Неделимые

Эта часть будет полностью полностью посвящена наследникам и развитию их отношений. Но конечно же не забуду рассказать и о правителях, коснусь немного жизненных вопросов наших провинций. Вообщем всего по немногу. Напоминаю: * обозначаю мысли и действия до. Надеюсь это вам понятно. ***** Пока правители искали документы, в которых был хоть какой-то намек на «Центральную провинцию», лекарей и всё что с ними было связано, наши дорогие наследники начали свои наступательные действия. ***** Со встречи с омегами в доме Вайхо прошло несколько дней. Как бы не хотелось альфам ближе познакомиться с омегами, им пришлось смириться с тем, что их наказание ещё не закончилось. О-папа был непреклонен и впервые, пожалуй, так ратовал за наказание своих сыновей. Чон Холь рассказал омеге о том, что Вайхо смог спасти детей Намджуна, чем вызвал поток радостных слёз. Холь и Вайхо познакомили омег и Джин остался очень доволен наследными омегами. Он даже супругу предложил помочь наследникам встретится и познакомиться поближе, на что Холь возмутился так натурально и естественно, что даже его пытливый муж не распознал фальши. Вайхо уговорил правителей не торопиться, а сам всё решил взвалить на себя. Оставляя честь правителей чистой, он предложил свои сватовские услуги. О-правитель был доволен. Они не нарушают традиций, а дети познакомятся как бы случайно, а значит есть шанс на соединение судеб ещё до праздника совершеннолетия альф и омег. Тем более Холь прозрачно так намекнул, что альфы наследники уже одним глазком имели честь лицезреть омег, и что это было о-очень пристойно. Не стал тревожить правитель супруга рассказами о том, что при первой встрече омеги были испуганы до обморока и что ни о каких там любезностях и речи не было. А так как сами альфы помалкивали о том, что видели омег, то и правитель мило промолчал, надеясь что ему не открутит голову дражайший супруг, узнав о сговоре правителей и лекаря. Чон Холь надеялся на то, что его наследники альфы и наследники омеги окажутся всё-таки истинными, и тогда и Джину не придётся рассказывать маленький секрет альф. А если всё же не окажутся истинными, то хотя бы со стороны альф, уже есть чувства, а это уже многое значит. То, что детей поженят в любом случае, правители уже решили, а раз альфам понравились омеги, значит они сделают всё возможное для их счастья. Холь уговорил Джина не приставать к омегам, которым и так было нелегко в чужом доме, хотя бы до их совершеннолетия. Омега согласился, да ему и так хватало забот по подготовке к празднику и поэтому о-правитель с головой ушёл в подготовку к торжеству, чем развязал руки супругу, который на пару с лекарем перерывал библиотеки в поисках каких-либо документов. Наследники же с большим рвением окунулись в получение знаний, чем несказанно радовали родителей и наставников. В их головах больше не было мыслей о «Весёлом доме» и о их обитателях, вернее о жильцах-то были, но это были мысли о наследниках омегах, которых им так хотелось ещё раз увидеть, а ещё лучше — поговорить. Получив разрешение о начале ухаживаний, альфы не кинулись сразу же покорять милых омег. Они поняли, что должны вести себя правильно. И первым пунктом решили честно провести назначенное время за учебой и тренировками, чтобы потом с чистой душой перейти на следующий этап. Днём-то альфам было некогда даже вздохнуть. Перерывы делались только на принятие пищи и сон. Хотя со сном была проблема… Чем длительнее становился разрыв во времени, тем меньше спалось наследникам. ***** Чонгук и Тэхён. Чонгук лежал на кровати в своей комнате и глядел в потолок. Глубокая ночь, а сон не шел. Тело уже не просто ныло от тренировок, которыми альфа пытался себя изнурить, оно настойчиво требовало отдыха. Только физическое выматывание спасало ненадолго и отправляло в сон. Альфа даже на стене листок с числами повесил и зачёркивал каждый прошедший без милого омеги день. Дав слово до праздника не встречаться с Тэхёном, альфа уже сто раз пожалел об этом, но нарушить слово не мог и не имел право. Что потом скажет о нём его избранник, что слаб духом и телом? Нет уж. Он альфа и он докажет, что крепок душой и своими намерениями чист перед омегой. А то, что его тело ноет и руки замучились пар выпускать (хотя свои ласки не помогали), про это никто не узнает. Кроме конечно брата, который так же как и он страдает и несдержанно стонет при принятии ванны. Это их маленький секрет, над которым они не смеются и не подкалывают друг друга, а лишь сочувственно хлопают по плечу со словами: ещё немного брат и всё будет хорошо. Осталось несколько дней до церемонии, а альфа совсем извёл себя мечтами. Гонял