Горячо-холодно

Его белоснежные, а вдобавок морозные руки ещё никогда так не дрожали. Одежда теперь вся перепачкана в пыли и грязи осенней улицы, а рыжеволосый парень всего-навсего боится встать с асфальта, измазанного в крови. Из своего тёмного угла он еле видел ходивших по улице людей, которые старались спастись от моросящего дождя. Боль могла бы сравниться только с последним пребыванием у покойного отца, но хуже морального опустошения быть уже не может. Люксовые брюки, которые Ники подарил Джостену в честь выигрыша в чемпионате, теперь вовсе не пригодны к ношению, ибо многочисленные дырки и потертости трудно не заметить. Чёрная облегающая водолазка потерпела такие же неудачи, а о пальто надо полностью забыть. Сейчас он выглядел хуже, чем когда пришёл в университет в не самых хороших вещах. Оборванец с улицы, будто не имеющий собственного жилья. Кто бы поверил, если Нил сказал, что он участник команды «Лисы», выигравшей чемпионат по экси? Прохожие бы просто-напросто посмеялись прямо ему в лицо, пока тот, дрожащий от боли и холода, пытался медленно подняться по стенке. Тело ломило. В данный момент Джостену страшно представить, что было, когда Дрейк поступал с Эндрю точно так же, как в эту вечернюю пятницу поступили с ним. Только вот, есть большая для Нила разница. Миньярд не подал виду, когда «старый друг» его чуть не изнасиловал. А он, в изорванной водолазке, сейчас хотел провалиться под землю и убежать туда, где его не знает никто. «Разочаруется во мне, если узнает. Я не должен говорить об этом. Он пережил гораздо бóльшее, чем один раз», — пересчитав несколько купюр, которые всё ещё остались в кошельке, Джостен примерно прикинул цены на одежду. На покупку в масс-маркете вполне себе хватит, да и навряд ли его пустят куда-то помимо дешёвых торговых улочек.

***

— О, Нил, ты очень надолго задержался, между прочим! Я звонил, звонил, а у тебя телефон недоступен, — Ники, что не удивительно, придерживался любимого позитива, а поэтому был только рад возвращению соседа. Смуглая кожа была полной противоположностью пастельного цвета пижамы, на которой красовался принт с маленькими динозаврами. — Наверное, разрядился, — голос оказался сиплым и хрипящим, из-за чего разобрать слова было достаточно трудно. — Лишнего погулял, похоже. Горло болит. — Поправляйся! — парень одарил другого лучезарной улыбкой. Когда Нил уже открыл дверь в спальню, тот спросил. — Мне кажется, или ты уходил в других вещах? — Я прикупил новую одежду. — Похоже на масс-маркет. — Так и есть, — не дожидаясь продолжения реплики, Джостен захлопнул дверь. Он умел врать. Хорошо, даже отлично, но сейчас Нил бы не смог сказать ни единой лжи. Душно. Парень попытался открыть окно, но руки не слушались. Первое, что он сделал — закрыл дверь на ключ, чтобы никто не увидел его таким. Вновь сломленным, побитым и с животным страхом в глазах. Эндрю, предположительно, придёт через час, а значит за это время ему необходимо привести себя в надлежащий вид. Сделать лёгкую улыбку на лице, будто ничего не произошло. Миньярд подвергался изнасилованию Дрейка не раз, но сейчас он тут и вновь научился искренне улыбаться. А Нил дрожал от физической, да и моральной боли, считал себя собственноручно виноватым, ибо подумал, что мог этого избежать, если бы не стал гулять один. Ковыляя, он дошёл до двери в ванную комнату, чтобы принять необходимый в тот момент душ. Кровь засохла, но вид был более-менее, раз Ники не обратил внимание. Разделся, взял в руки самую жёсткую мочалку и начал тереть. Руки, ноги, живот, шею, ладони и всё, до куда он мог дотянуться без сильной боли. Нил чувствовал себя грязным. Ужасно грязным. Шрамы заныли от такого напора, но Джостен не прекращал. — Извините, нет, я не хочу с вами знакомиться, — Джостен попытался отступить от назойливого мужчины, крупного, на вид около пятидесяти. Путь парня лежал к ювелирному магазину, потому что он хотел прикупить кольцо для Эндрю. Символический подарок, если можно так сказать. — Мальчик, я обычно не спрашиваю разрешения. Но ты показался мне довольно милым и… сексуальным. У тебя рельефное тело, я уверен, — он подходил ближе, а Нил делал шаги назад к подворотне, откуда не видно ничего. Мужчина мгновенно схватил Джостена в темноте, но парень был проворлив. В этот раз недостаточно, потому что его действия ограничивало тяжёлое пальто. — Тише, тише. Мы с тобой чуть развлечёмся и пойдёшь своей дорогой. — Отъебись! — он вновь попытался оттолкнуть столь массивное тело от себя, но неудачно. Мужчина был около двух метров роста и в два, а то и в три раза больше Джостена. Нил сглотнул. Воспоминания, как противные руки трогали его обнажённое тело. Этот мужчина в прямом смысле поимел парня. Вдалбливал в бетонную стену, пока рыжеволосый пытался закричать. Он затыкал его рот своим членом и Нил задыхался. Мужчина бил, заставлял делать то, отчего парню становилось плохо, отвратительно, больно. Джостен вышел из душа спустя полчаса, когда кожа стала красной. От горячей воды, мочалки, да и мыслей. Ещё 30 минут до прихода Эндрю.

