Прошлое Маршалла

      Стоял тихий вечер. Тьма неспешно разгоняла работяг, которые работали в местах связанных с магией, по домам, и на улицах постепенно пустело. Акустика окружения пестрела приятными тихими звуками природы: от шуршания листьев до скрипучих сверчков. И все это сумрачное спокойствие пропадало по мере приближения к одному из домов, где жило только два далматинца. Крошка-Маршалл, которому завтра стукнет уже два года, и его мама Элис, которой было всего 25 лет.       Маленький проказник вновь никак не хотел идти спать, и его маме приходилось за ним гоняться с тех самых пор, как ее энергичный щенок освоил бег.       — Маршалл... Маршалл, остановись, — сказала Элис, гоняясь за сыном. — Ну же, тебе пора спать.       — Но я не хочу спать! — весело заливался Маршалл, убегая от мамы. — Я хочу играть!       — Сынок, у тебя впереди еще так много времени, чтобы играть, помимо ночи. Давай уже успокаивайся. Хочешь, я тебе колыбельную спою? Твою любимую.       — Ну, может, еще чуток? — проскулил малыш, спрятавшись под столом.       — Завтра, все завтра. А сейчас — спать, — улыбнулась мать, поднимая лапами край скатерти.       — Может, хотя бы поедим? А то я такой бедный... и очень голодный, — наигранно жалобным голосом протянул огненный проказник и завалился на спину, изображая "голодный обморок".       Элис улыбнулась, взглянув на это чудо, и сдалась, когда Маршалл сделал слезливые щенячьи глазки, от которых невозможно отвести взгляд и сложно игнорировать:       — Ладно, хитрец. Пойдем, приготовим тебе поесть.       Она элегантно прогарцевала до столешницы и загадочно оглянулась вокруг, растянувшись в улыбке.       — Хм, так... Давай-ка подумаем... Как мы отнесемся к ароматному рататую?       — Ура! — закричал маленький далматинец и побежал на кухню, чуть не сшибив Элис, когда та собиралась подойти к холодильнику.       Элис знала, что Маршалл купится на этот трюк. Мальчик до безумия любил это французское блюдо. Правда, раньше он с трудом воспринимал свежие овощи и капризничал, но зато в этом блюде он съедал любой запеченный овощ, до блеска протирая тарелку, облизывая языком. Эта любовь спасла счастливую мать от принуждения кормить свое чадо витаминами через силу.       Когда она только осваивалась в людском жилище одна с сыном, то не ожидала, что с помощью магии сможет справиться, даже с людской утварью, и даже жить, как все простые люди, будучи лишь четвероногой собакой. Она быстро освоилась в этом месте, хоть и не сильно напрягала людей своим видом. Благо для нее, район славился приятными соседями, и те быстро привыкли к этой милой семейке, полюбив далматинку за её нрав и доброту.       Также и Маршалла. Невинное дитя быстро очаровало своим поведением многих неравнодушных. Этот голубоглазый ангел при встрече с каждым радостно метался от одного к другому, часто неуклюже спотыкаясь об свои же лапы, вынуждая беспокойную мать бегать и ловить его за прогулочную шлейку. Людям было видно, как этим собакам было тяжело освоиться в людском быту (к тому же неполной семье), и поэтому часто помогали чем могли, пока Маршалл просто радовался всему и всем, как типичный ребенок.       Маршалл для своего возраста на удивление сильно увлекся готовкой. Ему это приносило большое удовольствие и опыт. Сейчас он помогал своей матери собрать овощи, чтобы их нарезать. Ему это не составило труда — с помощью магии он собрал их все и помог ей нарезать, чтобы поскорее поесть.       Готовить Маршалл начал месяц назад, и то только с третьей попытки, но, благодаря матери, он смог освоиться и теперь всегда помогал ей готовить разные блюда, которые они любили.       Элис была очень горда за сына. Когда он родился, все говорили, что он очень похож на своего дедушку, за исключением глаз матери. Элис была восхищена своим сыном и рада, что он у нее есть, как и ее приемные братья, сестры и отец.       Сейчас, когда они закончили резать, она магией достала противень, намазала его томатным соусом, и вместе с Маршаллом разложила круглые кусочки овощей, изображая спираль. Элис аккуратно поставила блюдо в духовку и включила таймер, но уже лапой.       У Маршалла потекли слюнки от приятного запаха. Элис наблюдала за этим. Ей было приятно смотреть, как радуется ее сын, ожидая это восхитительное блюдо. Через 30 минут всё было готово и Элис достала блюдо из духовки. Оно получилось очень красиво и они начали трапезу.

