Трое на двуспальной кровати

Однажды просто надо разозлиться на свою бесхребетность. У Этери это случилось ровно после двенадцати дней ежедневных вечерних слез. День победы - этот праздник со слезами на глазах оформил решение - хватит реветь. Вот ровно это она и сказала себе, глядя в зеркало: - Хватит реветь, Этери! В конце концов никто не умер! Можно сказать - хэппи энд! Ну и хватит убиваться, а то и не убьешься, и не порадуешься жизни. Умылась, накрасила последний раз красные по поводу Дуда глаза и поехала на работу в окружении хвостатых морд. Сегодня Даня решил их забирать с собой на выгул. У него был выходной. Глейхенгауз за неполную неделю умудрился превратиться в опору и надежу, хотя уж от кого не ожидала, от того не ожидала. Сама удивилась, что парень так вырос. Порадовалась. И немного пожалела, что опять он один. И ведь опять же по собственной дури! И почему хорошие люди делают глупые поступки, за которые приходится расплачиваться дорого? Честно говоря, в какой-то момент была даже мысль позвонить Оле, объяснить, что одна измена - еще не повод, когда у вас впереди целая жизнь. Ну, а с другой стороны, она ж ему не мать родная? А ей и тем более. Тренировки сегодня были уже почти условные, оставались только малыши, так что Этери просто ходила и присматривалась к перспективам в ее владениях. Ну,и всякая бюрократия. С непонятностями грядущего сезона всем им подвинули сроки планирования, чему главный тренер “Хрустального” была несказанно рада. Не любила она планировать: никогда не сбывается, как хочешь. Но и без планирования далеко не уедешь. Вот и боролась с собой до цейтнотов и поджимающих дедлайнов. Прекрасно вроде понимала, что может уже все это сделать с закрытыми глазами и отключенным мозгом, исключительно на рефлексах, а тянула и тянула. Так, размышляя о несовершенстве мира и себя в нем, доехала до “Хрустального”, сдала Дане с рук на руки своих тявколок и поплелась к неизбежной каторге административной рутины. И, чтобы жизнь совсем медом не казалась, на входе встретила Эдика. У Эдуарда как раз было громадье планов. Вот кто генерил их без остановки и утомления. Всеми ими он почему-то жаждал делиться с несчастной Этери. Вот и сейчас та же ерунда. Администратор говорил, говорил, женщина слушала вполуха, пока вдруг не уловила: - А еще скажи мне, почему курсируют упорные слухи, что Дудакова мы больше у нас не увидим? - Откуда слухи?- настороженно спросила Тутберидзе. - Из района Василевского и его "Армии фигурного",- пояснил Аксенов. Ну, неудивительно, естественно. Ксюша же тоже ушла, поди поделилась с подружками, что укатила строить счастливую жизнь и полноценную семью на малую родину. - И скажи мне с какой радости Алексей и его "Армия" гудят, что сманили таки Дуда нашего?- продолжал Эдик. - Эд, не пори чушь! Ей больно!- возмутилась блондинка. Ее до зубовного срежета достали эти слухи об уходе Сережи. А он все время по ним уходил куда-то, то в ЦСКА, то вот к любовнице в ее клуб. Однажды даже в “Динамо” кто-то сослал. - То есть все это слухи?- задал Аксенов уточняющий вопрос. - Эдик, слух об уходе Дуда в "Армию" не только созрел, но и протух уж больше года тому назад,- она уклонилась от ответа, непонятно зачем, по сути соврала Эдуарду. Сложно было сказать, почему Этери так поступала. Ей пока просто не хотелось верить, что Сергея никогда больше не будет в этих стенах. Они вместе не поедут на очередной старт. Не встанут на один лед на общей тренировке. А что будет? Сложно сказать. Если повезет очень, то лет через пять начнут потихоньку пересекаться на разных стартах. К тому моменту уж точно все отболит. Так долго не болит ничего, если бы болело, сердца были б не в шрамах, а в сквозных дырах. Может, они еще и снова станут друзьями. Или приятелями. Если подумать - неплохо. Думалось о таком через боль сравнимую с выдергиванием пальца