тайна

«Дорогой дневник, я..» - С этого начинается каждый чертовый вечер каждого чертового дня. В руках черная ручка, на коленях уже старый, потрепанный блокнот с серо-жёлтой обложкой и каким-то незамысловатым голубым узором: исписанный наполовину, но такой родной. Некоторые страницы вырваны и спрятаны под кровать, в синюю обувную коробку, подальше от чужих глаз. Часть вообще сожжена или выброшена от греха подальше. Эти страницы парень никогда не выбрасывал в мусорное ведро дома, а всегда в мусорный бак на улице, еще и подальше от дома. Мало ли, вдруг найдется человек, который найдет эти записи. А это уже всё, конец. Парень тогда или на улице останется, или... а есть другие варианты? За окном вместо прелестного фиолетово-розового заката уже сгущались серые тучи, и последние лучи оранжевого закатного солнца падали на темно-рыжие волосы парня, сидящего с этим самым блокнотом на коленях. Еще немного, и пойдет дождь. Дождь это хорошо. Ночью уснуть будет легче. А пока что карие глаза паренька проходились по написанным в блокноте строчкам и датам на них, прежде чем начать новую запись и как следует высказаться своему бумажному «другу». Дата первой записи 09.02.2021. Уже почти полтора года парень безуспешно изливает свою душу в листы. День за днем, месяц за месяцем. Если бы не отсутствие мотивации и желания, как это бывает в нашем мире, он мог бы стать отличным писателем и, возможно, даже издаваться в каких-то российских издательствах, таких как ACT или popcorn books, ведь книги именно этих издательств чаще всего покупал и читал наш веснушчатый герой, потом пряча это все от родителей под вещами на полке в шкафу. Там уж точно никто рыться не будет, и ничего не найдет. Семья парня была довольно строгой, поэтому приходилось прятать все, что только можно: некоторую одежду, книги, рисунки и все в таком духе. Расходы так же контролировали, но для этого он создал отдельную карту. Конечно, некоторые подозрения были, но он всегда умудрялся отнекиваться. Нельзя было и шагу сделать без ведома матери, что уж там говорить о друзьях и отношениях. Но друзья все же имелись, но только проверенные матерью. Уж что, а притворяться паиньками Захар и Алёна умели отлично. Настолько отлично, что родители кареглазого уже хотели в будущем женить своего сына на Алёне. Конечно, эта идея не нравится нашему герою, но разве его кто-то спрашивал? Поэтому остается лишь кивать. Но даже несмотря на гиперопеку, парню нравится его жизнь и семья, какой бы она не была. Солнце окончательно скрылось, и в комнате стало темно. Конечно, не так темно, как ночью, но писать при такой темноте неудобно, тем более у парня плохое зрение, а при таком освящении можно посадить зрение еще больше, чем обычные минус три. Вследствие чего, решение было принято быстро. Реально, даже половины минуты не прошло, как он встал и щелкнул выключатель, тут же зажмурившись от ярко-желтого цвета, режущего глаза. На этом моменте можно начать проклинать людей, придумавших лампочки с желтым светом. Они реально желают гибели человечеству. Проморгавшись, парень окинул взглядом комнату. Бежевые обои, темный деревянный пол, в углу стоит письменный стол и стеллаж с книгами, которые он не прячет от родителей. В основном, русская классика. С другой стороны большая двуспальная кровать, на свободной стороне которой куча мягких игрушек, ноутбук и куча всякого ненужного хлама вроде только что открытой шоколадки или карандашей со скетчбуком, ну, и кота иногда. Да, наш герой немного увлекается рисованием. Ближе к двери стоит внушительных размеров шкаф-купе, в котором запрятаны все секреты рыжего паренька. Рядом с этим шкафом находится большое квадратное зеркало с мраморной рамой. Комната вполне большая, поэтому жить в ней одному очень скучно. Возможно, это даже и хорошо, что у него нет братьев или сестер, с которыми нужно делить все это. Он много раз слышал, как его одноклассники или друзья жаловались на то, что им приходится делить свою комнату с приставучими младшими братьями или сестрами. Парень снова подошел к своей кровати и сел на нее, кладя на колени блокнот и вертя в руках ручку, думая, что же написать на первой строчке описания этого дня. Он и сам понимал, что безопаснее было бы писать свои записи в заметках и сохранять их там, но ему больше нравилось по старинке: с блокнотом и ручкой. Что-то зачеркивать, исправлять, переписывать. Даже от движений рук при письме и описании бури эмоций внутри рыжему уже становилось спокойнее, и он мог выдохнуть с облегчением, ведь кто-то его выслушал. Даже, если этот кто-то – листок клетчатой бумаги из блокнота, которому уже лет пять. А, между прочим, из бумаги слушатель вполне себе неплохой. Можно высказать всё. Вот вам и личный психолог. Он даже не помнит, откуда у него этот