Dance with me

Черный Aston Martin гнал по ночной дороге, на которой практически не было других машин. В автомобиле было тепло, уютно, а кожаный салон пах кофе с примесью клубники. Шерлок сжимал руль, глядя на дорогу и иногда поглядывая на своего спутника, который выглядел более чем расслабленным и спокойным. Легкая улыбка появилась на губах Холмса, пока он смотрел на лицо Джона, которое тускло освещала приборная панель. В салоне играла музыка, довольно неплохая и динамичная. Идеально подходила к состоянию Шерлока. Джон смотрел в окно, глядя на проносящиеся мимо дома, магазины, фонари и яркие вывески бутиков, клубов, кафе. Машина плавно вырулила на парковку, и Шерлок заглушил мотор, глядя на Джона. Он был по-прежнему расслаблен и спокоен, с интересом разглядывая здание отеля. Шерлок вышел из машины, и Джон последовал его примеру, выходя из теплого салона на прохладную стоянку. Он посмотрел на детектива, который замер возле него, внимательно разглядывая каждую черточку лица. Медленно взял его за руку и притянул к себе, прильнув к мягким губам детектива. Этого было более чем достаточно. Запах Джона – легкий и приятный, с примесью фруктов, виски и одеколона – практически сводил с ума, затуманивая мысли. Его подтянутое тело, прижатое так невыносимо близко, возбуждало, заставляя желать большего, задыхаться от страсти и бесконтрольно целовать его влажные губы. Горячее дыхание чувствовалось на щеках, губах, подбородке и шее. Холмс уже почти дрожал всем телом, но пришел в себя, неожиданно вспомнив, что они все еще на парковке. – Идем, – хрипло прошептал он, взяв Джона за руку. Дверь номера открылась и они, целуясь, ввалились в коридор, успев сбить вазу со стеклянного столика. – К счастью, – пробормотал Шерлок, заглядывая в голубые глаза Джона и снова покрывая его шею поцелуями. Неистовые, жадные поцелуи, требующие всего и сразу. Немедленно. Детектив сбросил с себя черное твидовое пальто, зарываясь длинными пальцами в светлые волосы. Он жадно целовал каждый миллиметр губ Джона, проводя по ним языком, чем вызывал довольный стон. Еще один. И еще. Джон кусал его шею, немного улыбаясь, и проводил руками по спине детектива. Руки Шерлока ласкали стройное тело, пробираясь под белоснежную рубашку, вызывая стон, заглушаемый учащенным дыханием. Он покусывал мочку уха, вызывая очередной довольный вздох. Они задыхались, не в силах оторваться друг от друга. Шерлок пытался думать, куда переместить возбужденное тело Джона, но все время отвлекался на губы и шею доктора, водя руками по всему дрожащему телу. Язык медленно выводил замысловатые узоры на шее, а пальцы расстегивали пуговицы на рубашке, которая потом была брошена куда-то в сторону. Желание становилось почти невыносимым, а тело требовало большего, намного большего. Он мягко приподнял Ватсона, направляясь в темную спальню. Свет был выключен, впрочем, они в нем совершенно не нуждались. Холмс прижал Джона к кровати всем своим весом, целуя за ухом. Чуть прикусил нежную кожу, сразу же облизнув, чтобы не было так больно. Джон тяжело задышал под телом Шерлока, его грудь вздымалась, а глаза затуманено наблюдали за действиями детектива. Тот переместил губы к шее, а руки нежно царапали кожу на спине, заставляя Джона выгибать спину и толкаться бедрами вверх. Шерлок коварно улыбнулся, на секунду глянув на Ватсона, а затем опустился чуть ниже, покрывая поцелуями ключицы, двигаясь ниже, по линии пресса, и выводя языком узоры, вызывающие глухие стоны. Руки Джона расстегивали рубашку Холмса, которая через несколько бесконечно долгих секунд упала куда-то на пол, отброшенная за ненадобностью. В свою очередь длинные пальцы детектива боролись с бляшкой на ремне спутника. Джон улыбнулся, быстрым движением расстегнув ее и сняв с себя ненужную вещь. Шерлок сел на кровати, притягивая к себе Джона и увлекая его в новый страстный поцелуй, попутно изучая кончиками пальцев каждый изгиб тела. Казалось, будто воздух вокруг них был наэлектризован до невозможности. Становилось все жарче, с каждым новым движением, стоном, поцелуем. Пальцы