what a feeling

Обычно тем, кто предлагал подобные шалости, был Хенджин. Но, почему-то, в этот определенный момент именно у Феликса проснулось желание навести суеты. Может, он просто был взволнован перед завтрашней фотосессией, или это был непривычный прилив энергии после недолгого сна - в любом случае, с губ так и норовили сорваться небольшие смешки, от того как глупо это было. На улице довольно прохладно, и Феликс сильнее прячет пальцы за рукавами свитера. Солнце еще не встало, к восходу они должны успеть. Парень воровато оглядывается по сторонам, прежде чем совсем не подозрительно подбежать к соседнему дому, заглядывая в окна. Заходя внутрь, он думает, что услышит переговоры своих товарищей по группе, однако, кажется, они все таки уже легли спать. Но это было даже на руку - если ему удастся тихо пробраться, никто не заметит, что он тут был. Ступая в захламленную гостиную(дэммм ребята приберитесь), Феликс не может не вздохнуть, заметив нужную ему тушку на диване. Видимо, кое-кто опять решил, что здоровый сон для слабаков. Ну, не то чтобы Феликс мог говорить подобное на данный момент. Он и сам пропустил пару часов сна. Парень подходит к дивану настолько бесшумно, насколько мог, что было немного проблематично(спасибо вещам на полу), но в конце концов он оказался в месте назначения. - Хенджина-аа, - Феликс шепотом тянет чужое имя, тянется рукой, чтобы убрать прядку с чужого лица. Блондин во сне чуть хмурится и поджимает губы, и, похоже, это занимает всего несколько прикосновений, чтобы разбудить его. - Мм? - его голос ниже обычного. Сердце Феликса слегка трепетает от вида перед ним. Хенджин зевает, трет глаза, и когда он наконец открывает их, то встречается с насмешливым взглядом. Его губы сами растягиваются в улыбку. - Феликс. - Хенджина, собирайся, - Хенджин непонятливо хлопает ресницами, прежде чем сесть и вновь зевнуть. Он порывается спросить, но Феликс начинает говорить быстрее. - Мы сбегаем. -Сбегаем? От кого? - Феликс может видеть, как крутятся шестеренки в его голове, и едва сдерживает хихиканье. Он берет чужую руку, чтобы заверить, и подмигивает с ухмылкой на лице. Они убеждаются, что взяли с собой ключи и телефоны - все таки, пусть они и сбегают, но заставлять друзей волноваться они не хотели. Феликс говорит Хенджину одеться потеплее и сам берет чью-то куртку, чтобы накинуть на себя(их одежда уже давным давно перемешалась между собой. Кто знает, может это даже была его куртка). Когда они оказываются на улице и проходят пару метров в неизвестном направлении, Хенджин снова заговаривает. -Так куда мы, собственно, направляемся? - он чуть сжимает чужую руку в своей, шагая следом за старшим. Феликс легкомысленно пожимает плечами. В его глазах так и пляшут чертики, и Хенджин может сказать наверняка, что он точно что-то задумал. -Помнится, тебе понравился тот пляж в прошлый раз. Почему бы нам не прогуляться до него? Хенджин фыркает. -Обязательно было будить меня для этого? - парень показательно дуется, однако они оба знают знают - Хенджин не может на него злиться. -Прости-и, Хени, но так ведь гораздо интереснее, - Феликс даже не пытался выглядеть виноватым, и Хенджин почти ценил эту честность. Почти. По дороге мимо проехала пара машин. Стояла на удивление холодная для весны погода; по позвоночнику бегают мурашки от шелеста листьев на деревьях, и небо еще достаточно темное, чтобы прохожие не стали всматриваться в их лица. Не то чтобы они встречали прохожих в любом случае. Феликс ведет его за собой, будто Хенджин сам не знал дорогу до этого места, но это было даже трогательно в какой-то степени. Возможно, спросонья он действительно бы забрел куда-нибудь не туда. Они осторожно спускаются по ступенькам, и Хенджин набирает полную грудь воздуха. У воды спокойно. Шуршание волн убаюкивает, и небо только-только начинает окрашиваться в золотой на горизонте. Феликс трет замерзший нос, затем поворачивается на своего спутника с улыбкой. -Удивительно, что в таком месте совсем нет людей, правда? Словно специально для нас оставили, - Хенджин фыркает на слова, но только крепче переплетает пальцы. Парни заходят чуть дальше по пляжу. Они аккуратно ступают по камешкам, и Феликс пару раз останавливается, чтобы взять понравившиеся и спрятать их в карман. Хенджин чуть тянет его за руку, останавливая, когда замечает, что солнце уже почти встало. -Феликс, смотри. И они смотрят. Феликс вздыхает, подходя чуть ближе к Хенджину. Он обвивает руками чужую талию, кладя голову на плечо, и другой парень только тихонько улыбается себе под нос, гладя брюнета по затылку. Феликс напевает какую-то песню, чуть покачивая Хенджина в своих руках, и он позволяет ему. Голова кажется удивительно легкой и пустой. Так было всегда, когда они оставались вдвоем: оставалось лишь чувство спокойствия и чего-то родного. Хенджин чуть отстраняется, заглядывая в чужое веснушчатое лицо. -Чего напеваешь? Феликс улыбается ему своей привычной солнечной улыбкой, от которой у него что-то трепещет в груди. -Да так, ничего. Твои песни в любом случае лучше. Хенджин смеется. -Подлиза. Его губы на вкус такие же, какими он их запомнил. В конце концов, не сложно запомнить, когда твой возлюбленный так обожает прикосновения. Хенджин обхватывает чужое лицо своими ладонями, отстраняется и заглядывает в глаза. Феликс опять напевает свою песенку и хихикает, когда его щеки начинают осыпать поцелуями. В таком случае, солнцем стоит называть Хенджина. (а вы думаете почему у Феликса столько веснушек? ) Когда они возвращаются, обнаруживается, что они ничего не пропустили. Мемберы в обоих домах спят как ни в чем не бывало, так что только камешки в карманах у Феликса хранят их маленькую тайну. Феликс целует его в последний раз - перед сном - и они расходятся по своим комнатам. Возможно, стоило сбегать почаще.