Аномалия

Аналитики умеют шутить, что не кажется таким уж удивительным, когда знаешь, насколько скучная у них работа. Сплошная бюрократическая волокита и никакого веселья, как худшее наказание, которое можно получить за страшное деяние, и СР-47 им совершенно не завидовал. Быть на передовой и уничтожать тех, кто покушается на священную хронологию, пытаясь нарушить ход времени, занятие куда более увлекательное, и он ни на что бы не променял возможность делать этот мир. Разве что... — Но ты же не робот, — со смешком отозвался аналитик Энтони Э. Старк, всё ещё посмеиваясь над собственной шуткой. — Вычитал это в книге, которую с собой притащил один из вариантов. Мне этот факт показался достаточно занятным. СР-47 растянул губы в улыбке, наклонив голову, сильнее сжал шлем, который держал под мышкой, и прижался к спинке стула. В прошлый раз он так рассмеялся, что шлем, упав, пролетел метров тридцать и остановился, врезавшись в ноги одному из судей, ждавшему своего звездного часа перед заседанием. В тот раз СР-47 было так стыдно, что даже пришлось отвернуться от Энтони Э. Старка, чтобы тот, ненароком, не принял это на свой счет. — Ты всегда смеешься над моими шутками, сорок седьмой, — продолжил аналитик. — Чем я это заслужил? — Ну-у-у, — на выдохе протянул СР, на долю секунды отведя взгляд. — Шутки у тебя хорошие. Ради них мне пришлось перенести время обеда. Вокруг них стояли пустые столики. Вдалеке перешептывались работники буфета, а больше здесь не было ни души. СР-47 давно подозревал, что аналитик специально выбрал в качестве перерыва на обед тот час, в который буфет пустует. Ведь еще два месяца назад он приходил сюда с книгами или со свежими делами по поимке сбежавших вариантов, а теперь приходит сюда налегке, в надежде на простое совпадение. На большой, белой до боли в глазах тарелке врассыпную лежали овощи. Энтони Э. Старк называл это месиво греческим салатом, но на взгляд СР оно выглядело совершенно несъедобным. Среди крупно нарезанных помидоров, огурцов и болгарского перца проглядывались кусочки соленого сыра и, конечно, кольца оливок. Обедал аналитик непростительно медленно, и к тому времени, когда СР уже прикончил смачный свиной стейк, пару ложек вареной кукурузы и тост с яйцом, тарелка Старка не опустела даже на половину. — У тебя тоже неплохо получается, надо просто потренироваться, — лучезарно улыбнулся Старк. — Но позже. Пока что у нас есть одно незаконченное дело. — Разве? — Сорок седьмой поднял брови, стараясь выглядеть как можно более удивленным. В такие моменты у Старка проклевывалось небывалое любопытство, которому не было ни конца, ни края, и каждый раз СР надеялся, что оно не закончится, и они проговорят о всякой ерунде до самого отбоя. — Да. Одно очень старое, незаконченное дело. Еще с тех времен, когда ты был одним из минитменов, но это было так давно, что ты, похоже, забыл. Давай, напряги свой маленький боевой мозг и вспомни. Энтони Э. Старк изобразил фейерверк, растопырив в стороны пальцы обеих рук и издав странный, похожий на выхлоп, звук. Несколько секунд он всё с таким же глупым видом пялился на сорок седьмого, и под этим взглядом СР смутился. Не от того, что этот взгляд казался ему обвиняющим или слишком уж серьезным для сложившейся ситуации. А просто потому что ему этот взгляд нравился. Подцепив вилкой оливку, Старк, смотря прямо на сорок седьмого, положил ее в рот, и СР поморщился, ведь оливки на самом-то деле та ещё гадость. — Нет, не припоминаю, — сорок седьмой помотал головой. — Видимо, не такое и важное дело. — Ага, как же. Старк, отложив вилку, взял салфетку и осторожно убрал остатки оливкового масла с губ. За этим действием СР наблюдал с особым наслаждением, потому что это было самое интимное движение Энтони Э. Старка, свидетелем которого он мог стать. Мягкое, едва заметное касание, и он совершенно забывал о том, что хранители времени создали его отнюдь не ради таких вот моментов, а для высшей цели. Рука Энтони Э. Старка скользнула под пиджак и через секунду на столе уже лежал слегка помятый