до бессилия себя на полигоне, думал что сможет ненадолго уснуть, но вот уже глубокая ночь, а сна нет как нет. Чонгук извертелся на мягкой кровати. Из соседней спальни доносилось ровное дыхание брата, который спал и альфа завидовал выдержки брата, который оказался крепче его. (Чонгук и не подозревал, что Юнги просто притворялся спящим. Он как и брат совершенно не понимал куда девался сон. Но жаловаться брату, который и так еле держится, альфа не будет. Выспится потом, когда наконец-то состоится свадьба и его сердце успокоится от близости омеги. Сейчас же нужно сделать вид, что он спит, так будет лучше). Чонгук всё же провалился в спасительный сон, когда на горизонте заалела полоска от встающего солнца. Только сон его был беспокойный и тревожный. * Чонгуку снился сад, в котором он встретился с омегой. Аромат цветов не мог заглушить сладкий запах проснувшейся сущности омеги. Альфа был в восторге от сладости, которая таяла на губах и проникала в каждую клеточку его тела. Омега был ласков и совсем не против его ухаживаний. Он позволил обнять себя и тянулся к альфе как цветок тянется к солнышку. А что Чонгук… Чонгук был счастлив, возбуждён и настойчив. Он прижимал к себе хрупкое тело и лепетал: — Милый… такой сладкий. Можно я тебя поцелую, сил больше нет терпеть. — Любимый мой, — улыбался лилово-волосый омега, — Как я тебя люблю… Поцелуй меня, — протянул свои руки Тэхён. Чонгук обнял омегу и прильнул к губам. Такие желанные. Такие сладкие. Возбуждение накрыло с головой альфу и он так желал омегу, что всё его тело полыхало от страсти. Альфа просто взвыл от желания и простонал: господи, как я хочу тебя! — Я тоже хочу тебя, — пролепетал омега. Но внезапно взгляд Тэхёна изменился. Он начал отталкивать юношу, откинул руки альфы, намереваясь отступить как можно дальше. Но Чонгук не привык отступать и сдаваться. Он попытался силой притянуть дорогого омегу к себе, но тот, уже со злым лицом, отбивался от альфы.* Образ омеги начал растекаться и пропадать в тумане, который неизвестно откуда появился, и сквозь плотную пелену начали проступать звуки… — Господин, господин… — наконец альфа услышал голос слуги. Чонгук открыл глаза. Непонимание было несколько секунд и он удивлённо смотрел на тело, что лежало придавленное им к кровати. Куда делся Тэхён?! И почему у омеги лицо его слуги?! А потом до альфы дошло. На кровати, прямо под телом Чонгука лежал слуга, которого он крепко держал за руки и прижимался своим возбуждением к перепуганному до усрачки бете, который от пережитого страха не мог даже пошевелиться и только испуганно лепетал: господин… господин… Чонгук резко оттолкнулся от слуги и уселся на кровать, слуга кубарем скатился на пол, но видимо страх был сильнее его возможностей и на время лишил сил. Бета так и не смог встать, а лишь сидел и ждал что будет дальше. А альфа ещё не до конца осознавая, что омега ему лишь приснился, крутил головой. — Где Тэхён? Я спрашиваю, куда делся мой муж?! — Здесь никого нет господин, — слуга всё же смог подняться с пола и уже стоял около кровати дрожа всем телом, боясь даже взглянуть на альфу. Ещё бы. Как тут не испугаешься, ведь его только что чуть не изнасиловали. — Получается это только сон, вот черт… — пробормотал Чонгук с сожалением. Затем перевёл взгляд на слугу, который уже почти пришёл в себя. — Ты как? Я не сильно тебя помял? — Нет, нет, что вы господин. Со мной всё в порядке. — Извини, это все приближение гона делает из меня самца, — Альфа встал с кровати и похлопал он слугу по плечу, — Набери ванну, мыться пойду. Слуга оторопел. Наследник был дерзким, своенравным, но не причинял своим слугам боли. Правда извинялся он, на памяти слуги, очень редко. А тут извинение, да такое искреннее. Слуга побежал в ванную комнату, он понял что наследник действительно превращается в мужчину, который понимает последствия поступков и находит в себе мужество принести за действия извинения. Слуга решил об этом рассказать правителю. Слуги никогда не доносили на наследников родителям, да и родители не заставляли их следить за сыновьями и рассказывать о каждом их шаге. Но сегодняшнее поведение наследника было достойно того, чтобы отец порадовался за взросление сына. Гук принял ванну. Опять напряжение пришлось снимать с именем любимого на устах. Как это достало! Оделся, позавтракал и решительно направился в «Счастливый дом». Нужно было найти Вайхо. Сегодня и так были запланированы тренировки на лошадях, брата уже альфа не наблюдал, видимо он уже там. Что же, решил альфа, потренируемся и попробую поговорить с Вайхо. Может он уже позволит войти в свой дом. А там Чонгук попробует увидеть Тэхёна. Хотя