***

      Ребята, наблюдавшие за воспоминанием, не могли сдержать улыбок и вида от прекрасного блюда. Они посчитали это настоящим шедевром, особенно Франсуа.       — Никогда бы не подумал, что Маршалл был таким милым щенком, — прошептал Гончик.       — И так любил готовить, — добавила Скай. — Может, он нам когда-нибудь приготовит этот рататуй?       Маршалл, стоявший рядом, смущенно почесал затылок:       — Э-э, ну... если хотите, могу попробовать.       — Ура! — хором закричали щенки и люди.       Гордон, старший из дядей Маршалла, улыбнулся:       — Вижу, ты и здесь не изменился, племянник: все так же любишь радовать других.       — Я знаю. Я, кстати, вспомнил, нам нужно и остальных позвать.— сказал Маршалл и перечислил: Либерти, Корал, племяшки близнецы мэра Гудвэй, Эл, Хельга Хамдингер, Джейк, Мисс Марджори и, как бы странно это не звучало, Аррби с пиратом Сидом.       Когда Свити услышала это, то была очень рада этому, так как она очень хотела увидеть щенка пирата.       — Значит, возвращаемся? — спросил дядя Руфус.       — Да, — согласились все.       Ребята вернулись обратно и Маршалл открыл несколько порталов и оттуда вышли все, кого он перечислил. И Свити была очень рада, как и Арбби. Белая королевская собака изменила свое мнение о Маршалле в лучшую сторону, также и Корал и Скай были очень рады видеть друг друга, и вдруг открылся ещё один портал и оттуда вышли: жена Робина Чейза - Саманта и две девочки: одна блондинка, другая рыжая. И ещё другие двойники щенков и котят. Все новые присутствующие и те, кто прибыли раньше, были в огромном шоке, увидев двойников самих себя. Среди них были: Эдвард - двойник Эла, стихия земля в коричневой мантией с этим знаком; Марина - двойник Корал со стихией воды в голубой мантии; Алекс - двойник Аррби, тоже со стихией воды и в голубой мантии; Стелла - двойник Свити со знаком воды, голубая мантия; Тень - двойник Шейд, стихия молния, в фиолетовой мантии; Пламя - двойник Дикого с красной мантией и стихией огня; Сильвестр - двойник Лео, стихия земля, в коричневой мантии; Айси - двойник Рори, стихия льда и в белая мантия. Три девочки: Мия, 17 лет, одета была в синие шорты, черные сланцы и желтую футболку в виде солнца, а её волосы заплетены были в хвостик; Лори, 17 лет, была она одета в оранжевую футболку с узорами, черные шорты и белые кеды, и её волосы были немного кудрявые. Саманта, 30 лет, брюнетка, волосы были распущенные, одета она в синюю футболку, поверх которой находилась белая рубашка, и уже дальше черные джинсы и черные туфли. Маршалл был рад встретить остальных приемных родственников и старых знакомых, и друзей, как и они тоже очень рады были видеть своего чудного, милого и способного щенка и друга. Знакомые Щенячьего патруля спросили, и им всё рассказали, и Маршалл сумел показать им часть воспоминаний перед тем, как покинуть и вернуться, как и приемным родственникам тоже, и эмоции были те же. Вернулись и мэр Хамдингер с племянником, но их никто не рад был видеть, но Маршалл сказал, что есть моменты, которые им не понравится, но многим очень понравится, только чтобы они не слышали. Ребята были всё ещё в шоке от того, что увидели двойников, но во взрослом виде, да ещё и с магией, и захотели точно так же, даже Аррби и его хозяин пират Сид, но, возможно, уже не в злодейских целях.       Маршалл с Мистером Портером отправился готовить рататуй для всех, а другие обсуждали Маршалла. Первым начал дядя Райан:       — Ребята, вам нужно кое-что знать насчёт погибших Элис и Моргана. Это касается Маршалла и силы высшей сферы.       — Высшей сферы? - спросили все.       — Да, эту силу могут использовать псы или коты, или их детёныши, но люди не могут. Так же и магический меч, пропитанный частью силы высшей сферы. Есть одна особенность, которую может сделать только Маршалл, так как только он обладает ею. Я полагаю: вы видели, что он использовал все 6 стихий?       — Да, это было невероятно, — ответила Эверест.       — Правда, это ещё не всё, — продолжил Руфус, — есть ещё одна способность, намного важней, которую редко можно использовать и это почти как нарушение законов природы, но одна сущность не против ею воспользоваться и это...

