Эрнест Бердингберр

В глазах полная темнота, ни звука, лишь только острый запах спирта показался Ние странным в ее положении. По ощущениям, она лежала на чем-то мягком, даже слишком, чтобы это было похоже на подушку. Иногда она двигалась. Смит с ужасным трудом разлепила голубые глазки и стала потихоньку приходить в себя и осматривать помещение. В интерьере девушка сразу узнала простой эрнестовский медпункт. Она устремила взор влево, где сидел командир, а потом вверх, и чуть не вскрикнув, увидела там кудрявого рыжего мальчика, который нес ее на руках. Ния встрепенулась, когда поняла, на чьих коленях лежит. По давнишним правилам с девяностых, все эрнестовские, потомки рода Бердингберров и те кто примкнул к ним по собственному желанию, семья, неразлучимая и очень дружная. Но как бы ни хотелось, вся эта семья все-таки делится на отряды, где каждый пытается стать лучше своего соперника. Вот и Ния, увидев кудрявого веснушчатого оболтуса с противоположного отряда вскочила, прошипев ему, словно злая кошка. – Ты что творишь, придурок? – агрессивно выпалила она на него. Парень поднял руки вверх и виновато улыбнулся, открывая взор на свои янтарные глаза. Они словно горели огнём. – Благодари этого юнца, – пригрозил пальцем командир – он тебе жизнь спас. Ния свесила ноги с лавочки и глянула на командира. Тот встал, поправил армейский ремень и подозвал кудряша к себе. Рыжик встал и подошёл к нему. – Ты тут остаёшься, полежи, позже домой пойдешь – снова лукаво сказал парень, и Ния закатила глаза до орбит. Они вышли за дверь и плотно закрыли ту за собой. Смит снова легла, чувствуя себя беспомощной. Девушка прикрыла глаза, задумываясь, но голоса незнакомых ребят заставили ее снова позабыть о сне. *** Ушел по делам, вернусь завтра. Приходи, ешь, еда в холодильнике. Не твори глупостей, ложись пораньше. Кай. И снова пришлось Ние закатывать глаза. Осознание того, что Кай до сих пор считает сестру маленькой девочкой, вводило в бешенство. Но Ния понимала, что ни от кого не получит такой же заботы, как от него, поэтому, просто вытащила суп из холодильника. Часы с задорным рисунком птички вводили в вены радость, в какое время не видел бы их ты. Они были красивыми и памятными, как этот прекрасный дом, который Ние приходилось делить с Каем. О наследстве и родителях Ние сейчас хотелось думать меньше всего, поэтому она просто хлебала свою еду без хлеба. Тоскливо. За окном вновь снег, дворик и улицу с площадкой освещает лишь один фонарь. Брюнетка задумчиво смотрит в окно, протирая запотевшее от холода стекло свободным пальцем. Кухня затмена тусклым светом, а единственный ее посетитель сидит на стуле, укутавшись в плед. Еда остыла. Ния отодвинула тарелку от себя и взяла в руки телефон, сразу же положив его обратно. Тот был разряжен, да и интереса особого не проявлял. Смиты жили на первом этаже, а поэтому Ние было достаточно видно то, что происходило на улице, если это конечно, было увлекательно. В тот вечер Ния прокляла то, что они живут внизу. Или нет. Девушка сжала в руках одеяло, как вдруг в окно кинули камень. Она встрепенулась и со страхом подошла к стеклу, вытирая его и рассматривая нарушителя покоя. Когда девушка увидела лишь размытую фигуру, то наконец, решилась открыть окно. Морозный холод со снежком ввалился в квартиру и обдал своим настроением Нию. По ее выражению лица позже, никто бы не подумал, что она рада. Когда Смит закончила ворчать, то взглянула вниз, увидев там своего гостя. Синяя лёгкая курточка, вязаная шапочка из которой валом сыпятся каштановые кудри. Веснушчатый красный носик и ярко-жёлтые, почти нереальные глаза, которые прожигали ее взглядом. – Ты? – достаточно устойчиво задала вопрос Ния – Чего забыл тут? – девушка не выглядела в глазах паренька такой, какой он видел ее в организации. Волосы собранные в хвостик раньше, сейчас комом валялись на плечах, тёмную одежду сменил свитер, а вместо пистолета был телефон в подачу с одеялом. – Пришел извиниться, что заставил тебя сегодня остаться в меде. Мне показалось, это тебя обидело. – Чего? – вспорхнула глазами она – тебе же командир приказал. – Не приказывал он ничего. Я попросил его тебя оставить. Ния буквально потеряла сознание. Столько времени она провела в душном меде, слушая как другие выполняли свои задания и чувствуя себя беспомощной, когда тот все выдумал. – Зачем? – Мне казалось, тебе было плохо. Вот почему Ние показалось странным, что командир ее оставил...и как это ему только удалось. – Ты подумал, я слабая? – с упреком спросила она. – Нет, нет, нет! Что ты! Конечно нет, я просто!... Смит залилась звонким смехом. – Да я шучу, чудик! Парень покраснел и мило ей улыбнулся. – Как ты узнал где я живу? – теперь уже серьёзно спросила она. – Эрнестовские карточки участника недавно дополнили. Теперь там пишется адрес проживания в самых строжайших подробностях. Выкрал твою карту, посмотрел адрес, вернул назад. Делов то. Ния улыбнулась. – Ну ладно, воришка, что ж, будем друзьями – она протянула ему руку – Ния Смит. – Джей Уолкер – протянул он ей руку в ответ, смотря, как Ния ныряет в квартиру и закрывает уже застывшее окно. *** – Коннор? Почему так поздно? – вокруг Кая шумела музыка, а он сам как протрезвел, увидев звонок от друга. – К Ние твоей дружок приходил – ответил собеседник. Смит выплюнул остатки шампанского и вышел на балкон для качества звука. Со стороны его места нахождения снега не было, лишь пронзающий холод и бледная луна. – Кто?... – Пацанчик, голубая куртка, рыжие волосы. Как я понял, соучастник их этой банды. Пришел, за что-то извинился, посмеялись, поболтали, он и пошел. А, имя! Джей Уолкер. Кай покрутил в руках пустой стакан и опустил глаза на снег с балкона. Музыка внутри помещения становилась громче, пока Кай не услышал голоса, зовущие его. – Как имя? – Джей Уолкер. – Хорошо, спасибо. Кай сбросил трубку и отпрянув от перил, развернулся на кожаных ботинках. Он поставил стакан на пол и положив телефон в карман, медленно двинулся в сторону звуков и запаха перегара. – Джей Уолкер, значит...