листок с какими-то записями. Бережно и аккуратно он попытался распрямить его, водя по бумаге кулаком, и делал это с таким усердием, словно за выглаженный листок получит прибавку к зарплате. — Я подобрал ещё несколько имен для тебя, — торжественно объявил Старк, заставив СР смутиться снова. — О боги, Тони, — простонал сорок седьмой, закрыв глаза руками, и сильно надавил на шлем под мышкой. — Мы же решили уже. — Неа. Это ты решил, а не мы. И мне не нравится называть тебя по порядковому номеру. Все-таки мы часто обедаем вместе, и это просто неприлично. Так что сиди и слушай. И ни секунды немедля, Старк начал зачитывать свой длиннющий список. СР слушал внимательно, как и всегда, иногда улыбался, когда имя (или объяснение Старка, почему именно это имя так подходит сорок седьмому) казалось ему забавным или милым, а порой хмурился, если имя звучало, как название проклятого оружия. Ни одно из имен не получало одобрения от СР, но на этот факт Энтони Э. Старк не злился. Все-таки он не зря был одним из лучших аналитиков, а значит был способен найти такое имя, которое понравится не только ему, но и сорок седьмому. Он знал, что его победа в этом состязании еще ждёт его впереди. — А как тебе имя Сумарлитр? В переводе означает летний странник. — А что-нибудь попроще нет? Не хочется ломать язык, представляясь. — Есть имя Саша. Звучит не так величественно, как Сумалитр. — И что оно значит? — Защитник человечества. Тебе подходит. — Нет, — СР нахмурился. — Я так не думаю. Кстати, если ты продолжишь так дальше, тебе придется завести отдельный блокнот для всех твоих идей. — Отличный совет, защитник человечества. Тогда, что насчет... Старк не успел договорить, как вдруг на весь буфет прозвенел сигнал тревоги. И хоть звук было слышно в каждом уголке, звучал он не громко, потому что доносился из тэмпада СР-47. Положив шлем на соседний стул, сорок седьмой выудил устройство из защитного чехла, прикрепленного к ремню, и с волнением взглянул на экран. За какую-то долю секунды его настроение изменилось, и довольная улыбка пропала с его лица. СР извинился перед Старком и встал со стула. Наверное, поднявшему на него взгляд Старку казалось, что сорок седьмой внезапно вырос и теперь упирался головой в высокий потолок. — Неотложная ситуация. Засекли того самого беглеца, — сказал он, нарочно делая вид, что такой несуразной фразой объяснил все неточности вселенной, и активировал тэмпад. Энтони Э. Старк разочарованно опустил взгляд на тарелку с салатом, чтобы не смотреть за тем, как СР-47 скрывается за мерцающей золотом дверью. Сорок седьмой наблюдал за аналитиком, копающимся в тарелке с салатом, ровно до того момента, пока дверь не исчезла.

***

Прежде чем пуститься вдогонку за многократным нарушителем времени и пространства, СР-47 наведался в раздевалку, где переоделся в самую простую гражданскую одежду, которую имел: тесная серая футболка, синие спортивные штаны и кроссовки на толстой подошве, которые идеально подходили для бега. Так же захватил коричневую кожанку и кепку со странным логотипом: поверх синего круга были вышитые четыре белые буквы NASA. Активировав тэмпад, он снова прошел в мерцающую золотую дверь и оказался посреди проезжей части, ведущей, казалось бы, в никуда. В том, что объект его наблюдений был где-то здесь, СР-47 не сомневался, но немного помялся в выборе стороны, в которую следует пойти. Сначала он был твердо уверен, что все верные пути следуют направо. Затем, поразмыслив, решил, что нарушитель хочет его запутать, и именно по этой причине свернул налево и прошел метров двадцать, когда вдруг осознал, что единственный путь, который ему нужен, это тот, который ведет его прямо к солнцу. Где-то там впереди он заметил и свою цель — временную аномалию. СР-47 шел долго, сначала пробираясь сквозь высокую траву, а потом вышел на тропинку и шел протоптанной дорогой, не сомневаясь. По пути ему никто не встречался, он увидел только несколько запрещающих знаков, которые обычно ставят там, где людям не следует бродить без специального разрешения. Что