”Из гнезда в сердце„

Фиакр спустился по ступенькам вниз, осматриваясь вокруг. Дом сам по себе был большим, двух этажным, но скоромно обставленный мебелью. Внизу уже ждал отец с матерью и младший брат с сестрой, что вертелись около них. Они любили обоих родителей, но ждали больше отца, поскольку мать очень редко выходила из дома, держа его в полной чистоте и порядке. Она отличалась внешностью от других девушек тем, что имела: светлые слабо волнистые волосы, худое и стройное тело, бледное лицо с небольшими скулами, и светло-голубые глаза, наполненные добром и любовью. Сейчас же эти глаза смотрели с печалью на среднего сына, облочённого в защитный костюм, и, расставив немного руки в стороны, понимая, что вероятность его ухода из этого дома навсегда велика и никогда не равна нулю. Фиакр подошёл к ней, обнимая и прижимаясь к ней, почувствовав через одежду, как нежные руки обвалакивают его тело и сильное тепло со стороны матери. Та, наклонившись немного, сказала ему своим нежным и тихим голосом что-то на подобии: -"Будь осторожен, сынок"-, ещё удерживая в объятиях какое-то время, после отпуская и выпрямившись, непрерывно смотрела она. - Хорошо, мама. - сказал сын, разворачиваясь к отцу, который стоял уже у двери, ведущей на улицу. Собравшись с мыслями и посмотрев в последний раз на мать с братом и сестрой, подошёл к Роберту, помахав на прощание рукой родне. В ответ на это младшие махали в ответ, улыбаясь невинно. Они ещё не знают о том, что происходит за пределами их дома и не воспринимают в серьёз прощание матери с их старшим братом. Выходя за порог первым, Фиакра немного ослепило восходящее солнце сбоку от него. Вокруг не было практически ни души. Родной дом стоял на окраине города, где соседей было мало и немного деревьев, от чего воздух был чище и свежее. Чуть дальше были видны стены, под тенью которых росла неприхотливая трава с сорниками. Конец дороги от центра города заканчивался около порога их дома, обозначая себя только парой кирпичей из породы камня, количество которых росло с приближением к соседнему дому, превращаясь в полноценную приемлемую дорожку. Самый последний дом получил лишь протоптанную тропу, соединяя её с каменной. Последний дом был пустым и старым, но всё ещё стоял в ожидании хозяина, который больше не живёт в нем. - Пошли. - скомандовал Роберт, закрывая дверь за собой и обходя сына, двинулся вперёд по дороге в центр города.

***

Город не казался таким пустым, но чувство недостающего, будто чего-то не хватает, не покидало Фиакра. Всю дорогу на них пялились горожане, будто заколдованные, отвлекаясь от своих дел. Только когда они приходили мимо чуть дальше, вновь приходили в себя жители. Люди побаивались выходить на улицу, но некоторые продолжали, в особенности бедняки, что работали только ради того, чтобы зарабатывать себе и близким на жизнь и платить налоги, в том числе и десятину церкви. Увы, но таких не мало, лишь счастливчики и достаточно обеспеченные могли пережить эту болезнь. Даже богатые могли умереть от чумы и их родственники, продолжая наслаждаться пиршеством, не особо обращали внимание на смерть родственника или друга, если конечно им было наплевать. В самом центре людей было немного. Центром считалась середина города, площадь которой была выложена теми же кирпичиками по кругу, покрывая таким образом территорию сплошь. От неё и протягивались и расходились такие же каменные дороги по всему городу, как лучи от солнца. Ближе к краю стояла небольшая тележка на колёсах, здесь продавец торговал своими безделушками для хозяйства, от хлеба с горшками до тканей и топоров. Но сейчас его нигде не было видно и повозка без лошади стояла одиноко без хозяина. Отец подошел ближе вместе с сыном, убедившись, что торговца не было на месте, лишь покачав головой на это и, посмотрев на Фиакра, спросил: - Помнишь