The Era of Looters and the Era Harry Potter

Run past the rivers, Бегите мимо рек, [Сентябрь 1893 год.] Сириус и Джеймс бежали от Ремуса и Лили с их сумками. Парни смеялись, а Лили и Ремус кричали им в след что они их прибьют. -Вы оба получите!- Кричала рыжеволосая девушка. -Никогда!- Крикнули ей в ответ парни. Run past all the light, Бегите мимо всех огней, Feel it crashing and burning Почувствуйте, как они полыхают и гудят, Till it all collides. Пока всё не сталкивается. [Сентябрь 1896 год.] Джеймс взял Лили за руку, пятеро ребят бежали спасать друзей и родных. Битва продолжалась шестой час, но никому не было до этого дела, у всех была лишь одна цель- защитить Хогвардс. Грин-Де-Вальт боролся с Дамблдором. -Ты проиграешь! -Никогда! Джеймс и Сириус боролись с тремя пожирателей смерти. Оба были на грани того, чтобы их скинули с обрыва. Strike a match, lit the fire, Чиркаю спичкой, зажигаю огонёк, Shining up the sky. Озаряющий небо. [Июнь 1988 год.] Мародеры, Лили и маленький Гарри сидели в гостиной у Поттеров и общались. -Сохатый, а помнишь как мы пожирателей победили? -Ты ещё спрашиваешь? Конечно же помню! Лунатик, а ты что запонил? -Я? Я помню как спасал ваши задницы -Мы это тоже помним! -Лили? -Я помню как мы спасали Северуса -А...Нюнчика то...Да, я это тоже помню. Огонь в камине трещал, а ребята пили сливочное пиво и рассказывали друг другу разные истории. Маленький Гарри сидел у Сириуса на коленях и играл с игрушечным снитчем который подарил ему Сириус. As it all comes down, again. Пока всё рушится опять. [Сентябрь 1989 год.] Лили и Джеймс Поттеры мертвы. Петегрю сбежал, Сириус виновен во всем этом. Эти мысли крутилась в голове Ремуса. -Суд подходит к концу. Сириус Аргус Блэк, вы хотите сказать что-то ещё?- Спросил Министр Магии обращаясь с молодому Сириусу. -Да...Я очень много хочу сказать. Например то, что это Питер Петегрю убил Лили и Джеймса! -Уведите его.- Приказал Министр As it all comes down, again. Пока всё рушится опять. As it all comes down, again, to the sound, Пока всё рушится опять под звук, The sound of the wind is whispering in your head. Звук ветра, что шепчет тебе на ухо. [Сентябрь 1996 год.] Война за Хогвардс, Пожиратели Смерти и Волан-Да-Морт одерживает победу. -Гарри Поттер мёртв! Почти все пустили слезу. Но вдруг вышел Невилл. — Это не важно, что Гарри умер.- Начал Он, но его прервал Симус — Заткнись, Невилл! — Люди умирают каждый день! Друзья, родные. Да, сегодня погиб Гарри, но он все ещё с нами! Вот здесь... Как и Фред, Римус, Тонкс. Они погибли не зря! В отличие от тебя, потому что ты ошибаешься! Сердце Гарри билось ради нас, ради всех нас! Ничего ещё не кончено! И тут Гарри встал, битва продолжалась ещё кучу времени, но Гарри смог. Он победил, он убил Валан-Де-Морта. Can you feel it coming back? Ты чувствуешь, как он возвращается? [Сентябрь 1996 год.] В Хогвартсе тот, кто просит помощи, Гарри, всегда её получает. Я всегда гордился своей способностью переворачивать фразы. Слова, по моему отнюдь не скромному мнению, — наш самый неиссякаемый источник магии, способный одновременно причинить боль и вылечить её. Но в данном случае я перефразирую свое выражение и скажу: в Хогвартсе тот, кто больше других заслуживает помощи, всегда получает её. Не жалей умерших, Гарри, жалей живых, и в особенности тех, кто живет без любви. Through the warmth, through the cold, Сквозь тепло, сквозь холод, Keep running till we're there. Бегу, пока мы не окажемся здесь. [Декабрь 1993 год.] И по гладкой поверхности карты вдруг пробежали слова, как будто их выводила чья-то невидимая рука... — М-р Лунатик приветствует профессора Снегга и нижайше просит его не совать длинного носа не в свои дела. — М-р Сохатый присоединяется к м-р Лунатику и хочет добавить, что профессор ещё урод и кретин. — М-р Бродяга расписывается в своем изумлении, что такой идиот стал профессором. — М-р Хвост приветствует профессора Снегга и советует ему, чёртовому неряхе, вымыть наконец голову. We're coming home now, Сейчас мы возвращаемся домой, We're coming home now. Сейчас мы