These Are The Days of Our Lives

***

Соник и Тейлз наконец-то, спустя несколько месяцев, подружились и стали жить в мире, согласии и взаимопонимании. Соник был в восторге от Тейлза: ведь у него впервые за несколько лет появился Друг. Ну и плевать он хотел, что между ним и лисом большая разница в возрасте: он принимал лисёнка таким, какой он есть. Ребята прекрасно проводили время наедине: Тейлз, чтобы удовлетворять постоянное любопытство ежа, при нем разбирал и собирал различные механизмы, от чего у Соника захватывало дух. — Умоляю, Тейлз!!! , — Соник в который раз стонал от нетерпения и нагибался через плечо друга, стараясь уловить все сверхскоросные движения пальцами, какие он вытворял при починке очередного механизма. — Прошу, друг, объясни: КАК ты это делаешь?!!!!! , — в ответ на что, Тейлз загадочно улыбался. А Соник, как потомственный тренер, учил лисёнка выносливости и стойкости в самых разных погодных условиях: начиная от самой морозной зимы, и заканчивая самым жарким летом. От проливного дождя, до извержения вулкана. Прошло время, когда дети перестали быть детьми, а постепенно превращались в хулиганского нрава почти взрослых особей. Майклу стало труднее общаться с Соником, так как у ежа появлялось много новых интересов, понять которые, Майклу представлялось невозможным. Но… Вдруг Тейлз заболел. Майкл давал ему лекарства, но они не помогали — всё ещё был тот же сухой кашель, забитый текущий нос и высокий жар. Соник пытался кое-как добраться до своего измотанного от всего этого друга, но много раз попадался на глаза Майкла, который торопливо и нежно подталкивая в спину, выгонял любопытного ежа в коридор, со словами: " — Неужели, ты тоже хочешь заразиться?». Соник и Тейлз с трудом переносили разлуку. Они ведь только-только начали к друг другу привыкать. Но всевидящий Майкл никого не подпускал к Тейлзу. Ребята могли общаться только азбукой Морзе. Бывало, Соник проходит мимо так называемой «палаты» Тейлза, нервно оглядывается по сторонам, и, убедившись, что рядом никого нет, простукивает с перерывами и остановками следующее предложение: — Доброе утро, приятель. Как ты себя чувствуешь? Через минуту и больше слышится ответ: — Привет. Лучше не становится. Дурадская простуда не желает отступать, а только всё больше и больше захватывает мой организм. Думается мне, что я застрял тут надолго… Соник грустно вздыхает и поник ушами. — Держись, приятель. Скоро я тебя оттуда вытащу. — Спасибо, Соник. Ты меня очень выруча- -… Слышится сухой кашель, от которого по спине Соника проскользнули мурашки. — Соник, о-отойди, пожалуйста., ты мне мешаешь… — Майкл уверенным шагом метнулся в комнату Тейлза, в одной руке держа стакан теплой воды с лимоном, другой нежно отталкивая застывшего ежа в сторону. Соник был опустошён. Нет, он не ревновал Майкла к Тейлзу. Он и сам беспокоился за состояние своего друга. Просто… Ему показалось, что про него все забыли, что он исчез, испарился в воздухе, как не нужная песчинка. Впрочем, как всегда… Соник опустил глаза, осторожно, не привлекая внимания, закрыл дверь и метнулся на чердак. Все внутри сжалось от тоски и боли. Хотелось плакать. Соник размазал непрошенные слезы но щеке, взял себя в руки и залез на балкон, чтобы отвлечь себя от грустных мыслей. Соник стоял на крыше и разглядывал небо. Оно было пасмурное, сквозь маленькие отверстия в этом белом волокне, немного выглядывали лучи Солнца. Но они не грели своим добрым нежным теплом. От них исходил холод, от них мороз пробегал по коже. Впрочем, как и сегодняшнее настроение Соника. Он закрыл глаза, вытер нос своим большим пальцем и грустно вздохнул. Вдруг, его ухо слегка вздрогнуло, двинулось на звук, который слышался откуда-то сверху. Соник открыл глаза и задрал голову к верху. Он увидел странный силуэт какого-то летающего объекта: Соник стал перебирать в голове разные варианты того, что это может быть. " — Для птицы, слишком большой, для метеорита слишком маленький… — думал Соник. — Что же это может быть.? Или Кто… "