были переплетены, а серые глаза детектива утопали в глазах Джона, прекрасного голубого цвета, который в темноте комнаты выглядел необыкновенно и чарующе. Он впервые такое чувствовал – это было нечто большее, чем просто влечение, которое он испытывал только одну ночь. Это было что-то новое, поглощающее целиком и без остатка. И детектив, наплевав на все свои принципы, позволил себе хотя бы одну ночь быть счастливым. По-настоящему счастливым. Это как наркотик – ощущать нежные теплые объятия, обретать спокойствие и чувствовать, как губы расползаются в улыбке. Руки Шерлока скользили по телу Джона, двигаясь вниз по животу, обхватывая пальцами плоть, медленно двигая рукой и получая в ответ тягучий стон. Тело Джона дрогнуло и выгнулось назад под завороженным взглядом детектива, который медленно водил пальцами по плоти, слегка сдавливая ее. Шерлок провел языком по шее, снова целуя кожу за ухом и проводя ладонями по бёдрам и животу, прижимая Джона настолько близко, насколько это было возможно. Он мягко повалил доктора на кровать, нависая над ним и заглядывая в бездонные глаза. Вздохнул. Закрыл глаза. Секунда. Он резко вошёл в Джона, снова покрывая поцелуями его тело, ласково, нежно, немного опасливо, будто он совершал такое впервые. Раздался короткий вскрик – Джон замер, а руки впились в белую мягкую простынь. Губы приоткрыты, а тело немного вздрагивает. – Ну же… – хриплый голос приводит Шерлока в чувство, а глаза восхищенно смотрят на белоснежную гладкую спину. Движения становятся все быстрее. Крики вылетают из губ, растворяясь в стонах, которые не прекращались ни на мгновение. Тихо звучат разные непристойности, среди которых мелькают имена. – Шер... Шерлок… прошу… Ему было этого достаточно. Он держит Джона за талию, прикрывая серые глаза, и входит снова, резко, до самого основания, получая глубокий гортанный стон, в котором узнавалось его имя. Джон перевернулся на спину, глядя на детектива. – Теперь моя очередь, – с этими словами Джон повалил Шерлока, накрывая его своим подтянутым телом. Движения, которые сливались в один сплошной поток. Стоны, которым не было конца и края. Крики, которые то и дело нарушали тишину. Его имя, слетающее с уст Шерлока и вызывающее противоречивые чувства. Снова и снова. Руки скользят по бедрам, то и дело, прикасаясь к возбужденной плоти. Снова входит, вызывая хриплый стон. Двигается в нем, ускоряя темп. Наваливается на него всей тяжестью. Хриплый крик и ругательства, которые срываются с покрасневших губ. Шерлок сжимал его тело своими бедрами, что-то крича. Гибкая спина. Очередной толчок. Сладкий, затяжной и сводящий с ума стон. Еще, еще раз. Шерлок что-то кричал, изгибаясь, и его тело дрожало. Джон целовал его гладкую кожу, продолжая двигаться. Шерлок почти охрип от криков и стонов, которые слетали с его губ… Он дрожал в его объятиях. Волна сладостного оргазма накрыла с головой. Вырываясь неистовым криком.

*****

Свет пробивался в окно, заставляя Шерлока открыть глаза. В номере было уже светло, видимо на улице уже почти полдень. Тело немного ломило, а на губах тут же появилась улыбка. Джон. Сколько же удовольствия ты подарил прошлой ночью? Шерлок прикрыл глаза, думая о том, что наверное нашел того самого человека, с которым хотелось просыпаться по утрам, заваривать кофе, говорить, а затем проводить незабываемую ночь. Его рука скользнула по кровати, но на другой половине было пусто. – Джон? В ответ глухая тишина. Шерлок встал с кровати и медленно вышел из спальни, чувствуя холод паркета. В номере было тихо, и лишь легкий запах кофе говорил о том, что кто-то тут все-таки был. Он прошел на кухню, замечая на столе чашку кофе, который давно остыл. И записку, написанную аккуратным почерком. «Я знаю, никто не бывает в твоей постели дважды. Не беспокойся, я не сентиментален. Так что уйду сам. Удачи, Шерлок. Джон Ватсон» Шерлок снова и снова перечитывал записку, проклиная самого себя и свои слова. Глаза закрылись. А потом он сорвался с места, направляясь в спальню. «Нужно поговорить. Срочно. SH»