возвращаемся домой. [Сентябрь 1997 год.] — Мы на вокзале Кингз-Кросс, говоришь? Я думаю, если бы ты захотел, ты мог бы сесть на поезд. — Куда бы он отвёз меня? — Вперёд. Hear the voices surround us, Слышим голоса, окружающие нас, Hear them screaming out, Слышим их вопли, [Февраль 1995 год.] —Может, вы ещё не заметили, но жизнь вообще несправедлива. Блэк и вы — оба сентиментальные дети! Вечно ноете, жалуетесь, как несправедливо обошлась с вами жизнь! Может быть вы ещё не заметили, но жизнь вообще несправедлива! Ваш блаженный отец был причастен ко всем несправедливостям! — Мой отец был великий человек! — Ваш отец — большая свинья! We'll be crying for mercy, Мы будем молить о пощаде, [Сентябрь 1997 год.] — Северус Снегг служил не тебе, — сказал Гарри. — Он был на стороне Дамблдора с той самой минуты, как ты стал преследовать мою мать. А ты так ничего и не заметил, потому что это как раз то, чего ты не понимаешь. Ты видел когда-нибудь, как Снегг вызывает Патронуса? Волан-де-Морт не ответил. — Патронус Снегга — лань, — сказал Гарри, — как у моей матери, потому что он любил её всю жизнь, с самого детства. — Гарри увидел, как затрепетали ноздри Волан-де-Морта. — Разве он не просил тебя пощадить её? — Он хотел её, вот и всё, — насмешливо сказал Волан-де-Морт. We'll be crying out loud, Мы будем кричать, [Сентябрь 1997 год.] — Тогда убей меня, — задыхаясь, произнес Гарри, вовсе не ощущая страха, а только ярость и презрение. — Убей меня, как ты убил его, ты, трус… — НЕ СМЕЙ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТРУСОМ! — завопил Снегг, и его лицо вдруг стало безумным, нечеловеческим, словно он испытывал такие же страдания, как скулящий, воющий пес, запертый позади них в горящем доме. Burn the bridges in our town Сожжём мосты в своём городе, Till the point where we drown. Пока не утонем. [Сентябрь 1997 год.] — Какой план, Гарри? — Хорошо. Нам нужно кое-что найти. Спрятанное здесь, в этом замке. И это поможет нам победить. — Ясно. И что это? — Мы не знаем. — Где оно? — Этого мы тоже не знаем. Я понимаю, сведений мало... — Их вообще нет. As it all comes down, again. Пока всё рушится опять. As it all comes down, again. Пока всё рушится опять. [Сентябрь 1997 год.] — Ты не видел Полумну? — Полумну? — Я без ума от неё, самое время сказать ей! Вероятно, к рассвету мы оба умрём! As it all comes down, again, to the sound, Пока всё рушится опять под звук, The sound of the wind is whispering in your head. Звук ветра, что шепчет тебе на ухо. [Февраль 1995 год.] Ты очень слаб. И никогда не узнаешь ни любви, ни дружбы. И мне очень жаль тебя. Can you feel it coming back? Ты чувствуешь, как он возвращается? [Май 1992 год.] — Ты жив… — буркнула она разочарованно. — Не огорчайся, — посочувствовал ей Гарри и стал протирать очки от крови и грязи. — Конечно, не буду… Я просто подумала, вдруг ты умер и мы бы разделили с тобой мой туалет… Я была бы очень этому рада! — сказала Миртл и смущённо засеребрилась. Through the warmth, through the cold, Сквозь тепло, сквозь холод, Keep running till we're there. Бегу, пока мы не окажемся здесь. [Сентябрь 1997 год.] — Я не хотел, чтобы вы умирали, — сказал Гарри. Эти слова вырвались у него помимо воли.  — Никто из вас. Мне так жаль… Он обращался прежде всего к Люпину, умоляющим тоном. - …когда у вас только что родился сын… Римус, мне так жаль... — Мне тоже,  — ответил Люпин.  — Жаль, что я с ним так и не познакомлюсь… Но он узнает, за что я погиб, и, надеюсь, поймет. Я старался сделать более счастливым мир, в котором ему предстоит жить. We're coming home now, Сейчас мы возвращаемся домой, [Май 1991 год.] — Послушай, Гарри! Если этот болван, твой кузен Дадли, обидит тебя, ты всегда можешь пригрозить ему парой свинячьих ушей в дополнение к его хвосту! — Но Хагрид, нам нельзя колдовать за пределами Хогвартса! Ты же знаешь! — Я знаю, но кузен не знает об этом. We're coming home now. Сейчас мы возвращаемся домой. [Май 1992 год.] —Не смей трогать Гарри Поттера! We are coming home, Мы возвращаемся домой, [Май 1993 год.] Да нет, — осторожно