бы одним глазком. Хотя бы издали. Ведь он слышал разговоры слуг о том, что омеги пришли в себя и немного познакомились с обитателями дома. А вдруг повезёт. Вот тут-то пригодятся уроки по этикету, которые давал своим сыновьям о-правитель. Ведь родитель много рассказывал о том, как вести себя с омегами и как завоевать милое сердечко. Тренировки проходят спокойно. Братья внимательно слушают своих наставников и выполняют каждое упражнение на отлично. Вроде уже всему научены и можно не напрягаться, но в головах альф что-то перемкнуло и они совсем по другому стали смотреть и на занятия и на всё то, чему их учили. Оказывается умение держаться в седле нужно не для того, чтобы своей статью и выправкой рисоваться перед слабым полом и получать поощрения, в виде слов, от родителей и наставников. Навыки выездки, это лишь цель показать своё искусство верховой езды, лишь демонстрация мастерства. Вольтижировка лишь служит для отработки равновесия и координации. А трюки, которые они освоили, производят впечатление на всех и нужны для демонстрации ловкости, контролю над телом, умению взаимодействовать с животным. Умение сочетать всё — вот главное, что должны были усвоить наследники за годы тренировок. Осознание этого пришло к альфам сейчас и их сердца наполнены не только гордостью за то, что они великолепные наездники и умелые воины. Они горды тем, что отец наконец-то сказал, что они достойны быть правителями своих провинций. Чон Холь всегда радовался успехам наследников и никогда не скрывал того, что готов отделить часть провинций для своих сыновей, это ведь было как само разумеющееся, но именно теперь альфы поняли смысл слов отца. Правитель признал сыновей равными себе, это настоящая награда родителя, который уверен в своих наследниках. Да и по отношению омег у альф изменились взгляды. Им даже было стыдно за своё поведение, о чём они нашли смелость признать перед родителями. Слова вызвали слёзы у о-папы и крепкие объятья у а-родителя. Родители не стали говорить, что они предупреждали сыновей о том, что те будут сожалеть о своих поступках. Не перечислили сколько раз вызвали гнев и недовольство у Джина, да и у Холя. Правители просто обняли сыновей и пожелали им быть честными, любящими и верными супругами, а также справедливыми, умными правителями своих территорий. Эти слова были самыми правильными. После тренировки Юнги куда-то незаметно исчез. Чонгук же на это не обратил внимание, у альфы была цель. И как говориться: вижу цель — не вижу препятствий… Альфа перешёл с тренировочной площадки на центральный двор дома Вайхо. Сегодня наследник соблюдает все правила входа в дом. Чонгук был уверен, что Вайхо дома. В данный момент было далеко за полдень, а бета в последнее время много времени проводил в доме. Поднявшись на широкое крыльцо, альфа задержался прежде чем взяться за дверное кольцо и ударить по металлической пластине. Звонкий удар металла известил жителей дома о пришедшем госте. Спустя несколько секунд дверь распахнулась и возник слуга. — Добрый день, господин наследник. По какому вопросы прибыли? — Добрый день Син. Доложи своему господину обо мне. Скажи, что я прошу его принять по неотложному делу. — Подождите в холле, господин наследник, — слуга отступил вовнутрь, пропуская Чонгука, — Присядьте на диван. Чай, лимонад или просто воды, не желаете? — Спасибо Син, мне ничего не нужно. — Тогда я вас покину, — слуга поклонился и направился к лестнице ведущей на этажи дома. Прошли томительные, несколько минут. Альфа терпеливо ждал хозяина дома. Он надеялся, что лекарь не откажется с ним поговорить, но чем дольше ждал, тем больше нервничал. Вайхо появился через несколько минут. Он широко улыбался, спускаясь по лестнице и у альфы на душе стало легче. — Здравствуй дорогой, что привело тебя в такое время в мой дом. Неужели соскучился по моему обществу? Или же пришёл не ко мне, а? — он хитро прищурился, — Говори, я тебя внимательно слушаю. Чонгук почувствовал как его спина покрылась липким потом. Он сглотнул вязкую слюну, но не смотря на волнение альфа решил идти до конца. — Не думай Вайхо, что я решил появиться у тебя с целью весело провести время. Это не так. Я совсем по другой причине решился побеспокоить тебя и прошу, выслушай, а потом уж отказывай. — Заинтриговал. Что могло такого произойти, что сам Чонгук отказывается от веселья? — Издеваешься, да?! Смешно тебе? А вот мне совсем не до смеха. А случилось… твои гости случились. Вернее один гость… Тэхён его зовут. И хватит вот же, — психанул альфа, видя, что Вайхо довольно улыбается. — Я понимаю, что нарушаю правила, но больше нет сил. Прошу, представь меня Тэхёну. Ты же