***

      Маршалл и Мистер Портер готовили. Далматинец всё тосковал по родным, но он был очень рад, что приемные родственники и его старые друзья пришли. Мистер Портер наблюдал за Маршаллом, как он магией ловко нарезал овощи и мазал противень томатной пастой.       — Маршалл, а как ты вообще научился так готовить? — с интересом спросил Мистер Портер, нарезая овощи.       — Меня мама учила, — ответил Маршалл и продолжил: — Просто мне очень понравился мультик "Рататуй" и я попросил маму приготовить, хотя я сам не любил раньше овощи, но когда попробовал, то тут же полюбил.       — Тяжело было, наверно?       — Немного, но потом быстро научился.       Дальше у них разговор шёл о магическом мире, говорящей кукле. Маршалл не всё рассказывал: хотел, чтобы все увидели всё сами. Он не хотел портить интригу всем и хотел всех удивить.       Спустя десять минут они закончили и положили печься в духовку на полчаса. Пока блюдо готовилось, Маршалл смотрел на духовку, и думал, и вспоминал своё прошлое, когда он и мама готовили. Ему было приятно на душе вспоминать, как Элис учила его аккуратно нарезать овощи, при этом чтоб не порезать себе лапы или ещё что-нибудь. Как они игрались с томатной пастой, рисуя себя смешные изображения. Смех, который грел и успокаивал душу, давая возможность на надежду на будущее и всегда стремиться к своей цели.       Его мама всегда учила чувствовать всех, понять, кто заслуживает прощения, а кто нет, признавать свои ошибки, чтобы их исправить, и искренне раскаяться, показывая, что они сделаны не со зла, понять, что, даже если никто не простит, важно, чтобы знали, что он пытался помочь, исправить и хотел, чтобы все были счастливы.       Маршалл сделал тогда три ошибки: две из трёх были случайными, и все из них были исправлены, и в этих двоих так же он был рад, что друзья не держали на него зла за эгоизм к ним, из-за поддельной удачи и случайного поедания собачьего мороженого.

***

      После того, как родственники Маршалла всё им рассказали, то все, кроме Мэра Хамдингера и Гарольда, были в шоке и не знали, что сказать.       — Не представляю, что скажет Маршалл, когда узнает это, — сказал Крепыш.       — Но он, наверное, не расстроится, — сказал Чейз, думая о том, что так всё и будет.       — Не знаю, ребята. Это зависит от самого Маршалла, — сказала Сильвия.       — У него в прошлом характер был не такой, какой сейчас, до нашего прихода, — продолжил Руфус.       — А какой он был? — интересовался Рокки.       — Узнаете, когда вернёмся обратно в его воспоминания, — ответил Райан.       — Мы можем рассказать заранее. Представляю, как он расстроится, — со смехом сказал блондин, за что за ухо его потянула бабушка. — Ай, за что, бабушка?       — За то, что не уважаешь выбор родственников Маршалла, — строго сказала Хельга Хамдингер.       — Вот именно, — согласились все, кроме Мэра Хамдингера.       — Маршалл не может использовать высшую сферу, а вот котята могут и даже лучше, они хотя бы не неуклюжие, как он, — заявил Мэр Хамдингер.       — Лучше уж быть добрым и неуклюжим, как Маршалл, чем быть злым и бесчувственным, как вы двое, — сказала Стелла.       — Да, у Маршалла немного необычно добрый характер, даже особенный, отличающийся от того, какой он сейчас, и ничего злого у него нет и он особенно всегда готов помочь всем, хотя от него мало что изменилось, но много сохранилось на данный момент, — поддержал ее Тень.       — Это шутить, хотя он шутил действиями часто, чем словами, хотя здесь и то, и другое гораздо чаще. Умеет он развиваться и адаптироваться, вне зависимости от того где он находится — с восхищением сказала Марина.       — Так же помогать всем как здесь, так и у нас. Зимой он помогал постоянно, даже если придется не спать несколько дней, если кто-то болеет, — поддержал их Эдвард, в его глазах загорелся огонёк от воспоминаний, как это было.       — И много чего вы увидите и, возможно, не узнаете его самого, — закончила Айси.       Все были в шоке от услышанного, особенно про помощь, и сейчас они хотели поскорее узнать всё об этом теперь уже необычном щенке. После этого вышел Маршалл с множеством мисок и тарелок, удерживаемые в воздухе, в котором первый вариант рататуя был выполнен на что-то подобие одной, только в виде овощей конфеты, но выглядело изумительно, а особенно помазанное томатным соусом по кругу; второй вариант напоминал чем-то вроде салата. Все хотели взять, но мэр Хамдингер и Гарольд не позволили, растолкав всех. Маршалл остановил их:       — Не вежливо брать вне очереди, — строго сказал далматинец.       — Почему? Я мэр, он мой племянник, мы важные люди, имеем право, — возмущённо сказал кошачий проказник в фиолетовом цилиндре.       — Вот именно, поэтому мы первые, - так же сказал блондин и попытался взять себе тарелку, но Маршалл так же не позволял, к радостью остальных, даже мамы самого Мэра Хамдингера.       — Здесь Принцесса Гавкенбурга, поэтому она, Эрл и Свити должны быть первыми, потом Мэр Гудвэй, её племянники, затем ваши мама и бабушка, Щенячий патруль, начиная Райдером, потом девочками и дальше мальчиков, далее идёт Кошачья Стая, наши знакомые и друзья, так же женщины, потом мужчины и девочки, и мальчики, мои приемные родственники и старые друзья, а уж потом вы двое, — перечислил голубоглазый.       — Я полностью согласен с выбором Маршалла, вполне справедливо, — с гордостью в голосе сказал Рокки.       — Я тоже, — поддержал его Корал.       — Давайте голосовать, — предложил Зума, — кто за то, чтобы поддержать выбор Маршалла? — все подняли руки и лапы, кроме Мэра Хамдингера и Гарольда, — А кто нет? — все опустили руки, а блондин и усатый подняли их. — Значит — мы поддерживаем выбор Маршалла, — и все радостно согласились, и далматинец улыбнулся, и раздал всем блюда, и все сели за столики, которые Маршалл наколдовал, чтобы всем хватило места. От вида блюда у всех чуть слюнки не потекли, и стали его уплетать, и получилось очень аппетитно, что все чуть ли добавку не попросили. Гарольду с его дядей понравилось, но они сделали вид, что им противно, за что их уши подверглись нападению Хельги Хамдингер — и они быстро изменили своё мнение.       Пока все о чём-то обсуждали, Маршалл немного задумался, глядя на блюдо. Он всё думал о том, что его день рождения будет особенным, почувствовал нечто странное в груди и оно, к его удивлению, не предвещало никакой беды за 5 лет, после последней трагедии. Его поток мыслей прервал Чейз, обеспокоенно спросивший:       — Маршалл, ты в порядке?       Маршалл посмотрел на Чейза, с которым он сидел вместе со Скай, Эверест, Рокки, Зумой, Крепышом, Корал и Трекером и ответил:       — Да, конечно. Просто задумался.       — О чём, Маршалл? — забеспокоился Трекер.       — О своих родных, — грустным голосом ответил Маршалл. — У меня такое ощущение, что я их увижу, причём живыми, но как, я не знаю, ведь они мертвы.       Семёрка незаметно переглянулась, ведь они знали правду от его приемных родственников и им стало как-то неловко, и поэтому решили поменять тему разговора.       — Слушай, Маршалл, а ты можешь немного рассказать какую-нибудь одну историю из своего прошлого, — предложила Скай. — Может, у тебя там было что-то необычное, которое ты запомнил навсегда?       Маршалл посмотрел на Скай и подумал: он все запомнил навсегда, но стоит ли говорить, ведь они точно не поверят или не поймут его, потому что было то, чего он так стыдился, пусть даже если и закончилось хорошо. Но, пересилив себя, он решил все рассказать, ведь они все равно это увидят:       — Как говорил дядя Эдвард, я действительно не спал несколько дней, когда лечил людей, котов, собак и их детей. Это было за несколько дней до Рождества, после ещё одного важного, но плохого, при этом в конечном итоге хорошего события. Многие заставляли меня спать, говоря, что мне не нужно себя переусердствовать, то, что они справятся сами, но я не мог стоять на месте. Я был обязан их лечить, особенно дядю Руфуса, который, как и Рекс, тоже был инвалидом, но он не смог быть с нами и ему стало грустно, и тогда я решил ему помочь. Он был последним моим пациентом.       