сказал Гарри. — Это письмо от моего крёстного отца. Крёстного? — поперхнулся дядя Вернон. — У тебя нет крёстного отца! Да нет, есть, — громко ответил Гарри. — Он был лучшим другом папы и мамы. Он, к тому же, осужден за убийство, но сейчас в бегах. Ему нравится получать письма от меня... Он проверяет, что у меня новенького... не обижает ли меня кто... We are coming home, Мы возвращаемся домой, [Август 1994 год.] — Перси, по-моему, доволен работой. — Гарри сел на одну из кроватей, наблюдая, как «Пушки Педдл» влетают и вылетают из плакатов на потолке. — Доволен? — негодующе фыркнул Рон. — Он бы ночевал на работе, да папа вечером за ним заходит. А на своем начальнике просто помешался. «По словам мистера Крауча…», «Как я сказал мистеру Краучу..», «Мистер Крауч считает…», «Мистер Крауч говорит…». Глядишь, не сегодня завтра объявят о помолвке. We are coming home, Мы возвращаемся домой, [Май, 1995 год.] — Хотя впереди нас ждут испытания, у нас есть то, чего нет у Волан-де-Морта. — Да? — То, за что стоит сражаться! We are coming home, Мы возвращаемся домой, [Май 1996 год.] — Драко, я уже встречал одного мальчика, который сделал неправильный выбор. Позволь мне помочь тебе. — Да не нужна мне ваша помощь! Разве непонятно? Я должен это сделать. Я должен убить вас. Или он убьёт меня. We are coming home! Мы возвращаемся домой! [Май 1997 год.] — Я не хотел, чтобы вы умирали, — сказал Гарри. Эти слова вырвались у него помимо воли.  — Никто из вас. Мне так жаль… Он обращался прежде всего к Люпину, умоляющим тоном. - …когда у вас только что родился сын… Римус, мне так жаль... — Мне тоже,  — ответил Люпин.  — Жаль, что я с ним так и не познакомлюсь… Но он узнает, за что я погиб, и, надеюсь, поймет. Я старался сделать более счастливым мир, в котором ему предстоит жить. The sound of the wind is whispering in your head. Звук ветра, что шепчет тебе на ухо. [Май 1997 год.] — Ты не видел Полумну? — Полумну? — Я без ума от неё, самое время сказать ей! Вероятно, к рассвету мы оба умрём! Can you feel it coming back? Ты чувствуешь, как он возвращается? [Сентябрь 1995 год.] — Это правда, что вы повысили голос на профессора Амбридж? — Да, — сказал Гарри. — Вы обвинили ее во лжи? — Да. — Вы сказали ей, что Тот-Кого-Нельзя-Называть возродился? — Да. Профессор МакГонагалл села за письменный стол и, хмуря брови, поглядела на Гарри. Потом сказала: — Возьмите-ка печенье, Поттер. — Что взять? Through the warmth, through the cold, Сквозь тепло, сквозь холод, [Январь 1997 год.] Пустые слова не могут изменить того, что бренные останки его родителей лежат здесь, под снегом и камнем, ничего не ведающие, ко всему равнодушные. Вдруг полились слезы, он не успел их удержать; горячие, обжигающие, они мгновенно замерзали на щеках и не было смысла вытирать их. Пусть текут, что толку притворяться? Гарри стиснул губы, уставившись на снег, скрывающий место последнего упокоения Лили и Джеймса. Теперь от них остались только кости или вовсе прах, они не знают и не волнуются о том, что их живой сын стоит здесь, так близко, и его сердце все ещё бьется благодаря их самопожертвованию, хотя он уже готов пожалеть, что не спит вместе с ними под занесенной снегом землей. Keep running till we're there. Бегу, пока мы не окажемся здесь. [Октябрь 1996 год.] — Три нападения дементоров за неделю, а у Ромильды Вейн только один вопрос ко мне и нашелся: правда ли, что у тебя на груди наколот гиппогриф? Рон с Гермионой покатились со смеху. Гарри в их сторону даже не взглянул. — И что ты ей ответила? — Что у тебя там Венгерская хвосторога изобра­жена, — ответила Джинни, неторопливо перевора­чивая газетную страницу. — Пусть считает, что ты настоящий мачо. — Ну спасибо, — ухмыльнулся Гарри. — А Рона ты чем наградила? — Карликовым пушистиком. Правда, я отказалась сказать, на каком месте он его наколол. We're coming home now, Сейчас мы возвращаемся домой, [Ноябрь 1996 год.] — Он обвинил меня в том, что я «целиком и полностью человек Дамблдора». — Как грубо. — А я ответил ему, что так оно и есть.We're coming home now. Сейчас мы