Не идеал

      У Дина Винчестера вновь отобрали всё. Любимого младшего брата, в частности. Единственного верного человека, что находился рядом и кому можно было доверять. Надо ж это было ему соглашаться. Люцифер, будь он проклят! Глаза б не видели... Но что теперь? Сэм настоял на том, чтобы его не пытались вернуть. Да как бы не так. Может, он знал, что его в силах вытащить кто-то кроме брата, точно как Дина тогда спас Кастиэль? Но с другой стороны… Нет, сначала надо было бы скорее добраться до Лизы, ибо... как там? ночь темна и полна ужасов? В существующих реалиях и подавно.       — Бог дал тебе новые блестящие крылья, и ты вдруг снова его преспешник? — в продолжение уже начавшегося диалога поинтересовался Винчестер, не отвлекаясь от дороги, у рядом сидящего ангела, ощущая внутреннюю нарастающую неприязнь.       — Я не знаю, чего хочет Бог. Не знаю даже, вернётся ли он. Просто… думаю, так будет правильно.       — Если ты его увидишь, передай ему, что он будет следующим.       Спустилась неловкая тишина, они переглянулись. Глаза охотника в ярком свете мелькающих на обочине уличных фонарей прямо искрили жаждой отомстить за брата любой ценой. Ничего особенного, но он в действительности был готов буквально убить Бога, дайте ему только инструкцию.       — Ты злишься, — Кас был раздражающе спокоен. Как и всегда. Будто не случилось ничего.       — Это слабо сказано.       — Он помог, — пытался зачем-то уговорить его напарник, а заодно и себя, прекрасно зная принципиальность в убеждениях охотника.       Именно такая помощь им и нужна была. Ага, как же. Дин фыркнул.       — Может, даже больше, чем мы сде…       Винчестер оборвал фразу, не желая дослушивать лишние оправдания:       — Тебе легко говорить — он воскресил тебя. А как же Сэм? Как я, а? Где мой главный приз? Я получил только брата… в яме, — парень даже не старался скрыть агрессию. Но кого он винил? Кас точно здесь ничего не решал, он лишь рядовой ангел. Ну или был им. Пришлось сбавить обороты и потушить вспыхнувший огонь в тоне разговора.       — Ты получил то, что просил, Дин: ни Рая, ни Ада. Всё то же самое, — утверждения звучали честно, хотя уже и не очень вразумительно.       Старший Винчестер молча слушал. Где-то в подсознании он соглашался с этими словами, но всё равно отрицал, поддаваясь защитному механизму, чем вредил себе ещё больше.       — Я серьёзно, Дин. Что ты предпочтёшь: покой или свободу?       Наступила долгая тишина. Самая оглушающая, которая может быть после подобного вопроса. Может, он был риторический? Однако, всё равно хотелось бы в действительности знать на него ответ. Мысли спутались и давят на виски, настойчиво стуча вместе с тяжёлыми каплями дождя, что звонко ударялись о стёкла и металл автомобиля, на скорости рассекающего влажный ночной воздух. Внутри у Дина, кажется, что-то сломалось. Наверное, это были терпение и здравый смысл.       Охотник нахмурился и резко свернул с дороги к обочине, тормозя машину. Они остановились, и Дин ещё несколько секунд с виду пустым, но на деле мыслящим взглядом смотрел в прозябшую от ливня чёрную пустоту впереди, слабо освещаемую лишь придорожными фонарями и фарами единственного стоявшего на краю трассы автомобиля.       — Знаешь, Кас? Я хотел бы всё вернуть назад, — вдруг разрезал тишину тихий серьёзный голос парня. — Не стоило мне тогда приезжать к Сэму с новостями об отце и предложением об охоте. А ему не следовало бы соглашаться ехать со мной. Я виноват. Какой же идиот...       Он медленно положил голову на руки, до сих пор крепко сжимающие руль. Рядом сидел обеспокоенный ангел, не знавший, как среагировать, но думавший исчезнуть и не мешать, оставив напарника один на один с навязчивыми мыслями. Но все чуть не реализованные решения мигом забылись. Он услышал едва слышный характерный всхлип и мерный шумный выдох. Плечи охотника чуть вздрогнули. Впервые за долгое время он расчувствовался и дал волю эмоциям, причём ещё и в присутствии других. Но они были лишь вдвоём. Родная «Импала» словно создавала барьер между холодным злым внешним миром и своим тёплым тихим спокойным салоном. Ей не впервые терпеть эмоциональные всплески хозяина. На соседнем пассажирском кресле находился Кастиэль. Ангел! мать его...       