Вино и сигареты

Я смотрела на уходящий, багровый закат. Со стороны горизонта он наливался кровью, плавно переходя в оранжевый и превращаясь в золото ближе к облакам. Свесив из окна одну ногу из окна, я медленно отпивала горькое, сладковатое вино. Рядом стояла бутылка, отражая алые отблески позднего солнца. Скоро оно зайдет, оставляя Питер в свете зданий, фонарей и фар от словно муравьи спешащих по городу машин. Скоро стемнеет и по земле поползут ночные твари, наводя ужас на мир. Я опять буду одна. Одна со своими демонами, что смотрят на меня холодными, пустыми словно сумрак, ночами. Эти чудовища вечно со мной, они стали мне невыносимыми врагами, и в то же время единственными, кому я нужна. Серые, молчаливые, вечно смотрящие на меня. Они видят все мои проблемы, нависая над душой. Я опять прильнула к бокалу, втягивая алую, словно кровь жидкость. В стекле отразилась крупинка солнца, медленно уходящего за горизонт. Я смотрела на него застекленевшим, пустым взглядом. Подростки (в основном пацаны 16-17 лет) уже начинали формировать маленькие группы, ставить колонки с сомнительным рэпом и выкрикивать маты в отношении друг друга. Запоздалые мамочки, еще торчавшие на детской площадке, начали поспешно уходить вместе со своими детьми. Я медленно вытянула пачку сигарет. Закурив, я медленно соскользнула с подоконника. Немного пошатываясь от выпитой мной бутылки, я прошлась по квартире. Однокомнатная, снятая за небольшие деньги у девушки, немного старше меня. Все вышло спонтанно, когда молоденькая я решив уехать из родного города пристроилась у подружки, а та порекомендовала данное захолустье. Приехав впервые, меня удивила способность квартиры быть и маленьким помещением, и довольно просторным местом жительства. В общем, меня все устраивало. Хозяйка оказалась понимающей, и не капала на мозг при задержке в выплате. Однако, с квартирой пришли и квартирные проблемы в виде соседей-пары постоянно орущей друг на друга. Эти люди не проявляли сострадания ни в какой форме. Даже в ночь перед экзаменами в университете, они истошно выкрикивали ругательства, настолько изощрённые, что я в жизни не слышала. Гул в голове усиливался, и я затянулась. Все же хорошо жить одной со своими чудовищами. И умру я тоже вместе с ними. Такова моя судьба. От мыслей меня избавят алкоголь из «Красного и Белого» и сигареты оттуда же. А что еще нужно для мирного прозябания где-то между центром и окраиной Питера? Под такие нелесные мысли я докурила сигарету и кинула бычок за окно. Наступила долгожданная тьма. Приняв быстрый душ, я отправилась в комнату, где быстро прилегла на кровать укутавшись старым постельным бельем. Я стала ждать, вглядываясь во мрак квартиры. Я знаю, ты придёшь, как в прошлую ночь, так и в позапрошлую. Ты всегда приходишь- стучало у меня в голове. Он появился. Один из моих демонов, что смотрят на меня всю мою жизнь. Медленно, словно призрак пробравшись в мою комнату, он посмотрел на меня. Сердце сжалось, отдавая немой болью в животе. Ноги похолодели, а руки немного вспотели. Он смотрел на меня черными, словно смоль глазами и задал немой вопрос «можно?». Я кивнула и уставилась не него изучающим, немного напуганным взглядом. Он приблизился к моей кровати, возвышаясь на до мной. Высокий, худощавый, бледный, словно из мрамора. Он ни похож на тех тварей, что преследуют нас в ночных кошмарах. Он похож на нечто не матерьяльное, то что является в мечтах. Я никогда не узнаю зачем он пришёл ко мне той памятной ночью. У него немного растрепанные волосы, чуть вьющиеся к кончикам. Они, как и прекрасные, закутанные темной пеленой глаза, черного цвета. Длинные, тонкие руки, которые я буду любить даже если они будут меня душить. Острый овал лица с тонкими, бледными губами. Темная, беспросветная сущность, созданная тьмой моей комнаты. Я всмотрелась в холодные, не выражающие эмоции глаза. Снова немой вопрос «я сяду?». Снова я кивнула. Он присел на край моей кровати, около моих ног. Холодная корка ужаса пробежала по спине. Я вздрогнула. - Что же тебя так тревожит во мне? – в этот раз вопрос был озвучен моим ночным гостем. Я ненадолго задумалась. И в правду, что же заставляет при каждом его приходе чувствовать благоговейный ужас? – Само твое существование необычно. На меня всем