В канун рождества

— Нет, да быть такого не может! Даже если и представить, любовь между адвокатом и прокурором выглядит скорее как сказка. Сказка, не более! — у детектива Гамшу даже вены на лбу вздулись. — Пожалуй так.       У меня сейчас совсем нет желания с ним разговаривать, лучше обойдусь парой контрольных фраз и свалю в закат. Гамшу славный, конечно, но после целого дня, проведенного с ним в связи с расследованием еще одного убийства, мой лимит терпения его тупости подходит к концу. Хочу домой! — Да не, Гарри, ты только послушай. Это выглядит как Ромео и Джульетта, но на практике всё еще хуже. Какие вообще отношения могут быть между ними. Я, конечно, могу понять, если красивая, обаятельная девушка-прокурор на одном из заседаний увидела бы весьма своенравного адвоката, и них быстро завязался роман…. Но даже так, это столь маловероятно. Обычно ни прокуроров, ни адвокатов не интересует другая сторона вне зала суда. Да и отношения будут только мешать, суд — дело правды, не любви! — Феникс, вообще-то. Феникс Райт.       Да что он заладил про любовь. И к чему мне всё это рассказывает? У меня и так дамы сердца нет, да еще и некогда. Видимо, детективам действительно особо нечем заняться. Везучие… — Короче, парень, не влюбляйся. — Да-да, спасибо за совет, детектив Гамшу. Что ж, увидимся! — А? Ну да, пока.       Наконец я выйду из этого проклятого места! И почему каждый мой визит в полицейский участок заканчивается нравоучениями от людей, которые сами то не особо имеют личную жизнь? Эх…       О? Это же Эджворт за углом. Похоже, он разговаривает с кем-то. Жаль, я уж хотел попрощаться. Ну да ладно, потом.       Я вышел из полицейского участка и, не торопясь, направился домой. Несмотря на зимний холод, на улице довольно приятно. Сегодня канун нового года… Мне бы хотелось однажды подарить ему что-нибудь в этот праздник. Но это довольно неуместно, зная всё, что произошло. И всё-таки может быть однажды…       Проходя по одной из узких улочек, заметил небольшое кафе. На витрине выставлены булочки, круассаны и пирожные. Черт, выглядит вкусно. Думаю, я могу сегодня себе позволить немного сладкого.       Когда я зашел внутрь, девушка за кассой поприветствовала меня. Она немного напоминает Мию. Хм, пожалуй, я скучаю по ней немного. Или не немного. Было бы приятно поужинать с ней. Я до сих пор без нее как без рук.       Заказав несколько пирожных с собой, я стоял, ожидая, когда их упакуют. За панорамным окном уже горели фонари, и были видны рождественские украшения. В этом году наш район очень красиво украсили, жители даже удивились. Обычно всё обходилось елкой, остальное люди делали сами, каждый в своём доме. Почему-то всегда мы обходились очаровательным белым снегом по колено и мокрыми ботинками и штанами. А в этом году власти, похоже, решили снизойти до простых смертных и с барского плеча скинулись на декорации. На наши же деньги. Ну хоть красиво.       Он бы замечательно смотрелся в свете гирлянд… Так, о чем я только думаю? Мне еще нужно привести в порядок документы, приготовить ужин, прибраться и подготовиться к завтрашнему дню.       Где-то через пятнадцать минут я уже поднимался по лестнице в свою квартиру. Открыв дверь, я заметил, что в квартире темно. Впрочем, иного и быть не должно, не так ли? Видимо, я лелеял напрасные надежды.       В этот же момент я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Я обернулся и… — Эджворт! — Райт. —… —…       Как всегда, вот серьезно. — Ты знаешь, я не умею заводить разговор, — сказал Эджворт, отворачиваясь. — Можешь заводить не разговоры. — Что? — Что? — Райт! Так и будешь стоять на проходе? Неужели темноты боишься, раз зайти не можешь?       Что-то он сегодня какой-то слишком недовольный. Недовольнее, чем обычно. Впрочем, пусть он и выглядит пугающим, тем не менее довольно милый. Мне стоит его впустить, а не пялиться на него, что ж я делаю. — Ты же знаешь, что можешь зайти, не предупреждая и не спрашивая. Я же дал тебе копию ключа, — я пробормотал себе под нос. — Пока ты стоишь на проходе, ключ я могу разве что вставить тебе в задницу, и то, не факт, что это поможет. — Как сурово…       О, придумал. Я заварю его любимый чай. И достану подаренный им сервиз. И дам печеньку… Не уверен, что это такой уж хороший план, ну да какая разница. Раз уж он сам пришел ко мне, я не могу упустить этот шанс. Хочу хоть немного позаботиться о нем! — Проходи, садись, чувствуй себя как дома. — Хмф!       Да, определенно, как всегда.       Я отнес вещи и пошёл на кухню. Но как только собирался поставить воду кипятиться, всё посыпалось со стола. Земля начала так сотрясаться, что удержаться на ногах было тяжело. Все специи полетели со своих полок, а я с ними за компанию. Черт! Почему, когда я хочу сделать всё хорошо, случается что угодно, кроме того, что нужно?! Потоп, землетрясение, пожар, детектив Гамшу… ну правда, каждый раз…       Стоп! — Эджворт! — как только я смог встать на ноги, я помчался к нему в гостиную. Что бы там ни было, даже восстание прокуроров не должно остановить меня. Он сейчас важнее. Он свернулся в клубок около дивана, дрожа всем телом. Землетрясение поутихло, но еще не прекратилось. Пошатываясь, я подошел к нему и опустился на колени, осторожно прикасаясь к его спине. — Эджворт, всё хорошо, я рядом, слышишь? — нифига не хорошо, — всё в порядке, ты можешь на меня положиться. Ты не один. Нежно поглаживая его по спине, я стал его успокаивать. Он даже сесть не успел, как такое произошло. Я даже представить не могу, как ему тяжело сейчас, да и вообще не уверен, смогу ли вообще чем-то помочь. Но я не оставлю его. Это точно не выход. Пусть он злится на меня потом, но сейчас я должен его успокоить. — Эджворт… всё закончилось. Землетрясение прекратилось, — он не реагирует. Черт, неужели ты хочешь, чтобы я перешел к более радикальным мерам, Майлз? Что ж, пожалуйста.       Я перестал его гладить и немного отсел, приняв более удобную позу. Но что это. Эджворт напрягся или мне показалось? Не время для этого. Когда он немного приподнялся, я быстро обнял его. Так крепко, как только мог. Если это не поможет, то я бессилен. И это самое страшное. Пожалуйста, успокойся. Я не хочу тебя таким видеть, это больно.       Эджворт застыл на месте. Иногда он дергался, но я не отпускал. Его тело больше моего, но…он такой мягкий. Особенно волосы, темно-серые, блестящие, гладкие. Я… хочу к ним прикоснуться. Очень хочу.       В этот момент Эджворт… лег мне на грудь? Он что?       Похоже, теперь пришла моя очередь замирать. Господи, мне вообще можно шевелиться? Я не хочу спугнуть это дитя. Но теперь я могу спокойно погладить его волосы.       Я аккуратно ослабил хватку и положил руку ему на голову. Ах, он зажмурился. — Не бойся, я с тобой, — я тихо прошептал ему.