В тиши ночного города

–Пхахаха, да, да и я о том же, – Кадзуха, уже под градусом, наблюдал за парнем, валяющимся на полу. –Иди нахер, Кадзу, ик...–Альбедо смотрел в потолок, раскинув руки, начав тихо посмеиваться. Смех сначала был тихим, но после тот стал истерическим, аж до слёз. –Чё ты ржёшь, как истеричка?– Кадзуха смотрел на катающееся тело, еле сдерживаясь, чтоюы не засмеяться в голосину. –Не знаю, накрыло меня, ик...– Альбедо встал на колени, ухватившись за живот, продолжая угарать. Кадзуха уже не мог сдерживаться, смеясь вместе с другом. –Я буду в аду гореть за такое, дебил! –Не ссы, сгорим вместе!– Альбедо пытался отдышаться, вытирая лицо от слёз. Минутная тишина и парни вроде успокоились, но вот теперь их атмосфера стала напряжённой. Кадзуха молчал, но не долго. Щёки обожгло, появилось неприятное ощущение липкости, а сердце больно ныло. –Эй... Не плачь, пожалуйста... Кадзу, –Альбедо напуганно смотрел на того, подливая в стакан. –Как мне не реветь... Мне больно! Тут болит, –тот стучал себе по груди, склонившись к столу, –Так болит.... Я не могу это вытерпеть! –Божечки, что мне делать то?– Альбедо судорожно перебирал в голове идеи, дабы успокоить друга. –Ничего, –парень залпом выпил стакан виски, свалившись без чувств на пол. Следом же свалился и Альбедо, тихо сопя. –Ну ты и гад, Дилюк!–Кэйя надулся, скрестив на груди руки. –Да, весь в тебя, братец, –огрызнулся тот, подперев щёки руками. –Охерел?! Когда это я гадом был? –Хм... Всегда? Чего снова припёрся сюда? –Как же... Я давно не встречал тебя, соскучился и вот, пришёл, чтобы наконец полюбоваться такой злюкой, как ты,–Кэйя ухмыльнулся, отпив со стакана вино. –Подлизываешься? Помойму, я тебе сказал в тот раз всё, что думаю по поводу таких отношений. Так что прекрати таскаться сюда. –Не перестану, ты же знаешь. Вроде из нас двоих меня отмороженным считают, а тут морозом тянет от тебя, –тот провёл пальцами по сильным рукам. –Заигрывай в другом месте,–Дилюк одёрнул руку, смерив того неодобрительным взглядом. –Ну, ну... Только мне никто не нужен, а предмет моего воздыхания меня явно ненавидет, –Кэйя вздохнул, водя пальцем по краю бокала, погружаясь в себя. Как же обидно, когда чувства невзаимны, а твоя любовь тебя просто ненавидет. Хотя так было не всегда. Когда-то их отношения были самыми тёплыми, самыми нежными и насыщенными, полными не только заботы, но и страсти. Кэйя помнил, как они убегали на речку, лишь бы побыть наедине, полюбоваться водной гладью и быть наконец-то счастливыми. Ночами, особенно в грозу, он приходил в спальню, трясясь от страха. Тот забирался под одеяло, прижимаясь всем телом к парню, чуть ли не рыдая, а Дилюк успокаивал его, поглаживая по волосам. –Мда... Вернуться бы в то время, когда мы были детьми... –И не надейся... –пробурчал тот в ответ. –Сейчас даже в грозу не к кому прижаться, а так страшно бывает... –Перебьёшься, уже взрослый... –У, злюка... –Всегда таким был, если не знал.. Кэйя вздохнул, ухмыльнувшись. –Даже шанса доказать свои чувства не дашь? –Я тебе уже отвечал на этот вопрос. Я тебя не понимаю, чего ты хочешь? В постель меня затащить?