Тут Кас понял и ещё раз утвердился в том, что никак не имеет права сейчас покинуть спасённого им когда-то человека. Человека, который сейчас снова нуждался в неотложном спасении. Дин изо всех сил, однако же, старался так крайне не раскрываться морально, но слёзы невыносимо сдавливали горло словно стебли терновника. Скрыть что-то такое было вовсе невозможно, тем более при таких-то обстоятельствах. Не первый раз на душе он ощущал боль, и от этого становилось ещё более горько. Карма? Неужто заслужил? Лучше бы его тоже убили.       Чёрт, если бы только Сэм видел эту картину! А Кастиэль всё ещё был здесь. Пусть лучше так. Винчестер думал о том, если бы его сейчас вовсе не было рядом. Наверное, случилось бы нечто неотвратимое, и никто бы не успел эту самую фатальность предупредить.       Ангел мягко, но неуверенно, прикоснулся к волосам охотника, успокаивающе проведя ладонью по голове, и положил её к себе на плечо, не получив никакой ответной негативной, да и вообще любой другой, реакции, всё так же поглаживая от макушки до затылка. Прикосновение показалось Дину первым маленьким, но ярким, лучиком солнечного света, что сумел пробиться сквозь низкие тёмные тучи, несущие дождь. Но не совсем достаточным, чтобы разогнать плотные облака. Определённо далеко не у всех небесных служителей такие тёплые руки и воздушные касания, не желающие наконец-таки причинить вреда. Если только Кас в принципе не единственный из таких.       Невидимые шипы тёрна настырно сжали горло, заставив Дина, как сильно обиженного ребёнка, разрыдаться ещё откровеннее. Да что ж с тобой? Тяжело дышалось, воздуха буквально не хватало, несмотря на то что одно из окон машины было приоткрыто и салон всё это время был наполнен свежим кислородом. Дыхание перехватывало и тогда рефлекторно приходилось делать частые глубокие отрывистые вдохи и такие же трудные выдохи. Слёзы будто душили, оставляя след от испачканных в отчаянии грубых пальцев. Парень всем телом и мыслями хотел пересилить поток эмоций, но все старания пропадали впустую, из-за чего ещё больше не получалось взять себя в руки. Было действительно непостижимо сейчас адекватно владеть собой. Кажется, организм просто не слушался и наотрез не давал возможности остановиться. Оставалось лишь всё выплеснуть сейчас, чтобы потом не было ещё хуже. Так ведь и до настоящей истерики недалеко.       Но проявления ласки со стороны пытались всё заглушить. Хотелось верить, что Кас не догадается использовать ангельскую благодать, чтобы успокоить напарника. Слишком много раз он залечивал физические раны братьям Винчестерам, используя данные Небом силы. Поступить так же с душевными увечьями было бы негуманным и крайне равнодушным действием. К тому же, не так уж и просто это воплотить. А Дину будто жизненно был необходим именно традиционный подход поддержки. Человеческий. Чтобы вот так сидеть плакать, держа голову у кого-то на плече, и чтобы этот кто-то тебя жалел. В детстве ему этого, конечно, критически не хватало.       Он, пряча лицо, уткнулся в грудь Кастиэля, сжимая пальцами его одежду. Был слышен взволнованный стук горячего сердца ангела, который внешне не подавал ни малейшего виду, чтобы не теряться в глазах своего человека. Он шептал что-то на енохианском, стараясь не то тихим голосом, не то действием самих слов унять внезапный порыв, а заодно успокоить и себя. Но это не сильно помогало. Требовалась обычная наивная спокойная речь «спасителя». Обычно не действенная, но сейчас такая нужная.       — Всё будет хорошо. Я буду всегда рядом, — наконец соизволил тихо сказать крылатый. Звучало и вправду неплохо, даже немного обнадёживающе. Но безразлично и бесчувственно, будто на автомате. Из жалости что ли?       — Так, обычно, говорят те, кто любит, — прерывистым голосом слишком непринуждённо высказал охотник такое громкое утверждение, осмелясь чуть поднять голову, чтобы посмотреть в уже родные небесно голубые глаза. Теплилась надежда, что сказанное было искренним.       — Ангелы не любят. Наверное, я научился сожалению у людей. А сейчас лишь стараюсь тебя утешить, — он не посмел в ответ поймать измученный взгляд, а всё пусто смотрел на такой же неуспокаивающийся дождь за стеклом машины.       — В таком случае, это не несёт для тебя никакой выгоды.       — Не всё обязано иметь выгоду. Она вообще не должна быть в наших правах.       — Ты лжёшь, — Дин в протест несильно ударил напарника по груди, в который раз всхлипывая. Он почему-то хотел верить, что то было неправдой. Ему всего-то нужна была поддержка. — Ты бы давно ушёл, — низким полушёпотом добавил он.       — Идеальные ангелы не лгут. Я, конечно, не идеал, но и вру тоже сомнительно, ты знаешь.       