Такого даже Дазай не ожидал

В Йокогаме стоял хороший и спокойный будничный рабочий день. Вооруженное Детективное Агентство не расследовало чего-то серьезного, поэтому ребята находились в своем кабинете. Но не все — были только Ацуши, Куникида и Дазай, так как Кенджи решил проведать свою деревню на предмет преступлений; Наоми надо было заниматься учебой — хвосты подтягивать, поэтому Джуничиро ей в этом помогал, а Ранпо работал в очередной раз с полицией вместе с Йосано. По времени шел уже вечер, и Дазай до сих пор ничего не выкинул. И это не только за последние часы, а за весь день. Были только подколы и то не частые, а вот какие-либо ситуации — их просто не было. Куникида знал причину его странного поведения, поэтому спокойно занимался своими делами по ноутбуку — заполнял одну из баз данных, а вот Ацуши мысленно гадал весь день и уже не мог сдерживать свое любопытство. — Дазай, с тобой все хорошо? — настороженным тоном спросил тигр, поглядывая на товарища подозрительным взглядом. — Да, все отлично, а почему ты спрашиваешь? — с легким непониманием взглянул на него одаренный, отрываясь от своей работы, что тоже велась на ноутбуке. — Да просто ты ведешь себя слишком тихо весь день, — ответил парень, переводя взор на Куникиду. — Даже для тебя это слишком странно. — Просто его с утра пораньше отчитал шеф за то, что он не справился со своей временной должностью, — ответил Доппо, не переставая заносить нужную информацию в базу данных. Он поправил свои очки и добавил с серьезностью в голое: — Попросили его посидеть на телефоне доверия пару часов, так как у них там что-то стряслось и сотрудников не достает, так он и там умудрился оставить свой след в истории. На лице Ацуши возникло удивление и легкое недоразумение, затем он спросил с нотками непонимания в голосе: — Почему на телефон доверия посадили человека, который сам хочет самоубиться? — Потому что остальные вчера вечером были заняты, — ответил Куникида, убирая руки от клавиатуры ноутбука и поднимая глаза на Накаджима. — Это было совершенно внезапно и только Дазай был свободен. Тигр перевел все еще удивленный и озадаченный взор на Осаму, затем с открытым любопытством в голосе произнес: — Так что же именно ты натворил? — Лишь выполнил свою работу, — хмыкнул в ответ Дазай. — Только вот десять из одиннадцати позвонивших покончили с собой, — с недовольством в голосе фыркнул Куникида. — Это просто случайность, — с чувством лёгкой вины проговорил тот, не смотря на товарища. — Причем четверо из них просто ошиблись номером, — закатив глаза и тяжело вздохнув произнес Доппо. — Потому что надо проверять куда ты звонишь, — с лёгкой усмешкой бросил в ответ Осаму. — Так если человек ошибся — почему нельзя взять и отпустить? — стиснув зубы поинтересовался Куникида. — Мне было любопытно узнать куда они звонили, что попали на телефон доверия, — буркнул в ответ Дазай. — Узнал, называется, на свою шею, — приложил руку ко лбу одаренный и видя, что Осаму хочет что-то сказать с наигранной угрозой добавил: — И только попробуй что-нибудь пошутить про «Не на свою шею, а на их». — Мне и не пришлось этого делать — ты сам прекрасно справился с этой задачей, — усмехнулся в ответ Дазай. — Как можно было так поступить? — покачал головой Куникида. — Человек звонил со словами о том, что хочет уйти из жизни, и твоя работа заключалась в том, чтобы отговорить его от этого, а не советовать веревки и крыши! — Ну так это же очень важно, — невозмутимым тоном ответил Дазай и слегка улыбнулся. — Если ты собрался вешаться, то убедись в том, что выбранная тобой веревка соответствует по цвету твоей одежды или же внешности, — он сложил руки на груди и с усмешкой закончил: — Чтобы люди, которые тебя найдут, не говорили потом о том, что у тебя ужасный вкус. Также нужно и подходящее место выбрать, а еще мебель, которая будет под ногами. — А что насчет крыш? — с тяжелым вздохом поинтересовался Доппо, едва подавляя желание отвесить коллеге ободряющий подзатыльник. Дазай поднес руку к своему подбородку, после задумчивым