god of guile

Дилюк активно писал пером по листу, заполняя очередные важные бумаги. Под слабым светом свечи было крайне скверно видно, глаза уже болели. Нужно было сильно сосредотачивать взгляд, чтобы хоть понимать, что пишешь. Молодой человек провел ладонью по лицу и тяжело вздохнул. Он с каким-то сожалением посмотрел на стопку бумаг и поджал губы. Работы осталось очень много, а сил уже просто не хватало. Да и сон ужасно одолевал. Дилюк готов был уже лечь прям на стол, он бы даже так заснул. Ещё и погода такая мерзкая за окном. Дождь так и не давал сосредоточиться на главном, барабанил и барабанил по стеклу. А про раскаты грома можно промолчать. Дверь тихонько заскрипела, заставляя обратить внимание на вошедшего. Кэйа выглянул из-за двери, глянув на Дилюка и затем уже полностью вошёл в кабинет, прикрыв за собой дверь. Винодел вздохнул и отложил перо, глянул на вошедшего до ужаса усталым взглядом. —Ты не спишь ещё? Мне долго возиться придëтся, ложись без меня, — Люк чуть потянулся, разминая затëкшие мышцы и провёл ладонью по шее, вновь измучено выпуская воздух из легких. Чужая ладонь легла на макушку, забираясь в волосы. По телу прошлись мурашки, а губы чуть растянулись в ласковой улыбке. Кожу головы начали массировать, от чего вырвался лёгкий смешок. —Кэйа, я так усну, не надо, — Дилюк задрал голову смотря на немного сонного капитана, что тоже улыбался. В волосы всë равно проникали пальцы и продолжали массировать, — Ну, я же попросил. У меня много работы, — винодел мягко берёт молодого человека за руку и отстраняет её от своей головы. —Ты уставший, неужели нельзя завтра всё доделать? — Кэйа печально сводит брови и всё же убирает руку полностью. —Боюсь завтра мне прибавится ещё больше бумаг… — Люк вздыхает и снова смотрит на эти злосчастные листочки, что были сложены в аккуратную стопочку. Кэйа положил ладонь на щеку, из-за чего Дилюк чуть приластился к чужой руке и вновь тепло улыбнулся. Он глянул на капитана, когда тот чуть наклонился. Молодой человек посмеялся, когда Альберих оставил поцелуй на виске, а потом на щеке. —Мне работать надо, что за приступ нежности, — Люк хмыкнул, чувствуя уже поцелуй в уголке губ. Он повернулся голову уже полностью на Кэйю, смотря на него немного с недоумением. Губы накрыли поцелуем. Конечно, Рагнвиндр ответил, — Всё, хватит. Мне правда нужно работать, я иначе до утра не вылезу из-за этого стола. Слова явно пропустили мимо ушей, потому что губы снова накрыли поцелуем. Уже более настойчивым и требовательным. Сейчас Дилюк всеми силами старался не отвечать, но под таким напором было слишком сложно не поддаться приятным ощущениям. Кэйа провёл кончиком пальца по линии челюсти, а затем спустил уже полностью ладонь на грудь. Молодой человек отстранился. Дилюк забегал взглядом по чужому лицу и слегка свёл брови, не понимая действий капитана. Поцелуи резко пришлись на шею, из-за чего по телу снова пробежали мурашки. —Стой, — голос уже был гораздо холоднее и злее. Но это никак не остановило. Кэйа уже что-то неразборчиво шептал на ухо, слегка его покусывал. Дилюк нервно дёрнул бровью, стараясь не подавать вида, что это чертовски вызывало мурашки, заставляло чуть подрагивать предательски тело. Оно крайне охотно отзывалось на чужие ласки. Линию челюсти одарили поцелуями, а затем уже и снова перешли на шею. —Архонты, хватит, Кэйа! — щеки слегка горели. Конечно, подобные действия смущали и заставляли чувствовать себя слегка не с своей тарелке. Капитан перебрасывает ногу через бедра Рагнвиндра. Ладони плавно скользили по груди, по лёгкой льняной рубашке, и затем тихонько опускались к паху. На лице Кэйи коварная усмешка, он смотрит с какой-то издëвкой в глазах. —С такой пикантной ситуацией будет сложно работать. Разве нет, господин Дилюк? — горячее дыхание обжигало ухо, на которое шептал Альберих. Он проводил подушечками пальцем по бугорку. —Ты же