ж, надо сказать, такое место было вполне в духе аномалии, за которой он охотился. В прошлый раз ему пришлось целый час торчать на планете с бесконечными дождями, чтобы понять мотивы путешественника во времени в странном костюме. Прежде они таких не ловили. Ну то есть, ловили всяких и расщепляли их после суда за страшные преступления, способные уничтожить священную хронологию. И СР-47 всегда считал это справедливым наказанием, пока не встретил именно эту рассекающую время аномалию. Аномалию, которая по каким-то неизвестным ему причинам, была до ужаса похожа на него самого. Те же светлые волосы, голубые с зеленцой глаза и мощный подбородок. Видеть его — всё равно что смотреть в зеркало, и в определенной степени для СР-47 это чувство было пугающим. Наконец в окружении появились знакомые нотки. Показались узнаваемые деревья, чуть ближе — огороженный забором старый дом. За его спиной шелестела трава, высоко в небе летел самолет. СР-47 уже не следил за аномалией так внимательно, потому что прекрасно понимал, куда спешит эта его копия. Он оглядывался, пытаясь запомнить это волшебное, полное солнечного света место, с запахом соли в воздухе. Под ногами — рыхлая земля, и сорок седьмой с трудом поборол желание коснуться ее голой ступней. Зачем аномалия устроила это забег по красотам американского юга, сорок седьмой не понимал, но наслаждался прогулкой до самого конца. Когда аномалия остановилась возле больших железных ворот, СР-47 притаился неподалеку, наблюдая за ним в надежде так и остаться незамеченным. С минуту аномалия, покачиваясь на пятках, собиралась с мыслями. На нем всё ещё был странный, красно-белый костюм, который, похоже, ему мешал. Он что-то разглядывал на своей руке, но издалека было невидно, что именно там происходит. СР-47 сделал несколько шагов вперед, но ему пришлось пригнуться, когда вариант, отвернувшись от ворот, выкинул что-то в траву. Это заняло не больше трех секунд, и следом он постучал по воротам, что было странно, ведь на калитке совершенно точно был звонок. СР-47 подобрался ближе и спрятался за деревом, когда ворота вдруг открылись. То, что он увидел, потрясло его даже больше, чем собственная схожесть с аномалией. За воротами в коричневой футболке с рукавом в три четверти и грязных джинсах стоял Энтони Э. Старк. Тоска и нетерпение в его взгляде быстро сменились радостью, стоило только обратить внимание на нежданного гостя. Счастливая улыбка походила на ту самую хитрую ухмылку, с котором Энтони Э. Старк брался за дела. Сложив руки на груди этот вариант молчал, в ожидании смотря на временную аномалию. — Я опоздал, — сказал парень в красно-белом костюме. — Чуть-чуть не уложился в расписание. — Ты обещал вернуться к ужину, — хмыкнул вариант Энтони Э. Старка. Кажется, он пытался отругать аномалию за опоздание, но из этого ничего не получалось — радость от встречи покрывала все обиды. — Почти год назад. Аномалия виновато опустила голову, небрежным взглядом изучив выложенную камнем дорожку к дому, прятавшемуся за высоким забором. Тут заволновался и Энтони Э. Старк. Он не шутил, не пытался подначивать и не торопил. Словно просто ждал конец света. — Ты ведь знаешь, что я не тот Стив, который спас тебя из плена в две тысячи восьмом? — аномалия подняла взгляд на Старка. — Знаю. Тот Стив погиб в тот самый день, — уверенно отозвался Старк. — А ты помог мне сбежать. — Втерся в доверие, притворившись тем, кем не был. — Да брось, я же уже говорил, что не спал с ним. Он был скучным солдафоном и... — Но он любил тебя. — Стив, я вижу разницу, и если бы я знал, что ты психанешь и сбежишь, то никогда бы не заговорил о том, что видел. Я-то ведь и правда думал, что бредил, а ты... Тон голоса варианта Энтони Э. Старка становился всё напряжённей, но он сам по-прежнему улыбался. Он знал, что рано или поздно Стив сдастся, и только пытался ускорить наступление момента, которого он ждал целый год. Обвиняющие фразы звучали настолько не натурально, настолько наиграно, что даже вариант СР-47 улыбался. Сорок седьмому отчего-то