Шутка с последствиями

Всю неделю Шинтаро и Казунари носились с документами для общежития, посещали пары и в целом вливались в студенческую жизнь. Такао, по своему обыкновению, подшучивал над Мидоримой, но им обоим это не доставляло таких проблем, как раньше. Шинтаро замечал за собой, что начинает улыбаться на шутки друга, иногда даже придумывает шутки и для него, но пока не реализовывает (к счастью для Такао). Ближе к выходным они наконец смогли дойти до небольшой булочной, расположенной, видимо, специально рядом с университетом. Такао опять болтал о своём, что-то, наверное, о девочке из параллельной группы, с которой он познакомился. Мидорима зашел в кафе, поздоровался, прерывая поток речи друга. — Здрасьте-здрасьте! — Такао начал осматривать прилавок, задумчиво решая между круассаном-бутербродом и кусочком чизкейка. — Приветствую. — Девушка вышла из подсобки, отложила прихватки и выжидающе взглянула на пару студентов. — Вы тоже из университета? — Да, оттуда. Ох, все такое вкусное… Шин-чан, ты же заплатишь? Я немного это, так сказать… — Такао скорчил рожицу, должную означать просьбу. — Что ж с тобой поделаешь. — пожал плечами Шинтаро. — Только немного. — Спасибо! — Такао весело подпрыгнул и указал на круассан с бутербродной начинкой из колбасы, сыра, листьев и соуса. — Мне вот это, пожалуйста, девушка! — Хорошо. — продавщица взяла пакетик и завернула в него круассан. — Мне то же самое. И чай. — Хорошо, сейчас. — девушка заметалась за прилавком, круассаны легли на стойку, вскоре там же оказался и стаканчик чая. — Сахар? — Нет, спасибо. — Шинтаро достал бумажник и отсчитал нужную сумму, даже оставив девушке немного чаевых. Такао с довольным лицом вышел из ларька, откусывая здоровый кусок от круассана. — Ты оставил ей чаевые? — будто удивленно спросил друг, подмигивая Мидориме. — Она тоже студентка, так что зря не пропадет. Да и мелочь носить в кармане не очень весело. — Она? Да прям. — У нее запоминающийся цвет волос. Я ее видел на вступительной церемонии. — Ты видишь только красавиц, Шин-чан? — Жуй молча, Такао… Студенты подошли к скамейке недалеко от аллеи, ведущей к университету, и сели на нее, перекусывая круассанами. — Слушай, а выпечка у них ничего! — Такао с удовольствием поглощал остатки бутерброда. Вскоре недалеко от них образовалась стайка голубей, внимательно наблюдающая за трапезой студентов. — Местные наверняка. — буркнул Мидорима, но отщипнул небольшой кусочек круассана и кинул голубям. Стая слетелась, голуби дрались за кусочек хлеба. — Шин-чан стал добрее после игры в Ворпале. — заметил Такао. Он продолжал свой рассказ о «той из параллели», уже, наверное, по третьему кругу, и каждый раз с новыми деталями. В определенный момент он заговорился и закашлялся, согнулся пополам. Шинтаро закатил глаза и отдал оставшуюся половину стакана чая на лечение этого идиота. Такао жадно выпил все содержимое и лишь потом выдохнул. — Ох… Если бы не ты, Шин-чан… — Молчи уже… Смотри, вон, голубь какой красивый. — Где? — Такао с любопытством высунулся из-за Мидоримы, уставившись на стаю голубей. — Где? — Вот. — Мидорима легонько щелкнул Такао по носу. Тот забавно скосил глаза от неожиданности. Шинтаро хохотнул, глядя на затихшего друга. — Надо записаться в баскетбольный клуб, Шин-чан. — Такао улыбнулся, замечая, что Шинтаро все больше к нему привыкает, и теперь даже шутки шутит. — Да, точно. Идем, поищем. — Мидорима выкинул в урну пакет из-под круассана и встал. Вокруг никого, все уже ушли, и болтовня Такао не будет раздражать никого, кроме самого Мидоримы. Ну, такая уж у него судьба, видимо… Спустя полчаса долгих поисков, они наконец набрели на зал. Отдельно стоящее здание напоминало ангар со скругленной крышей, напротив