В их глазах видна лишь жажда

Лесная подстилка, ещё немного влажная после сезона дождей, мерно скрипела под подошвой. Листья, точно банные веники, хлестали бегущее в полумраке тело. Вьющие гнёзда птицы при приближении странного силуэта тотчас взмывали в воздух, оглашая переполох возмущённым чириканьем, но вскоре возвращались к своей обычной рутине. Только одно существо в густой чаще напрочь отбилось от обычного жизненного течения.

— Фх! Хах-нгрхм! — Тяжело дыша, мужчина что есть сил нёсся по лесу, огибая деревья с титаническим усилием. Ещё пара мгновений, и лёгкие бы выпали из его рта, но от этого, казалось, стало бы только легче. В глазах читался первобытный страх, когда истошные вопли далеко позади стихли, сменившись хрустом ветоши под ногами. Картина вокруг смешалась болотно-серым туманом, сердце отбивало каждое лишнее движение адской болью. Грязь, поглощая ступни по самые лодышки, с последними силами будто отдирала ещё и кожу. — О Боже! — Безумный взгляд красных глаз устремился в проблёскивающие редкие лучи. — Если ты есть, спаси, прошу! — Из чуть впалых, истощённых глазниц потекли слёзы отчаяния. Всего мгновение, и каким-то чудом он оказался вверх ногами. Щиколотку поразила быстрая, острая боль, а в ушах засвистели потоки воздуха. Ужасное чувство невесомости раскалило чувства ещё сильнее, по мере приближения к лицу земной подстилки. Инстинктивные крики, которые распугали всех птиц в округе, прервались глухим шлепком. Череп раскололся надвое, обнажая слегка пульсирующий мозг. Кровеносные сосуды в глазах извивались, точно змеи, тело, изломанное и искалеченное дрожало в конвульсиях. Клыкастая челюсть плотно сомкнулась. Кости, громко похрустывая, начали срастаться, игнорируя плоть вокруг, и мучительно разрезая. Глазное яблоко, точно макаронина, всосалось обратно, быстро оценивая ситуацию, насколько это возможно. Стоило ему понять, что он лежит в кустах, как из изрыгающей отбитые внутренности глотки вышел хрип облегчения. — «Вот же ублюдки!» — Зубы, кривые и желтоватые, заскрипели. — «Застали врасплох, проклятые охотники! Ну ничего, восстановлюсь здесь, и отплачу им той-же монетой!» Тихие голоса послышались откуда-то сверху. Демон задержал дыхание, и сразу же почувствовал, как свистят пробитые лёгкие. Терпя боль, он постарался прислушаться к спокойной болтовне. — Да я тебе гарантирую, Палач. Будь это в моей реальности, он давно бы уже откинул копыта. — Режущий слух звук заставил тварь вновь вздрогнуть от беспомощной ненависти. — Чёрт, я еле сдержал смех, когда это посмешище сигануло в пропасть. Надо будет обязательно сохранить это в памяти. Жаль, что кровушки мне так и не хватило. Здорово ты меня тогда покромсал. — Тише будь. — Шикнул «Палач». — Оно то всё понятно, но мы не в твоём, и не в моём мире. Эти гады на зубок, но живучие, как тараканы. Надо убедиться, а потом двинем дальше. — Да, да. — В голосе первого читалась досада. — Эй! Пернатые, что скажете? — Кар! Такой высотой даже простого демона не убить! — Мерзкий птичий гомон пробрался в голову. — Кар-р! Оставите в живых, и люди так и будут жить в страхе. Наверняка он спр-рятался где-то неподалёку. — Ву-ххуху! Палач, глаз мой не нарадуется! Интересно, а у меня птицы тоже говорить умели? — Может быть. Только вот нам что от тех, что от этих — пользы с гулькин нос.. — Кар-р… — ..Но не сказать, что нет вовсе. Теперь можно рубить выродков хоть днями напролёт — от взгляда этих воронов и камень перевёрнутый не улизнёт. Вега. — Прозвучал странный свист. — Где эта падаль прячется? — Местоположение цели отмечено на карте. Снова свист в воздухе, и позвоночник разломило надвое. Из глаз посыпались искры, но мучитель, спрыгнувший сверху, и не думал останавливаться. Взяв в охапку обе почти целых руки, он быстро, плавно потянул вверх, вытягивая из брюха все внутренности, оставляя их болтаться вместе с окончательно потерянными ногами. Раскрыв зубастую пасть в попытке закричать, чудище потеряло нижнюю челюсть, даже быстрее, чем вернуло обратно. Язык ненадолго повис безвольно на горле, но тоже быстро покинул своё законное место. Перевернув полуживого демона в руках, Палач ухватился за пазы между рёбрами, с звучным треском разломив тушку пополам. Точно пустая скорлупа, останки упали на землю, истекая кровью, и мелкие красные молнии побежали по земле, устремляясь к грудной пластине костюма. Чувствуя покалывание по всему телу, воин закрыл в умиротворении глаза, а когда чистые страдания покинули душу, он, посмотрев на напарника, подал большим пальцем сигнал. V1, не мешкаясь ни секунды, размозжил металлической стопой череп. Останки тут-же стлели, не оставив и капли крови после. — Ну вот! — Довольно потянулся киборг, сощурившись. — Здоров, как бык! Вот только проку от этих дохликов никакого. — Задумавшись, V1 тут же загрустил. — Те из порталов посочнее были что-ли. — Поверь, то, что их пока нет, для нас даже лучше. — Палач небрежно стряхнул с пальцев золу, пару раз хлопнув в ладоши. — Если прорыв произойдёт достаточно далеко — времени, за которое мы доберёмся, хватит на появление непоправимых метаморфоз. — Честно, мне не понять твоей боязни немного запачкаться. — Пожал плечами V1. — Можно подумать, что после нашего ухода всё не станет хуже. Если уж мы вдвоём не справимся, то что до этого? Он даже на охоту с нами отказался идти, недоделка зазнавшаяся! — Я и не ожидал, что ты поймешь. Но мне надоело смотреть, как миры, принявшие меня, бесповоротно превращаются в руины. И в этот раз я хочу хотя-бы отвернуться.

