Сердца в унисон

      Туманное прощание с компанией и путь до дома под попсовые песенки в такси стерлись из памяти тех, чьи мысли не желали хоть немного быть приличными. Спонтанная шутка, от которой в крови обоих до сих пор играли остатки адреналина, разбавленные, хоть и небольшим, но всё же неким количеством алкоголя, явно вышла за рамки ожидаемого эффекта, но кто сказал, что это плохо.       Ключ, дверь, полутьма коридора... Бессловесное принятие любви, где-то промелькнувшая мысль о заранее выставленном будильнике на завтра, чтобы не проспать поезд. Упавший на пол черный плащ, который придется чистить от шерсти, но это потом, тем более, что Миссис Пимпл забрали днем раньше, а значит, можно не беспокоиться, что она устроит на нем себе новую лежанку. Путь до спальни кажется таким далеким. Гораздо проще прижать скрытое раздражающим худи желанное тело к стенке, вглядываться в пропасть лихорадочно блестевших глаз и ощущать дуновение горячего воздуха на коже, зависнув в каких-то миллиметрах от нее.       Руки Жени обвили шею Ильдара, приходя на помощь слабеющим ногам и находя хоть какую-то опору. Непроизвольно прошедшейся по чуть пересохшим губам язычок парня приковал к себе на мгновение взгляд любовника, а после все мысли занял лишь глубокий, медленный поцелуй со слабым привкусом горечи алкоголя, в то же время отдающий чем-то сладким, который, казалось, опьянял вновь. Левая ладонь мужчины неуловимо юркнула под кофту Жени и легла на талии, вызвав дрожь по телу последнего от контраста еще не согревшейся руки и пылающей кожи, согретой набирающим обороты биением сердца, пока правая не давала отстраниться, мягко удерживая за подбородок. Настойчиво вклинившись коленом между ног парня, Ильдар даже сквозь плотную ткань штанов ощутил возбуждение, вторившее его собственному. Скорее всего, алкоголь чуть притупил рамки стеснения, потому что молодой любовник вжался сильнее, едва слышно простонав в поцелуе, затрепетав ресницами закрытых век, и качнул бедрами, на что мужчина, издав тихий рык, стал целовать более агрессивно. Ладонь соскользнула на шею Жени, где учащенно билась небольшая венка, выдавая ритм сердца, томящегося в сладком ожидании. Резко прикусив успевшую припухнуть нижнюю губу и тут же зализав ранку, проходясь по ней горячим кончиком языка, Ильдар проник глубже, столкнувшись с изворотливым язычком парня, сплетаясь с ним в немыслимом танце под аккомпанемент шумного дыхания. Ноги Жени всё больше слабели и подкашивались, грозя ослабеть окончательно и полностью доверить тело крепким рукам любовника, пока собственные цеплялись за его шею, обвивая её. Всё также, не открывая глаз, парень растворялся в поцелуе, в дурманящем голову смеси запахов их парфюма, кожи и алкогольного шлейфа. Мужчина только сильнее заводился, чувствуя, как чужой юркий язычок то мягко сплетается с его собственным, то внезапно будто прячется, давая возможность Ильдару пройтись самым кончиком по ровному ряду, будто норовящих куснуть, зубов, а затем жадно исследовать, упиваясь привкусом алкоголя, буквально вылизывая нёбо, щеки, стараясь собрать с них неуловимые капельки выпитых ранее коктейлей.       Глухой стон Жени в поцелуе отозвался внутри любовника сладкой дрожью предвкушения. Не желая отрываться от чуть опухших, мягких и таких манящих губ, Ильдар, сделав аккуратный шаг назад, утягивал за собой парня, послушно следующего за ним в хранившую их тайны темноту квартиры. Осторожно, тихо, пара, танцуя только ей известный танец, окутанная одновременно разбуженной алкоголем страстью и им же приданной плавностью движений, чудом ничего не уронив по пути, скрылась от всего остального мира в спальне, что слабо освещалась лишь светом полной луны, заглядывающей в окна домов, и через раз стыдливо прячась за проплывающими облаками, но всё равно продолжающей наблюдать за всем и всеми. И луна была свидетельницей того, как сплетались тела двух людей, утопавших в мягкой кровати.       – Красивый..., – прошептал Ильдар, помогая отправить в полет кофту Жени куда-то на пол, не отрывая взгляд от мило смутившегося лица напротив, становившегося всё более алым, стоило молодому любовнику остаться ничем не прикрытым под изучающим взглядом нависшего мужчины. Стыд смешивался с желанием, усиливая разливающийся жар по телу и тягучее чувство где-то внизу живота. Мысль, что Ильдар до сих пор еще в одежде, показалась несправедливой Жене, который потянул край чужого худи вверх, ловя мягкую улыбку в ответ и некую помощь в этом действие. За оказавшейся там же, где и кофта любовника, вещью, последовал и последний элемент одежды мужчины, выдавая и так понятное желание, но всё же сдерживаемое, по крайней мере, на то время, которое требовалось, чтобы хотя бы немного подготовить Женю.       