– Дилюк опёрся на столешницу, смотря в голубые глаза. –Ну и это тоже... Я уже взрослый мальчик, мне можно... –Кэйя хихикнул, скрестив руки на груди. Возможно тот пытался как-то задеть чувства Рангвиндера, но тот словно не поддавался. –Губёшку закатай, делать мне больше неяего, как с тобой кувыркаться... –Откуда тебе знать, каков я? Может лучшего любовника не найти, а ты вечно напряжён... Такое наталкивает меня на мысль, что у тебя давно не было и просыпается желание помочь, разрядить обстановочку... Может романтический вечерок? –Как течная омега, ей богу... –А если и так? Неужели не поможешь? –Нет. –Тц... Мне не нравится то, каким ты стал. Слишком уж ты холодный... Почему ты так ко мне относишься? –Кэйя, у меня нет времени на твои истерики, капризы и прочее. Своих проблем по горло хватает, а ты тут ещё... –огрызнулся Дилюк, не успев договорить, как прохладные губы со вкусом алкоголя, накрыли его собственные. Глаза расширились от неожиданности, а внутри всё заклокотало, разрываясь от некого мороза. В ушах звенело от орущей музыки, отдающей по мозгам. –Ты что творишь?– отстранившись, тот смотрел в глаза со злобой. –Всегда ты был таким. Интересно, если я пропаду с твоей жизни, ты хоть каплю сожалеть будешь? Или тебе всё равно будет, м? –Прекращай, Кэйя. Не выводи меня из себя, если не готов после сидеть в больнице, –Рангвиндер хлопнул по столу, тяжело вздохнув. –Ты всегда мне угрожаешь отталкиваешь, ненавидешь, а ты хоть раз любил меня? Хоть раз, хотя бы как брата?–Альберих соскочил со столешницы, бросив в чек денег, подхватил свою куртку и направился к выходу, оставляя парня перед вопросами один на один. Для себя тот решил на время оставить его в покое, не надоедать, не появляться на глазах, на миг исчезнуть, чтобы разобраться в себе, да и дать возможность подумать Дилюку. Бармен лишь скривился, но после опустил глаза к полу, тяжело вздохнув. Ответ он знал, но признавать его тот не хотел. Страх испортить всё, потерять самое дорогое, причинить боль. Дилюк в этом был настоящим трусом. Он со школы не стремился к отношениям, пока все его знакомые перевстречались с половиной школы. –Да.. Люблю я тебя, Кэйя, но любовь эта к тебе не как к парню, а как к брату. Извини, я не могу иначе полюбить тебя, –тот сжал руки, прокусив губу. Это угнетало, пугало, ведь отец всегда запрещал думать как-то иначе о нём. Эта работа, учёба, всё было так, как хотел их отец. Тот отбросил все свои мечты, порушил чёртовы надежды, он собственноручно разорвал свою жизнь в клочья, живя по расписанию, которое ему составили. –Нам нельзя любить друг друга иначе, ты и сам знаешь об этом, –тот выдохнул, глотая обиду, вперемешку с болью. Сейчас, впервые за долгое время, ему хотелось напиться в хлам, плестись по холодным улицам города, желая утопнуть в чьей-то нежности. Хотелось быть в тишине, любоваться тем, кто рядом и напевать знакомую колыбель, после смеясь с того, насколько хриплый у него голос. Кэйя же шёл по улице, покуривая сигарету, что оставляла горечь во рту. Это куда хуже, чем алкоголь, но сейчас он и так был пьян, поэтому приходилось баловаться этой мерзостью. Воздух был достаточно отрезвляющим, приводящим в чувства не только разум, но и бешенное сердце. –Мда...Жизнь, штука сложная... –на выдохе проговорил парень, смотря на клубы дыма. Когда-то Дилюк ругал его за сигареты, но со временем перестал это делать, отмахиваясь, что мол он уже взрослый. –А я ведь хочу, чтобы ты обо мне заботился. Что мне сделать, чтобы ты хоть немного побыл со мной рядом и позаботился о раненной душе? М?– тот остановился, смотря в чёрное небо, –Как быстро темнеет сейчас... Кошмар.