Вспышка

Начало октября. Цирк. Происходящее вокруг напоминало дешевый спектакль, сценарий к которому был написан из-под палки. Блум была ужасной актрисой и прекрасно знала об этом, но почему-то Фарагонда поверила в небылицы, что буквально сочинялись на ходу. На самом деле всё было не так плохо, как казалось на первый взгляд — девушка избрала самую хитрую тактику и даже не старалась обмануть директрису. От этого становилось немного совестно, ведь такими темпами фея исчерпает свой кредит доверия окончательно. Девушка просто пересказывала все события минувших дней, опуская несколько важнейших диалогов. Блум поведала и про объединение энергий, и про таинственное исчезновение Майи, и про медитации. Весь её рассказ был практически полной правдой! Не считая замены мрачного демона-наставника на альтруистичного дракончика, разумеется. Покинув кабинет, хранительница быстрым шагом устремилась в свою комнату. Она мечтала упасть в мягкую тёплую постельку и проспать не меньше десяти часов. Тело требовало отдыха, отзываясь неприятным покалыванием в ногах. Размышления о судьбе Валтора и Древних Ведьм было решено отложить как минимум на завтра, а пока Блум лениво обдумывала остальные пункты её бесконечного списка проблем, в этот раз будучи полностью уверенной, что всё разрешится благополучно. Фарагонда поверила ей, а путешествие оказалось на удивление коротким, так что трудностей с проведением уроков тоже не возникло и это не могло не радовать. Казалось, что жизнь налаживается и девушка вот-вот окажется в царстве Морфея, как вдруг послышался голос: — Блум! Я так рад тебя видеть! — ох. Почему именно сейчас, когда фея буквально валится с ног и хочет простого человеческого поспать? Скай был последним, кого хотелось видеть или же первым в списке на игнорирование, как угодно. Сил спорить и выяснять отношения не оставалось, но Блум решила, что хочет продолжить свой спектакль. Как там говорится? Горит сарай — гори и хата! Девушка жаждала развязки. Фее до сих пор было очень больно от предательства некогда самого близкого человека, но ещё больнее внутри отзывалось то, что он предпочёл ей Диаспоро. Самооценка начала стремительно падать вниз и появилось желание забиться в угол, обнимая себя руками. Через минутку хранительница успокоилась и подняла полный безразличия взгляд на специалиста. Странная вещь, психика. Чтобы не реветь и не представлять сцену в беседке, девушка как будто смотрела на себя сверху, а диалог начала вести от третьего лица. — Чего ты хочешь, принц? — даже произносить его имя было противно, но фея надеялась, что он не заметит её внутреннего настроя. — Я хочу извиниться! Я очень виноват перед тобой! Мы с Диаспоро, — ой, кажется кто-то сказал «мы», усмехнулась Блум — всё не так, как ты могла подумать, между нами ничего нет и быть не могло! Это была просто постановка на камеру для прессы, понимаешь? — Ты хотел сказать постановочный поцелуй для прессы? Или я чего-то не знаю? — Блум не верила ни одному его слову, но ей очень хотелось знать, что же принц использует в качестве аргумента в свою защиту. Насколько он вообще уважает хранительницу, чтобы подсунуть ей такое нелепое оправдание? Послышался вздох специалиста. Видимо, он ожидал слёзных объяснений друг другу в любви, а не обвинений. — Мы действительно расторгли помолвку ещё тогда. Отец был в ярости, не отпускал меня увидеться с тобой, с ребятами. Все мои дни были заняты утомительными знакомствами с принцессами разных государств. — Блум сразу пришли в голову несколько земных анекдотов про «Тиндер». Она окончательно закрыла своё сердце от парня, а колкости так и норовили вырваться наружу. Совладав с собой, девушка решила продолжать спокойно слушать, попутно задавая вопросы. — И поэтому ты великодушно сошёлся с бывшей, да? — хранительница очень хотела, чтобы это не было правдой, ведь это означало, что весь последний год её нагло обманывали. Пока она гонялась за магами Чёрного Круга, Скай гонялся за отцовским одобрением и за юбкой Диаспоро. А ведь говорил, что не может приехать из-за неотложных дел на Эраклионе! Фокус внимания медленно смещался внутрь себя. Как она могла не заметить? Ещё буквально час назад Блум удивлялась Фарагонде, которая поверила в её сказки, но на самом деле чему тут можно удивляться, если на протяжение года фея не замечала странностей в собственном парне, во время того, как он жил на два фронта. — Как давно? — пустым, ничего не выражающим голосом спросила девушка в ответ на кивок Ская. — С момента расторжения помолвки. — дистанцироваться больше не получалось