Тут Маршалл замялся и заметно покраснел, что не могло не волновать его друзей.       — Что случилось, Маршалл? — встревоженно спросил Крепыш. — Почему ты покраснел?       — Потому что произошло то, чего не знают другие, но знают только я и дядя Руфус.       — Это же не что-то ужасное, Маршалл? — с боязнью в голосе спросил Зума.       — Не знаю, как объяснить. Даже не знаю, как вы отреагируете, — ответил далматинец, смотря на Эверест, боясь ее реакции на признание.       — Не волнуйся, Маршалл, мы примем все, как есть, ведь спасение пациента самое важное и ничто не должно заставить нас тебя ненавидеть, если ты об этом, — мягким и нежным голосом сказала хаски, положив лапу на его плечо, прикрытое футболкой и жилеткой.       Маршалл подумал минуту и решил рассказать секрет на свой страх и риск, посмотрев на остальных в других столиках, которые воодушевленно болтали, и там было слышно, что они говорят о Маршалле, магии и жизни в их мире, и он убедился, что их не услышат:       — Когда я приготовил зелье, и дал его дяде Руфусу, и начался процесс, он сильно закричал от мучительной боли, — Маршалл замялся, сделав глубокий вдох, готовясь сказать то, чего опасается, — и чтобы заглушить её, я поцеловал его в губы и тем самым не давал ему кричать.       Маршалл посмотрел на своих друзей. Щенки в шоке с выпученными глазами уставились на Маршалла, Крепыш уже наполнил рот овощами и морда осталась на миске, с Эверест то же самое, а Рокки, Зума и Трекер с полным ртом прекратили жевать, не проглотив еду, Чейз, Скай и Корал успели съесть и проглотить, и с открытым ртом они уставились на своего друга. Все не верили, что Маршалл это сделал. В итоге Эверест съела и почти вместе с Зумой упала со стула с криком от полного шока, но Маршалл быстро поймал их заклинанием Вингардиум Левиоса — и они повисли в воздухе, и он поставил их на место, и остальные заметили это и были обеспокоены, кроме Мэра Хамдингера и Гарольда.       — Маршалл, что то случилось? — обеспокоенно спросил Джейк.       Щенки очнулись, и Крепыш решил не говорить правду.       — Ничего, Джейк, — пытаясь сохранить спокойствие в голосе, бульдог говорил, а затем продолжил: — Просто Маршалл рассказывал о странных существах, и Эверест с Зумой были в шоке, как и мы, и они чуть не упали.       Ребята, посмотрев на них, поняли, что что-то не так, и поэтому с трудом поверили им. Мэр Хамдингер решил немного подколоть их.       — А я думал, он рассказал им что-то ужасное из своего прошлого, — безэмоционально сказал Мэр в шляпе, поедая рататуй.       — Ага, это было бы очень круто, — поддержал его племянник.       Все ребята и даже Хельга Хамдингер посмотрели на них недовольно, и те оцепенели, но продолжили говорить:       — Через неделю у меня будет день рождения, и уверен, он будет лучше, чем у неуклюжего бульдога, — сказал Мэр Хамдингер, посмеиваясь.       — Эй, я вообще-то не неуклюжий, — возразил Крепыш.       — На самом деле, он про меня говорил, Крепыш, — раздражённо сказал Маршалл, посмотрев на кошачье недоразумение в шляпе, потом на своего друга.       Это заставило всех посмотреть сначала на Мэра Хамдингера, а потом на Маршалла с недоумением.       — Но ты же далматинец, Маршалл, — озадаченно сказал Рокки, поедая последний овощ.       — В том-то и дело, Рокки, во время тренировки в баскетбол, где были я, ты, Скай и Мэр Гудвэй, он назвал меня неуклюжим бульдогом, но я поправил его, что я далматинец, — ответил Маршалл.        — Он наверняка все породы собак забыл, — со смешком сказал Зума.        — Это точно, даже Маршалл и то иногда такие глупости не говорит, — сказала Скай, но потом быстро извинилась перед далматинцем, поднимая лапы: — Без обид, Маршалл.       — Ничего, Скай, — улыбнулся Маршалл. - Я понимаю: я сам говорю то, что не подлежит смыслу, поэтому должен прекратить это делать.       — Не стоит, Маршалл, — возразил Чейз, — твои глупости не настолько ужасны, чем у этого усатого ворчуна.       — Чейз прав, Маршалл, не стоит принимать это близко к сердцу, — поддержал его Зума. — Мы тоже можем говорить глупости, как и все, и это нормально.       Маршалл улыбнулся еще шире и ему стало намного спокойнее, но потом он нахмурился, вспомнив, что сказал Мэр Хамдингер, и спросил, обратившись к нему:       — Ты сказал, что у тебя день рождения на следующей неделе? — Мэр кивнул, и Маршалл выпучил глаза и прикрыл рот лапой, и все странно и даже обеспокоенно посмотрели на него, даже Гарольд со своим дядей. И потом голубоглазый волшебник сказал то, из-за чего все, кроме тех, двоих засмеялись, даже Хельга немного хихикнула: — Примите мои соболезнования.       Смех был сильным, что некоторые стали стучать по столу, едва не задев тарелку и кружки или миски. Мэр Хамдингер с племянником сильно покраснели и, сжав зубы. посмотрели на всех, а потом на Маршалла, который немного хихикнул и довольно посмотрел на них, словно он немного победил. Они оба решили, что они еще отомстят Маршаллу за это, и, может быть, что-то из его прошлого найдется, над чем можно будет позлорадствовать.       Через пять минут смех стих, все были довольны, и они закончили есть и готовились смотреть прошлое дальше.       — Можешь отправлять нас, Маршалл. Мы готовы, — уверенно сказал Ураган Харриган.       — Хорошо, отправляемся, — сказал далматинец и снова заколдовал луч в виде портала, под некоторые восхищения людей и щенков, которые не видели, как он это сделал, и все снова отправились в "путешествие".

***

      Маршалл и Элис с удовольствием ели Рататуй. Они были счастливы провести это время вместе, после того, как вместе приготовили его. Элис, глядя на Маршалла очень радовалась тому, как ее маленький озорник с большим нетерпением быстро ел рататуй, немного пачкая себя, что заставило маму хихикнуть и еще больше умиляться этому чуду. Маршалл был в восторге снова попробовать одно из тех блюд, что тот любил больше всего. Его радости не было предела. Он слышал от мамы, что она готовила для всех, и все были в восторге, кроме одной собаки, которая сильно ненавидела Элис за то, что та якобы приманивает к себе, чтобы получить внимания.       Это сильно ранило Элис, но обиду она не держала, так как понимала, почему. И она всячески старалась заботиться о ней, но та собака её отвергала, все больше злилась и ненавидела. Другие собаки отчитывали ее, и сочувствовали Элис, но той собаке было все равно, хотя ей нравился один пес и до сих пор нравится, но из-за своего поведения она не могла открыться ему, да и вряд ли тот бы ответил ей взаимностью.       К тому же эта собака проявила еще большую ненависть, когда она связалась с псом-маглом и ушла жить к нему, потом, когда он хотел использовать ее в своих злых деяниях, она отказалась. и пес с хозяином вышвырнули ее будучи беременной, и та чуть не потеряла ребенка. Когда это случилось, Морган проявил сочувствие, как и все остальные, кроме той собаки, которая все больше стала ее ненавидеть. Эту собаку звали Стелла.       От грустных мыслей ее вывел Маршалл, который зевнул, после того, как поел и сказал:       — Спать хочу, — мило сказал маленький волшебник.       Элис улыбнулась, и они с Маршаллом пошли в спальню, где щенок лег спать на свою маленькую кровать с белой подушкой и узорами звезд и луны, укрытым красным одеялом с изображениями огня. Голубоглазый огненный волшебник снял футболку и шорты и сразу же укутался в одеяло, ожидая то, чего он так хотел перед сном.       — Мам, а наши родственники будут с нами в мой день рождения? — с любопытством спросил Маршалл.       