Меня до дна

      Прекрасны майские вечера. Ещё нет жаркого летнего зноя, но в воздухе уже пахнет летом. О, этот аромат. Азалии давно распустились, их буйный цвет окрашивает улочки мазками разных оттенков розового. Эта картина будто нарисована самым искусным художником: идеальное сочетание красок цветов и закатного неба.              Ближе к ночи жители города выходят на прогулки, битком набиваются в бары и рестораны, чтобы часами наслаждаться вкуснейшей итальянской кухней, сухим вином и приятной компанией. Разговоры, полные экспрессии, будут слышны допоздна.              Дамиано вышел на балкон, закурил и, закрыв глаза, наслаждался этим мгновением. Ему было 18. Он был красив, как дьявол. Но едва ли осознавал это. Восторженные взгляды девушек сопровождали его, едва парню исполнилось 14. Правда, они оставались для него загадкой, ибо мысли его всегда были обращены вглубь своего сознания. Его страстная, нетерпимая к несправедливости и злости натура всегда требовала выразить эти чувства на бумаге.              Он оставил сигарету в пепельнице, сел за плетëный стол и начал писать слова, которые исторгало его сердце. Он писал и зачëркивал, писал снова и снова зачëркивал. Чувство, бушевавшее внутри, было столь сильным, что нужные строки никак не получались.              Он схватил недокуренную сигарету, поджëг снова, подошëл к перилам и подставил лицо последним лучам заходящего солнца.              Незаметно к Дамиано подошла девушка, она провела рукой по его спине, прижалась губами к шее и обняла его крепкий торс. Парень ничего не ответил. Только ещё больше погрузился в блаженство, которое сегодня был неспособен выразить.              - Лукреция... - наконец шёпотом произнёс Дамиано.              - Не надо. - прошептала девушка, провела кончиками пальцев по его животу. По коже пробежали мурашки.              Ей не хотелось нарушать молчание. Казалось, что слова могли разрушить эту идиллию. Они не в первый раз были вместе, но сегодня между ними была настоящая магия. Чувства захлестнули их. Можно было подумать, будто они эти мгновения читали мысли друг друга.              Дамиано стоял так на балконе уже несколько минут, и Лукреция не могла оставаться долго одна в постели, где только что два человека соединились воедино своими прекрасными телами и, казалось, душами.              Она опустила руки ниже и лёгким движением стянула полотенце с бëдер задумчивого итальянца.              Он жадно втянул воздух и повернулся к своей музе.              Как же он красив!              Дамиано был идеально сложен. Казалось, каждая клеточка его тела была высечена из мрамора умелыми руками скульптора. Его взгляд, где плясали бесенята, опьянял.       Этот мужчина был вкуснейшим вином, которое забирало у тебя последние остатки сознания. Она хотела испить его до дна.              Дамиано подошëл к девушке, впился поцелуем в еë губы и поднял над землёй. Лукреция обвила торс парня ногами и запустили руки в его волосы.              Итальянец нежно опустил девушку на постель, развязал еë молочно-белый атласный халат, и стал покрывать всë тело поцелуями.              Лукреция, блаженствуя, закрыла глаза. Еë пальцы перебирали шевелюру Дамиано бессознательно. Она уже изрядно захмелела от него.              Парень двигался по животу медленно, всë ниже и ниже, вдыхая аромат кожи. Он был пьян от неё каждую минуту.              Он хотел, чтобы и она никогда не протрезвела. Его язык скользнул ниже. С губ Лукреции сорвался тихий стон. Дамиано целовал её медленно, слегка касаясь нежной плоти. Девушка горела под его прикосновениями. Стоны стали громче, ласки быстрее.              Ей хотелось, чтобы эта сладкая мука никогда не заканчивалась. Вот бы никогда не трезветь.              Парень, не останавливаясь, вошëл в неë пальцами, теперь ей бы не помогла ни одна встреча анонимных алкоголиков.              Его поцелуи стали настойчивее, проникновения интенсивнее. Лукреция была не в состоянии сдержать стоны. Ей было тяжело дышать от того потока наслаждения, что сейчас накатывал волнами. Почти сорвавшись на крик, девушка дëрнулась, достигнув высшей точки, и обмякла.              Горячее дыхание Дамиано заставило Лукрецию немного вздрогнуть. Парень лëг рядом со своей пьяницей, и зарывшись лицом в её волосы, стал шептать слова, которые так долго не мог подобрать.              Считается, что поэты для поиска вдохновения много пьют. С этим трудно было поспорить. Дамиано был сегодня в дрова...