***

Глубокий вдох наполнил подростковые лёгкие. Шаг вперёд, что сопровожился длинным замахом вбок, и свистящий выдох с быстрым разрезом, когда места для кислорода больше не осталось. Липкие красные локоны скользили по украшенному шрамом лицу, погружённому в глубокие раздумия. В конце концов, чувство вины за свои действия так и не отпустило его, с того самого момента, как он на грубой ноте распрощался с двумя охотниками. Голод по демонической крови не утихал, но с момента прощания обходился лишь неприятным урчанием в брюхе. И этого хватало, чтобы вновь забыть про посещение сестры. — Давно вы тут не появлялись… — Голос старика с противоположной части дома вывел парня из раздумий. — Не стойте в проходе, я уже приготовил чай. — Дверь захлопнулась, заставив парня рывком отправиться внутрь. — Здравствуйте, Палач-сан! Прошу, простите меня! — Чуть не выломав дверь простым толчком внутрь, Танджиро прямо на пороге поклонился. — Признаю, я был неправ! — Хо-хо, Палач? — Окликнулся мужской голос. — Урокодаки, чем заработал подобное отношение? — Нет-нет. Похоже, что это тебя с кем-то перепутали, Хаганезука. — Пристальный взгляд старика вперился в растерянного юношу, требуя сесть напротив. — Какой ты крепкий малый. — Усмехнулся мужчина, поправляя маску Хёттоко. — Хотелось бы подождать и остальных, но мне уже не терпится начать. — Лёгкий мандраж пробежал по телу незнакомца. — Ради этих трёх экземпляров горбатился как проклятый, ха-ха… Ну теперь я точно заслужил перерыва. Один из свёртков был бережно поднят мужчиной с пола и торжественно вручен подростку. Комната утонула в тишине, нарушаемой только шуршанием снимаемых бинтов с презента. Губы Камадо сжались в тонкую нитку, веки слегка дёргались. Это не было похоже на катану. Узкий к гарде клинок постепенно расширялся, становясь к концу похожим на тесак для мяса. Лезвие неровное, с выступами, что напоминали клыки дикого зверя, сам клинок был усеян маленькими лунками от ударов молота. От края до режущей кромки металл из простого зеркально-отполированного серого становился смольно-чёрным. — Так вот о чём говорил гонец… — С благоговением выдохнул Урокодаки. — Хотару, ты действительно постарался на славу. — Меч оказался слишком большим, чтобы алой руды хватило на выковку. — Дыхание кузнеца было прерывисто во время рассказа, казалось, что он и сам был зачарован своим творением. — Поэтому металл из неё я выковал в струну, которую нанёс вдоль всей бритвы. Вся сила солнца заключена на самом кончике клинка. Камадо обхватил обеими руками длинную рукоять. Меч был слишком плохо сбалансирован для двуручного оружия, и вторая рука скорее всего должна нести вспомогательную функцию. Вероятно, что обычный человек не смог бы даже выставить его перед собой на изготовку, не повредив в предплечье сухожилия. Комнату охватило красное свечение. Следуя от гарды наверх, волна будто накаляла остриё, заставляя светиться алым. Злобные вибрации, будто от вырывающегося зверя, от руки направились к сердцу. Секундная задержка, и гул от металла постепенно утих. — Невероятно… — Только и смог сказать восторженный ребёнок. — Я надеюсь, что этот меч убьёт сотни демонов, что послужит настолько же хорошо, насколько я вложил в него свою душу. — Произнёс кузнец с ноткой фанатизма в голосе. — Его единственное предназначение — рубить демонов, пока хозяин не сгинет с этого света. — Вены на руках взбухли, кулаки, наполненные яростью и рвением с хрустом сомкнулись, но хватка почти сразу ослабла. — Хотел бы я посмотреть и на этих двоих. — Хаганезука медленно кивнул в сторону ещё двух свёртков, ожидающих своего часа. — .но время поджимает, да и я чертовски устал. Не прощаюсь. — Махнув рукой напоследок, мужчина тихо закрыл за собой дверь, ведущую в залитую светом горную вершину. Тёмный силуэт его сначала размылся, а после и вовсе исчез в солнечных лучах. Близился закат. Новое орудие переливалось в оранжевых лучах, всё больше напоминая волну пламени. Взмахи давались тяжело, а во время остановки меча локти начинали похрустывать. Выпад рассёк воздух с глухим звуком. Упор в землю согнутой под прямым углом ногой, разворот клинка, ещё один разрез. Шипящий выдох, и оружие окутала настоящая буря. Водяные вихри заплясали по поверхности меча, каждый не скрытый блик металла отражал подобную морской пену, а очередной взмах оставил в воздухе маленькие чёрные тучи, что сверкали изнутри. Лицо оросило сотней мельчайших прохладных капель, а облака, пустив пару быстрых разрядов, заставили волосы на мальчишеской голове зашевелиться. — Вижу, что новое оружие тебе по душе, малец. — Тяжёлая, подобно медвежьей, ладонь упала на плечо. — Палач-сан! Прошу, простите меня! — Знакомые ощущения, лёгкая тревога и восхищение перед этим человеком он не спутает никогда. Отбросив все дела в мгновение ока, он убрал меч за пояс и поклонился. — Полегче. Я простил тебя, пока был на пикнике с нашим боевым товарищем. — Похлопав по голове парня, усмехнулся великан. — Полагаю, что если понял свои ошибки, недоверия между нами больше не будет? — Точно никакого! Прошу, научите меня быть сильным, как вы! — Продолжая отвешивать головой поклоны, вопил Камадо. — Жизнь вам свою доверю, да хоть в лепёшку разобьюсь! — Твой настрой радует. Думаю, что теперь мы с жестянкой сможем брать тебя с собой на задания, раз уж ты готов отправиться в пекло. — Лениво потянувшись, морпех хлопнул себя пару раз по животу. — Но для начала посидим все вместе за чаем. А то запах тухлятины у носа уж больно приелся. Да и V1 ждёт уже. — С радостью!

