Откровение превыше

***

      «С минуты на минуту». Белокурая девушка усердно выстилала дно глубокой тарелки пергаментом, после закидывая одним элегантным движением зёрна кукурузы туда же. Они глухо шлёпали по бумаге и отскакивали кто куда. Следующим поплыло масло. Белое и густое, оно непробиваемой бронёй покрыло беззащитные зёрнышки. Теперь кукуруза обрела доверие к подтаявшему куску масла и покой.       Ухоженная мраморная ручка уже тянулась к желанной кнопке на микроволновке, как в замочной скважине заскрежетал поворот ключа. Ещё один. Подначенная ожиданием, девушка вспорхнула с места и, чуть ли не на цыпочках, неспешно подошла к двери.       В крохотную квартирку ровно вошёл высокий парень. Рукав бежевого плаща, накинутого лишь на одно плечо, болезненно волочился снизу, собирая всю пыль и грязь с пола. В руке каштановая папка для документов из кожи. Невероятно предположить, что Дазай и вправду носит там необходимое количество бумажек, но его коллега и главная цель издевательств по совместительству позаботился об этом. Оставив папку на комоде у входа, детектив пустил в объятия подошедую к нему девчонку. — Здравствуй, солнце, — Осаму наклонился и одарил светлую голову ласковым поцелуем в макушку. Успокаивающий тон его голоса отдалял реальность на второй план. — Я ждала тебя, — таким же тёплым шёпотом пришёл ответ. Улыбка появилась на потрёпанном овале лица Дазая. — Не сомневаюсь. Кстати, Хотару, ты уже выбрала фильм? Иное отстранилась, озадаченно глянула в щёлочки мужских глаз. После незаметно дёрнулась, как будто током ударившись, в глазах сверкнули искорки. Пришло осознание. — Ах! — Хотару разгорячённо вздохнула, — Я совсем забылась! Но уверена, ты сможешь выбрать что-нибудь подходящее. — Вот так легко перекидываешь ответственность? — Дазай задиристо ухмыльнулся, — Я помогу тебе на кухне, а потом мы вместе выберем фильм. Договорились? Только для начала мне нужно переодеться. Его возлюбленная засветилась виноватой улыбкой и отошла в сторону, чтобы Осаму мог продолжить путешествие вглубь квартиры. Он удалился, повесив плащ на ветхий крючок.       При достаточно тёплой комнатной температуре, небезызвестный кубик жирного сливочного масла образовал лужицу на дне пиалки. Теперь оно стало интенсивно желтеть. «Ой» Хотару поспешно запихнула тарелку в микроволновую печь, при этом с лёгкостью накрыв пластмассовой крышкой. «1 минута». Писк. После вторая и третья. «Старт». Писк. Печь плавно зажужжала, выпуская тепло с вибрациями в воздух и принялась за работу.

***

      С верхней полки шкафа (именно её, на пару с другими полками, находящимися чуть ли не под потолком, занимал Дазай, из-за низкого роста Иное), прямиком на заправленную двуспальную кровать полетели широкие у голеней брюки ржавого цвета и огромная тёмно-серая футболка с рисунком любимой рок-группы парня.       Приметив возле зеркала не самый плохой образ для совместного времени провождения, Осаму взлохматил и без того объёмные волосы, попеременно поглядывая на свои руки. Ему не нравились лишь бинты. Белые, раньше родные, но теперь такие чуждые. Дазай не оставлял новых порезов с января, почти три месяца. Просто не было желания. Слишком хорошо жизнь начала идти, этому во многом поспособствовала его пассия. Подозрительно хорошо. «Она знает и, я уверен, она поймёт, но я не хочу её пугать». Тщательно вымыв ладони с мылом, парень плавно заглянул на кухню. Хотару что-то перемешивала в беленькой миске, в то время как другая стояла рядом, доверху наполненная извергающим пар попкорном. — Лучик, я вернулся. Давай закончу. Дазай приобнял Иное сзади за талию, склонив голову. К счастью или несчастью, любимая слишком неожиданно обернулась, чуть не стукнув того по носу. Парень отпрянул, одарив милое личико удивлённым карим взглядом. — Извини, — до чёртиков смутилась и повернула голову обратно, к содержимому тарелки. Только там было её спасение. Задорная улыбка облегчения расползлась по лицу брюнета. Он наклонился ниже, к уху, окаймлённому светлыми прядками. Дыхание согревало. Казалось, что лишь одно оно заставляло Хотару краснеть сильнее вишни. Дазай не медлил. Просто взял и поцеловал свою девушку в щёку. Нежно, беззаботно и по-юношески. — Не нужно извинений, — хихикнул. Иное смутилась ещё больше. — Ты хотел помочь? Тогда смотри, — ожидаемо переведя тему, она отошла в сторону, чтоб Осаму мог увидеть содержимое миски, отчего ему пришлось снять с талии руки с самым огорчённым видом. — Я уже добавила масло, тебе нужно просто-напросто поставить это в микроволновку. Главное — следи, что бы они не подгорели. Доставай сразу же, как только прекратятся хлопки. Дазай издал немногозначное «мг» и с рядовой ухмылкой взялся за выполнение. Оставив кукурузу на преобразование, он подставил стул спинкой от себя. Сел, положил туда скрещенные руки, на них подбородок и принялся таращиться внутрь прибора. Как завороженный, вглядывался в каждую кукурузинку, заставая весь чарующий цикл. Не успело конечное семечко принять своё перерождение, Дазай уже спешно вынимал тарелку. Всё, как сказала его любимая. Главное, что не подгорело.