знаешь, сам я не могу с ним знакомиться. (Одно из правил ухаживания: альфу должен представлять взрослый человек, иначе общаться нельзя будет, а тот кто представлял являлся гарантом безопасности омеги. Представитель был своего рода свахой. Через него молодые люди узнавали о друг друге, если это им было интересно. Если омега откажется знакомиться, то альфе ничего уже не светило с ней или с ним.) Чонгук очень переживал, а что если Тэхён не станет с ним знакомиться. Он даже боялся об этом думать. — Значит решил нарушить правило и меня ещё в это втянуть. Чонгук, ты понимаешь последствия своего поступка? Так могут знакомиться лишь те, кто почувствовал друг друга, а вы виделись совсем короткое время, да и омеги не могли в тот вечер адекватно рассуждать. Ты не думал о том, что Тэхён уже мог встретить кого-то, например у себя в провинции и твои ухаживания ему не нужны. — Поэтому и прошу тебя быть переговорщиком. При тебе представлюсь и при тебе всё и решится. Если омега не захочет со мной общаться, я уйду. Даю слово, больше не потревожу. А если даст добро на ухаживания, клянусь, не пожалеешь и я сделаю всё, чтобы и Тэхён не пожалел. Только одно скажу. Мне хватило несколько секунд, чтобы понять, что рядом с собой я кроме Тэхёна не вижу. И даже больше скажу — безумно боюсь отказа. Ты даже не представляешь как я боюсь отказа. Вайхо смотрел в глаза наследнику и видел его открытость. Чувствовал правду и чистоту намерений. — Хорошо, Чонгук. Я проведу тебя в сад. Тэхён там отдыхает с омегами. Знаешь, этот юноша обладает удивительным качеством, он мгновенно располагает к себе любого, кто только появляется в его окружении. Мои слуги и жильцы только и говорят о Тэхёне и Чимине. Но всё же омеги до конца не смогли оправиться от того, что произошло в их провинции и всё ещё боятся оставаться наедине с альфами. — Вайхо вдруг поежился. Чонгук при упоминании альф напрягся и по скулам забегали желваки, а руки непроизвольно сжались в кулаки. — Ты чего это удумал, а? — возмутился лекарь, — Я говорю о тех альфах, что мои слуги и жители. Да они на омег лишний раз даже не глядят, сами шарахаются как чумные, понимают, что омегам сейчас сложно общаться с чужаками. И мысли свои дурные выбрось из головы. Тебе ясно?! Наследники только только начали спокойно воспринимать тот факт, что им ничего не грозит, а ты тут развонялся! Держать себя в руках не можешь, а туда же — познакомь! Иди домой. Ни с кем я тебя знакомить не буду! Вайхо возмущённо взмахнул рукой, указывая на дверь Чонгуку. Но уйти не смог. Альфа вцепился в его руку. — Ну прости. Не уходи, Вайхо… Пожалуйста. Я… я не понимаю почему так среагировал. Прости. Пожалуйста, отведи к Тэхёну. Я тебя прошу… Лекарь даже немного растерялся. Таким наследника он ещё не видел. Разным видел: пьяным, весёлым, с разбитым носом и синяками, но с такими глазами, в которых стояли слёзы — ни разу. Вайхо вздохнул: — Идём, горе луковое. Свалились же на мою голову влюблённые… — ворчал бета начиная шагать по лестнице ведущей на жилые этажи, — Сначала один нервы вымотал, подавай ему кнопочку… теперь этот… — Чего замер? — оглянулся Вайхо, поняв что за ним никто не идёт, — Я за тебя представляться буду?! Сначала приходит, требует познакомиться, а потом стоит столбом. Вот что за альфы такие пошли, а? Вот в моё время были альфы, а эти… ни рыба, ни мясо! Идя за Вайхо Чонгук всё больше и больше волновался и когда дошли до цели его уже просто трясло. В сад можно было попасть несколькими путями. Вайхо специально повёл Чонгука так, чтобы наследник немного собрался с мыслями и успокоился. Ещё одна причина была для такого небольшого путешествия: немного ранее Вайхо уже привёл такого же горемыку к Чимину. Пока альфам не стоило пересекаться, ведь омеги не должны встречаться с альфами накануне праздника совершеннолетия. Пусть оба будут некоторое время в неведении. Хотя… Зная крепкую связь между наследниками, они не смогут утаить от друг друга факт знакомства. Но пусть лучше сами всё друг-другу расскажут. Так сказать, снимут часть вины с Вайхо. Ведь по сути, это они нарушают правила, а Вайхо… А что Вайхо? Как может простой лекарь отказать наследным альфам? Вот хитрожопый лекарь! Прежде чем выйти в сад Вайхо остановился. Сохраняя серьёзный вид и кое-как удерживаясь от смеха, он ободряюще похлопал наследника по плечу: — Успокойся, друг мой, успокойся. Это просто омега, а ты просто альфа. Иди за мной и улыбайся. Сад Вайхо был великолепен. Лекарь обожал цветы и его коллекция постоянно пополнялась. Кроме цветов в саду было множество разных деревьев и кустарников. Чимин и Тэхён оценили красоту растений и цветов. Омеги постепенно