нравилось смотреть на счастливую аномалию. Прежде чем вариант Старка закончил обвинительную речь, Стив приблизился на взрывоопасное расстояние. Интригу он, Старк, держать не стал, потому что, как и СР-47, понимал, что вся эта бравада лишь способ немножко потянуть время. То ли хотел дать своему нетерпению шанс на существование, то ли дразнил Стива удовольствия ради. Похоже, эта привычка передавалась от варианта к варианту. — Я просто хотел дать тебе время, чтобы подумать... — Стив выдержал паузу, пытаясь вернуть себе контроль над собственным голосом. — Обещай мне, что никогда не будешь закрашивать седину. — Ты говнюк, Роджерс. — Я знаю, иди сюда. Сработал инстинкт, и как только Стив и вариант Энтони Э. Старка обнялись, а механические ворота начали закрываться, СР-47 отвернулся, чтобы не увидеть лишнего. Из всех приключений и встреч, свидетелями которых он стал, наблюдая за этой аномалией, ничего более личного и интимного прежде не видел. Минут десять сорок седьмой стоял столбом, подстраиваясь под форму дерева. Все это время он прокручивал в голове подслушанный разговор. Не так много он и слышал, поэтому повторял одно и то же. Надо же было как-то скрасить время. Когда он вышел из-за дерева, то первым делом пошарился в траве в поисках того, от чего аномалия избавилась с такой легкостью, и, только найдя эту безделушку, он активировал тэмпад.

***

В коридорах Управления временными изменениями кипела жизнь. Минитмены, аналитики и охотники стремились поскорее занять свои места. В огромной бюрократической машине, поддерживающей жизнь священной хронологии, народу было больше, чем нужно, и в этой толпе было очень сложно выхватить Энтони Э. Старка и утащить его в укромный уголок. Сорок седьмой стоял возле лифтов, нервно поглядывая по сторонам на тот случай, если его любимый аналитик решил воспользоваться бесконечной лестницей. Со стороны лестничного марша, ожидаемо, никто не появлялся. Из лифтов один за другим выходили аналитики, кучкуясь и болтая о простых и совершенно неинтересных вещах, но Старка среди них не было. Чем дольше тянулась эта суматоха, тем сильнее СР-47 сомневался в правильности своего решения. Может, и не стоило сломя голову нестись сюда. Было бы куда разумнее встретить Энтони Э. Старка в привычное для них время за одиноким столиком в буфете и поговорить в обычной для них атмосфере. Без свидетелей, лишних ушей и, если вдруг все пойдет не по плану, закусить горечь настоящим американским бургером с говядиной. Но поступи он так, то целый день только и думал бы о том, насколько все это глупо. Его бессмысленные поступки, попытки спасти то самое ответвление, нарушающее священную хронологию, посиделки со Старком в буфете и двусмысленные улыбки, на которые он был так щедр. Картинки из вчерашнего путешествия мозолили бы глаза, и вряд ли такой мозговой штурм мог бы хорошо закончиться. Ему не хотелось изводить себя в одиночестве, поэтому он стоял среди людей и просто ждал. — Ты оставил свой шлем вчера, — на плечо легла рука, и сорок седьмой обернулся. — Хотел тебе вернуть, а тебя и... — Может, поговорим? — СР-47 перебил Старка и улыбнулся, в надежде смягчить реакцию на свое поведение. С лица Старка пропала ехидная улыбка. Он кивнул, и СР-47, взяв его под локоть, попятился в сторону лестничного марша. СР-47 шел чуть впереди и не смотрел на Старка, как будто пытаясь избежать ненужного пока что зрительного контакта. Боялся, что взгляд Энтони Э. Старка может показаться ему злым, разочарованным, а еще хуже — испуганным, отрешённым, растерянным. В ярком освещении каждая ступенька на лестнице блестела. СР замер на одной из них и наконец повернулся, готовый, казалось бы, ко всему. Старк оглядывался по сторонам, как будто прежде здесь никогда не бывал. Спрятанный за дверью от чужих глаз лестничный пролет походил на заброшенный туннель, идущий в вертикальном направлении. Казалось, ему нет конца и края, куда не глянь — видно только белый свет. — Занятное место, — Старк светился, улыбаясь, и посмотрел на СР-47. — Идеально для