него расположилась летняя площадка с разметкой и довольно добротными, пусть и потрепанными, кольцами. Такао оценивающе осмотрел здание. — Низко тебе будет, Шин-чан. — Нормально. Я конечно тот ещё игрок, но теперь я не собираюсь особенно в него углубляться. Просто для поддержания здоровья. — Тебе ли об этом переживать. — Много нагрузок это тоже вредно. — Журналы не достанут тебя? — Чем же? — «Мидорима Шинтаро, ранее известный как вице-капитан поколения чудес, сдулся к двадцати годам!» — изображая журналиста, спародировал Такао. — Да перестань. Никто не будет так говорить. — Тебе так кажется. — Пресса на то и пресса, что бы вытягивать скандалы из всего. Идём, запишемся. — Давай. В зале занимались пара десятков человек под надзором тренера. Вскоре к пришедшим подошёл менеджер и дал бланки, попросив не мешать тренировке. Парни все поняли, заполнили бланки на улице и, отдав заявления, ушли в общежитие. Обычно вопрос с комнатами решался в течение пары дней, но из-за большого притока студентов в этом году, они затянули, и дали комнаты Такао и Мидориме только сегодня, в пятницу. Им назначили одну комнату на двоих, что было удобно для обоих из них. Мидориме не придется считаться с ещё несколькими незнакомыми людьми, а Такао не придется вечно бегать к нему за конспектами или печеньем. — Давай назначим дежурства по уборке и готовке. — Такао извлёк из своей большой тетради для лекций лист, примерно А4, и начал писать. — Шин-чан… Такао… Ты когда будешь дежурить? — Каждый чётный день недели. — Мидорима открыл шкаф и начал мысленно делить их полки. — Ок-ей… Понедельник я… Вторник ты… Среда… Четверг… Пятница… Суббота… Шинтаро чуть улыбнулся. Не заметил. Интересно, когда заметит. Такао такой забавный, когда ведётся на шутки и уловки. Главное, говорить все с умным видом. — Так, теперь шкаф. — Я уже всё поделил. — Шинтаро обернулся. — мои полки верхние, что бы тебе тянуться не приходилось, и моя правая часть для вешалок. Такао согласно кивнул, затем осекся. — Эй, ты сейчас меня назвал мелким?.. — Нет, просто тебе так будет удобнее. Или хочешь поспорить? — Нет. Куда уж мне до твоих 190. — 197. — Тем более. — Раскладывай пока свои вещи, я со столом разберусь. — Мидорима отошёл от шкафа, стоящего между двух кроватей, расположенных у стен, по углам, одна из которых была с окном, и дошел до столов, стоящих по обе стороны от двери и сел за один из них. Пара ящиков, пара полок сверху, ничего лишнего. В самый раз. Шинтаро начал раскладывать свои вещи, стараясь все положить как можно осторожнее и ровнее. Такао раскладывал свои вещи из чемоданов и сумок по полкам, затем, освободив шкаф, отправился к столу. Учебные материалы, тетради, запасная канцелярия, все оказалось на столе, по ящикам, по полкам. На исходе дня друзья решили сходить за продуктами, а там и до отбоя недалеко. Вход в общежитие был по пропускам с турникетом, и их никто бы не остановил за позднее возвращение. Мидорима вышел из магазина раньше и остановился недалеко от дверей. На телефон ему пришло сообщение от Акаши, о том что у него изменились планы и они сыграют в воскресенье. Написав ответ, Мидорима убрал телефон и осмотрелся. Небо уже было засыпано звездами, ночь пахла приятными пряностями и свежестью начинающейся осени. Мидорима запрокинул голову и глубоко вдохнул. Хорошо здесь. Тихо, в отличии от общаги. Возможно, он будет иногда гулять вдалеке от шума. В обе стороны от магазина шла аллея с двумя рядами деревьев, освещенная фонарями в шахматном порядке, со скамейками и урнами. Но выше деревьев было большое, бесконечно красивое безмятежное небо. Линзы очков будто чуть приближали его к темному мареву, и на секунду ему даже показалось, что звезды шевельнулись в его сторону. Вдруг