Случайности не случайны

      Коридоры, коридоры, коридоры... Одни лишь коридоры без обозначений и отличий. Холодный мрачный ад без отопления и естественного солнечного света, в котором легко потеряться и остаться навеки вечные.         Именно так можно было по-человечески описать Немезиду после получаса нахождения на ней, когда на себе ощутишь все прелести инопланетного судна. Пустынный корабль со зловещим фиолетовым освещением, в глубине которого то и дело раздавались крики и вопли несчастных десептиконов, встречавшихся на пути бравых автоботов. Ужасное место, действительно очень напоминающее по рассказам Преисподнюю, которое хотелось поскорее покинуть, оказаться в тепле и относительной безопасности. Укутаться в шерстяной плед у себя в комнате, например... С чашечкой горячего чая. Эрл Грея или с бергамотом...         А, точно, это же одно и то же. А вы знали?        Щёку, пускай кровь уже и не стекала вниз, всё ещё жгло от вроде бы тонкого, но жесть какого глубокого, как недавно выяснилось, пореза; запретив себе регенерировать и расчесав зудящее место ногтями, я сама поставила себя в тупик, потому что зажить рана очень даже хотела. А бежать по ледяному полу с то и дело расплывающимся взглядом, параллельно удерживая контроль над самой сильной и, как иронично, живущей отдельной жизнью способностью, не сильно удобно. Особенно когда ещё волнуешься за чужие жизни. Особенно когда вы на вражеском судне, полного недругов размером с пятиэтажное здание.         И что мне дома не сиделось?         Грохот впереди всё усиливался, но именно он был нашим ориентиром. Куда бежать на корабле десептиконов? Им под ноги? В лапы Мегатрону? Судя по обоюдному молчаливому бегу в сторону шума, мы все пришли к выводу, что уж лучше окажемся в поле зрения своих союзников, чем снова в когтистых лапах инопланетных завоевателей, коих здесь кишит тьма.         И вот, гром гремит, земля трясётся...        Мегатрон на нас несётся...        За углом очередного коридора развернулось настоящее представление. Для кого-то вполне себе весёлое (Мико, считающая себя зрителем арены Колизея), а для кого-то такое, от которого сердце чуть не прихватило (Раф и Джек, у коих с инстинктом самосохранения и мозгами было всё в порядке). На меня же резко накатило какое-то поразительное хладнокровие, потому, схватив всю троицу кого за что, потащила её к ближайшему укрытию, параллельно помахав Бамблби ручкой. Тот, увидев нас, от испуга что-то пропиликал, но не успел ничего больше, так как улетел в соседнюю стену из-за своей невнимательности под аккомпанемент битвы.         Под навесом из консоли было хорошо видно, с каким рвением автоботы избивали вехиконов. Пол ходил ходуном, от грохота хотелось зажать уши. Однолицые не успевали даже толком отвечать: падали грудой металлолома раньше чем сумели осознать несущийся в голову кулак. Или лезвие. Плазменный заряд. Мёртвых к концу поединка было гораздо больше, чем живых, а лазурной жидкости по полу растеклось столько, что хватило бы на целое озеро. Как она там называлась?..        Точно. Энергон. Целое озеро из энергона, которого всем так не достаёт.         Если уж убиваете врагов, зачем так разбрасываться ресурсами? Разве нельзя сцеживать это топливо и использовать самим?         Вообще любопытно, к чему эта раса ближе – к аналогам машин с разумом или к людям в механизированном виде?..        - Дети! Вы в порядке? - Арси подлетела к нам в тот же миг, как всё закончилось. Никто ей не ответил: не успели все выдохнуть, как из коридоров снова раздался шум приближающихся шагов и далеко не одной пары. Автоботка скрипнула зубами. Врагов становилось только больше, сколько бы они их не убивали.         «Множатся, как скреплеты», – вдруг ударила в голову чужая едкая зыбучая мысль.         - Нужно уходить. Дети, запрыгивайте к Бамблби!         Приказ – не просьба, и вот мы уже в салоне движущегося автомобиля, гонящегося за расчищающими путь старшими. Лицо начинало неметь с той стороны, где полоснул не человеческий коготь; долгое сдерживание и неаккуратное обращение давали о себе знать. И ещё неизвестно, а не ядовит ли сплав металла кибертрнцнв для человека. Вдргу при соприкосновении с кровью он мог передать какую-то заразу?         