Конечно, знает.       Не идеал… Винчестер подумал, что в данный момент Кас как никогда похож на человека. Не на того человека, в котором нет ни капли искренности и поглощает лишь лицемерие. А человека, склонного любить и сочувствовать, и даже чуточку обманывать ради блага других. Человека, порочного в этих «ангельских грехах» с нынешней политикой на Небесах. Хотя, Кас и так уже грешник, раз считается павшим. Неидеальный ангел, но идеальный человек. Как же по-детски звучит... Скажи Дин о том, что Кастиэль порочен с точки зрения Рая в отношении ангелов, тот бы непременно сейчас оставил его. Поэтому он никогда об этом не скажет.       Дин Винчестер относил всех крылатых к разряду меркантильных безжалостных тварей, почти ничем не отличавшихся от всей земной нечисти. Но не Кастиэля. Он не такой. Он действительно тот самый ангел с характеристиками, которыми обычно наделяют их праведные люди. Идеальный. Ему по-настоящему нравились простодушие и некая наивность, какими обладал этот ангел с голубыми глазами. По крайней мере, таким он виделся Винчестеру. Точно не идеал?       Казалось, это не охотника требовалось защищать, а наоборот. Дин чувствовал, что искренне обязан своему спасителю. Пусть он не умеет любить (в чём охотник крайне сомневался), зато рядом сидящий с ним человек это умеет. Не просто по умолчанию и потому что может себе позволить даже на биологическом уровне, а именно в отношении... Он не хотел даже себе в этом признаваться. Да и вообще: в чём признаваться? На самом деле он не знал наверняка — любовь это или какое-то другое похожее на неё чувство. Но испытывал его не впервые рядом с Касом. Он каждый раз ощущал умиротворение, находясь с ним, и вовсе не из-за влияния ангельских сил. Наверное, как раз по этой причине сейчас ему сложно сдерживать слёзы, ибо тут ангел, которому не просто можно, а хотелось доверять.       — Не идеал? Может, для остальных.       — И сейчас, должно быть, ты хотел бы сказать что-то из ряда вон выходящее.       — Может быть. Но я, наверное, не скажу.       — Ты под аффектом. Хотя я бы всё равно не ответил. Чужды мне людские чувства. Поэтому хотел бы по-настоящему испытать то же, что и все люди. Вернее, то же, что и ты.       Дин тоже искренне этого хотел. Бедный влюблённый мальчик. Интересно было бы взглянуть, если бы Кастиэль в действительности научился (как минимум) у человека этим чувствам. И тогда бы он непременно стал считаться реально павшим ангелом. Окончательно.       Винчестер почувствовал, как его нежно поцеловали в макушку. Он не хотел знать — был ли это настоящий первый знак человеческого чувства или просто «все же так обычно делают в таких случаях». Поддавшись моменту, Дин опустил руку с плеча Кастиэля на его ладонь и, пересчитав пальцы ангела, тихонько пропустил сквозь них свои. Так намного спокойнее. Они молча сидели, прижавшись к друг другу, ещё пару минут. Как будто это естественное дело и так было всегда. Вроде, с виду никаких мыслей в голове, но на самом деле их было так много, что они отошли на задний фон и теперь казались обычнейшим белым шумом. Измотанный слезами, охотник наконец успокоился и даже немного задремал. Хорошо, только если бы у него в задачах не висела затерявшаяся надобность куда-то и к кому-то спешить.       — Дин? Надо ехать, — шёпотом произнёс ангел, имея в виду, что ехать надо лишь одному Дину. Кастиэль, не торопясь, отстранился, заставив напарника вернуться к исходному положению.       — Надо, — как бы этого не хотелось. Он со вздохом вытер мокрые дорожки от недавних горячих слёз с лица, настраиваясь на дальнейшую дорогу, и уже автоматическими манёврами завёл двигатель ненаглядной «Шевроле». — Спасибо, — выразил он скромную благодарность, не поворачивая головы на соседнее место. Он был готов услышать такое же свободное «не за что», но только в том случае, если бы Кастиэль не был собой. Хотя оба точно знали, что было «за что».       Когда Дин вывел автомобиль на трассу, он хотел сказать какую-то стороннюю отвлекающую глупость и уже было бросил взгляд на ангела, но того рядом не оказалось. Как всегда в своей манере. В самый «подходящий» момент. Давно его тут вообще нет? Похоже, кое-что чисто ангельское в его характере никогда не изменится. Впрочем, благо он не решился сделать этого раньше, учитывая, что мгновений было предостаточно.       Дин с нервной усмешкой вздохнул.       — Знаешь, придурок? Ты совсем не умеешь прощаться.