приходили в себя, старания Вайхо и его друга Ки Хима, не прошли даром и уже через неделю омеги вышли из своей комнаты. Слугами к омегам приставили таких же молодых омег и бет, которые жили в этом большом доме. Не все выкупленные молодые люди покинули гостеприимные стены. Вайхо предоставлял крышу и защиту всем, кому было некуда идти. Лекарь не был святым и все жители города знали, что в его доме живут те омеги и альфы, которые скрашивали досуг желающих развлечься. Но бета никого не принуждал насильно, давал сделать выбор и надо сказать, ни разу не ошибся, когда предлагал жить в доме в том или ином качестве. Единственное требование для свободных от обязательств омег и альф было то, что они жили на определённом этаже и не общались с другими жителями города и жителями дома. Это всех устраивало. Чем меньше людей видело омег и альф, предоставляющих сладкие услуги, тем больше было шанса удачно их женить и выдать замуж. Этими услугами лекарь тоже занимался и ещё ни разу не было недовольных. Ограничения по посещению этажей было на руку всем. Правителя пострадавшей провинции необходимо было пока спрятать. Неизвестно были ли в городе люди, которые помогали кочевникам. Это предстояло выяснить. Слишком нагло и уверенно вели себя нападающие и это вызывало определенные мысли. Да и безопасность омег наследников тоже была необходимой мерой, и их появление в городе пока тоже афишировать не стоило. О том, что в доме Вайхо Чимина и Тэхёна лишние глаза не увидят, лекарь был уверен. Охрана у беты была серьёзная, осведомленность происходящего в городе была отменной. В дом просто так никто не войдёт, а вошедший не сможет попасть на те этажи, где живут жители дома, а уж на тот, где находятся апартаменты самого Вайхо и подавно. И не только охрана станет препятствием на пути нежелательного гостя. Сложная система замков, прочные двери из «мёртвой» древесины, тайные проходы и комнаты, всё это превратило дом лекаря в неприступную крепость. Но в городе об этом мало кто догадывался, слишком вычурным и разукрашенным был дом. В саду, куда пришли Вайхо и Чонгук, под яблоней в беседке расположились несколько омег. Они быстро подружились с Тэхёном. Нашлось много общих тем для разговоров. Как будто всю жизнь друг друга знали. Омеги смеялись над очередной рассказанной шуткой и не сразу заметили направляющегося к ним Вайхо и юношу. Только когда они оказались совсем рядом, омеги притихли. Хозяина, да и Чонгука они знали, но почему альфа оказался здесь, не понимали. Вайхо сделал знак рукой, чтобы омеги быстро удалились, оставив Тэхёна наедине с лекарем и наследником. Омегам объяснять ничего не пришлось, они сразу поняли, что наследникам необходимо пообщаться без лишних ушей. Но прежде чем они ушли, Вайхо представил им наследника. Нельзя было нарушить традиции и правила, да и пугать омегу нельзя. Поэтому лекарь улыбнулся, отвесил поклон и произнёс: — Дорогие мои, позвольте представить вам наследника " Северной провинции " Чон Чонгука. — А мы уже знакомы, — захихикали омеги. А когда Вайхо развернулся в сторону Тэхёна, омеги быстро удалились. Вайхо поклонился омеге, который сидел на скамье. — Уважаемый наследник «Южной провинции», позвольте познакомить вас с Чонгуком. — Вайхо чуть подтолкнул парня, у которого покраснели уши. Альфа вежливо поклонился и протянул руку. — Чон Чонгук. Наследник «Северной провинции».Я рад вас приветствовать в нашем городе. Разрешите ли вы пригласить вас на прогулку по этому прекрасному саду? Согласно этикету омега должен был ответить на приветствие и позволить себе пожать руку, но… Тэхен только смотрел своими огромными глазами и молчал. Не двигаясь сидел и молчал… У Чонгука сердце упало куда-то вниз, а в голове колотилось: «не захотел знакомиться, не захотел.» Ему захотелось провалиться под землю. Умереть, убежать. Собрав свои силы и волю кое-как в кулак, он грустно улыбнулся: — Вижу вы не рады нашему знакомству. Что же, не буду вам мешать. Извините…– развернулся и медленно начал отходить. — Куда же вы, наследник? Даже имени моего услышать не хотите? — раздался за спиной нежный голосок, — Извините, что сразу не ответил, вы неожиданно появились. Чонгук остановился и резко развернулся. Напротив его стоял омега и улыбался: — Меня зовут Тэхён, — протянул руку юноша. Гук схватил протянутую руку слишком поспешно и омега испуганно отступил, прижимая руки к груди. — Я… я напугал вас, извините, — бормотал растерявшийся Чонгук. Впервые он не знал, что говорить и как себя вести. Стоял и краснел. От толчка лекаря в спину, альфа немного собрался и произнес уверенно (промямлил): — Я бы хотел…хотел вас… с вами… — Не хотите прогуляться