеб. Дин фыркнул и откинулся на угол дивана. — Они, наверное, заставят нас съесть все, что они там испортили, просто из-за вредности. — Скажи спасибо, что это не тунец, — напомнил ему Калеб и вздрогнул. — Мальчики… — начал Джим, но замолчал, когда в гостиную ворвались Джон и Мак в фартуках, и все еще рыча друг на друга. Они резко остановились, когда увидели пастора. — Джим… — Ты должен быть… Джим поднял руки. — Я не инвалид. И могу сидеть в своей собственной гостиной и разговаривать со своими мальчиками. — Но более насущный вопрос в том, будем ли мы есть бутерброды с арахисовым маслом на рождественский ужин? — Возможно, Ривз. — У нас с Джоном все под контролем, — сказал Макленд, вытирая руки кухонным полотенцем. — Да, мы это видим, — ответил Дин и отвел взгляд, когда отец посмотрел на него. — Я уверен, что все, что приготовили ваши отцы, будет очень вкусно, — сказал Джим, но даже выражение его лица было скептическим. Услышав звук подъезжающей машины, все посмотрели на входную дверь. Джон всегда был начеку, направился к окну и отодвинул занавеску, чтобы посмотреть, кто приехал. — Это Сингер… С Миссури на буксире. — Он задернул шторы и вышел за дверь. Макленд последовал за ним. Калеб и Дин переглянулись и одновременно встали. — Ты уверен, что с тобой все в порядке, Джим? — спросил Дин, прежде чем двинуться за другом. — Я в порядке. Иди. Сэм рассмеялся, когда двое друзей последовали за отцами на улицу, чтобы поприветствовать прибывших. Младший Винчестер решил остаться с Джимом. Несколько мгновений он внимательно смотрел на Стража и с облегчением понял, что тот действительно выглядит лучше. И за это Сэм был благодарен больше всего. Это был единственный подарок, который он хотел. — Интересно, почему Миссури приехала с Бобби, — сказал он. — Это моя работа, — в глазах Джима мелькнул озорной огонек. — Что ты имеешь в виду? — Я знаю твоего отца и Макленда. Мы все их очень любим, но я подумал, что нужно придумать запасной план, на всякий случай. — Джим подмигнул ему. На лице Сэма появилась широкая улыбка. — Они привезли еду. Сэм считал себя счастливчиком, в этом году его рождественское желание сбылось. С Джимом все будет в порядке, а благодаря Миссури, они все смогут наслаждаться рождественским ужином.
