Отшельники

Тяга к насилию есть ничто иное, как результат жажды контроля. Есть разница между телохранителем, который убивает, чтобы защитить кого-то, и Молом, который раздробил незнакомцу ноги за пару неосторожных слов. Старик не питал иллюзий насчёт ситха. Он защищал Оби-Вана? Нет. Скорее, мстил за него. Это и был ясный и громкий знак союзничества и установившейся связи. Вряд ли Мола заботило благополучие Кеноби, раз единственное, на чём держится их товарищество – защита Люка. Оби-Ван выбрал дорогу длиннее, но проще – через ярданги, их ровные тропинки, укрытые от солнца высокими песчаными гребнями. В утренних сумерках воздух ещё не успел нагреться, но рюкзак от этого легче не становился. Оби-Ван даже завидовал Молу с его тростью и не в пример лучшей физической формой. Забрак шёл быстрее, сутулился, но не гнулся под тяжестью рюкзака, время от времени останавливался, чтобы дождаться спутника или чтобы перевести дух. Он всё ещё привыкал к новой травме. По правде говоря, травма это была выгодна Оби-Вану, оказавшись действенным рычагом давления на ситха. Кеноби владел медикаментами, необходимыми Молу. – Да, друг мой, теперь я действительно заслуживаю звание циничного человека... – вслух подумал Оби-Ван. – Ты всегда был таким, – певуче ответил Мол. – Только среда, в которой ты рос, не дала тебе раскрыть весь потенциал. – Ты не так хорошо меня знаешь, чтобы утверждать такое. – Оби-Ван попытался ответить миролюбивее, но в этот раз игра не убедила забрака. – Скажи, светлый рыцарь, когда ты впервые убил разумное существо? Нельзя было не заметить игривых ноток в голосе Мола. Забрак облокотился о скалу, сложа руки на груди. Какой-то новый вид хищного блеска обозначился в его глазах. – Даже не знаю, – пожал Оби-Ван плечами, – придумай сам. – Десять. – Пусть будет двенадцать. – От этих слов стало жарко. Оби-Ван потянулся к фляге с водой на поясе, но что-то заставило его на миг замереть. Мол сорвался с места, выхватив электробинокль, проворно скрылся в тенях ярдангов, одной рукой сжав трость, уже готовый броситься в атаку. – Контрабанда, – пустым голосом сказал он. – Недалеко. Четыре лэндспидера, вооружены до зубов. Следующие пару минут дороги Мол выглядел особенно неспокойно. – Ты что-то не договариваешь, – заметил Оби-Ван, поравнявшись с ним. – Пятнадцать, – Мол внезапно схватил его за предплечье и потянул на себя, помогая подняться на каменистую возвышенность. Оби-Ван запнулся о глыбу и едва не свалился наземь. – Мне было пятнадцать лет. Больше сотни, одного за другим, голыми руками. Эффективность и порядок правили моей жизнью в те годы. – Мол внимательно посмотрел на него и внезапно тихим, бесстрастным голосом добавил: – А потом я перестал быть эффективен. Оби-Ван вздохнул и опустил голову. Теперь он укрывал под барьером и Мола, отчего чужие мысли и чувства иногда просачивались сквозь ментальные щиты и тревожили старика. Мол гордился этой резнёй. Но что-то иное, подавленное и слабое, вплелось в эту гордость. Досада? Оби-Ван имел дело с останками беспощадного монстра, и забывать об этом не стоило. Молу нельзя было доверять, поэтому Оби-Ван уводил его дальше от Люка. Но и сейчас старик имел пару запасных планов на случай, если знакомство Дарта Мола с А’Шарадом Хеттом обернётся для него не лучшим образом. На руках Оби-Вана было немало крови – от любимых друзей до безликих незнакомцев. В какой-то момент он думал, что привык к этому. Но теперь он стал слишком стар. И смертельно устал. Он мог, но совершенно не хотел убивать Мола. Идти в тишине было невыносимо. Оби-Ван не выносил безмолвия, особенно наедине с кем-то. – Что ни говори, от учений мастера трудно отказаться, какими бы ложными они не были, – начал он. – Квай-Гон Джинн мог критиковать Кодекс, что не удержало нас от ссор и конфликтов, и полагаться на волю Живой Силы, что не спасло его от гибели. Однако... – Оби-Ван скрестил похолодевшие руки на груди, – он видел многое и многое понимал. И был еретиком, в котором Орден отчаянно нуждался. – Джинн был искусным бойцом, – тихо ответил Мол. – Было великой честью сразиться с ним. Оби-Ван остановился перед ним, изучая. – Ты мыслишь, как ситх, Мол. Но ты не вписываешься в их учения, и тебя это ранит. Может, вместе мы найдём способ совладать с этой болью. Мол не сразу ответил. Спустя пару мгновений Оби-Ван понял, что забрак тихо смеётся. – Ты говорил, что я не знаю и не понимаю тебя. Мол, я хочу узнать. Меж гребнями мелькнул зелёный хвост крайт-дракона. Оби-Ван напрягся. На песчаный гребень забрался детёныш, крупный, с очень внимательными, как у разумного существа, глазами. Стало не по себе. – Он уже давно идёт за нами, – заметил Мол, с подозрением глядя на него. – Пусть думает, что охотится. И тогда Сила начала предупреждающе пульсировать. Оби-Ван схватил Мола за плечи и оттолкнул в сторону. Дротик пролетел мимо, но за ним последовали три новых. Раздались выстрелы. Мол успел подхватить старика до того, как тот свалился на землю, чувствуя, что задыхается.