Элис, недолго думая. ответила, чтобы не тревожить сына:       — У них. к сожалению, есть кое-какие дела, но они мне сказали, что желают тебе всего самого наилучшего и что следующий твой день рождения они точно проведут с тобой.       — Хорошо, ведь мой первый день рождения был таким незабываемым, — немного радостно ответил Маршалл, а потом с грустью продолжил: — Только жаль, что тетя Стелла не пришла. Почему она так нас ненавидит?       — Это из-за ее прошлого. К сожалению, именно это повлияло на это: ее выгнали, посчитав обузой, и она скиталась и голодала, пока ее не нашел Морган. Он ее приютил, она была замкнута, но была благодарна, что он ее принял. Пусть мой папа и твой дед Морган и приютил ее, но она, к сожалению, не смогла дать нам любовь, как мы ей, особенно я, я много раз старалась, перед тем, как ушла, а потом вернулась, когда я чуть не потеряла тебя, — с грустью сказала она, затем с дрожью в слезах, когда упомянула, когда она была беременна, но потом с надеждой сказала: - Но я знаю, что она изменится: я это чувствую.       — Я бы хотел ей помочь. Я уверен, что смогу помочь ей, — почти героически сказал Маршалл, чтобы утешить ее, заставив мать хихикнуть и быстро забыть свое плохое прошлое.       — Марши, ты еще совсем малыш. Думаю, тебе пока не стоит об этом думать.       — Нет, мне завтра 2 года исполнится, и я большой, — настаивал на своем Маршалл, но гром заставил его закричать и спрятаться под одеяло, и Элис с тихим смехом принялся его успокаивать:       — Успокойся, Маршалл. Вижу, какой ты большой, но тебе все равно рано, но я верю, что ты сможешь. А сейчас давай спать. Я обещала, что спою твою любимую колыбельную.       Элис ласковым голосом, поглаживая по голове Маршалла, начала петь:                         — Ложкой снег мешая,                         Ночь идет большая.                         Что же ты, глупышка, не спишь?                         Спят твои соседи,                         Белые собаки,                         Спи и ты скорей, малыш.                         Мы плывем на льдине,                         Как на бригантине,                         По седым суровым морям.                         И всю ночь соседи,                         Звездные собаки,                         Светят дальним кораблям.       После того, как она закончила, Маршалл заснул сладким сном, не предвещая ничего плохого. Элис нежно улыбнулась и приступила к приготовлению подарка для своего сына.

***

      Ребята смотрели на это и все больше умилялись этой сцене. Кто-то нежно улыбнулся, кто-то чуть не заплакал. Им было приятно это видеть, кроме двум бесчувственным людям. Эверест начала говорить первой:       — Я не знала, что твоя мама так красиво поет, Маршалл, — восхищенно сказала Эверест, и в глазах почти навернулись слезы.       — Да, моя мама красиво умела петь. Наверное, я унаследовал ее голос. До сих пор люблю ее колыбельную и слушаю, когда сплю, но так, чтобы никто не услышал.       — Почему? — спросил Рокки.       — Я был не готов рассказать о себе, Рокки, поэтому скрывал это в тайне.       — Кстати, ты в прошлом сказал, что Стелла тебя и твою мать ненавидела. Это так? — спросила Свити.       — Да, я ненавидела их, но потом Маршалл сумел помочь мне понять, как глубоко я ошибалась, — ответила за него Стелла.       — А когда это случилось? — спросил Крепыш.       — Узнаете потом, не буду выкладывать все на блюде, — сказал далматинец и все продолжили смотреть.              Внезапно воспоминание начало мерцать. Картинка дрогнула, и вместо уютной спальни был разгром в доме. Настроение моментально изменилось.       — Что происходит? — спросил Райдер.       Маршалл нахмурился:       — Это... это уже другое воспоминание. Одно из самых тяжелых.       Впереди их ждала новая страница прошлого Маршалла: та, что изменила его жизнь навсегда.