кардио-тренировок. Шлем? Старк вытянул вперед черный пробковый шлем, пропажу которого сорок седьмой даже не заметил. — Спасибо, — кивнул СР. — У меня есть кое-что для тебя. — Да? — заинтересованно произнес аналитик. — Новая сбежавшая аномалия, которая обвела тебя вокруг пальца? — Я принес тебе кое-что из своего путешествия, — проигнорировал его высказывание СР и сунул руку в карман. Он достаточно быстро нащупал бережно упакованный подарок, но нарочно медлил, наблюдая за тем, как увлеченно Старк приглядывался к нему. — Ты же любишь всякие интересные штуки из разных мест и времен. Заинтересованность Старка в разы выросла, когда СР-47 отдал ему сверток. Сначала тот потряс сверток, но ничего не услышав, поспешно распаковал. Странный прибор, не похожий ни на что, что прежде ему доводилось видеть, привел Старка в восторг. Аналитик с большим удовольствием рассматривал металлический ремешок, состоящий из двух тонких, не подчиняющихся законам физики прямоугольных пластинок, которые замыкались на ещё одной металлической пластине. Та была шире и отличалась по цвету. На ней же по центру располагался круг, с первого взгляда напоминавший циферблат часов. Старк повертел подарок в руках, рассмотрел под разными углами и наконец с самой широкой улыбкой надел металлический браслет на руку, любуясь им, как обручальным кольцом. СР-47 чувствовал, как краснеют щеки, пока наблюдал за Энтони Э. Старком. Он и раньше дарил этому чудику мелкие подарки, вроде жевательной резинки или сборника кроссвордов, но никогда не видел его таким искренне радующимся. — Знаешь, не обязательно было так выпендриваться, чтобы просто позвать меня на свидание, — ухмыльнулся Старк, сложив руки на груди. Его новое украшение поблескивало в искусственном свете лестничного пролета. — Я не... — начал было СР-47, но быстро замолчал. Ему вспомнился разговор его собственного варианта-аномалии с вариантом Энтони Э. Старка. Вспомнилось то, каким выглядел тот Старк, как он то хмурился, то улыбался, прекрасно зная, что его ждет. Не было сомнений в том, что и этот Старк отличался сообразительностью и умел читать людей. Сорок седьмой сам шагнул навстречу Энтони Э. Старку и, едва успев закрыть глаза, почувствовал прикосновение горячих ладоней к своим щекам. По тому, как жадно Старк поцеловал его, складывалось ощущение, что и он шел к этому очень и очень давно. И СР-47 думал лишь о том, что для какого-то варианта он испытывает слишком много чувств и эмоций от простого поцелуя. Пальцами смяв неплотную ткань светлого пиджака, он обнял Старка за талию, совсем как та его аномалия со своим вариантом Старка. И то, что случилось там за забором, теперь происходило и здесь, на лестничном марше. Вдруг этажом выше скрипнула дверь. СР-47 и Старк отскочили в разные стороны от неожиданности. Сорок седьмой смотрел на раскрасневшееся лицо Старка и пытался представить, как же выглядит он сам со своей-то белой кожей. Мимо них с крошечной чашкой чая в руках прошел синий каменный великан, из одежды на котором не было ничего, кроме белых шорт до колен, которые бесстыдно просвечивали. Шел он медленно, качал бедрами и смеялся, поглядывая на потолок. СР-47 и Старк переглядывались ровно до того момента, пока не послышался хлопок двери двумя этажами ниже, а потом Энтони Э. Старк неожиданно рассмеялся и, подойдя к СР-47, легко чмокнул его покрасневшую щеку. — Увидимся за обедом, сорок седьмой, — подмигнул ему Старк и пошел в сторону выхода. — Тони, — взволновано окликнул его СР-47, — я хотел сказать, что выбрал себе имя. — Да? — Старк заинтересованно поднял брови. СР-47 кивнул и смущенно улыбнулся. — И как же мне тебя величать, м? Тиберий? Или Геракл? — Стив, — сказал он и сжал губы. — Стив, — произнес Энтони Э. Старк с таким видом, будто оценивал шедевр мирового искусства одной из множества Вселенных. — Мне нравится. Увидимся за обедом, Стив. Стив еще с минуту смотрел на дверь, за которой скрылся Старк, и улыбался точно так же, как и преследуемая им аномалия, наконец встретившаяся со своим вариантом Энтони Э. Старка.