это всё не настоящее?.. Сейчас всё кажется таким далёким, кроме этого неба. Меланхолично-философские мысли были прерваны несильным толчком сзади. Шинтаро дрогнул, опустил голову. — Встал на проходе и глазеет… — послышался ему девичий голос на другом языке, немного раздраженный, но, возможно, она не хотела, что бы он это услышал, потому что поспешно поклонилась. — Извините пожалуйста. — произнесла девушка уже на японском. Шинтаро поправил очки, разглядывая девушку, врезавшуюся в него. Среднего роста, наверное, чуть ниже Такао. Из-под черного капюшона толстовки выглядывают короткие светлые волосы. Точно иностранка… Глаза, что она подняла вверх, глядя на своё «препятствие», отразили часть звёзд, что на голубом фоне ее радужки смотрелось просто волшебно. Мидорима отвис через пару секунд созерцания этой красоты. — Всё в порядке. — он миролюбиво поднял свободную руку. — Будьте осторожнее. — Спасибо. — она ещё раз неумело поклонилась и поспешила уйти. Из-под толстовки быстро двигались ножки в черных, видимо, домашних, лосинах и черные же каблуки, отбивающие быстрый темп ходьбы характерными звуками. Мидорима, погруженный в свои меланхоличные мысли о космосе, отражавшемся в ее глазах, не заметил Такао, вышедшего довольно давно. Шинтаро лишь продолжал наблюдать за незнакомкой, что старалась быстрее убраться домой. В ее руках шуршал пакет с неизвестным содержимым, а ее уход сопровождался быстрым цоканьем. — Шин-чан, ты бы так откровенно не пялился… — тихо прокомментировал Такао, тронув друга за плечо. Мидорима вздрогнул и отвернулся. — Я просто задумался. Идем, я есть хочу. — лишь пробурчал он, поворачивая в сторону общежития и начиная идти. — Она с кассы вылетела как угорелая. Видимо, спешила. — пожал плечами Такао, подстраиваясь под скорость ходьбы Шинтаро. Уже в общежитии, когда Такао ушел готовить, Мидорима зашел на сайт Оха-Аса. Пролистав до раков, он принялся читать гороскоп. «Может произойти приятное знакомство. Много общения в течение дня.» Шинтаро отложил телефон в сторону. И он это пропустил! Так замотался утром, что не успел толком прочитать гороскоп. Немыслимо… Такао вернулся с двумя тарелками еды, поставил одну на стол к Мидориме, вторую взял к себе. — Такао… — Мидорима снял очки и протер их специальной тряпочкой. — Ась? Шин-чан, что такое? — Ты когда-нибудь ощущал, что упустил в какой-то день что-то важное? Хотя нет. Не отвечай. — Ты про ту девушку что ли? Понра~авилась? — Такао оставил еду и сел рядом с Мидоримой, почти смущая его своим присутствием. — Оха-Аса написали, что сегодня могло произойти приятное знакомство. А я не дочитал утром и пропустил его. Такао задумался, осматривая комнату. — Ну, давай я своим знакомым напишу. Думаю, мы сможем ее найти, если она студентка. — Не надо… — Мидорима кашлянул и надел очки, возвращая себе ясность ума. — Меня это поставит в неловкое положение. Не нужно. — Ну ладно. Я все равно напишу, может, что узнаем, но тебя упоминать не буду, хорошо? Мидорима промолчал, и такой ответ для уже привыкшего к этому Такао был красноречивее слов. — Ты, оказывается, романтик, Шин-чан. — Заткнись, Такао… — парень резко встал и отошел к столу. Убрав всё лишнее, что могло случайно испортиться, просыпь или пролей он что либо на стол, Шинтаро принялся есть. Готовил Такао недурно, с этим сложно спорить. Теплая и вкусная еда хотя бы немного вернула баскетболиста на землю. Такао поставил на стол ноутбук и начал активно писать своим знакомым. — Шин-чан, у твоей миледи есть приметы? Цвет волос запомнил? цвет глаз? — Блондинка. Каре. Голубые глаза. Иностранка. — Мидориме даже было немного стыдно прибегать к такому методу поиска, но все же знакомство должно состояться, раз Оха Аса написали! Или нет…