и верхнюю часть грудной клетки начало болезненно обжигать при каждом вдохе. Желудок скрутило и Блум показалось, что её сейчас стошнит. Ей нужно было срочно ощутить хоть какую то опору и она облокотилась на стену. Но не уходила. — Почему ты не сказал мне? — Девушке захотелось ещё сильнее изранить свою душу, ей было интересно сколько она сможет выдержать. — Потому что вместо того, чтобы спасать мир, ты бы бросилась на Эраклион к моей семье. Пострадали бы все, а король запретил бы тебе появляться у нас в замке. — для Блум это звучало как полная чушь. Он действительно думал, что она навредит его родным? Или что бросит Винкс прямо на поле боя? Яд начал просачиваться в каждое слова хранительницы: — Итак, что мы имеем. Ты год встречался с другой девушкой у меня за спиной. Вырывал из рук прессу, вешал лапшу на уши и параллельно давал журналистам интервью. Отказался помогать нам с поимкой Огрона, ссылаясь на государственно важные дела, а сам целовался с подружкой под одобрительные взгляды отца. И какие же у тебя аргументы? Ты просто хотел видеть меня чаще и не отстаивать свои права перед королём напрямую. Какой изящный выход из положения, браво. — бесцветным голосом подытожила Блум и похвалила себя за стойкость. Два дня на Пиросе не прошли даром, а заводиться ближайшее время ей точно было нельзя. — Мне нет оправдания. Я действительно ужасно поступил по отношению к тебе. Но мне очень хочется, чтобы ты дала мне ещё один шанс. Я не обещаю, что отец обрадуется моему непослушанию, но мы сможем это преодолеть вместе, ведь так? Я очень люблю тебя, ты же знаешь!

***

Декабрь. Под сапожками раздавался приятный для ушей хруст, а иней мерцал под закатным солнцем. Вспоминались зимы в Гардении: рождественские украшения в центре города, коньки, имбирные пряники и прочие атрибуты, создающие непередаваемую атмосферу праздника. Снежинки приятно щекотали нос и Блум в сотый раз похвалила себя за решение провести урок на открытом воздухе. Ребята украшали вход в школу, попутно рассказывая материал прошлого занятия и фее даже показалось, что её наконец приняли и начали уважать. Ученики весело обсуждали надвигающиеся каникулы, попутно развешивая гирлянды, еловые веточки, мишуру и шарики. По прошествии урока все гордились проделанной работой и у многих появились мысли об украшении своих комнат, хотя поначалу все относились к этой идее скептически. — Мисс Блум, спасибо за такой замечательный урок! Он последний в этом году, так что мы с классом спонтанно подготовили для Вас небольшой сюрприз! — радостно воскликнула одна из учениц. — Мне не терпится его увидеть, Ирма. — в тон юной фее ответила Блум. — Посмотрите наверх! — подняв голову, девушка осознала, что уже стемнело, но вдруг в небе начало вырываться множество разноцветных фейерверков. Часть волшебниц запускала энергетические шары, а вторая часть разбивала их, отчего на небе появлялись маленькие искорки. Это было заклинание рассеивания, которому она их научила! — Это невероятно, девочки! Лучше и придумать нельзя, вы большие молодцы! — хранительница почувствовала себя действительно значимой для этих ребят. Не зря Ванесса говорила ей, что нужно набраться терпения и просто привыкнуть и что учительница из неё получится замечательная. Распрощавшись с классом и пожелав всем отличных каникул, Блум направилась в свою комнату. Нужно было успеть заглянуть за подарками в Магикс и собрать вещи. Родители уже ждали её в Гардении, накрывая стол и заботливо расставляя её любимые свечки, пахнущие шоколадным печеньем. Валтор не объявлялся пару месяцев, так что встретить его лежащим на собственной кровати девушки было неожиданно. Наглец! Прежде чем высказывать свое возмущение, Блум заперла дверь. Никто не должен знать. Зачем он так рискует? — И я рад тебя видеть, милая. — решил начать за неё маг. На его лице красовалось несколько глубоких ссадин и весь его внешний вид был довольно потрёпанным, никак не сочетаясь с образом вечно уверенного в себе тёмного властелина. Негодование сменилось недоумением. Нужно было срочно что-то делать! Блум, не отдавая себе отчета в своих действиях, приблизилась к демону, внимательно осмотрев каждое повреждение на его теле. — Что? Что произошло? Почему ты здесь? — растерянно прошептала хранительница. Она действительно боялась, что их услышат, но ещё больше она опасалась за жизнь Валтора. — Рано или поздно это должно было случиться, они нашли меня. — слабо прохрипел маг. Взгляд Блум сменился на сочувственный и это начало раздражать хранителя. Он уже хотел выкинуть какую-то