***

      «Или этот?» Девушка листала романтичные фильмы в телевизоре, равномерно щёлкая кнопкой пульта. Все такие разные, но одинаковые одновременно. Мелодрамы, комедии, ужасы. Не хотелось бы чего-то пошлого или занадто скучного. Может, и впрямь найти в интернете тот фильм, рекомендованный другом Осаму? «Это, я думаю, самый слезливый и трогательный фильм в моей стране. Хотя я его таковым не считаю». «Титаник», кажется. «Что-нибудь лояльное». Вот, взор остановился на «Я просто люблю тебя» — миловидная афиша и всего два часа времени. Всё как надо. — Ну как? Я успел, или даже название останется для меня загадкой? — приглушённо топая по линолеуму, в спальню вошёл Дазай, в обеих руках держа миски с привлекательно пахнущим десертом. — О, ты вернулся как раз к началу.

***

— Ты уже спишь? Ещё даже половина не прошла, — возлюбленный окинул взглядом копну волос, лежавших на его груди. Короткие, мягкие, как у ангела. Разве что корни отрасают слишком быстро. В ответ последователо неразборчивое мычание. Брюнет хмыкнул, приобняв Хотару со спины. Другая рука поглаживала пряди на затылке. «Как бы мне ни хотелось тебе ответить — я в дремоте. Извини.» Мужскя рука нащупала кнопку уменьшения звука на пульте. Герои фильма сразу стали будто шептаться. — Тогда и я буду говорить тише. Ты же не против? Лишь томный вздох. Осаму уже открыл было рот, как захлопнул его обратно. Глаза уставились в потолок, задумавшись. Взвешивает все «за» и «против»? Недолгое молчание, и он всё-таки подал голос: — М-м, с чего бы мне начать? Я не хочу показаться занудой, но можно ли назвать прозаичным излияние души? — Дазай запнулся, облизал сухие губы. Соскочил смешок. — Ты знаешь, раньше я состоял в портовой мафии. А там как на войне: никому доверять нельзя, но верить иногда нужно. Я и перестал. Уверен, что только Одасаку вспомнил бы про меня на поле боя, пока все уносили бы ноги. Но всему хорошему свойственно трагически заканчиваться, и вот Оды уже нет. Прошли годы, я в детективном агентстве. Но и там я не чувствую себя в безопасности. На каждом углу жду удара в спину. Наверное, только здесь, дома, мне спокойно. Квартира моя обитель. Я отошёл от темы, — Иное чуть шолохнулась, в голове парня пронеслась тревожная мысль о сказанном. — Я хотел сказать, что ты помогаешь мне. Спасаешь. Вытаскиваешь со дна. Помнишь наше первое свидание? Хе-хе, всегда вспоминаю его с улыбкой, у тебя были такие милые косички, — пусть он и говорил о таких вещах, лицо выражало неутолимую печаль. — Ты доверилась мне, Хотару. Я тоже. Тоже стараюсь и, мне кажется, у меня начинает получаться. Всё благодаря тебе. Ты единственная, кому я доверяю. Единственная, кого люблю. Я благодарен Богу, что с небес снизошёл такой ангел, как ты. Дазай вновь поцеловал любимую в макушку. — Это слишком мудрёные фразы для тебя, Осаму, — промямлила с доброй насмешкой в голосе. Взволнованный рваный вздох. — Я бы не стал откровенничать, если бы ты и правда спала. Девушка уткнулась в футболку носом. Весь мир снова встал на задний план, принял роль всторостепенного героя. Она до смерти в восторге от таких моментов. — Ты проницателен. Хорошо, выключай телевизор, будем спать. — Конечно. Последний взор узких глаз. Как мёдом ему помазано.