сам довёл до этого, — Дилюк тяжко выдохнул. Старался держаться, но как же это сложно, — Мне правда нужно работать… — молодой человек услышал у самого себя какие-то нотки мольбы в голосе. На приятные поглаживания тело действительно отзывалось слишком быстро. Ещё и Кэйа слишком хорошо знал слабые места. Мелкая дрожь казалось прошлась аж до самых кончиков пальцев. Капитан чуть двинул вперёд своими бёдрами, вжимаясь сильнее в тело Дилюка. Дыхание сорвалось на тяжкое кряхтение. Руки сами плавно скользнули по чужим бёдрам и осторожно примостились по итогу на ягодицах. —Какой же ты всё же… —Засранец? — Кэйа ухмыльнулся и обхватил ладонями лицо Люка, — Прости, но я отчаянно жажду твоего внимания. Дилюк прикрывает глаза, когда его целуют. Работа уже ушла далеко на второй план. Капитан ритмично двигал бёдрами, ерзая на коленках. Сердце забилось с такой частотой, что стук отдавался в виски. Руки немного сильнее сжали ягодицы, помогая Кэйи сохранять ритмичные движения. От губ оторвались и Люк сразу уткнулся носом в изгиб чужой шеи, тяжко и даже как-то нервно дыша. —А вы так сопротивлялись, господин Дилюк, — Рагнвиндр почувствовал, как пятерня пролезает между прядей. Он с усилием сглотнул, стараясь сохранять самообладание. Холодные ладони плавно поднялись к талии, нагло вторгаясь под рубашку Альбериха. Люк чувствовал и касание Кэйи, что словно по новой изучал его тело. Движения бёдер стали немного быстрее, дыхание совсем стало тяжелое. Возбуждение связывалось снизу живота тугим узлом. Мысли слишком хаотичны и чересчур не понятны. А Дилюк только что был крайне сосредоточен на работе… Винодел стал уже гораздо увереннее производить движения, руки блуждали по чужому телу. Тяжёлые вздохи над ухом будоражили сознание и давали новый толчок к раскрепощению. Молодой человек посмотрел на Кэйю, тот немного щурился и вновь смотрел хитрым лисьим взглядом. —Разденься, — на просьбу Дилюка Альберих показательно усмехнулся и всё же встал с колен. Кэйа лишь снял штаны. Он вновь перебросил ногу через бедро Рагвиндра и расстегнул тому ширинку, поправляя свободной рукой свои волосы. Когда ладонь обхватила возбуждëнную плоть, из груди вырвался чертовски облегчённый вздох. Альберих всё же крайне умело мог проводить махинации руками. —Нет, я хотел немного друго.. — щеки немного сжали, заставляя в недоумении замолчать. Кэйа немного сильнее сжал ладонь на органе, но его движения стали гораздо медленнее. —Я знаю, что ты хочешь, Люк, — челюсти отпустили, а на уголке губ оставили лёгкий поцелуй, — Дай немного тебя помучить, — тот хихикнул. Дилюк сам улыбнулся. Большая ладонь легла на поясницу, молодой человек ткнулся носом куда-то в шею снова, тихонько вдыхая родной запах. Он дурманит голову и заставляет сердце биться на несколько ударов больше. Хотелось зарыться в тёмно-синие волосы, крепко обнять человека и оставаться так на долгое время. Рагвингдр касается головки чужого члена, чувствуя сразу избыточную влажность. Рука сама скользила вниз-вверх, а над ухом тихонько начали постанывать, параллельно чуть кусая и целуя. Комната наполнилась тяжёлым разгоряченным дыханием. Было бы прекрасно поддаться полностью искушению, но слуг разбудить было бы ужасной ошибкой. Свободная рука осторожно прошлась по бедру, затем по ягодицам и уже осторожно коснулась сфинктера. Дилюк почувствовал, как тело Кэйи дрогнуло, а ноги немного сильнее сжались. В горле стоял ком, хотелось слышать Альбериха, хотелось, чтобы и он слышал его. Но в кабинете это крайне проблематично. Винодел ввёл первую фалангу пальца, которая неудивительно, вошла легко. Люк крайне спешил, получалось чересчур быстро. Он вновь и вновь чувствовал, как тело Кэйи подрагивало от слишком резких действий. Руки Альбериха стали крайне неуверенно производить движения вверх-вниз, а сам молодой человек вжимался в тело Дилюка, словно ища какую-то опору. —Хватит, — немного