наплевать, я ничто. А ты- тут я немного замедлила- ты приходишь, ты видишь меня. Мой собеседник снова погрузился в молчание. Я же, просто вглядывалась в его силуэт. Странно для меня было то, что в эту ночь он прервал тишину. До этого он никогда не проронял ни слова. При первом его визите я не пугалась. Дело было в том, что я была пьяна. Ужасно пьяна. Тогда я даже не помнила, как добралась до кровати, собственно, как и причину запоя. В последнее время проблем стало так много, что я перестала их считать, как и помнить. Все смывало красное полусладкое, купленное на остатки зарплаты. «Мой особый дьявол» - так я его называю. Все остальные твари лишь творят ужас и страх в моей голове. От их присутствия хочется кричать, рвать тело и душу на куски. Это всего лишь боль. Я привыкла к содроганию по всему телу, к постоянным обморокам. Привыкла к горячей крови, стекающей по рукам после неглубоких порезов. Я готова остаться в ночи навеки, лишь бы только не расставаться с ним. Навечно слиться с тьмой ночи, только бы вечно тонуть в его глазах. Каждую ночь он выслушивает мои проблемы, холодно смотря на меня. С ним мне хорошо. - Пожалуйста, останься со мной - Я поднялась в кровати, вставая на локти. - Только не уходи. - Я пока не ухожу, время не настало – он смотрит на меня смеренным взглядом – Тебе нечего боятся. - Ты уйдешь, настанет утро, и ты уйдешь. Останься. – Я вытянула руку к его полупрозрачной щеке. – Забери меня с собой. - Время не настало – он легко отталкивает мою руку – не смей ко мне прикасаться. Я готова на все, только бы он не уходил. Пусть он меня презирает за то, что, не хочу его отпускать. Он моя темная сущность, что меня не отпустит, и я это знаю. Я медленно встала с постели и направилась к окну. Там я увидела привычную, старую вишню. Летом я часто представляю, что она прорастает сквозь меня, удерживая своими корнями, впиваясь в сердце. Я сижу во дворе в ее тени и курю. В такие моменты единения с деревом мне, можно сказать хорошо. - Сядь обратно, тебя увидят – его голос был холоден и тверд, как лед – Ты только моя, ты мне принадлежишь. Я не услышала его, или не хотела услышать. Уйдя глубоко в свои мысли, я опомнилась, только когда его рука легла на мое горло, сжав. Кислорода стало катастрофически не хватать. Я затрепыхалась в его смертельных «объятьях». Отпустив, он процедил между зубов – Не смей больше ослушиваться меня. Я энергично закивала, жадно глотая воздух. – Конечно, извини. Мой гость снова уселся на кровать, пристально смотря на меня. Когда он душил меня, руки его были холодные, как у мертвеца. Да и живой он вообще? Наверное, нет. Не мог живой человек смотреть так…так жестоко и хладнокровно. Словно не взгляд, а тысячи маленьких игл вонзающиеся по всему телу. И ты не в праве кричать, умолять, дабы эти иглы перестали рвать живую, окровавленную плоть. Я сползла по стене. Похоже «мой дьявол» приложил мою хмельную голову о стену, теперь нам красовалась кровавая полоса, четко выделяясь на фоне коричневатых обоев. Да, я принадлежу ему. Я это поняла несколько месяцев назад, когда наконец наладила общение с девочкой, моего же возраста. Тогда мне показалось, что я смогу исправится, стать лучше, хотя бы для нее. Но нет. В ту ночь он явился с окровавленным ножом за спиной, и на его лице была безумная улыбка. Его руки, рубашка, даже его лицо было очерчено каплями багровой жидкости. – Теперь ты принадлежишь только мне. – Слова прозвучали без интонации, без намека на эмоции. Он схватил меня за дрожащую от страха руку, и потащил за собой в коридор. От ужаса я не могла выдавить ни звука. Приткнув меня к стене сильным толчком, он прижал мою конечность к обоям и стал медленно, под мои вопли чертить слово «Моя» на моей коже с помощью своего клинка. Каждый надрез сопровождался истошным криком боли и ужаса. Лезвие вспарывало верхний слой кожного покрова не задевая вены. Вскоре, мой голос охрип и вопли прекратились. Боль прошибала рассудок, не давала дышать, отзывалась где-то глубоко и отдавалась в ране. Истеричный хохот демона отдавался в самых дальних уголках сознания, создавая все новые и новые волны боли. Упав на пол, я взглянула на него. На лице безумца красовалось удовлетворение от содеянного. И глаза его горели алым пламенем. Дальше был мрак… ***