Сад больших надежд

«Их связывает невидимая, но прочная нить, скрываемая под ворохом разных мелочей, нить, которая может существовать только между людьми, увидевшими друг в друге собственное одиночество». Паоло Джордано «Одиночество простых чисел»       Легкий ветерок доносил до рабочего стола в кабинете яркие ноты наступившей весны. Джин, как и обычно, выполнял свои ежедневные письменные дела, и они не переставали уменьшаться. Порученные дела младшего сына в семье графства Тараксакум не отмечались большой сложностью, отец не допускал младшего до важных дел семьи, предпочитая отдавать их старшему сыну. В свою очередь младшего готовили к ведению финансового оснащения особняка, что в будущем поможет ему после вступления в брак. Брак.       Когда Джин опускает перо в чернильницу и решает потереть уставшие от напряжения глаза, мысли о разговоре с отцом накануне не дают ему покоя. Вступать в брак для детей аристократических семей в норме жизни. Особенно понятно, что браки зачастую договорные, к этому привыкли все, и он был к этому готов давно. Однако его роль в этом браке никак не давала молодому человеку спокойствия. Возможно, Джин всё-таки питал надежду на то, что родители выберут ему в супруги одну из далеких от столичной жизни дочерей баронов. Но его надеждам не суждено было сбыться. Мужчину поставили перед фактом, он выходит замуж и точка. Матушка описывала его супруга, как талантливого человека с множеством заслуг перед империей, прекрасным рыцарем и самое главное мужчиной с превосходной символикой о будущем. По словам родителей, они подобрали ему в мужья превосходный алмаз и Джин должен быть благодарен, ведь этот брак решит его горестную судьбу и возможно повернёт все к лучшему. Сокджин пытался понять родителей. Сейчас, когда он взрослый и уже вошедший в брачный возраст человек, сознательный и начитанный он должен был понять, но его натура внутри разрывалась на части и кричала. Она рвалась из него. Он взрослый и самостоятельный мужчина и его внешние данные никаким образом не говорят о том, что он будущая супруга в этом браке. Раньше было время, когда молодой граф бунтовал и пытался всеми силами доказать, что он не будет покорно терпеть в свою сторону насмешки, Джин не приносит горя окружающим, но в академии все равно его сторонились и боялись ознаменования его цветка. Поэтому в конечном итоге Джин выбрал спокойное и уютное одиночество, и его совершенно перестало заботить окружение.       Тогда на своём последнем году обучения в академии Джин повстречал его. Порыв ветра. Таинственное очарование. Блистательная стать. Человек, поступивший в академию, собирал вокруг себя толпы поклонников, но ему не было до них ровным счетом никакого дела. Он был свободен от предубеждений и слухов, его не волновали слова окружающих, он был направлен на достижение собственных целей. И как рассказывают источники, а про него ходило много разговоров, он желал быть достойным рыцарем севера. Достойным герцогом северной части империи — дома Леонтоподиумов. Джин избегал его, сам не знал почему, тогда он считал, что это зависть к его возможностям и стремлениям, к его цветку. Однако позже, когда младший герцог Тэхен Леонтоподиум отправился на защиту северных границ с одними из лучших рыцарей империи, Джин понял, что никогда не питал к нему зависти. Вместе с герцогом из его легких пропал ветер, который заставлял его дышать. Он никогда не говорил с Тэхеном, почти никогда не пересекался с ним в течение его полугодового обучения. Джин просто покорно наблюдал издалека, не имея решимости с ним, когда-нибудь обмолвится хоть словом. Когда Тэхен уехал, он наконец-то понял, что смог полюбить, но не мог понять, что именно полюбилось его взгляду. Внешность? Нет. Харизма? И тут мимо.       Джин будто бы полюбил в нем себя. Ту часть себя, которую не выпускал на свет, а держал в укромном ящике его внутренней библиотеки. Прошло три года с тех времён, Джин больше никогда не видел младшего герцога Леонтоподиума, но знал, о его достижениях, его отваге и доблести. Он также, знал, что Тэхен официально взошёл на место герцога дома Леонтоподиумов. Тэхен достиг всего, к чему, похоже, стремился его ветер. А Джин так и не смог уйти от символа горя и быстротечности своей жизни.       На обед в графстве собралась вся семья, это было достаточно большой редкостью для дома Тараксакум. В основном граф и старший сын отсутствовали целый день и могли уделить семье лишь время раннего завтрака и ужина. Джин в основном пропускал первую трапезу, предпочитая ей утренний сон. Тишину за столом прервал граф, он поднял глаза со своей тарелки и посмотрел на младшего сына, объявляя о том, что сегодня на ужин к ним пожалует его жених. Есть молодому человеку, после этих слов расхотелось, кусок будто бы застрял в горле и не давал ему вздохнуть полной грудью желанный воздух. Быстро схватив стакан с водой, и осушив его, Джин поднял глаза на отца и увидел, что тот ждёт от младшего чего-то, возможно, каких-то слов. Джину нечего было сказать, он не мог возразить, он не был рад, но и не был зол, молодой мужчина был покорен и полон смирения. Чему быть, того не миновать.       Матушка заверещала от радости, что настал день, когда она увидит будущего супруга своего сына, что его так расхваливали и многое и тому подобное, младший не слушал. Джин не знал о своём будущем муже почти ничего, кроме нескольких слов, которыми его описывала его мать. Единственное, что ещё в нем теплилось, это что человек выбранный родителями не будет слишком стар, потому что о его внешности матушка уже прожужжала все их уши.       