Эрнест Бердингберр

Метель с шумом сносит все живое и неживое с ног, но как ни странно, мужской силуэт с силой продвигается через лес к дому. Подобравшись ближе, парень с натиском толкает дверь и словно под пеленой, вваливается в особняк. Он падает на пол, переворачивается на спину и ногами толкает дверку, закрывая ее на ключ. Парню чуть больше двадцати, но двигается он со скоростью пожилого старика, который недавно очнулся от наркоза. Джей пьян. Он стараясь немного соображать, закрывает все окна и щели, а сам прячется под лестницей, ведущей на второй этаж дома. Джейсон закрывает голову руками, прислушиваясь, как сильнейший снег долбит по крыше и стенам, желая снести дом с фундамента. Вдруг в дверь начинают с огромной силой стучать. Джей улыбается и забивается в самый угол лестничной каморки, прижимая колени к подбородку. Когда парень слышит поворачивающийся ключ в замке он напрягается, а потом созерцает злой, оглушительный крик: – Уолкер, черт возьми, где ты?! Джей слышит напряжённые женские шаги и узнает в них свою сестру. Парень трогает руками стену и слушает ее действия. Когда она уходит наверх, Уолкер выдыхает... *** Девочка, чьи волосы напоминают металл, с радостью бегает по опустевшему полю, запуская пальчики на ногах в задорную зеленую травку. Она вспоминает, что обещала своему отцу нарвать белых одуванчиков,чтобы помочь ему провести важный и очень красивый эксперимент. Мистаке собирает одуваны, напевая себе под нос задорную песенку. "Корабли к нам прилетят, и от бед нас всех избавят..." Вдруг белые семена с цветка под ветром срываются и уносятся далеко в голубое небо. Девочка улыбается и смотрит прямо на белые красивые облака, олицетворяющие, как говорила мать ее саму: белую, чистую, нежную. Мистаке любовалась облаками и небом, пока позади не услышала крики родных людей. Она обернулась. Ее дом горит, а мать с отцом внутри. *** Женщина лет шестидесяти, спящая уже двадцатую минуту, просыпается, издавая приглушённый подавленный крик. Она возвращает себя в реальность, пытаясь забыть сны, так напоминающие детские воспоминания. Мистаке поправляет шляпку из бамбука на голове и смотрит на полки, заставленные чайными пакетами по алфавиту. Абрикос, авокадо, апельсин...вдруг в дверь постучали. Юноша с темно-каштановыми волосами, заострёнными на концах вошёл в чайную. На нем красная куртка, полностью пропитанная водой от снега. Мистаке натягивает улыбку и выходит к парню. – Здравствуй, Кай. Чем я могу помочь тебе? Кай пару минут рассматривает стеллажи, находя на них чай разных вкусов, чайники разных искусных мастеров, выполненные каждый в своём, особенном стиле. Он смотрит на специи, привезённые с разных жарких и холодных стран, переводит глаза на испанские вкусности по дешёвой цене, норвежские сувениры и пряности. На самом деле каждый, кто ходит в чайную Мистаке день ото дня, знает, что единственный его продавец продаёт не только чай. – Добрый день, Мистаке – он смотрит на стеллажи снова – есть ли у тебя валерьянка? Или снотворное? Мистаке поднимает брови кверху, когда Кай задаётся этим вопросом. Не в интересах продавца конечно интересоваться значимостью покупки товара, но Кая она знает давно и не думает, что он приберег сильнодействующее снотворное для себя. –Зачем оно тебе, Смит? – спрашивает Мистаке, доставая баночку с содержимым с полки. – Есть тот, кого мне нужно усыпить – мямлит он – и в самом неподходящем месте, желательно.