саркастическую шутку, но следующее действие его собеседницы заставило всё тело оцепенеть. Фея склонилась над кроватью, положив руки на грудь демона. Огонь жизни начал распространяться по телу, усиливая его собственную природную регенерацию, раны начали заживать, а поломанные рёбра перестали впиваться в лёгкие. Наступившее облегчение и чувство благодарности так и не дали ему договорить и он решил продолжить молча разглядывать хранительницу, отчего та жутко смущалась, но руки не убирала. Даже закончив залечивать увечья Валтора, Блум не отстранилась. Она слишком много думала о своём враге прошедшие месяцы и сейчас хотела найти в его взгляде ответы на многочисленные вопросы, которые изнуряли её день за днём. Мужчина смотрел на неё в ответ, абсолютно не смущаясь такого близкого расположения феи, а затем предпринял весьма успешную попытку встать с кровати, сокращая расстояние между хранителями до нуля. — Мне нужна твоя помощь — практически в лицо выдохнул Валтор и фея поняла, что на ужин к родителям она сегодня не попадёт. Для личного спокойствия Блум, она открыла портал на свою излюбленную полянку в лесу, где ранней осенью они уже встречались. Хранитель не стал сопротивляться и шагнул вслед за ней. Выходя из портала, маг поймал себя на мысли, что совершенно не удивляется выбору локации. Он знал её излюбленные места и этот факт придавал уверенности. — Что ты хочешь делать дальше, если я не присоединюсь к тебе? — Блум продолжала говорить очень тихо, словно всё ещё существовала угроза, что их обнаружат. Они стояли довольно близко, так что маг расслышал каждое её слово. — Прятаться и собирать свои заклинания, как и раньше — в тон фее ответил Валтор, скорее дразня, нежели разделяя её переживания. — Это не может продолжаться вечность, ты осознаешь ситуацию, в которой оказался? — хранительница задумалась и демон наблюдал, как над её головой буквально загорелась лампочка. — У меня есть способ тебе помочь, но ты будешь не в восторге. — хранитель был искренне удивлён и это почти отразилось на его лице. Он кивнул, позволяя фее продолжить. — Это кольцо, — Блум действительно достала предмет из кармана — мне дали его якобы для контроля своей магии, но на самом деле это обыкновенный блокатор сил, такие ещё используются на Светлом Камне. Он может помочь тебе спрятать свой магический след. — на одном дыхании выпалила девушка. Она знала, что демон будет не в восторге от её предложения, но больше ничем не могла помочь. По-крайней мере сейчас. — Ты можешь снимать его, когда потребуется и когда тебе будет нужна моя помощь. — Ты предлагаешь мне отказаться от собственной магии? Это умно, милая, но разве это поможет мне уничтожить Древних Ведьм? — маг поморщился, признавая, что в словах феи был смысл, но признавать поражение не хотелось. Однако взял кольцо, пренебрежительно покрутив им в руках. — Мне нужно время, чтобы принять решение. Ты не можешь просто появиться среди моей комнаты и ждать, что я пойду за тобой на край света, понимаешь? *** За месяц до событий. Прогулки со Скаем не приносили никакого удовольствия, но Блум соглашалась. Она решила простить парня, взяв обещание, что ситуация останется между ними, чтобы не навлечь на себя излишнее внимание со стороны Винкс и Алфеи. Любая слежка за ней превратила бы в руины план по сокрытию тёмного мага. Если его обнаружат, то начнётся полномасштабная война, на фоне которой ей нужно будет принимать чью-то сторону. А ещё это развяжет руки прародительницам. Шестое чувство подсказывало ей, что добром вся эта ситуация не кончится, но Блум продолжала идти рядом со своим принцем и делать вид, что ничего не происходит. Разговоры со специалистом не привносили в её жизнь ничего нового и по большей своей части были ни о чем. Скай знал, что как раньше уже не будет, но не предпринимал попыток поговорить серьезно, так как все ещё считал себя виноватым. С непосильным грузом ответственности на плечах обоих, пара продолжала непринужденно обсуждать погоду и умение девушки кататься на коньках. Все их отношения стали именно такими, постановочными. Присутствие мага в комнате девушки перестало пугать, но всё ещё заставляло беспокоиться. Последние месяцы он заявлялся всё чаще, что демонстрировало безнадежность их плана. Нужно было принимать решение, но фея старалась оттянуть этот момент как можно сильнее. Валтор был ещё более молчалив, чем обычно, и это напрягало. — Они снова нашли тебя, да? — с нескрываемой грустью тихо спросила Блум. — Если они найдут меня ещё раз, я не буду сбегать. — юношеский максимализм или желание