блокнот. Насколько он помнит, его подарил какой-то дальний родственник на его десятилетие. Вроде пятиюродного дяди или троюродной тётушки. Тогда этот блокнот был не нужен, и сразу отправился на полку со всякими старыми тетрадями и прочим. За то сейчас этот блокнот ой как пригодился. Точнее, не сейчас, а тогда, когда в голове у парня что-то щелкнуло, и он решил вести личный дневник. С ним и жить как то легче стало. Не приходится все копить в себе. Этот дневник - его вечный личный слушатель, который всегда выслушает, и не будет говорить что-то типа «А вот у меня…». Реально, люди, которые так говорят, заслуживают вариться в отдельном котле низшего загробного мира под названием ад. У парня наконец появились идеи, что написать. Он начал водить ручкой по бумаге, выводя символы и буквы, которые из-за спешки получались очень резкими и экспрессионными. Почерк у него был мелкий, но с большими хвостиками у письменных «д», «у» и «з» и острым концом у «б». Заглавные буквы в написании парня больше казались печатными, а прописные – аккуратными. Когда то давно он увлекался каллиграфией, но наскучило это ему быстро. Каждая буква была отдельно, и иногда нельзя было разобрать, что он писал: одно слово или целое предложение. Иногда это хорошо, а иногда случаются при чтении его писанины проблемы, на подобии «мы же на ты – мы женаты» или «несуразные вещи – несу разные вещи». В принципе, иногда составлять текст и подбирать слова для нашего героя не было проблемой, а иногда на это уходило по часу, а то и больше. И при том, никто никогда его за этим делом не палил. Иначе было бы слишком много вопросов, таких, как: «Зачем это тебе?», «Что ты скрываешь от собственной семьи?» или уж тем более «Отдавай телефон, проверять будем». А в телефоне секретов еще больше. Ну, вы поймете. Не бывает людей без секретов. Например, любимая музыка. Как может приличная семья отнестись к тому, что их единственный сын слушает «дайте танк(!)», «pyrokinessis», «MSI» или «Vspak». Ладно, это хотя бы не Моргенштерн, так что окончательно позором он еще не стал. В любом случае, взрослые такого не понимают и никогда, скорее всего, не поймут. Они там, походу, все в каменном веке живут. Интересно, почему так сложно принять ребенка таким, как он есть? Со всеми его выражениями, характером, ориентацией, своим мнением… Люди пытаются вылепить из своих детей идеальное подобие себя, но не понимают, что перед ними отдельный человек с собственными взглядами на жизнь и на то, как ее жить. Нельзя сделать из отдельной личности свой идеал. И вообще, использовать людей – низко. Любите своих детей и не будьте эгоистами, пожалуйста. Окей? - Чем это ты занимаешься тут? Дверь открылась, но наш герой этого не услышал и не заметил, и очень зря. Стоило бы, ведь в дверном проеме, опираясь на стенку, стояла Валерия – мать нашего героя, о которой мы уже мельком упоминали. Её светло-русые волосы были заплетены в аккуратный пучок, а лицо выражало явное непонимание. Кстати, выглядела женщина очень молодо для своих лет: и не сразу поймешь, что ей уже давно не двадцать и у нее есть шестнадцатилетний сын. Зеленые глаза так же задорно горели, как и в молодости. В общем, женщине можно было позавидовать. Она и вправду была красавицей, хоть и ужасно заносчивой и строгой. Слова женщины заставили парня наконец выйти из своего транса. По всему телу пробежал неприятный холодок, а тело покрылось мелкими мурашками. Внутри от страха будто сжались все органы. Всё, он влип. Влип по крупному. А может, все обойдется и матушка не обратила внимания? Глупость. Она все видела. Глаза испуганно забегали, ища место, где можно спрятать свой секрет. Или же спрятаться самому. Живот неприятно крутило от страха и нервов. Парень взглотнул и тихо захлопнул блокнот, и хотел уже его спрятать от греха подальше, как его ловко вырвали из рук парня. - Дай ка посмотреть, что ты там пишешь. У тебя секреты от матери? Валерия хотела уже открыть блокнот, когда парень решил все же пойти наперекор матери и попытаться забрать блокнот и не дать ей увидеть все, чего она видеть не должна. Уж что-что, но если она это увидит, ему можно будет смело заказывать гроб. Попытка выжить провалилась: личный дневник упал на пол и открылся сам, где то на середине. Теперь уже ничего не мешало взять его и прочитать содержимое, каким бы оно не было. Этим и занялась мать нашего героя. Когда дневник оказался в ее руках, рыжему ничего не оставалось, как нервно сглотнуть и ждать своей скорой кончины. - Так, что там у тебя? Женщина пробежалась глазами по первым строчкам, и можно было заметить, как удивленно распахнулись её глаза. Похоже, смерть все же неминуема, и его же личный дневник подставил его сам. Этого следовало ожидать. - «Дорогой дневник, я влюблен… в парня»?! Руф, я жду объяснений.