дрожащий голос капитана вывел из хаотичных мыслей. Винодел слегка изогнул бровь, когда тот привстал, придерживая его орган. Кэйа осторожно опустил бёдра. Член почувствовал уже гладкую кожу ягодиц. —Постой, я недостаточно… — голос сорвался на откровенный стон, когда возбужденная плоть вошла узкое влажное пространство. Капитан немного выждал время, чтобы привыкнуть. Но это были самые мучительные несколько секунд. Ладони с силой сжимали бёдра, до покраснения кожу. А поцелуи Альбериха только усугубляли нетерпение. — Кэйа, прошу, двигайся уже… Капитан явно издевательски усмехнулся. Его бёдра плавно и даже элегантно начали описывать небольшой круг. Уже тело Дилюка пробивала мелкая дрожь, он смотрел внимательно на чужие бёдра и ноги, описывая взглядом их очертания, а затем поднял глаза на лицо Кэйи. Тот слегка откинул голову назад. Немного взлохмаченные волосы небрежно падали на плечи. Грудь вздымалась от рваного дыхания. Вид был чертовски искусный. Внутри появилось приятное странное чувство, что словно сжимало всë нутро. На него вновь накатила волна влюблëнности и возбуждения. Какой же у него Кэйа всё же красивый. Люк уложил ладонь на спину, заставляя обратить на себя внимание. Кэйа вернул голову в прежнее состояние и сразу же встретился с поцелуем. Рагнвиндр готов был целовать его пока в лёгких не закончится весь кислород. Поцелуй чувственный, но столь груб, что Кэйа явно свёл брови к переносице. Капитан отстранился первым, уже, действительно, не хватало воздуха, но Люк потянулся снова к губам, не оставляя выбора на отказ. Язык плавно проникает в рот, делая поцелуй ещё более требовательным, чем раньше. Кэйа снова отстраняется. От губ тянется еле зримая ниточка слюны, что моментально рвëтся. Дилюк разочаровано посмотрел на Альбериха, что так бесцеремонно прервал такой желанный поцелуй. Хотелось снова припасть к его губам, но чересчур прерывистое дыхание и чуть ли не алые щеки лица напротив явно давали понять, что стоит прекратить. Кэйа приподнял бëдра и резко присел. Рангвиндр аж вздрогнул от движения. Кэйа вновь двигался ритмично, периодически снова и снова делая круговые движения. Дилюк помогал руками, придерживая то за талию, то за бёдра, периодически надавливая и заставляя Альбериха насаживаться до упора. Стоны куда громче, чем хотелось бы. Сдерживаться уже было слишком трудно, да и посторонние уши никак не волновали в такой момент. Капитан обнял Дилюка за шею, прижимаясь своей грудью. Движения слишком быстро перешли к рванным и явно импульсивным. Кэйа двигался быстро, хаотично, а объятия становились с каждым новым толчком сильнее. Люк запустил в излюбленные волосы руку и вновь ткнулся уже в который раз в изгиб шеи, уже сжимая в ладонях тонкую талию. Молодой человек уже чувствовал, что они оба дойдут до пика, ещё немного, буквально пару движений. Кэйа снова откидывает голову назад и изливается, пачкая домашнюю рубашку Рагнвиндра. Дилюк слегка наклоняется вперёд, ещё больше зарывшись носом в изгиб, его сжимают намного сильнее прежнего. С уст срывается сдержанный стон, все оставшиеся чувства и ощущения перешли в сильное сжатие ладоней на той же талии Альбериха. Кэйа не встаёт, поэтому приходится излиться в него. Наверное, были бы силы у капитана он бы и приподнялся, но они явно его покинули. Тело обмякло, Кэйа тушкой лежал на Дилюке и тяжело дышал . Рагвингдр бережно начал водить кончиками пальцев возле лопаток. Сердце ещё колошматилось в груди, а дыхание так и говорило о том, что Люк и сам выбился из сил. Хотя Кэйа гораздо больше принимал действий сегодня. —Нужно помыться, — голос Люка больше был похож на полушëпот, но всё же очень ласковый. Кэйа даже не приподнялся, лишь издал какой-то обессиленный смешок, — Ты и себя уморил и меня тоже… как работать мне теперь? Альберих поластился к щеке Дилюка, словно кот, и чуть тяжко выдохнул. —Прости, я лишь хотел тебя подразнить…