Массажист

- Кёджуро... Ты уже идёшь? Хоть поешь на дорогу!- мать Кёджуро волновалась за него, он целый день нечего не ел, лишь воду пил. - нет спасибо! Я пойду, потому что хочу успеть!- кинул Ренгоку, и пошёл. Спросите- куда он собирается что ему нельзя есть?- так вот, он записался на массаж к своему парню, они встречаются где то уже 4 месяца, а никто из родных не знает. Собравшись он вышел и пошёл к автобусной остановке. Ожидал он автобус где то минут 10, подъехав к нужному зданию он вышел и видвынулся туда. - здравствуйте! Вы на сколько?-спросила девушка за регистрацией. Кёджуро глянул на бейджик. На нём светилось имя "Уме Шабана" -здраствуйте! На 11:30! - хорошо! Ваш сеанс длиться 2 часа! Хорошего массажа.- сказала Уме и села что то писать. -"ого .. 2 часа? Что Аказа собирается со мной делать там?"-подумал Ренгоку. Прошев к нужному кабинету он зашёл, за столом сидел парень с розовимы волосами, а на бейджику было написано "Хакуджи Сояма"(Аказа-называют его так только близкие люди) - хей Аказа!- крикнул Кёджуро. Хакуджи поднял глаза и посмотрел на него. - ох.. солнце проходи!- провел его до кушетки Аказа. - ааа что ты собираешься делать со мной 2 часа?- спросил Ренгоку. - увидишь любимый~- ответил Сояма. Кёджуро разделся и лег на кушетку. Аказа подошёл и начал массировать спину, руки, ноги, залезая под полотенце и начал массировать член Кёджуро. -Аказа! Т-ты что делаешь??!-спросил Ренгоку, потихоньку возбуждаясь. -ох дорогой, ты вправду думал что я тебя буду только разминать 2 часа? Нет! Я всё продумал! Не против заняться сексом?- спросил Аказа, хоть сам начал снимать с себя одежду. - ты же всеравно меня трахнешь, даже если я откажусь! Поэтому..... Я не против!- ответил Кёджуро принемая на себя Хакуджи. Тот сел на него, и глубоко поцеловал, язык проник в рот и начал иследовать там всё. Проводя по ровному ряду зубов. В скором времени воздух начал заканчиваться, и им пришлось разорвать поцелуй. Наклонившись Аказа начал целовать шею оставляя укусы и багряные засосы, переходя на грудь он задал один сосок а второй начал посасывать. Кёджуро тихонько постанывая под ним. - любимый~ не здержывайся, стены не пропускают звуки~-сказал Хакуджи, и тут же услышал довольно громкий стон. Не выдержывая свое возбуждения, он перевернул Ренгоку на живот. Смазав пальцы смаской. Он предупредил. -расслабся.. или же будет больно! Кёджуро нак и заделал. Вошёл первый палец, и это вызвало у него громкий стон, чувства перемешивались, была боль и наслаждение. Пока он думал о своем, Аказа уже начал двигаться, ввёл второй палец и нечайно задел комок нервов, вызывая у Кёджуро очень громкий стон. Расстянув улыбку он начал уже массировать ту точку, выбивая новые, но такие же громкие стоны. Достаточно расстянув его он вынул пальцы и подставил головку члена к аналу. -хей Рен, я вхожу.- предупредил он. Ввошев на половину он сначала слышал болезненные стоны, но двигаясь, и входя до основания он начал слышать стоны наслаждения и удовольствия. Начиная потихоньку двигаться, он положил руку на член Кёджуро, и начал надрачивать. Спустя пару таких толчков Ренгоку кончил, а за ним и Аказа. - ах ты ж скотина, а теперь давай массаж, я же не хочу прийти домой таким!- возмутился Кёджуро. - переведёшь ко мене? Я живу один, поэтому, могу делать эти ебаные массажа хоть целый день!- предложил Сояма. - ч-что? Переехать к тебе? Нуу я согласен, давно от родаков хочу свалить. -ура! А теперь нужно убрать! -угу- ответил Ренгоку, и поцеловал того в лоб. Убрав все что они натворили, Аказа все таки здел массаж, и отпустил. Дома у Ренгоку - Мааам! Паааап! У меня новость!-крикнул к Кёджуро. -какая? Плохая или хорошая?- поинтересовались вместе отец и мать Ренгоку. - хорошая! Я переезжаю!- сказал гордо Кёджуро. - у тебя парень есть? А познакомишь? Как зовут? Сколько лет? Кем работает?- начала интересоваться Рука Ренгоку. -да появился, конечно, но немного позже, зовут его Хакуджи, ему 22 года.-ответил почти на все вопросы он, но мать это не смутило. Пока они говорили, отец принес сумку для Кёджуро. - удачной поездки! Нас обязательно познакомишь! И приходи к нам! Пока Кёджуро!- весело и с ноткой грусти ответил отец.