Мягкий поцелуй скрадывал неприятные ощущения, хоть и не до конца, судя по тому, что в спину Ильдара впились небольшие коготки обхватившего его руками парня. Возбуждение, и так столь долго причинявшее муки, прошибло тело мужчины, едва из груди молодого любовника вырвался глухой полустон, а он сам чуть выгнулся в спине, прижимаясь ближе и безмолвно прося бóльшего. Мысль о презервативе, оставшемся в сумке, пришла к Ильдару слишком поздно. Теперь оставалось только размазать по своему возбужденному органу сочившуюся естественную смазку и прятать часть чужой боли в россыпи мелких поцелуев, покрывая ими лицо и шею.       Ловя каждый срывающейся стон с приоткрытых искусанных губ, не спеша, погружаясь в горячее, пульсирующее и такое желанное тело, смотря, как болезненно жмурит веки Женя, тщетно стараясь расслабиться и глубоко дышать то и дело сбивающимся дыханием, от которого взымалась чуть блестевшая от проступивших капелек пота грудь, любовник медлил, боясь причинить еще большую боль. Отвлекая, Ильдар поймал чужие губы в отдающем пошлостью тихих стонов поцелуе, и только потом одним плавным движением вошел полностью, размывая границы жара двух тел.       Ощущения дурманили не хуже алкоголя, который уже успел выветриться. Несильно поддав вперед бедрами, нависнув над Женей и неуловимо смахнув со щеки грозившую скатиться слезинку, он двигался медленно, словно желал довести до грани их обоих.       – Ты так сильно сжимаешь меня внутри, – прошептал мужчина на ушко любовнику, зная, как сильно тот смутиться от таких слов. Дернувшуюся прикрыть глаза в сгибе локтя левую руку парня быстро перехватили и завели за голову, не дав осуществить задуманное, чуть прижав к подушке. Всё также продолжая плавно скользить, Ильдар вновь потянулся к алым губам, блестящим от того, что их постоянно покусывали и облизывали мелькающим юрким кончиком язычка, словно неосознанно дразня этим.       Слишком медленно... Слишком тягуче... Но стоило Жене попытаться прикоснуться к себе, как его свободную руку тут же прижали к простыне, а нижнюю губу ощутимо прикусили, словно в наказание.       – Если хочешь большего..., – прошептал любовник, улыбнувшись своей мысли, а затем, аккуратно приобняв парня, повалился на спину, ловя тихий вскрик и частое дыхание оказавшегося сверху человека, – То дай мне это увидеть...       Смущение от такой открытой позы топилось в сладострастных ощущениях, в горячей наполненности, в чуть дрожащих ногах, стоило Жене начать аккуратно двигаться. Приоткрыв замутненные одолеваемыми чувствами глаза и встретившись взглядом с Ильдаром, наполненным смесью из любви, похоти и наслаждения, парень неотрывно смотрел, будто загипнотизированный казавшимися огромными его черными зрачками, пока прошедшая по телу мелкая дрожь от особо глубокого толчка не заставила его зажмуриться и вскрикнуть, уронив голову и сильнее опершись руками на вздымающуюся грудь любовника, удерживающего того за бёдра и периодически оглаживающего выпирающие тазовые косточки большим пальцем руки. Левая ладонь Ильдара неуловимо переместилась на возбужденный член Жени, размазывая по нему капельки сочащейся спермы, стараясь подстроиться к заданному темпу. Чуя накатывающие волны подступающего оргазма и то, как дрожало, предвкушая, в его руках разгоряченное тело, не в силах скрыть срывающихся с влажных, искусанных губ протяжных стонов и тихих всхлипов парня, любовник мягко сжал основание пульсирующей плоти в руке и притянул к себе Женю в жарком поцелуе, не давая достичь разрядки. Пошло ёрзая сверху, издав протестующее против такого глухое мычание, парень уже понял, что сейчас ему не дадут получить столь желаемый оргазм, близость которого ускользала с каждой секундой.       Но Ильдар и сам был на грани, лишь усугубляя положение поцелуем с проскальзывающими нотками собственничества. Хотелось заявить всем свои права, одновременно показать доставшуюся ему одному драгоценность и спрятать в самый темный подвал, чтобы никто не мог прикоснуться к ней, кроме него самого. Покрыть шею и грудь алеющими на белой коже поцелуями, которые потом превратятся в долгосходящие отметки на теле, подтверждающие истинность желаний. Не прошеные мысли о таком сдетонировали резко и внезапно. Повалив Женю на спину, уже не думая сдерживать себя, ловя на каждое своё движение хриплый, рваный вскрик заметавшегося по кровати любовника, цепляющегося то за сильные руки мужчины, держащие дрожащее и выгибающееся навстречу тело, то за нещадно сминаемую пальцами простынь, грозя порвать натянувшуюся до предела ткань, Ильдар и сам плавился в подступающих волнах жара.       Пронзивший тело оргазм на секунду выбил воздух из легких мужчины, а после раздавшийся тягучий, низким бархатом отразившийся от стен стон утонул во вторящем ему ярком и звонком крике Жени, переходящем в прерывистое частое дыхание, от которого с взымающийся груди только сильнее начали скатываться капельки пота, щекоча кожу, блестевшую от них в лучах полной луны за окном. В опустошенном сознании обоих не осталось места ни для клубов, ни для каких-то съемок и интервью, лишь стук бьющихся в унисон сердец эхом еще какое-то время продолжал звучать в ночной тишине, пока сон не принял в своё лоно две усталые души, связанные невидимой красной нитью судьбы...