тоном с видом всезнающего профессора произнес: — На этот счет могу сказать следующее: очень важно выбрать постройку, упав с которой ты не превратишься в кровавое месиво, — он перевел взгляд на Ацуши, и у того мурашки по коже пробежали от широкой улыбки Осаму, которая смахивала на улыбку человека, только что выписавшегося из психбольницы. — Нужно выбрать средней высоты крышу, что позволит тебе умереть, и позволит родне тебя захоронить. То бишь, чтобы от твоей смерти осталось то, что можно потом опознать. — Ты в курсе, что самоубийц не хоронят на кладбище? — без эмоциональным тоном спросил одаренный, прикрывая глаза и потирая двумя пальцами переносицу. — Смотря какое у него окружение, — бросил в ответ Дазай, переводя взор с перепуганного Ацуши на друга. — Да и для таких есть отдельное кладбище — раз, — после этих слов на его лице возникла хитрая ухмылка. — А два — можно обычное самоубийство замаскировать под убийство. — Ты и нам решил работы подбавить? — с недовольным выражением лица проворчал Доппо, снова открыв глаза и устремив взгляд с явным негодованием на товарища. — И в мыслях не было, Куникидушка, — с наигранной обидой в голосе заявил Дазай, надув свои щеки. — Мы ведь не занимаемся всякими мелочами, поэтому если я и подбавил кому работы, то только нашей доблестной полиции, — его «обида» снова сменилась на насмешку. Куникида тут же вскочил со своего места и упер ладони в стол, одарив Осаму ошеломленным и злобным взглядом. — Только вот из-за тебя Фукудзава все «убийства» повесил на нашу группу, — сердитым голосом проговорил одаренный. — Я-то думаю, в чем загвоздка шести преступлений из десяти, а теперь ясно все — ты постарался! — Ну так закроем все дела как самоубийства — в чем проблема? — хмыкнул в ответ Дазай, пожав плечами и заложив руки за голову. — В том, что близкое окружение некоторых жертв не успокоятся, пока им не предъявят прямые доказательства той или иной смерти! — фыркнул в ответ Доппо. — Тебя просто попросили выслушать людей и помочь им! — Ну так я и помог, — с легкой насмешкой бросил Осаму. — Да не с крыши спрыгнуть, идиот! — стукнул себя ладонью по лицу Куникида, затем через стол схватил напарника за края нежно-голубой рубашки. — Дождешься ведь! — Там не только с крыши прыгали, — буркнул себе под нос одаренный, положив руки на запястья друга. — Между прочим, ты сейчас сломаешь последнюю технику В.Д.А. — В первую очередь, я сломаю тебе шею, — с наигранной угрозой едва не крикнул Доппо, все же отпуская товарища. — Я хочу помереть с прекрасной дамой, а не от твоих рук, — усмехнулся в ответ Дазай, поправляя рубашку и жилетку. Затем он с театральным недовольством и обиженной мордашкой произнес: — И вообще, когда отправляли меня сидеть на этом телефоне доверия, надо было уточнять, какая именно помощь людям от меня нужна. — Так очевидно же, нет? — приложил руку к глазам Куникида. — Помочь людям жить! — В каком же отчаяние было руководство той компании, которая согласилась принять Дазая, — невзначай и с до сих пор непонимающем выражением лица прошептал Ацуши сам себе. Но Куникида его услышал, поэтому перевел взор на парня и ответил спокойным тоном: — Они не знали на кого соглашаются, иначе посадили бы котика, который своим мурчанием и мяуканием и то бы большего добился. — Меня звонившие не просили сохранить им жизнь, — хмыкнул в ответ Дазай. — Все, кто звонили, спрашивали о том, на чем лучше вешаться: на люстре или на балке. — И ты, вместо того, чтобы переубедить человека это делать, сказал, что на балке? — с догадкой в голосе вздохнул одаренный, снова переводя взор на товарища. — Ну а как же иначе? — в глазах Осаму пробежали нотки азарта. — Люстры могут быть не надежные — не успеешь помереть, как рухнешь на пол вместе с ней. Правда, и насчет балки стоит убедиться — а то некоторые такие хлипкие бывают, что аж жуть, — он наигранно поежился. — А как же те люди, что ошиблись номером? — задал вопрос Ацуши. — Они же о чем-то другом спрашивали. — Спрашивали, — ответил вместо Дазая Куникида, поправляя свои