возвращаемся домой. [Сентябрь 1992 год.] — Палочка!... Палочка сломалась! — Скажи спасибо, что не шея. We are coming home! Мы возвращаемся домой! [Январь 1995 год.] — Вы не знаете, что это такое! Вы никогда с ним не сталкивались! Думаете, просто запомнил пяток заклинаний и пустил в него, как на уроке? Ты все время знаешь, что между тобой и смертью — ничего, кроме... твоих мозгов, или смелости, или чего там еще, — когда не теряешь рассудка, сознавая, что через микросекунду — конец или пытка... Или друзья умирают у тебя на глазах... Ничему такому нас в классах не учили, не объясняли, как с этим быть, а вы тут сидите с таким видом, как будто перед вами умненький мальчик, а Диггори был глуп, все не так сделал... Вы просто не понимаете, это вполне мог быть я, и так и было бы, если бы не нужен был Волан-де-Морту. The sound of the wind is whispering in your head. Звук ветра, что шепчет тебе на ухо. [Сентябрь 1991 год.] — Но я никогда не играл в квиддич. А вдруг я попаду в дурацкое положение? — Тебе нечего бояться этого, у тебя это в крови. Can you feel it coming back? Ты чувствуешь, как он возвращается? Through the warmth, through the cold, Сквозь тепло, сквозь холод, Keep running till we're there. Бегу, пока мы не окажемся здесь. [Август 1996 год.] — Если вы думаете, что я позволю шестерым людям рисковать жизнью... — ... да еще и впервые, — вставил Рон. — Одно дело изображать меня... — Думаешь, нам так уж этого хочется, Гарри? — серьезным тоном осведомился Фред. — Представь, вдруг что-нибудь заколодит и мы навсегда останемся тощими очкариками. We're coming home now, Сейчас мы возвращаемся домой, We're coming home now. Сейчас мы возвращаемся домой [Май 1997 год.] —Я думаю, Гарри прав,— тихо сказала Гермиона. —От этой палочки больше тревог, чем толку,— сказал Гарри.— А я, честно говоря,—Он отвернулся от портретов думал сейчас только о кровати с пологом, ждавшей его в башне Гриффиндора, и о том, сможет ли Кикимер принести ему туда бутербродов,— сыт тревогами до конца жизни.We're coming home now. Сейчас мы возвращаемся домой. [Сентябрь 1992 год.] — Палочка!... Палочка сломалась! — Скажи спасибо, что не шея. We are coming home! Мы возвращаемся домой! [Январь 1995 год.] — Вы не знаете, что это такое! Вы никогда с ним не сталкивались! Думаете, просто запомнил пяток заклинаний и пустил в него, как на уроке? Ты все время знаешь, что между тобой и смертью — ничего, кроме... твоих мозгов, или смелости, или чего там еще, — когда не теряешь рассудка, сознавая, что через микросекунду — конец или пытка... Или друзья умирают у тебя на глазах... Ничему такому нас в классах не учили, не объясняли, как с этим быть, а вы тут сидите с таким видом, как будто перед вами умненький мальчик, а Диггори был глуп, все не так сделал... Вы просто не понимаете, это вполне мог быть я, и так и было бы, если бы не нужен был Волан-де-Морту. The sound of the wind is whispering in your head. Звук ветра, что шепчет тебе на ухо. [Сентябрь 1991 год.] — Но я никогда не играл в квиддич. А вдруг я попаду в дурацкое положение? — Тебе нечего бояться этого, у тебя это в крови. Can you feel it coming back? Ты чувствуешь, как он возвращается? Through the warmth, through the cold, Сквозь тепло, сквозь холод, Keep running till we're there. Бегу, пока мы не окажемся здесь. [Август 1996 год.] — Если вы думаете, что я позволю шестерым людям рисковать жизнью... — ... да еще и впервые, — вставил Рон. — Одно дело изображать меня... — Думаешь, нам так уж этого хочется, Гарри? — серьезным тоном осведомился Фред. — Представь, вдруг что-нибудь заколодит и мы навсегда останемся тощими очкариками. We're coming home now, Сейчас мы возвращаемся домой, We're coming home now. Сейчас мы возвращаемся домой [Май 1997 год.] —Я думаю, Гарри прав,— тихо сказала Гермиона. —От этой палочки больше тревог, чем толку,— сказал Гарри.— А я, честно говоря,—Он отвернулся от портретов думал сейчас только о кровати с пологом, ждавшей его в башне Гриффиндора, и о том, сможет ли Кикимер принести ему туда бутербродов,— сыт тревогами до конца жизни.