***

Нил пытался сосредоточиться на конспектах перед ним. Математика, испанский, английский, но ни один из предметов не смог привлечь внимание парня. Руки дрожали, а Джостен старался скрыть это настолько, насколько это возможно. Дверь открылась. Нил вздрогнул, а после выдохнул, когда увидел Миньярда на пороге комнаты. — Привет, — рыжеволосый коротко улыбнулся, но далеко не искренне. Просто нормализировал. Всё в порядке, ничего не случилось. — У тебя руки дрожат, — Эндрю достал из кармана сигарету и зажигалку, прикуривая. Сладкий дым распространился по комнате, но Миньярд удосужился открыть окно, чтобы было, чем дышать. Джостен решил проигнорировать слова, а поэтому блондин просто пожал плечами, ложась на кровать. — Как прошёл день? — Нил сохранял ровный голос, хоть и руки уже выдали нервозность. Парень подумает, как решить эту проблему. — Сидел на парах, сидел с Би, сидел с Рене. Конец, — Эндрю всё также лениво потягивал дым табака, заменяя злосчастные наркотики. Блондин понимал, что что-то случилось, скорее всего несерьёзное, раз Нил не говорит, а значит позже расскажет сам. — Классно, да… — Джостен кивал для уверенности в собственных словах, но продолжал смотреть в конспекты, не в силах встретится взглядом с парнем. Миньярд не выдержал даже пяти минут: выкинул сигарету в окно и наклонился над ухом рыжеволосого. — Да или нет? — Прости, нет, я просто, ну, — постарался жестикулировать, что вышло не очень удачно, а поэтому сдался. Тем более, его заткнул Эндрю. — Я спросил да или нет, а не объяснения, — он вздохнул с разочарованием, которое мог уловить только Джостен, отчего ему стало стыдно. Он отказал в поцелуе из-за собственных проблем. Парень года. — Извини. — Ненавижу это слово. — Хорошо. — Что «хорошо»? — Я понял, что ты ненавидишь это слово. — Как ты? — Всё в норме, — выдавил Нил, черкая что-то на листочке. — Ещё я ненавижу твою ложь, — Эндрю вновь встал со спального места и схватил Джостена за плечо, дабы развернуть, но тот очень уж заметно вздрогнул. На его лице читался дикий страх. Парень недоумевал. — Ты боишься меня? — Никогда. Нет. Я люблю тебя, просто, неожиданно, вот и… — Либо ты говоришь, что случилось, либо я сведу это на свой счёт, — взгляд Миньярда показывал раздражение, потому что какую-то вещь Нил-упаси-его-Джостен скрывал от парня. Блондину это порядком не нравилось, он хотел получить ответ. Когда он уходил утром, рыжеволосый излучал самую прекрасную улыбку, полную искренности, а сейчас был сам не свой. Нил молчал. Эндрю ждал. Минуту, пять, десять и ещё полчаса. — Что, блять, произошло? — Миньярд проговорил сквозь стиснутые зубы, желая услышать внятный ответ от своего не-парня. Но Джостен продолжал молчать. — Ничего, — робко ответил Нил, но в любом случае был уверен в своих словах на все двести процентов. Виноват только он сам, да? Никак не Эндрю. Ручка упала со стола, а рыжеволосый сразу это приметил. Воспользовавшись моментом, он наклонился, дабы поднять канцелярию. — Замри, — сказал Миньярд. Свитер Нила задрался, из-за чего парень увидел засохшую кровь. Джостен не смог дотянутся в душе до спины, потому что боль была в разы сильнее. Эндрю коснулся спины, а тот вздрогнул. Новые царапины и багровые пятна. — Что это, блять, такое? — Испачкался в чём-то, наверное, — Нил пытался сохранить спокойствие, которое уже давным-давно пропало. Он заметил. Рыжик не хотел, чтобы Миньярд его бросил. «Я не хотел, не хотел, не хотел», — повторял он себе. — Это кровь. Твоя. Я прав? — Нет. — Джостен, блять, не лги мне, — Эндрю стоял, рассматривая тревожный силуэт собеседника. Он боялся, но чего? Или кого? — Что ты делал сегодня? — Сходил на тренировку, на пары и пошёл гулять. Вернулся час назад. — С кем ты гулял? — Один, — как же он был разочарован в этом. Если бы он был не один, то всё бы обошлось. Но тот шёл покупать кольцо для Эндрю. В итоге бóльшую часть денег для подарка просто украли. — Ты влез в драку? — Миньярд откинул этот вариант с самого начала. Нил бы не шугался его, если это всерьёз было бы так. Что-то серьёзнее, а это нагнетало. — Нет. Я не знаю, где испачкался. Это не кровь и не моя. — Джостен, солжёшь мне ещё раз — я уйду. И