Лоренса?.. Фиакр покачал головой, услышав нотку грусти в голосе отца. - Помню. Лоренс был тем самым торговцем и другом семьи Фиакра. Весёлый, не высокого роста мужичок, немного накаченный, частенько рассказывал шутки ещё маленькому Фиакру. Товары никто не своровал, все на месте, да вот только на столе были странные дыры, на которые обратил внимание лишь Фиакр. Не успев об этом сообщить, услышал знакомые приближающийся голоса, и, обернувшись, увидел ещё двух людей в защитных костюмах от чумы. Они были высокого роста и шли по направлению к ним, о чём-то друг с другом не громко переговариваясь. Двое остановились около отца с сыном, и один из них, расставив руки в стороны, воскликнул вопросительно с дружелюбным акцентом: - О, отец, неужели в нашей сфере произошло пополнение? Второй тоже немного развел руки в стороны, обнимая маленького брюнета. - Давно не виделись, Фиакр! - сказал обнимающий, трепая по голове. После этих слов присоединился и первый к объятиям. Фиакр был в растерянности от внезапности, не понимая, что ему делать в такой ситуации, и чувствовал, как сильно сдавили его с двух сторон, от чего становилось неприятно и трудно дышать. Однако это не понравилось не только ему, но и Роберту, последний в свою очередь отцепил этих двух парней, держа их за шкирки, одного в одной руке, другого в другой. - Что вы себе позволяете, два оболтуса?!- воскликнул отец, продолжая держать их так, - У вас что дел нету? Эти двое были старшими братьями Фиакра, они друг на друга похожи внешностью, потому что были близнецами: светлые блондинестые, немного волнистые волосы, бледная кожа, стройное тело и подтянутая фигура, а также карие глаза, как у отца. Наверное родители были удивлены, когда их первые дети родились похожими, как две капли воды. Не смотря на их схожесть характер был немного разным, как и голос: Вивьен - говорил чаще всего спокойно и монотонно, не был активным, трудно вывести из себя, но если и получалось, то тот становился очень буйным, от чего и не любил ссоры, в отличии от его "клона" Фабьен - искренне и эмоционально выражался, активный, легко заставить злиться и готов был спорить очень долго с пеной у рта, но не крушить всё подряд. Близницы сдружились с детства и объединял их юмор, каждый дополнял друг друга в любых обстоятельствах. Но они уже взрослые, давно женаты и со своими чадами, которых воспитывают прекрасные жёны. Отец недолюбливал их за то, что толком не работали и много времени проводили в баре, где те получали бесплатную выпивку за свою профессию. Фиакр их узнал и был рад тому, что они встретились и будут вместе работать, но всё же немного неприятно с их приветствия. Не любил никогда удушающие объятия, пускай и очень искренние. Сейчас же он стоял около повозки и смотрел на то, как их отчитывал отец за то, что те ничего толкового не делают и бездельничают. Фабьен хотел возразить и начать спор, чтобы отстоять свою правоту, но его брат остановил, показав знак, что лучше не стоит перечить отцу. Они понимали друг друга почти с полуслова. Фиакр отдёрнул немного за рукав Роберта, чтобы тот обратил внимание. Роберт прекратил свой поток осуждения на своих сыновей, посмотрев на младшего со злостью. Маленький брюнет отшатнулся, увидев злое лицо отца, но после глубоко вдохнул, набравшись смелости, чтобы сказать: - М-может быть лучше пойдем в дом? Вдруг кто-нибудь из больных нас уже ждёт. Роберт же хмыкнул и неожиданно притянул к себе Фиакра, похлопывая того по предплечью. - Спасибо, что напомнил. Развернувшись вместе с сыном, направился к одному из домов, что стоял близко от площади, сказав на последок братьям: - "Берите пример, может быть чему-нибудь научитесь". На этом разговор с отцом и старшими сыновьями был окончен. Близнецы, переглянувшись друг с другом, пошли за отцом и младшим братом, молча и опустив головы вниз. Фиакр