по саду? — Тэхён вопросительно посмотрел на растерявшего в конец смелость, альфу, — У господина Вайхо чудесный сад, но я еще не везде был и не всё посмотрел. На Чонгука смотреть было смешно, Вайхо еле сдерживал себя, чтобы не расхохотаться. Дерзкий, смелый юноша стоял и как глупое дитя разевал рот. Пришлось бете ещё раз ткнуть наследника в бок, но уже посильнее. Тычок опять привёл альфы в сознание и он как китайский болванчик, быстро-быстро закивал головой. — Да, да… конечно. — Альфа раскраснелся как барышня, вежливо подставил локоть омеге. — С большим удовольствием… Наследники медленно пошли по саду, а Вайхо стоял и довольно улыбался — начало положено. Знакомство состоялось, а дальше всё зависит от действий, такта, внимания альфы. Лекарь быстро покинул сад. Ему необходимо было сообщить о происшедшем правителям. Оказавшись за закрытыми дверьми бета не выдержал и рассмеялся, какие оказывается бывают забавные эти альфы… Посмеиваясь и что-то бормоча под нос, лекарь покинул дом и направился в сторону дома правителей. К Намджуну лекарь решил пойти позже, он знал, что в данный момент тот отдыхает. Чонгук шел по саду. Рядом, держась за локоть, шёл Тэхён. Омега не мог долго молчать и поэтому уже через несколько минут он расспрашивал своего спутника о людях в провинции, чем они занимаются, чем живут, какие здесь существуют обычаи. В общем разговор завязался. Альфа с удовольствием отвечал на вопросы, наблюдая за прекрасным юношей. Ему нравилось всё в нем и глаза, которые искрились и смех, который звенел как колокольчик, и как он морщит носик, на кончике которого находилась маленькая родинка. " — Господи, удержи меня. — молил Чонгук, стараясь долго не задерживать взгляд на губках омеги, в которые хотелось впиться поцелуем и целовать, целовать, целовать… — Нельзя. Если сейчас совершить ошибку, всё будет потеряно, — усмирял он внутреннего альфу, который рычал и готов был наброситься на омегу». Погуляв по саду, он проводил Тэхёна до входа в дом. Тэхён сослался на то, что у него есть дела, ушёл. Но на прощанье протянул руку и сказал: — До скорой встречи, Чонгук. Рад был познакомиться. Чонгук шёл домой пошатываясь, словно пьяный. Омега принял его ухаживания, подал руку. Он до сих пор ощущал теплую тонкую кожу. Ручка такая нежная, пальчики тонкие… расцеловал бы их… Тэхён зашел в дом. Облокотился на дверь. Ноги дрожали от напряжения, а сердце так бешено стучало, готовое выпрыгнуть наружу. Он влюбился с первого взгляда! Ещё тогда, в комнате, он успел поймать восхищенный взгляд альфы и хоть было страшно, омега почувствовал тепло и надежность исходящую от альфы. А позже гостеприимный хозяин немного рассказал о правителях и о наследниках. Тэхён уже тогда загорелся желанием познакомиться с юношей, да и отец о соседях всегда хорошо отзывался, а однажды даже кинул предположение, что было бы неплохо породниться с соседями. Омеги всерьёз слова отца не восприняли, да и молоды были в то время, но сейчас слова Намджуна всплыли в голове у омеги и он понял: совсем не против, если альфа попросит его руки у отца. Совсем не против. В данный момент омега понимал, что нужно идти в комнату, да и братика надо найти и рассказать о знакомстве. Да только ноги не держали омегу. — Ладно, постою немного и пойду. — решил юноша. Он стоял улыбаясь, а перед глазами стоял альфа: молодой, красивый, желанный. Руки такие большие, нежные… Мурашки опять поползли по коже. — Интересно, а как он целуется? — и покраснел от этой мысли. — Надо пойти рассказать и отцу про то, что он познакомился с Чонгуком. — Надеюсь отец будет не против знакомства, — прошептал омега и оттолкнувшись от двери, решительно зашагал по коридору. Юнги и Чимин. Чимин отказался идти в сад с омегами и братом. Сегодня он хотел порисовать. Хорошо хоть брат его понимает и не обижается. Чимин был спокойнее Тэхёна и любил тишину. Романтик, так отец говорил. Юноша сидел уже часа три на балконе и старательно накладывал мазок за мазком. Вид, открывавшийся с балкона на реку и лес за ней, был прекрасен. Тёмная вода реки переливалась под лучами солнца, словно огромный змей, усыпанный драгоценными камнями. Мощь воды не страшила, она приносила с собой спокойствие и прохладу. За рекой виднелись горы плотно покрытые зеленью, над головой висело небо: высокое, чистое, синее-синее, без единого облачка. Солнце стояло в самом зените и даже река уже не приносила спасительной прохлады, но омега не привык бросать начатое на пол дела и поэтому упорно писал начатую картину. Чимин устало потянулся, спина затекла. Голова немного стала болеть, наверное всё же придётся отложить до вечера рисование. Омега с сожалением