***

Духота никак не давала прийти в чувство. Дышать было тяжело – Оби-Ван понял, что на голову ему накинули мешок. Он попытался сдвинуться и не смог – руки заломлены за спину и скованы наручниками. Всё тело отяжелело. Правая нога онемела и стала липкой от крови. Он лежал на песке и, судя по всему, под открытым небом, пойманный перевозчиками контрабандных товаров и спайса. Что ж, ему не привыкать. – Очнулся, – безразлично произнёс кто-то, подошёл ближе и ткнул винтовкой в висок. – Хесса, нашла? – Всё чисто. – Всё, допрашивай. Потом пристрели и выброси вон, – распорядился ещё один голос. – Нашли забрака? – Ищем. – Он же здесь лежал пару минут назад, кто, я спрашиваю, кто упустил его? Контрабандисты, может быть, и уходили, но где Мол? Сбежал и оставил его здесь? Неужели... «– Ты же понимаешь, как я рискую, сводя ситха с падшим джедаем? – спросил Оби-Ван вчера вечером перед сном. – Не называй меня ситхом, – неожиданно злобно отозвался Мол. Он лежал на сундуках, укрытых шкурами, и всё ещё не был доволен. Принятие скромного подарка не означало ни доверия, ни прощения. – Можно отказаться от слова, но не от его значения. – Никто не учил меня быть Лордом Ситхов – настоящим Лордом! – Мол повернулся к нему, скривив резкое, свирепое лицо. – Никто не учил меня править и владеть, но был человек, научивший меня покорности и дисциплине!.. – Он на секунду замолк, опустив голову. – Но, самое главное, он научил меня выживать. Даже будучи обожжённым куском плоти. Ради него. Ради его Великого Плана. Перед глазами плыл чёрный силуэт Вейдера. – Тогда кто ты такой, друг? Забрак разочарованно посмотрел ему в глаза. Действительно, глупый вопрос. – Я мог бы быть твоим другом, – осторожно ответил он. – Но твои друзья постоянно остаются ни у дел». С его головы сняли мешок. Солнца стояли в зените. Всё вокруг стало резким и раскалённым добела. Оби-Ван щурился, готовясь к переговорам. Кто-то, – видимо, Хесса, – помогла ему сесть на колени, после чего обошла. Немолодая, примерно его возраста, человеческая женщина, обритая наголо, с тёмно-коричневой кожей и глубоко несчастным мягким лицом. – Кто вы оба? – устало спросила она, опустив винтовку. – Отшельники, – ответил Оби-Ван, придав лицу лишней печали. – У нас нет дома. Ни товарищей, ни направления. Мы не собирались вредить вам. – Два рюкзака с запасами еды на неделю с лишним, спальники, лекарства, одна плазменная винтовка, два таскенских шлема и двое мужчин, несущих с собой занятное оружие, – покачала головой Хесса. Оби-Ван заставил себя не выдать страха. Он оглянулся, осматривая пустующую местность. Только лэндспидеры и следы обуви выдавали переполох. Ярданги были уже далеко, но с их стороны доносились крики и выстрелы. Мол отвлекал их. Он хотел, чтобы Оби-Ван спасся. – Он бросил меня, – прошептал он, не подавая вида радости. – Удачно ему выжить в пустыне без бластера и воды, – пожала плечами Хесса. Она вдруг слабо улыбнулась и снова обошла его – в этот раз, чтобы избавить от наручников. – Вставайте. И живее. Оби-Ван неуверенно поднялся. Нога пульсировала резью с каждым шагом. Он всё же сделал пару шагов навстречу Хессе, протянувшей ему его рюкзак – тот, что был легче, потому что винтовку нёс Мол. – Вам не стоит... – А вам не стоит добивать свою ногу, – Хесса подтолкнула его в сторону, ещё дальше от намеченного пути. Недалеко от лэндспидеров обнаружилась глубокая расщелина, на дне которой виднелось целое кладбище. Скелеты всех форм и размеров белели на солнце. Оби-Ван повернулся к женщине, уже сочинив убедительную ложь, но вдруг увидел, что она шарит по карманам куртки. Отведя взгляд, Хесса протянула ему два световых меча и часть трости. – Возьмите. Уж постарайтесь спуститься вниз и переждать, пока мы не уедем. Оби-Ван облегчённо выдохнул, принимая мечи и второй рюкзак. – Спасибо. – Он всё же скептически поднял взгляд. – Вы тоже?.. – Инквизиторы забрали моего мужа. Потом внучку. Потом я узнала, что они не пережили даже обучение, – она кивнула сама себе, после чего похлопала его по плечу. – Берегите себя.