зажеванного тисками. До крика, тошноты и потери сознания. Лучше уж пусть совсем никогда не увидятся. Как будто и не было. Или не стало. От таких мыслей и бумаги - лечение. Бегая от себя, на удивление плодотворно поработала. К вечеру даже похвалила за упорство и достижение целей. Да и дети у Полины порадовали. Есть, есть на чем расти фигурному катанию. Домой вернулась даже в несколько приподнятом настроении. Оказалось, что Даня уже поджидает. Стоял с Теоной на поводке, Мишелькой в сумке, ноутбуком в чехле подмышкой и бутылкой вина в руке. Прямо джентльменский набор хореографа в ожидании. Тут и без разговоров можно было предположить, чего ждет Даня. С другой стороны, она же вроде решила, что пора продолжать жить. Ну, и чем не жизнь Даниил Маркович? Не хуже прочей. Хотя бы знакомая жизнь. Да и без иллюзий. И у него, и у нее. - Не замерз?- глянула на тонкую ветровку мужчины. - Не замерз, но погрелся бы,- весело улыбнулся Даниил в ответ. - Пошли,- кивнула головой в сторону подъезда. В четыре руки перемыли гулявшие лапы. Наполнили бокалы. Включили очередную музыку для выбора. Больше молчали, чем говорили. И на очередной танец Даня пригласил женщину просто протянув руку. Так и пошла к нему: с вином в руке, определенностью в голове и пустотой в душе. Так и позволила мужским губам начать путь на шее и двинуться вниз до ключицы. Это было его любимое начало, которое всегда нравилось обоим. И то, что делалось дальше тоже было приятно, знакомо, уверенно вело по карте телесной любви. Когда пальцы Дани перебирали соски, Этери расстегнула молнию на его джинсах и забралась рукой, ощущая под своими пальцами знакомые очертания и знакомую твердость. Ее водолазка и бюстгальтер слетели первыми, его штаны и трусы следом. Из рубашки и футболки Даня выныривал уже сам, пока Этери спокойно стягивала узкие джинсы, оставаясь в черных трусиках. Было приятно скользить по длинным ногам ладонями, задерживаться у края белья, обводить контуры, чуть подныривать, но ничего сокровенного не касаться. Наслаждаться телом, которое так долго было недоступно. Лишь удивился, когда в ответ на недвусмысленные поглаживания и и первую попытку войти, Этери вдруг перевернулась на живот, подобрав под себя ноги. Предложила позу, которую не особенно-то и любила вроде. А Дане, вообще, так нравилось. Немножко по-звериному. Просто и отчасти отчужденно. Чистое наслаждение без лиц и имен. Значит и правда его день! Вошел, придерживая за бедра, почувствовал, как подалась навстречу ее попка. Огладил рукой упругость ягодиц. Задвигался, сначала неспешно, потом быстрее, чтобы добавить удовольствия нашел в приоткрытых створках половых губ клитор и нежно потер. Тут же почувствовал ответ членом. Его сжали, отпустили и снова сжали. Ускорял движение, требовал ответа. Чувствовал, что женское тело подается и следует. Поймал сильный короткий оргазм до болезненного втягивающий его полностью. Ускорился, чтобы догнать. И полетел за своими ощущениями. Со стоном, резким движением ягодиц еще глубже, хотя глубже было нечем. и после пары конвульсий повалился на женскую спину, прижимая к кровати. Целовал в шею, даже слегка прикусил от удовольствия. В ответ услышал: - Дань, мне тяжело. Слезь. Такого раньше тоже не было. Но все же откатился. Довольно вздохнули и пробормотал: - Как же с тобой хорошо. Ответа не услышал. Зато увидел как Этери поднимается с постели. Уходит в душ и довольно скоро возвращается. - Иди ко мне!- позвал обниматься. - Дань, не хочу тебя гнать, но мне бы отоспаться,- отказалась от его объятий блондинка.- Давай отложим долгие радости до другого дня. Получается - выгоняла. Пришлось тоже идти в душ, собираться и выметаться вон из дома, где он был не слишком нужен. Убеждал себя, что сделал хороший первый шаг по заветам Дудакова, но не слишком себе верил. Все было не так. И даже просто неправильно.