посмотрел на небо. Хоть бы одно облако появилось. — Нельзя так долго сидеть на солнце, — раздался за спиной голос. Чимин обернулся и удивлённо замер. Перед ним стоял Вайхо, а за ним темноволосый юноша, который не отрывая взгляда смотрел на омегу. В его глазах было восхищение и еще что-то, чего омега понять не мог, но от взгляда мурашки побежали по спине и живот сладко потянуло вниз. — Дорогой мой Чимин, позвольте представить вас друг другу — Вайхо стоял и улыбался, — наследник «Северной провинции» Чон Юнги. Бета отошёл в сторону, давая пройти вперёд альфе. Тот отвесил лёгкий поклон не отрывая восхищённых глаз от омеги. — Юнги, — омега услышал бархатный баритон, от которого мурашки превратились в тараканов, и побежали уже по всему телу, вызывая неизвестные до сих пор, эмоции. — Чимин, — пропел омега и доверчиво вложил свою ладошку в руку альфы. И все… Тишина… Дыхание одно на двоих… Стук сердец в унисон и глаза в глаза: только двое и никого вокруг… — Ну что же, — засуетился Вайхо, — Я пожалуй пойду, а вы тут пообщайтесь. Но наследники его не услышали. Стояли держась за руки и тонули в своих чувствах. Первым в себя пришел Чимин, он смутился и с неохотой убрал руку из тёплой ладони альфы. Альфа видел смущение омеги и сразу же почувствовал как тот испугался за свои действия. Ведь касания не в браке, немного не правильны. Необходимо соблюдать правила, чтобы не компрометировать омегу. Поэтому альфа отпустил ручку омеги и перевёл взгляд на холст, который стоял на мольберте. — Это вы нарисовали? — голос альфы прозвучал хрипло, он откашлялся и шагнул к не полностью написанному пейзажу. — Красиво рисуете, у вас талант. — Отец тоже так говорит, — пролепетал Чимин покраснел, — А я просто люблю рисовать. Юнги смог собраться и перевёл взгляд на омегу. Уже увереннее себя чувствуя, спросил: — А чем вы еще интересуетесь? — Альфа с удовольствием разглядывал омегу, который был ниже его почти на голову и казался таким хрупким и неземным созданием в своих нежно розовых одеждах. Чтобы разговаривать с Юнги, омеге пришлось поднять голову и в глазах его отразилось голубое небо, щёчки предательски налились алым цветом, омега совсем растерял уверенность в своих силах. Ещё не перед одним альфой он не чувствовал себя таким маленьким и слабым, как перед Юнги, но это его не пугало. Странно… Это ему нравилось. От альфы не исходила опасность, он вселял надежность, защиту, спокойствие. Альфе хотелось доверять и открыться. Поэтому, откинув смущение, омега ответил: — люблю читать, танцевать, петь. — Хотелось бы посмотреть как вы танцуете, — Юнги не мог перестать улыбаться, слишком милым был омега. А от его слов он ещё больше смутился. Но даже в смущении Чимин старательно держался, чем вызвал ещё больший восторг у альфы. Настоящий наследник! — Не смущайте меня, — Чимин указал на диванчик, что стоял под зонтом, — Присядем, наследник, в ногах правды нет. И первым направился к спасительной мебели. Ноги омеги дрожали и отказывались держать родное тело в вертикальном положении. Он практически плюхнулся на мягкое сиденье. Похлопал по месту рядом с ним. — Присаживайтесь, о себе расскажите. Чем занимаетесь, что интересует. Кто такой альфа, чтобы отказаться от возможности оказаться близко к объекту своих мечтаний. В один шаг Юнги преодолел расстояние до дивана, сел, развернувшись в пол оборота и опять залип, глядя на омегу. Услышав смущённый хмык, встрепенулся. — Я… я люблю военное дело. Тренировки это по мне. Коней люблю… Чимин встрепенулся и его глаза загорелись восторгом: — Ой, я тоже коней люблю. Знаете, мы даже роды у кобылы принимать помогали, представляете? — И тут настроение у омеги резко изменилось. Губки задрожали и из глаз покатились слëзы. Чимин опять окунулся в осознание того, что то, что было дорого и любимо, сейчас разрушено. Отец чуть не погиб и у них пока, временно, нет возможности вернуться домой. От нахлынувших воспоминаний стало тяжело и горько. Юнги растерялся от слëз омеги не зная, что делать, просто притянул хрупкую фигурку к себе и крепко прижал к себе, осторожно поглаживая по спине. И вот уже омега рыдает уткнувшись в шею альфе. Боже… какое ощущение! Такого альфа ни разу не испытывал. Уверенность правильности, что омега в его руках ищет защиту. Радость от того, что он чувствует теплоту тела. Нежность накрыла с головой альфу и он бережно держал любимого в своих объятьях. Альфа окончательно убедился, что рядом с ним будет только Чимин, а если так случится и их разведёт судьба, то рядом не будет никого. Немного поплакал омега и осознал, что находится в довольно в интересном положении, его обнимает альфа, а ему самому не