Нил вновь замолчал. А что изменится? Когда он узнает правду, все равно уйдет. Эта отвратительная единственная мысль зациклилась у него в голове. — Давай сыграем в «горячо-холодно»? Если я буду близко, говоришь тепло, если очень близко — горячо. Если вообще размышляю не в ту степь — холодно, — Эндрю будто общался с пятилетним ребёнком, но в данный момент это вовсе не волновало. Он хотел правды любым способом. Да и маловероятно, что рыжеволосый был готов на другие варианты в таком плачевном состоянии. — Ты подрался? Нил сохранял молчание более минуты. Сдался. — Прохладно, — Джостен подчинился условиям. — На тебя напали? — Тепло, — хрипло говорил Нил, стараясь сохранять ровный тон голоса. — Тебя избили? — Эндрю продолжал двигаться в сторону насилия. Надеется, что сейчас станет горячо и на этом ограничится. Нет. — Тепло. — Нил, — Миньярд теперь посмотрел с волнением, которое столь редко появлялось в его тёмно-шоколадных глазах. Подошёл ближе, сел на корточки перед ним, заставляя посмотреть рыжеволосого прямо на него. — До тебя домогались? Джостен замолчал. Сто двадцать секунд, прежде чем он промолвил шёпотом: — Тепло. Эндрю опешил. Ещё одна жертва чужих противных рук. — Тебя изнасиловали, — Миньярд глубоко вдохнул, стараясь сохранить спокойствие. Рыжеволосый молчал, пытаясь скрыть случившееся, от чего Эндрю злился ещё больше. Он бы не отказался убить этого человека. И он это сделает. — Прости, — начал Джостен хрипло, мотая головой. Тот не хотел, чтобы Миньярд уходил. Закрыл глаза, повторяя. — Прости, прости, прости. Я не должен был идти один. Я виноват. Прости. — Не смей говорить это слово. Я убью этого человека, ладно? Опиши. — Я хотел купить тебе кольцо. Серебряное, внутри с гравировкой «ненавижу на все двести процентов». Я не думал, что так получится. Прости, — Нил не слышал слов блондина. Он был уже где-то далеко, в воспоминаниях, пытаясь оправдаться. Рыжеволосый боялся, что Эндрю уйдёт. — Номер десять. Нил Абрам Джостен. Нил, — Миньярд держал руки в карманах, дабы случайно не коснуться Джостена. Он не желал усугублять положение. Темперамент Эндрю оставлял желать лучшего, да и к тому же ситуация была слишком раздирающей изнутри. Дрейк. — Ты скажешь мне, как выглядел этот человек. — Нет. Я не хочу, чтобы ты сел в тюрьму из-за меня. — Не из-за тебя, а за тебя. Есть разница, Джостен. — Я не скажу. Ничего не скажу, — Нил дрожал, продолжая бормотать что-то нечленоразделенное. — Я пытался отмыть его руки. Я долго тёр мочалкой. Я всё равно чувствую себя грязным. — Сделай вдох. Ты уже не там. Ты со мной, — Миньярд отчаянно старался поддержать парня. В своё время Нил оказал сильную помощь во время тяжёлых дней Эндрю. Безмолвно, когда блондин разрешал — забирался ладонью в волосы; приносил новые Marlboro; заставлял поесть и рассказывал бессмысленные истории. Говорил, как Эндрю важен для него, для экси и для всего гребаного мира. — О’кей, я не буду его трогать. Что мне сделать? — Не бросай меня. — И не собирался. Мы пойдём к Би. — Я не хочу, — Нил судорожно начал сжимать собственные пряди на макушке. До боли. — Ладно, сейчас не пойдём. Шоколадное мороженое и чёрный чай? — так или иначе, Эндрю очень хорошо знал вкусовые предпочтения парня. В данный момент им просто нужно отстраниться от всего происходящего. Просто быть. И Миньярд разрешит ему трогать светлые волосы, перебирая непослушные пряди. И он будет сидеть с ним, говоря на самые странные темы, пока тот не уснёт. И Эндрю успокоит его, когда тот проснётся от злободневного кошмара. Так делал Нил и так будет делать он. Им не нужны «я тебя люблю». Они любят действиями, вниманием, но не словами. Взгляд тёмно-шоколадных глаз всегда будет излучать переживание только за Нила, а тот в свою очередь за Эндрю. Те вновь поссорятся из-за необходимой психотерапии для Джостена, который как обычно откажется, но вряд ли конфликт продлится долго. Любили, любят и будут любить. А потом Эндрю Джозеф Миньярд найдёт насильника, который посмел надругаться над Нилом. Этого мужчину посадят, в то время как Джостен еле-еле даст показания на слушании, но судья всё поймёт.

Это будет ещё один шаг, который они пройдут вместе.