После обеда Джин отправился в сад, чтобы подышать свежим воздухом и настроится на рабочий лад, на свободной поляне за обработанным садом желтым ковром росли одуванчики, такие яркие и свободные в отличие от него самого. Насколько младший не любил этот цветок, настолько он и не мог налюбоваться им. Порой он хотел стать белым воздушным парусом от одуванчика и улететь навстречу неизвестному, но явно интересному миру. Однако его будущее было посвящено работе в поместье, для процветания народа проживающего на земле его почти супруга, в воспитании будущего наследника. Вот последний пункт Джина очень волновал, ему было тяжело представить себя в роли, в которой его тело во много перестало бы, ему подчинятся. Магия может все, говорили ведьмы, а младшему графу хватало ведьменных знаменований в жизни.       Поднимаясь с желтого покрывала и делая попытки отряхнуть пиджак, что он постелил для себя, Джин направился в поместье, его ждала работа, много работы. Вечер наступил быстрее, чем молодой человек мог рассчитывать. Джин не был готов ко встрече с будущим мужем. Он вообще ни к чему не был готов, но держал язык за зубами. Покусанная нижняя губа давала понять, о его нервозном состоянии, что не ушло от внимания его старшего брата. Тот в свою очередь, пытался подбодрить младшего и убедить, что родители ничего не приукрашивали, и ему действительно повезло больше чем многим столичным барышням. Но Джин не был барышней, это вновь задевало его больной мозоль под названием — гордость.       Вся семья потихоньку собиралась и проходила в большую залу, когда дворецкий сообщил о приезде гостя. У Джина начали потеть ладони, страх неизвестности поселился у него под рёбрами, мешая в должной мере насыщать лёгкие таким желанным кислородом. Графская семья собралась в большой зале и ожидала гостя на диванах, которые располагались у инкрустированного камина. Казалось бы, были напряжены все, но нервы сдавали в действительности только у Сокджина, он не решался поднять глаза со своих колен, кажется, за секунды пока гость ступал по мраморному полу в большую залу, тело младшего графа уменьшилось вдвое.       И вот он зашёл, все встали, граф и графиня поздоровались с гостем в соответствии с этикетом, после чего Джин, который все также не поднимал глаз, почувствовал в своих легких ветер, который пронёсся через все его тело, как только голос гостя достиг его ушей. Этот голос нельзя было забыть, спутать с другими. Джин поднял глаза на человека рядом с отцом и понял, что уши не обманывают его, ведь глаза тоже видят человека, которому младший, когда-то так легко отдал своё сердце.       Тэхен заметив его взгляд на себе, улыбнулся уголками губ, отчего у Джина пошла красная полянка мурашек по шее от одного уха к другому. Граф посмотрел на своего сына и подозвал его для знакомства, молодому человеку казалось, что его ноги были парализованы, он совершенно не чувствовал как переместился со своего места где стоял, к отцу, матери и брату, которые успели уже обмолвится парой фраз с прибывшим гостем. Возникшую секундную тишину между ними прервал Тэхен. Точнее сказать герцог Леонтоподиум, он протянул руку к Джину в знак знакомства и мягко ему улыбнулся, будто был очень рад с ним встретиться, будто был рад, что тот станет его супругом. Сначала Сокджин опешил, неожиданности, конечно, случаются, но такого он не мог себе предположить. Все, что вертелось у него в голове это ворох вопросов от «почему он» до «как отец заставил герцога». Представившись как подобает, Джин понял, что его семья успела невообразимым способом смыться из большой залы, пока он стоял и переваривал все происходящее, и теперь они в этом помещении остались совершенно одни.       Джин посмотрел по сторонам и действительно все покинули залу, но затем Тэхен подал голос, до этого он тихо стоял напротив и предпочитал наблюдать за метаниями молодого мужчины. — Я могу ответить на все ваши вопросы, младший граф, — Тэхен смотрел прямо на него и после его слов они встретились взглядами. Уши Джина не переставали алеть. — Что сделал мой отец, чтобы сам герцог севера решился связать себя со мной узами брака? — недоумение появилось на лице рыцаря и рот, прежде чем произнести ответ вновь преобразился улыбкой. — Ваш отец лишь дал согласие на мое эгоистичное желание, — произнёс герцог. — Какое желание? — не мог перестать думать Джин, но его шестерёнки будто бы заржавели все разом и отказывались работать. — Обладать вашим сердцем, вашим телом, вашим будущим и иметь честь находится рядом с Вами до конца своих дней, — слова Тэхена лились так уверенно, молодой мужчина был спокоен, в его словах не было и грамма насмешки и сарказма.       Джин был обескуражен. Он мог лишь стоять с слегка приоткрытым ртом и зардевшими щеками и смотреть на человека напротив. Человека, которого он любил, но не ожидал ничего взамен. Человека, который менее чем через один сезон станет его мужем. На человека, который только что открыл ему своё сердце.       В легких Сокджина проносился свободный ветерок, на языке он чувствовал привкус мёда. Губы человека, что подарили ему его первый поцелуй, были подобны мягким лепесткам эдельвейса. Для Тэхена же этот поцелуй означал исцеление, лекарство после долгих и горестных времён одиночества.       Они видели друг в друге себя самих с самого начала. Они наблюдали друг за другом, потому что одно одиночество увидело другое, а как говорят минус на минус, даёт знак плюс. Поэтому в будущем в этой истории не будет горестного знаменованния.