Любовь Хюррем и Сулеймана

Мехмеду было всего четыре месяца, а Хюррем уже снова была беременна. Девушке даже не потребовалась акушерка, чтобы это определить. Ощущение, что в ней новая жизнь уже было ей невпервой. Но Хюррем не понимала, рада она или нет. С рождением Мехмеда прибавилось огромное количество обязанностей и страх за сына. Девушка боялась оставлять его с кем-то, кроме себя, Сулеймана и Сюмбюля. Ее напрягало слишком большое количество людей, скопившееся вокруг ее чада. Все норвили потрогать, пощупать, обнять, но ей это совершенно не нравилось. Нет, она не думала, что все девушки желают убить его, просто маленькому ребенку легче заразиться, подхватить ненужную заразу. На самом деле, беременность не была такой уж неожиданностью как для самой девушки, так и для всех обитательниц гарема. После знакомства с Хюррем, Сулейман ни разу не позвал к себе другую наложницу. Султан практически каждый день наведывался к девушке в покои. В этот раз сам Сулейман догадался, что девушка беременна. В то прекрасное утро ее стало мутить, когда слуги принесли завтрак. Раньше такого никогда не случалось. Хюррем подумала, что съела что-то не то накануне, но Сулейман к ее удивлению приказал позвать акушерку. Как только беременность подтвердилась и акушерка оставила их вдвоем, мужчина так и сиял от радости. - Иншаллах, в Османской династии появится еще один ребенок. Пусть Аллах дарует нам сына. - Хюррем в задумчивости посмотрела на Сулеймана, у нее были другие ощущения, непохожие на те, которые она испытывала при первой беременности. - Это будет не мальчик, а девочка. Я так чувствую. - Хюррем была уверена, что материнское чутье ее не подводит. Девушка посмотрела на Султана, пытаясь понять, как он относится к этой информации. Она знала, что рождение мальчика ценится намного больше, чем рождение девочки. Сулейман на секунду замолк, присел рядом с ней и улыбчиво посмотрел на нее. - Это же отлично! У меня никогда не было дочерей. Я даже не знаю, каково это. Мальчики то одни мечи просят, а девочки.... Платья, украшения. - Сулейман уже перечислял то, чему он планирует научить свою дочь. Тут уже Хюррем рассмеялась. - Подожди, подожди. Ребенок еще не родился, не спеши, нужно подождать. Я же знаю, что ты скоро снова уйдешь на войну. - Хюррем не хотелось переходить на эту тему, но не получалось не думать об этом. - Ты же вернешься к рождению малыша? - Не знаю, Хюррем. Но я всегда буду рядом с тобой, вот здесь. - Сулейман взял девушку за руку и положил ей на грудь. - Ты будешь чувствовать мое присутствие, даже если физически меня не будет рядом. - Мне страшно, Сулейман. Очень страшно. Я боюсь за твою жизнь. Боюсь, что ты уйдешь и мы больше никогда не встретимся... - Сулейман не дал договорить девушке и прижал палец к ее губам. - Не говори о смерти, не думай о ней. Пока я есть на этом свете, не позволю тебе мучиться и страдать. Мы готовы к походу, ты сама выступала за него на Совете Дивана. -Сулейман слегка усмехнулся. - Я не против военной кампании, он как раз нужна. Знаешь, после того как ты разрешил мне присутствовать на заседаниях, все называют меня колдуньей и ведьмой. - Нет, ты не колдунья, ты маленькая негодница, которая каждую ночь доводит меня до полной остановки дыхания. - Сулейман притянул девушку к себе и вовлек ее в поцелуй. ..... Хотя в гареме новость о беременности не была неожиданной, но рад ей не был никто. Все понимали, что Сулейман нарушил традицию одна наложница - один ребенок, а Валиде не могла этому помешать. Да, Махидевран он призывал на ложе уже после рождения Мустафы, но, как считали другие девушки, она - мать главного наследника престола, и ей можно нарушать традиции. Узнав о беременности соперницы Махидевран устроила скандал. Она обещала убить юную султаншу вместе с ее ребенком и только визит Сулеймана с угрозой отправки в Старый дворец утихомирил ее. Хюррем снова погрузилась в пучину страхов, связанных с беременностью, да еще и Валиде, как и в первую беременность