***

Утро наступило спонтанно. Радость от встречи знакомых лиц, удовольствие от хороших угощений, лёгкая зависть жестянке, что получила оба меча — воспоминания прошлого дня остались туманными образами в голове. Радость битвы, жажда новой крови — лишь эти вещи были постоянны. Палач открыл сонные глаза. На улице всё ещё стоял утренний полумрак, влажный холодный воздух бодрящими потоками врывался через окно. Матрас по соседству уже пустовал, и его владелец скорее всего разминается с новыми игрушками где-то у подножья. Стараясь заглушить скрип половиц хоть немного, Разрушитель медленно поднялся на ноги. Взяв снятый перед сном шлем он тихо, насколько мог, вышел на улицу, сделав пару пробных вдохов. Пахло лесом. Почти так-же по-лесному, как и в отделе с освежителями воздуха в супермаркетах. Обычно в такие моменты люди-жаворонки садятся на крыльцо, о чём-то глубоко задумываясь. Но Палач никогда не задумывался о чём-то, что не касалось геноцида демонических отродий. А об этом даже задумываться было не нужно. Наследник наконец готов, и теперь он постепенно передаст ему свою силу. Будет вести шаг за шагом, убережёт от тех ошибок, что сделал когда-то сам. Создаст того, кто сможет в одиночку держать опасный рубеж. И после этого направится на родину, чтобы закончить начатое. Несмотря на весёлый щебет птиц, на приятный шелест тёмно-зелёной, бывалой листвы, в сердце охотника поселилась тревога. Вся гора была будто под звукоизолирующим куполом, и чего-то явно не хватало. Осознание пришло внезапно, и по лицу расплылась улыбка облегчения. Действительно, шума рессор не было слышно с прошлого вечера, но это явно не было поводом для беспокойства. Кто знает, может прямо сейчас железный сидит где-то в засаде, надеясь снова напиться кровушкой до отвала? Всё-же людская еда, как он ни старался сделать вид, привлекала его не так сильно. А может, вспомнив о том, что они вдвоём на горе когда-то учудили, поникший возвращается пешком обратно, придумывая уговоры кинуть мальца и отправиться на задания, возможно даже в другой город. Только одна вещь так и продолжала доставлять груди дискомфорт. — Ну нет. — Произнёс Палач своим мыслям. — Все наши планы, мой план. Он не мог просто взять и. — Не договорив, он быстрым шагом направился в хижину. Пару раз хлопнув дверью, чуть их не выбив, он оказался в комнате. Кровать соседа выглядела так, будто на неё и не ложились. Не ближе к утру, как обычно, V1 ушёл возможно сразу, стоило Палачу Рока сомкнуть глаза. — .кинуть мальчишку и остальное на меня одного. Окно с дребезгом распахнулось от сильного порыва ветра. Стекло разбилось и прохудившаяся рама окна согнулась в три погибели, выплюнув из щели между петлями маленький клочок бумаги. На миниатюрном куске пергамента впопыхах были выцарапаны пара слов. И окно ночью, кажется, было открыто совсем не случайно. — »..эти угодья слишком малы для нас двоих. Я вернусь когда придёт время. — V1»