***

К тому времени, как Оби-Ван спустился на дно ущелья, его нога успела истлеть от жгучей боли, похолодеть, и, наконец, снова перестать ощущать что-либо. Он кое-как устроился среди скелетов животных – больше ронто, которым присуще умирать вместе и одновременно. Оби-Ван обхватил себя руками. Надо было обработать рану, а ещё он был зверски голоден. Что ж, если Мол действительно решил проявить себя с лучшей стороны, ему удалось. Остаётся надеяться, что он выберется. Жара разморила его, и проснулся старик только к вечеру, когда понял, что по складкам его одежд шарят подвижные руки. Оби-Ван не сразу сообразил, что происходит, и только разглядев раздражённое, в крови, лицо Мола с его выпуклыми жёлтыми глазами, понял, что беды только начинаются. – Мол, – сонно сказал он. – Чем, скажи на милость, заняты твои руки? – Я ищу надежду, Кеноби! – прошипел забрак. – Последнюю флягу с водой. – Он, наконец, отстранился и фыркнул, опершись о стену ущелья. – Нас обокрали. Очень скоро мы сдохнем от жажды. – Уверен, что-нибудь да придумаем. Оби-Ван посмотрел вверх на светлое небо. Зной сушил горло, но пока что можно было терпеть. На одном из утёсов, ближе ко дну, лежал детёныш крайт-дракона и наблюдал за ними. Нужно быстрее выбираться. И как он не заметил, что рюкзаки были немного легче? «Слишком много думал о нём», – подсказал внутренний голос. – Мол, – наконец, обратился Оби-Ван. – И что же произошло с тобой сегодня? – Ты хотел узнать про тренировки ситхов, – отозвался забрак. Он сидел рядом, откинув голову назад, жмурился и тёр висок. – Всё именно так. Он не тратил время на теорию. Готовил меня к реальности. «И оставлял на верную смерть, делая вид, что бросает, а потом возвращался», – добавил про себя Оби-Ван. Произошедшее было немыслимой удачей; он не мог сравнивать, но решил не расстраивать спутника. Внутри него потеплело. Старик придвинулся ближе, следя за выражением лица Мола. Осторожно протянул руку и приобнял за плечи. – Всё это звучит тяжело, – произнёс он, впитывая ощущение близости, которую так давно не испытывал. – Может, твоё тело и дух стали выносливы. Но добиться этого можно было без насилия, без боли. Мол не ответил. Он отломал один коричневый, словно гнилой, рог и выбросил в сторону. Только после этого он взглянул на него. – Мне искренне жаль, что я считал свою жестокость к тебе тогда, на Набу, оправданной. И, да, я могу простить гибель своего учителя, потому что твоей рукой его убил Дарт Сидиус. И да, я хотел бы, чтобы ты нашёл в себе силы простить меня. Мол сидел, отвернувшись от него, но в один миг схватил за накидку и прижался лбом к его плечу. Оби-Ван тепло улыбался. – Тёмная сторона ранит, Мол. Если бы только джедаи нашли тебя раньше... – продолжил он, медленно, чтобы не спугнуть, поднимая вторую руку для объятия. – Но теперь я могу помочь тебе в пути к свету, не как учитель, но как товарищ и союзник. Мол резко отпрянул с оскалом на лице. – Не надо оправдывать меня, Кеноби. Не надо пытаться сделать меня джедаем! – Он вскочил на ноги, прерывисто дыша. – Я знаю, каких рыцарей ты взрастил. И поверь, дальше мне двигаться некуда. – Мол, остановись. Ты сам не понимаешь себя. – Но ты понимаешь, Кеноби? – Мол вдруг отломал кость с ближайшего скелета и швырнул её с такой силой, что останки на многие метры вперёд затряслись или рассыпались в прах. – Я просто не смогу этого сделать! Ты... – он внезапно замер, удивлённо глядя на него. – Ты хочешь исправить ошибку со Скайуокером. Мол растерянно оглянулся. – Я вижу, Кеноби, – он трясся. Он хотел атаковать Кеноби, хотел навредить, но что-то останавливало его. Поэтому ему стало хуже. Забрак молча набросил свой рюкзак и направился вдоль ущелья, переступая через кости. «Он не хочет этого. Совершенно не хочет». – Ложись спать, – бросил Мол через плечо. – Крайт не съест тебя. Он обещал.