на них оглянулся, понимая, что отец их наверняка обидел таким высказыванием, от чего было неловко перед ними. Когда дошли до дома, вся четверка вошла внутрь. Дом хоть и был одноэтажным, но довольно просторным и немного мрачноватым. Комнат было несколько: в одной из них находились кровати для больных, где изучали их и пытались вылечить в обычное время, в другой общая спальная комната для врачей, в третьей склад, вместе с запасными защитными костюмами, которые хранили бережно в шкафу. Около него, облакотившись о стену, стояли красивые трости из металла. Они завораживали своим необычным блеском и фигурой птицы-падольщика - ворона, который расположился на верхний части, куда опиралась рука человека, расправив крылья и раскрыв клюв в немом карканье. Множество приборов были расставлены внутри склада и комнаты для больных. Для них всегда было своё место, они не валялись просто так на полу или любой другой поверхности. Была также ещё кухня, но больше эта комната напоминала какую-то оружейную: хоть и не было на стене висящих холодных оружий, но был инструмент для обтачивания ножей, с помощью которого врачи точили решающие инструменты сами, ещё была отдельная кладовая комната с припасами, которые хранились за массивной дверью. Пока маленький брюнет осматривал кухню просто так, неожиданно из-за угла выбежала истощавшая серая крыса, направляясь к складу с едой. Фиакр вскрикнул, схватив со стола один из наточенных ножей, кинув от страха в животное. Та не видела препятствий от голода и бежала к своей цели - насытить голодное брюхо, но увы её спину пронзил нож, проходя через всё тело, воткнувшись в деревянный пол. Крыса громко начала пищать и шипеть, показывая свои острые зубы и дергаясь, от чего её тело лезвия резали сильнее и из этой ловушки ей никак не уйти, оставалось только распластаться на полу и затихнуть, сделав свои последние тяжёлые вздохи и издав последний жалкий писк. Так она и поступила, лёжа мёртвая в большой багровой луже собственной крови. Фиакр стоял неподалеку и отдышивался, не ожидав, что крыса выбежит и попадет в неё ножиком, опираясь одной рукой и край стола, другой сжав костюм у груди. Он хоть и привык видеть кровь, но это было омерзительно и внезапно. На крик пришёл Роберт, уперев руки в бока и переводя свой взгляд то на испуганного сына, то на мертвое животное. - А ты молодец, прибил как следует,- сказал он спокойным голосом, подходя к тушке крысы,- Таких надо сразу и без колебаний уничтожать. Отец быстро избавился от трупа мыши, смотря на окровавленный нож, пока сын стоял всё ещё на том же месте, уже отойдя от шока. Всё это время Роберт держал в руке большую кожаную сумку, которая была у каждого представителя их области работы. После уборки тушки грызуна, немного испачкавшись в крови, подошёл к Фиакру и протянул её, со словами: -"Тебе это понадобится." Сама сумка была довольно большой и вместительной, закрывалась и открывалась легко, она даже не была потрёпанной. "Видимо новая"- подумал маленький брюнет и взял её, оценив габариты вместилища и размера сумки, после этого посмотрел на отца, что смотрел на него явно в ожидании чего-либо, уперев руки в бока. - С-спасибо.- немного неуверенно поблагодарил Фиакр. - Пошли. Тебе ещё надо собрать эту сумку, прежде чем выйти вместе с нами.- сразу после этих слов Роберт развернулся, направляясь к выходу из кухни, попутно намыкивая очень тихо что-то своё. "Ну, раз пригодиться - значит надо"-вновь подумал Фиакр, решив закончить мыслительный процесс ненадолго, покидая кухню вслед за отцом. За окном ещё утро, поэтому всё впереди. Всё живое просыпается от лучей солнца, что освещает улицу теплым игривым светом. Неизвестно брюнету, что будет происходить в последующие дни его жизни. Чего ожидать после того, как будет сделан шаг навстречу последующей карьеры? Продолжение следует ...