сказала девушке, что это - не ее ребенок, а ребенок династии. Из всего гарема только Сюмбюль по-доброму относился к девушке. Он доносил ей всю информацию о происходящем за пределами ее покоев. Именно он приносил ей еду, сам, лично, сразу же после приготовления блюда. После отравления Махидевран Хюррем стала очень осторожно относиться к еде. Даже в покоях Сулеймана девушка просила проверять всю еду прямо у нее на глазах. Султан ничего не говорил ей про это, понимал, что после такого, она еще долго будет бояться быть отравленной. В поход они должны были отправиться в начале октября, уже совсем скоро. Они должны были захватить остров Родос. Вторая беременность не проходила настолько легко, как первая. У девушки еще больше увеличилась грудь, ведь она продолжала сама кормить Мехмеда. Малыш в свои четыре месяца уже ползал на четвереньках и интересовался всем подряд. Его няньки не успевали за ним приглядывать. В общем, он вел себя так, как ведут себя все полугодовалые дети. Маленький Мустафа часто прибегал поиграть с братом, вызывая недовольство у своей матери Махидевран Султан. Хюррем удивляло, что она пыталась вбить в голову 6-летнему мальчику, что именно он займет трон после отца и ему придется казнить маленького Мехмеда. Юная султанша не очень понимала, зачем в таком раннем возрасте пугать ребенка. Тем более после этих слов Мустафа вырывался и плакал. Но в глубине души девушка понимала, что так оно и есть. Что Мустафа - главный наследник. Пройдет время, их дети вырастут и начнут враждовать по-настоящему, а не играться в войнушку на полу. Она понимала, что ее дети захотят играть с братом и тогда тоже придется объяснять им, что такое закон Фатиха. Наверное, главным подарком Сулеймана, кроме ее детей, разумеется, можно было назвать разрешение присутствовать на Совете Дивана. Мехмеду тогда было три месяца. Сулейман позвал девушку к себе в покои для очень важного разговора. Хюррем немного испугалась, так как они обычно встречались вечером, а сейчас только день. Зайдя в его покои, девушка увидела какую-то большую вещь, находящуюся под покрывалом. - Заходи, дорогая. - Голос Сулеймана был приторно-сладким, с ноткой хитрости. - Сулейман, что случилось? Зачем ты меня звал? - Хюррем с удивлением смотрела на него. - Я решил, что теперь ты будешь участвовать в Совете Дивана. Твои умные мысли надо показать всему миру. Не могу же я вечно передавать их. - Ты.....действительно этого хочешь?...- Хюррем была сильно удивлена решением Султана. - Конечно, и, на Совете Дивана ты должна предстать в самом прекрасном платье, которое только существует на этом свете. - Сулейман подошел к покрывала и сдернул его. Повернувшись, к девушке Султан с улыбкой наблюдал за ее реакцией. Хюррем от удивления зажала рот рукой. Это было платье, платье из золотой парчи и полностью усыпано драгоценными камнями. - Нравится? - Это....... мне? - Хюррем была в лёгком шоке. Она бы никогда не подумала, что когда-нибудь у нее будет настолько красивое платье. До встречи с Сулейманом, у себя на Родине, девушка никогда не думала о своей одежде. - Да, это тебе. Мой подарок. Именно в нем ты будешь на сегодняшнем Совете Дивана. - Сулейман подошел к девушке и приобнял ее, любуясь тем, какое сильное впечатление он на нее произвел. В тот Совет Дивана рядом с Султаном в зал вошла девушка с длинными рыжими волосами, одетая в самый прекрасный наряд, который только визири могли видеть. Всех шокировало не просто появление наложницы на Совете Дивана, а то, что девушка была с открытым лицом! Когда она зашла, все в зале потупили взгляды-никто не решался посмотреть на султаншу. -Отныне Хюррем Султан будет присутствовать на Заседаниях Совета Дивана. Это мое решение и оно не подлежит обжалованию. - Султан сел на трон и, посмотрев на девушку, тихонько похлопал рукой рядом с собой, показывая, чтобы она села рядом с ним. Поступок Султана показал всем обитателям дворца ТопКапы - эта девушка не останется обычной наложницей, началась ее эпоха.