Пока я предавалась нехорошим мыслям, незаметно щупая тело на предмет других ран, в салоне царила шоковая тишина, в то время как снаружи вёлся бой. Дети – взрослыми их уже язык не поворачивался назвать - сидели рядышком в полной безопасности, благоразумно помалкивая. Относительной, правда, безопасности, всё же нас окружали десептиконы, сбежавшиеся на шум, как мухи на варенье, но это всяко лучше, чем ничего. Можно было выдохнуть, переплетя пальцы с дрожащим под боком Эскивелем, и привалиться лбом к ледяной поверхности стекла боковой двери, мельком замечая дрожащих не от холода старших и понимая, что нет: никакой заразы я не получила, всё в порядке, повезло. Разгорячённый мозг послал волны облегчения, позволив тихо выдохнуть и прикрыть глаза. Что-то подсказывало, что на сегодня приключения уже закончены.         Но только ли у нас они вообще были?         И когда там инцидент со скраплетами?..                 * * *        На базе было тепло и сухо. В отличие от десептиконского корабля, ещё и светло. Но атмосфера в этот раз висела в воздухе совсем не праздная...        - Где. Вы. Были?         Рядовые автоботы нервно сглотнули: голос Рэтчета в очередной раз эхом разнёсся по залу, внедряясь в самый процессор острыми иглами. Сейчас врач был не просто зол: он был в ярости. Не как в прошлый раз: тогда всё быстро улеглось, гром разок грянул и перестал. Сейчас было всё серьёзнее. Его эм.поле давило на плечи сильнее, чем когда-либо на моём веку, вызывая настойчивое желание поёжиться. С каждой секундой пластина его лица становилась всё мрачнее, заставляя троицу провинившихся незаметно пятиться назад. К выходу. Ни собственные повреждения, ещё искрившиеся на руках и ногах, ни виноватые выражения лиц и дрожащие от страха энергетические поля не могли отвлечь старшего автобота от того, чтобы впиться в бойцов прожигающим взглядом с очень явным желанием убить.         И всё-таки как же странно было наблюдать за тем, как старый медик одним своим взором умудряется прижать трёх взрослых воинов к стенке...        Как оказалось, за то время, что наша дорогая разношёрстная (и разновозрастная) компания отсутствовала, медик с лидером алозначных вернулись на базу с весьма напряжённого задания. И, не найдя на положенном месте ни одного из нас, мягко скажем, забеспокоились.       Особенно когда никто не вышел на связь. Была ли то вина экранирования вражеского корабля или неполадки в сети, но наша команда не отвечала на протяжении получаса. И, согласитесь, у любого бы это вызвало вопросы.         И тонну беспокойства...         Но больше всего – гнева. Потому что знаменитое трио автоботов провинилось уже во второй раз за последние двое суток.         И это после двух предупреждений. Как от Прайма, так и от врача.         Занавес.         Иронично, везде присутствует двойка.        - Где вы, шлак вас подери, были все эти два часа?! - терпение медика лопнуло с громким вскриком, полного праведного гнева, толики отчаяния и проскальзывающей тревоги. Я же говорю: везде двойки!         Балкхэд втянул голову в плечи, Бамблби нервно пиликнул, Арси шикнула, чуть опустив, как раньше казалось, неподвижные крылья-дверцы. Или ей стало настолько боязно, что застывший металл внезапно стал пластичным?         Я, даже будучи более чувствительной к чужим аурам, чем все здесь стоящие, ощущая и буквально видя тёмные всполохи негативных эмоций вокруг врача, всё равно искренне не понимала до конца этот панический страх перед тем, кто лечит, наблюдая за всем со стороны. Фоулер, которого автоботы успели забрать каким-то чудом между стычками с десептиконами, тихо сопел на кушетке, накрытый найденной нами, детьми, тонкой пыльной простынёй. Мы притихли, стоя рядышком, мои руки сами собой в какой-то момент оказались на худых, Боже, ещё хрупче, чем у меня, плечах Рафаэля, с которым я за последние двадцать минут (Рэтчет преувеличивал насчёт времени нашего отсутствия) не расставалась ни на миг. Всё-таки самый маленький, слабенький, за ним нужен глаз да глаз. Потеряется ещё в своих мыслях и пространстве, слишком замкнутый и домашний... На кота похож.         Рыженького и маленького.         В ответ ко мне преданно прижимались спиной, ища поддержки, и в какой-то момент даже вцепились крепкими короткими пальчиками в ладони. Мико и Джек держались за кушетку, не отводя смешанных взглядов от разворачивающегося скандала. А он собирался стать грандиозным, судя по быстро сгущающимся тучами над головой у доктора.         - Где. Вы. Были? - уже рычал врач, стреляя глазами не хуже ястреба. Никто не ответил. - ГДЕ..?!        Самой смелой оказалась Арси, резко выступившая вперёд и гордо вскинувшая голову. Зашипев не хуже змеи, она рассказала всё от и до, упустив пару важных деталей и в конце едва не смоделировав обвинение в голосе. Рэтчет слушал её не мигая, сжимая руки на груди в кулаки всё сильней. В конце его аура потемнела почти до цвета угольков, в которых ещё очень легко могло взметнуться пламя.         Потрёпанный Прайм с грубой заплаткой на плече всё это время молчал, смиряя происходящее из положения сидя тяжёлым взглядом, и не вступал в диалог. Пока что. Но уверена – лишь одно лишнее или чересчур резкое высказывание с любой из сторон: и он вмешается. И что-то подсказывало, что до этого лучше не доводить.         После рассказа фем повисла гнетущая тишина. Даже Накадаи поёжилась от напряжения; я не глядя медленно кивнула ей, подбадривая и получая в ответ свистящий выдох. Пальцы нервно сжались на плечах застывшего юноши сильнее, чувствуя, как чужие вторят.         Вот-вот обещал грянуть гром.        Первой снова не выдержала автоботка, окончательно, видимо, раззадоренная чужим молчанием и решившая выложить всё, что она обо всём этом думает. Коронной (вернее, похоронной) фразой в её громком монологе стала эта:         - ..И если бы ТЫ не пошёл в патруль вместо меня, а остался на своём посту, где тебе и место, то дети бы..!        Это стало последней каплей в и без того бездонное море терпения врача, поэтому в следующий миг мы все без удивления наблюдали за тем, с какой резвостью тот оказывается прямо перед фем, нависнув над ней сверху фурией с опасно занесённым гаечным ключом и горящим яростью взглядом.         Со стороны рэкера донёсся задушенный кашель, разведчик отчаянно взвизгнул, а Прайм наконец-то рывком встал, решив, видимо, напомнить всем, кто здесь главный.         Никто не знает, чем бы всё это закончилось, если бы агент внезапно не стал подавать признаки жизни, на жалкие мгновенья усевшись на кушетке, громко во сне ляпнув что-то про дорогое такси и бабушкины оладушки, а после грохнувшись обратно на спину и громко засопев. Я тут же кинулась к нему проверить самочувствие: мужчина спал, как младенец, с улыбкой на лице. Тихо выдохнула и собралась уже вернуться к Эскивелю, замершего комочком страха с другой стороны койки, когда подняла глаза, проверяя, как там Рэтчет и не прибил ли он уже кого. И тут же сильно об этом жалея.         Взгляд врача в этот момент как раз упал прямо на меня, замечая лицевые повреждения. Ой.         - Арси... - шипение статики было сравнимо со змеиным. - Из-за тебя дети подверглись опасности. Из-за тебя они могли погибнуть и стать просто кучкой пепла или кровавым месивом из раздробленных костей и органов. Из-за тебя команда могла лишиться не только невинных свидетелей, но и своих товарищей. Из-за тебя и твоего глупого иррационального желания показать себя мы едва не потеряли всё, что у нас осталось. Если бы Бамблби взяли в плен, как ты думаешь, как быстро его бы убили? Если бы Балкхэд встретился с самим Мегатроном, он бы выжил? Кто-нибудь из вас? Нет. И все эти дезактивы были бы на тебе.         На Арси было страшно смотреть: расширившиеся глаза, как у испуганного ягнёнка, глядящего в пасть нависшего над ним хищника, передавали весь ужас от представившихся картин. Честно говоря, даже мне стало не по себе от подкинутых воображением картин. Но самым отвратительным было не это.        Рэтчет был прав абсолютно во всём. Если бы не удача и поразительное везение, всё бы закончилось куда печальнее. И не факт, что такой финал прошёл бы незамеченным для, в первую очередь, их команды.         Автоботы слишком безрассудны и глупы для тех, у кого имелся многовековой опыт...         Рэтчет больше ничего не сказал. Только в последний раз с усталым разочарованием взглянул на упавшую на колени автоботку, к которой уже бежал Бамблби, и развернулся к нам.         - Сильно болит? - спросил он, опускаясь передо мной на колено. Коснулась щеки. Боль отозвалась лишь лёгким жжением, ставшим уже привычным.         