очки. — Только вот этот любопытный умник после ответа тех людей спрашивал: «А Вы знаете в чем смысл жизни? А так ли Вы важны для этого мира? Скажите, а чего Вы добились? Вы в курсе, что уже не успеете реализовать все свои мечты и планы?» — передразнил он Осаму, после чего с негодованием уставился на него. — Мне просто хотелось поговорить с кем-нибудь на эту тему, чтобы самому научиться ценить жизнь, — нехотя пробормотал Дазай, отвернувшись от друзей. — С кем-нибудь не из близкого окружения… И только Куникида захотел прочитать ему мораль о том, почему так важно жить и почему не следует губить жизнь других людей, как в их кабинет ворвался человек. Все трое повернули голову в сторону двери и увидели там девушку лет двадцати. Она являлась шатенкой с зелёными глазами и была одета как студентка, плюсом еще был небольшого размера рюкзачок. Оглядев кабинет, она с радостными нотками в голосе крикнула: — Мне нужен Дазаму Осай! Ацуши сначала впал в шок от ее появления, затем издал несколько смешков от ее заявления; Куникида удивлённо захлопал глазами, а сам Дазай уже подходил к ней с известной фразой в мыслях, но его напарник, благо, быстро пришел в себя, поэтому опередил одаренного и первым подошёл к девушке. — Мисс, кто Вы? Что случилось? — спросил он серьёзным тоном. — Меня зовут Алекс и мне нужен Дазаму Осай, чтобы отблагодарить его! — с веселой улыбкой на губах проговорила девушка, осматривая каждого из троих парней. Да, Ацуши тоже успел подойти. — На вас нет бейджиков, поэтому мне кажется, что это… — она покрутила указательным пальцем и тыкнула им в грудь Дазая. — …ты. — Интуиция у Вас развита, конечно, хорошо, — с искренней улыбкой произнес выбранный одаренный, взяв ту за руку. — Только вот со слухом, видимо, не все ладно, причем в двойном размере, — хмыкнул Куникида, сложив руки на груди. — Почему же? — взглянула она на Доппо уверенным взглядом. — Сейчас я наоборот только сильнее убедилась, что мне нужен именно Дазаму, так как его голос именно тот, как у того, с кем я вчера говорила по телефону доверия, — девушка перевела взор, в котором светилась безграничная благодарность и некое восхищение на Осаму. — Как у того, кто спас меня от необдуманного и резкого шага уйти из этой жизни. Сказать, что троица удивилась — ничего не сказать. Ацуши, впав в шок, на весь кабинет крикнул протянутое: «Чего-о-о?!» с несколькими буквами о; Куникида молча достал свой блокнот, открыл раздел под названием «События, которые предвещают Конец Света» и стал туда писать данную ситуацию; Дазай же оторопел настолько, что и слова вымолвить не мог. В его карих глазах действительно застыло лютое изумление, так как он никак не ожидал после утреннего скандала такого заявления от кого-либо. Осаму просто уставился на Алекс немигающим, неверующим и ошеломленном взглядом, переваривая услышанную информацию. Он, конечно, в своей жизни многое делал, но неосознанно людей от суицида давно не спасал. Если вообще спасал. — Можно Вас обнять и вручить затем небольшой презент в знак благодарности? — слегка смутившись из-за долгой молчаливой паузы спросила девушка, не сводя с парня глаз. Дазай лишь кивнул. Пока Алекс крепко обнимала своего спасителя, в кабинет зашли Кенджи и Рампо, которые успешно закончили свои дела и в одинаковое время вернулись в агентство. Йосано же, помогавшая второму, отправилась домой. Увидев сию картину, одаренный и гений ума тоже впали в легкий ступор, но у Эдогава он длился недолго. — А что здесь происходит? — с любопытством спросил парень, махнув рукой на Дазая и девушку. — Не поверишь, — проговорил Куникида, тряхнув головой, — Эта дама ворвалась сюда и заявила, что Дазаму Осай спас ей жизнь. — Она - тот самый одиннадцатый человек? — догадался Кенджи, тоже придя в себя. — Стоп… Дазаму Осай?.. — когда до него дошло, то он слегка засмеялся. — Да быть такого не может, чтобы наш любитель веревок, ядов и крыш спас кому-то жизнь, да еще по телефону! — недоверчивым тоном произнес Рампо, недовольно нахмурившись. — Точно кроме него больше никто