хочется избегать надёжных рук. Да и аромат, который исходил от альфы, так правильно и успокаивающе действовал, что хотелось находиться в таком положении всегда. Но и стыд опять накрыл омегу с головой. А что если их увидят, что тогда о них подумают?! Чимин оторвал голову от плеча и нехотя выпутался из рук альфы. — Извините, я вспомнил о доме и об отце, — слёзки еще катились из глаз и Юнги не удержался. Он бережно разместил руки на щёчках омеги и притянув к себе, поцеловал в краешки глаз, слизывая солёные капельки. — Успокойся, любовь моя, тебя больше никто не обидит. Я с тобой, — прошептал юноша. Чимин опешил от признаний. Он настойчиво начал отстраняться от рук обнимающих его. Юнги нехотя разжал руки. «Дурень, я напугал его. Он может сейчас уйти. Какой я дурень! — пролетело в голове альфы». Но Чимин не уходил. Только подхватился с диванчика и отошел немного на безопасное расстояние. Вытянул ручки вперёд, не разрешая подходить ближе альфе, который тоже уже был на ногах. — Вы сейчас наверно подумали обо мне плохо. Нельзя в первые же минуты знакомства обниматься с юношей. Зачем вы меня поцеловали? Я был так жалок, что дал вам повод думать о своей доступности? — Чимин огорченно шептал, готовый опять заплакать. — Что вы, что вы… — воскликнул Юнги, — Я ничего плохого не думаю о вас и никогда не подумаю. А если услышу, что кто-то говорит в вашу сторону хоть что-то плохое, я ему голову оторву! Можете верить мне или нет, но я влюбился с первой нашей встречи и намерен добиться вашей руки, чего бы мне этого не стоило! — Юнги стоял напротив с упрямым лицом, глаза сверкали решительностью. — За поцелуй извиняться не буду, — усмехнулся он, — Мне понравилось вас целовать. Кривить душой я не привык и за свои слова несу ответственность. И поверьте, мои намерения искренние и я буду вас добиваться, чего бы мне это не стоило и даже вашего отца не испугаюсь! Чимин хихикнул, прикрыв рот рукой. Слёзы высохли, да и уж очень смешно сейчас выглядел Юнги, взъерошенный как воробей, но… такой желанный… — Я попробую вам поверить. Но предупреждаю, держите свои руки и губы при себе! — вздернул носик Чимин, — Я ведь не только рисовать, петь и танцевать учился, дать сдачи тоже смогу. Ясно? — он поднес маленький кулачок к носу Юнги. Тот радостно закивал головой. Как бы сейчас он хотел поцеловать этого храброго омегу, а кулачок такой маленький… «Господи, удержи меня, я сейчас сорвусь». Подумал он. И знаете, что он сделал? Чмокнул этот маленький кулачок и тут же отскочил на расстояние вытянутой руки. Так, на всякий случай. Чимин от такой наглости ошалел. Он как петушок нахохлился и подняв руки, начал наступать на альфу. И вот уже по балкону бегают омега и альфа, смеясь… — Ах ты наглец! Я тебя предупреждал, а ты… Догоню, получишь! — возмущённо пищал омега носясь по балкону, за ловко отворачивающимся от его кулачков Юнги. Омега оказался прав, он был ловок и кулачок не один раз встретился со спиной альфы, правда удары не приносили боли, а лишь доставляли удовольствие. Устав от беготни юноши уселись на диванчик. От бега омега раскраснелся и стал ещё краше и желаннее. Волнистые пряди волос выбились из идеальной укладки и облачком окружили милое личико. Омега пытался придать серьёзность лицу, но у него плохо это выходило. Ему тоже до безумия понравился альфа, но всё-таки надо было держать лицо. — Ещё раз губы распустишь… — начал Чимин и опять погрозил кулачком. — Всё, всё… Сдаюсь, — Юнги поднял руки кверху, — На сегодня всё. Давай лучше пойдем, погуляем. Омега и альфа незаметно для себя перешли на ты. Им было легко и спокойно друг с другом. Омега только кивнул соглашаясь и доверчиво ухватился за локоть, который любезно подставил ему альфа. Юноши отправились в сад. Они не подозревали, что за ними наблюдал отец Чимина. Правитель давно стоял у окна, из которого открывался красивый вид на реку и горы. А ещё, ему видно было балкон, на которой рисовал Чимин. Альфа увидел заходящих Вайхо и Юнги и потихоньку приоткрыл окно. Он слышал представление, а потом внимательно и с удивлением смотрел на застывших перед друг другом юношей, которые держались за руки и молчали. Легкая улыбка тронула губы Намджуна, он понял, что наследники влюбились с первого взгляда. От этого стало тепло в груди, так легко и спокойно. Потом он тихонько смеясь, наблюдал как Чимин бегает за Юнги, стараясь наказать за поцелуй. Какие смешные. Какие счастливые. Когда юноши отправились гулять правитель с облегчением вздохнул, прикрыл окно и держась за бок направился к кровати. Раны еще сильно тревожили альфу. Он лег и спокойно уснул. ***** На сегодня всё. Спасибо за внимание к моей работе.