На мой отрицательный кивок врач тихо вздохнул системами и достал из-за пазухи аптечку, из той – пинцет размером себе под стать. Аккуратно обмокнув микроскопический для себя кусочек обычной человеческой ваты в спирте из огромной банки, он повернулся ко мне. Я послушно подошла, напоследок успокаивающе проведя рукой по плечу Рафа. Его, чья аура потухла, как огонёк у свечи, мозг сделал неутешительный вывод, придётся отпаивать ромашковым чаем и валерианой, чтобы хоть немного сгладить его впечатления об произошедшем.         При осторожном касании кожу обожгло сильнее прежнего, заставив сморщиться, (по моим меркам) как кислый помидор, но ничего, и к такому привыкли. Если больно, значит, ты жив. Не болит...        Значит, умер.         Какое-то время тишину нарушал лишь тихий шорох ваты, касавшейся лица, и громкое дыхание задумавшихся о нехорошем роботов.         - Кхе, а как прошло ваше задание?.. - вдруг брякнул здоровяк, не сумев и дальше молчать в этой гнетущей тишине. Ответил ему Оптимус, отрешённо глядящий на спину склонившегося медика:         - Мы были на земном поле падших воинов с Кибертрона. Мегатрон воскресил их, используя Тёмный энергон. Судя по всему, в его планы входит тотальное уничтожение Земли.         Снова повисло молчание. Что ж. Учитывая, как в мультсериале расписали десептиконского предводителя, его желание объять сразу оба мира в ближайшем будущем не станет удивительным. Но всё же... Лучше кое-что проверить.           Стоило врачу закончить и с цоканьем оглядеться свою работу, я подняла полный решимости узнать правду взгляд, заставив того опешить.         - Каким был Мегатрон до войны? И кто он такой сейчас?     * * *         Уже долгое время в процессоре крутилась, становясь всё громче и чётче, назойливая мысль о том, что Настя была странной. Слишком необычной для человека-ребёнка, слишком тихая, незаметная, но в то же время задающая опасные вопросы. Такие, которые сбивают с толку и вызывают вопросы уже у ответчиков.         Тишина в зале на этот раз повисла удивлённой, озадаченной. Никто не ждал от вечно неловкого подростка, что его голос вдруг окажется таким. Звонким, чётким, сопрано – чистый, непорочный звук, как капля воды, в тишине разбивающаяся о пол... Его хотелось услышать снова, и Прайму – реальному Прайму, а не тому, кто прятался в тени его мыслей, – пришлось приложить много усилий, чтобы не дать «другому» сорваться с цепи.         «Нельзя, нельзя калечить спарков!» - твердил Оптимус, сжимая манипуляторы в кулаки. В ответ слышался лишь глумливый смех, от которого хотелось вырвать себе аудио.         - Каким был... Мегатрон? - моргнул оптикой Рэтчет, оцепенев от изумления.         - Да, - было произнесено без запинок и твёрдо, отчего «Прайм» довольно выдохнул, вызвав дрожь по корпусу, - каким он был и кем является теперь?         «Оптимус... - протянул голос в процессоре, в приятном удивлении присвистнув, - прости, но она нам нужна. Очень».         Главе автоботов хотелось вскрикнуть от бессильной ярости и ужаса.         Тем временем впереди началось движение: врач наконец-то сделал шаг назад, давая увидеть хрупкую маленькую фигурку с растрёпанными волосами и горящим взглядом, в котором сияло, словно звёзды в небе, желанием докопаться до истины. «О, как она юна!.. - всё тянул голос, взывающий дрожь вдоль нервоствола.       - Как прекрасна в своей решимости... Ещё и кудряшка, - хихикнул он; со стороны сжатых манипуляторов послышался скрежет. - Нет уж, извини, но она нам нужна. Я так просто её не оставлю... Глянь, какой экземпляр! Ну прям заглядение же, грех мимо пройти и не «пригреть», - глумился «Прайм», а Оптимус гадал, сможет ли обезопасить невинную девочку, если сошлёт её домой. И знал: нет. Он своего достигнет, чего бы это ему не стоило.        Рэтчет уже начал свою речь, когда вдруг карие глаза уставились на него. Прайм замер, искра отчего-то затрепетала. Внезапно – всего на миг! – взгляд девочки изменился. Стал темнее.         И сразу после него голос в голове закашлялся от шока.         «Что не так?» - всё-таки спросил Прайм спустя мгновения тишины. Ответа, к его удивлению, не последовало...      * * *             - Мегатрон, как я уже говорил, – первый и единственный лидер десептиконов, наших злейших врагов, гладиатор, собравший вокруг себя таких же угнетённых Сенатом, как и он сам. Был рождён в Тарне много веков назад, ещё в Золотой век Кибертрона. Тарн, - пояснил врач, видя моё недоумение, - это один из крупных городов нашей планеты, промышленный центр, в котором в основном жил средний класс. Задолго до войны, Мегатрон был шахтёром, выходцем из низших каст. В то время их и правда принижали... - вдруг тише добавил он, но тут же смахнул с лица печаль. - Так вот, будучи обиженным активом, будущий Лорд решил изменить этот мир и стал гладиатором. Но в лидера целого движения он превратился не столько за боевые заслуги, сколько за ораторское мастерство... Он писал поэмы. Целые произведения, посвящённые обездоленным и направленные на поддержание народа в трудные времена. - «Даже Я ему верил!» - промелькнуло отчаянное, пропитанное старой болью и разочарованием. - Но вскоре в его текстах появился более резкий оттенок. Его слова стали призывами к действиям, и благодаря Саундвейву, его верному помощнику,  его речь долетала до всех уголков Кибертрона, как бы власти не пытались этому препятствовать. Вспыхнула война. Со временем десептиконы становились всё более жёстче, беспощадней, и Мегатрон это поддерживал. Таким образом тот, кто хотел стать освободителем...        - ..Сам стал тираном... - прошелестело на выдохе, пока взгляд опустился на пол. Боже. Раса существ, имеющая такой интеллект, не сумела выбраться из кризиса и развила его до планетарных масштабов? Ужасно.      Какие же они идиоты... Жестоко – да. Но это правда. Какими глупцами нужно быть, чтобы потерять собственную планету, будучи развитой расой долгожителей? Даже люди пока до такого не додумались...        А высшая раса существ – да.        Теперь стало всё ясно. Почти. Оставался последний вопрос, чтобы окончательно убедиться в том, что трансформеры – несусветные дураки.        И у них правда была кастовая система?? Это же прошлый век! Нет, даже не век – это настоящая антиутопия и признак регресса!       Стали появляться сомнения в том, что раса трансформеров такая уж прямо-таки разумная...        - Какова роль автоботов во всём этом конфликте? - Страха после пережитого уже не осталось, на его место встало равнодушие. От всего случившегося накатила волна усталости, плечи поникли, сил продолжать долгий диалог не осталось. Глаза врача бегали по моему лицу взволновано, подозревая, что смена поведения случилась неспроста, но ответ всё-таки был дан. Только вот не им.        - Автоботское движение появилось после свержения Сената Мегатроном, - вперёд выступивший Прайм смотрел с едва заметной настороженностью. На его месте я бы смотрела так же на того, кто заставил чужака в голове заткнуться. Пускай всего на миг. - Его лидеры постоянно менялись, последним стал я, когда ещё наша планета была жива. Мы – те, кто были против тирании и варварства Мегатрона, те, кто выступали и выступаем за мир. Не только на Кибертроне, но и на..        - Против именно Мегатрона? - стрельнула глазами прямо в Прайма.   Повисшую тишину можно было резать ножом. Лидер застыл, расширив глаза, со смешно приоткрытом ртом. Что, не ожидал от меня подвоха, а? Хах.       Идиотизм.         Альтруизм в больших количествах вреден для здоровья окружающих... Почему я это понимаю, а роботы, которым за четыре миллиона лет, – нет?         - Я.. Нет. Мы против всех, кто угрожает мирному населению, неважно, нашей ли планеты или какой другой.         Решив, что если и идти, то до конца, я со вздохом вскинула голову, позволяя растрепавшимся волосам пощекотать лицо.         - Но ведь именно из-за вас на эту планету прибыли десептиконы. Разве нет?         Тишина. А после небеса разверзлись и начался Ад.         - Настя..!        - Да как ты можешь..!        - >$}}!!        Со всех сторон раздались крики, нет, вопли о том, что я не имею права спрашивать такое, что сам вопрос просто ужасен, что если я спарк, это не значит, что мне всё позволено и мою дерзость просто стерпят... А я просто смотрела в глаза Рэтчета и ждала, когда он скажет хотя бы слово. И он, трансформер, чьё биение искры меня так легко успокаивало совсем недавно, мой опекун, от которого резко повалило вселенской усталостью и снова старой болью напополам с раскаянием, в этой какофонии звуков сказал мне правду:         - Да. В первую очередь они прилетели на Землю из-за нашего появления.