не сидел на телефоне доверия? — Точно, — кивнул Доппо, смотря на то, как Алекс уже вручает Дазаю небольшую коробку конфет, затем бутылку вина и виски. Причем, судя по этикеткам, это были далеко не дешевые напитки. — К тому же она опознала его голос. — Эй, мисс, — подошел к ней Эдогава с заинтересованным выражением лица. — Вы точно уверены, что слышали Дазая Осаму на другом конце своего телефона, а не еще кого-то? — Уверена! — с твердой решительностью и искренней улыбкой ответила та, затем оторопела. — Стоп… Дазая?.. — ее щеки слегка покраснели, а сама она отвела взгляд в сторону. — Дазай Осаму, точно! Блин, какая же я дура — как обычно напутала! Слишком переволновалась и исковеркала Ваше имя, простите! Простите, пожалуйста! — она сложила ладони вместе и слегка поклонилась так, как обычно человек просит прощения у другого человека. Все это прозвучало с таким чувством вины и сожаления, что одаренный не смог сдержать легкого смеха. Он отошел к своему столу, поставил туда подарок, после вернулся к Алекс и, взяв ту за обе руки, заставил выпрямиться, затем проговорил ласковым голосом: — Меня и похуже называли, так что все нормально. Но если ты, не против, что на «ты»? — девушка, слегка покраснев, отрицательно помотала головой, мол «не против», и тот продолжил: — Если ты хочешь исправить такую незначительную оплошность, то разделишь со мной ужин в одном из ближайших кафе или ресторане? — Ты и ресторан — не совместимые понятия, — тихим тоном проворчал Куникида, возвращаясь на свое место. — А работу кто будет делать? Шесть лжеубийств, которые ты сам и сотворил? — Рампо, подсобишь? — перевел он взор с легкой надеждой и мольбой о помощи на Эдогаву. — Хотя бы с парочкой дел. — Будешь должен, я запомнил, — с усмешкой бросил тот в ответ, отходя к Доппо за материалом дел. — Так ты согласна? — Дазай снова устремил заинтересованный взор на девушку. — Да, — прошептала Алекс, ощущая как ее сердце забилось чаще. Осаму отпустил ее руки и направился к своему рабочему месту, чтобы забрать бежевый плащ. — Один вопрос, пока не ушли, — обернулся к девушке Куникида. — Как именно наш горе сотрудник смог Вас спасти? И из-за чего Вы в принципе хотели помереть? — У меня умер единственный дорогой мне человек — родной брат, который всегда меня поддерживал и заставлял радоваться каждой минуте жизни, даже если все хреново, — ее улыбка тут же стала грустной. — И вот вчера днем были похороны, а вечером я позвонила на телефон доверия, так как боялась умирать, ведь суицидников ждет только Ад, — она тяжело вздохнула, смотря на сборы Дазая. — И поговорить об этом с друзьями или отцом я не могла, так как они знают меня и выливать им все, что на душе, не хотелось. К тому же, некоторые могли и осудить, вот я и решила, что «А вдруг все же на телефоне доверия сидят те, которые просто хотя бы выслушают и скажут что-нибудь добре? Они-то точно постараются не губить человека». И вот мы с Дазаем очень долго говорили на тему жизни и смерти, и он заставил меня своими специфическими вопросами, которые, к слову, скорее бы загнали человека на крышу или в петлю, вспомнить о том, что у брата остались животные. Он держал частный приют, а я ему всегда помогала с ним, и без него и меня эти животные просто снова отправятся на улицу… Поэтому я и собрала все возможные силы в кулак и отправилась в приют, дабы уверить себя, что смысл жизни не потерян — он есть в подопечных брата, — она вытерла выступившие слезы, затем снова искренне улыбнулась, взирая на Дазая. — Хоть мне и с трудом до сих пор верится, что наш Осаму смог кому-то помочь, но я рад, что все разрешилось в лучшую сторону, — проговорил Куникида серьезным тоном. — Я тоже, — кивнула девушка, разворачиваясь и идя на выход из этого кабинета. — Кто бы мог подумать, что суицидальный человек заставит другого вспомнить о его смысле жизни, — с легкой усмешкой произнес Рампо, читая одно из дел. — Везде свои исключения, — пожал плечами Кенджи, отправляясь за свой рабочий стол. — Везде найдется единичный процент хорошего исхода.