умереть? Хранительница не знала, что нашло на её собеседника и не знала, что ответить. А маг продолжил — Я устал прятаться. Мне кажется, что годы заточения в Омеге были гораздо спокойнее. Когда я предпринял попытку скрыться в ледниках, они испепелили половину измерения, чем привлекли много ненужного внимания. Скоро обо мне узнают все. — было странно видеть Валтора настолько ослабленным. Блум понимала, что с каждым разом ему становится хуже, а раны не успевают затягиваться, но вступиться за порождение тьмы, которое причинило столько боли её близким, означало бы полное противоречие собственным принципам. Увлечённая исцелением, Блум не заметила, как сказала последнее предложение вслух. Валтор напрягся и хранительница наблюдала, как всё отчётливее проступали жилки на лбу и шее мага. — Что такого я сделал, за что ты так ненавидишь меня? — девушка немного потерялась, но этот разговор был неизбежен с самого начала, так что, собравшись с мыслями, она принялась перечислять все грехи демона. Фея помнила слёзы своих подруг и не видела никакого смысла скрывать свои мысли. После непродолжительной тишины, маг начал говорить: — Как ты думаешь, почему я предпочёл наложить сложнейшее заклинание и дезориентировать принцессу Андроса? — встретившись с полным непониманием в глазах Блум, он продолжил: — Она мешала мне вытащить тебя на берег, вот почему. Я бы убил её простейшей атакой и ты знаешь, что девчонка бы не выжила. — Фея напряглась, предвкушая надвигающуюся бурю. — А Фарагонду, что чуть не угробила нас обоих, ведомая своими слепыми убеждениями? Я превратил её в обыкновенное безобидное дерево, чтобы она перестала промывать тебе мозг. Сотни мирных жителей я обратил в монстров, чтобы мне не приходилось против них сражаться, потому что я знал, что вы им не навредите! — девушка начала ощущать подступающий ком в горле. — Почему я не оставил после себя практически ни одной жертвы, хотя на меня накидывался каждый встречный? — у Блум не было ответа и она виновато склонила голову, будто её отчитывали в школе. — Я всё ещё кажусь тебе ничем иным, как страшнейшим Вселенским Злом? Я виноват в том, что не хотел проводить остаток своих дней в гребаной ледышке? А я напомню тебе, что я бессмертен. — Блум стиснула зубы, чтобы не заплакать. — Твой излюбленный Огрон загубил десятки земных фей. Я же не наложил ни одного необратимого заклинания. Как ты думаешь, почему? — Валтор повышал тон с каждым предложением, практически начиная рычать — Я так устал складывать два и два в твоей голове. Ты упряма настолько, что мне хочется убить тебя, а затем и себя, пока это не сделали прародительницы. — хранитель отвернулся от неё и она услышала надлом в его голосе. — Я не выбирал своих родителей и когда у меня появилась возможность всё исправить, я встретил волну ненависти со всех сторон. Что мне оставалось, кроме как начать собирать заклинания? Я пытался избавиться от ведьм. Или они избавились бы от меня. Повисло молчание. Блум была ошарашена и, пытаясь прийти в себя, разглядывала спину демона. Мир хранительницы перевернулся с ног на голову за один непродолжительный монолог. Она никогда не задумывалась сколько боли ему пришлось вынести в одиночку. К тому же на счету мага действительно не значилось ни одной смерти, что лишь подкрепляло уверенность в его искренности. Не придумав ничего лучше, девушка сделала шаг вперёд и обняла хранителя сзади. Он тяжело дышал, пытаясь вернуть себе самообладание и никак не отреагировал на прикосновение. Они стояли так несколько минут и никому в голову не приходило идей что делать дальше. Валтор уже несколько раз обвинил себя в излишней откровенности потому что верил, что это ничего не изменит. Блум такая же идейная добрячка, как и Команда Света и с этим ничего не поделаешь. Разочарование, безнадежность, усталость — всё смешалось. Демон ощутил объятия девушки. Интересно, сколько времени у неё ушло на то, чтоб побороть неприязнь и дотронуться до него? Или в феечке проснулась жалость? В голове «феечки» был фарш. Блум хотелось утонуть в самокопаниях и чувстве вины, но состояние демона беспокоило её сильнее собственного. Ей хотелось помочь и, спустя пару минут раздумий, она решилась попытаться. Было непросто, но девушка дотянулась до рук демона и сжала их. Мягкое свечение огня жизни наполнило комнату и к нему медленно начала присоединяться его противоположность. Фея помнила, какой эффект имеет слияние энергий и надеялась, что Валтор чувствует то же самое. Она чувствовала, как расслабились плечи демона и как он сжал её руки в ответ.