Youth

Юнги с Чимином, кажется, близки к тому, чтобы начать общаться заново, а между Тэхёном и Чонгуком меняется очень многое, ведь они теперь пара. Чон сказал, что хочет провести оставшиеся десять дней лагеря вместе, чтобы не жалеть потом ни о чем. Слишком мало времени, чтобы окунуться в эти чувства с головой... Чонгук держит руку у Тэхёна на плече, поглаживает это место ненавязчиво. Они оба сидят на чоновой кровати, слушая разные истории Юнги. Парень бурно жестикулирует руками, рассказывая о том, как однажды его спалили на контрольной. Он всего лишь списывал с телефона, а скандал развели такой, что едва не выгнали парня со школы. — Жестоко, — хмурится русоволосый. Вдруг в дверь раздаётся стук и ребята слегка вздрагивают от неожиданности. — Мы кого-то ждём? — спрашивает Чонгук, но его вопрос остаётся проигнорированным. Юнги встаёт со своей кровати, открывая дверь. На пороге стоит Чимин, смотрящий себе под ноги. Он закусывает нижнюю губу, мнется какое-то время, но потом слышит от мятноволосого: — Проходи. Пак кивает, проходя внутрь и ловя удивлённые взгляды Чонгука с Тэхёном. Мин улыбается ему, просит сесть на его кровать и рыжеволосый слушается. В комнате повисает тишина. Чимин молчит и Юнги решает разъяснить все сам: — Вчера мы с Чимином поговорили и все выяснили. Теперь он снова будет с нами. Ким тоже медленно растягивает губы. Все так прекрасно сложилось: его парень рядом, а также лучший друг и ещё один совершенно потрясный человек, успевший стать точно таким же другом за столь короткое время. Чонгук кивает одобрительно. Надо сказать, что он ждал, что Пак вновь присоединится к ним рано или поздно... — Чем занимаетесь? — негромко спрашивает Чимин, ведя себя как-то слишком скромно. Ребята успели от него отвыкнуть и рыжеволосый, наверное, отвык от них тоже. — Ничего интересного, — Юнги жмёт плечами, — просто разговаривали. Как дела? Пак немного не ожидает услышать этот вопрос, но быстро кивает, смотря на свои сведенные указательные пальцы. — Чимин, скоро уже обед, — начинает Тэхён, — садись к нам за столик. Рыжеволосый смотрит на Юнги, потом на Чонгука и жмет плечами. — Если вы не против... — выдыхает Пак и получает кучу "Да кто ж против то вообще?" — Ладно, сяду. Мин улыбается, а после смотрит на время: через пять минут откроется столовая. Ребята дружно идут ко входу, чтобы точно не опоздать и успеть помыть руки. В столовой, как и всегда, очень шумно. Ребята болтают, делясь впечатлениями об отдыхе. Пак впивается в стакан сока, жадно его осушив всего в несколько глотков. Юнги замечает это, когда приносит свой поднос, ставя его на столик. Берет свой стакан сока и отдаёт его Чимину. — Зачем? — спрашивает Пак, не ожидая такого. В его взгляде нет упрёка, скорее неверие. — Жарко, — объясняет мятноволосый, — у тебя волосы взмокли. Чимин судорожно касается влажной чёлки и убирает её в сторону по прямому рядку. Он вздыхает, беря стакан Мина в руки. — Я настаиваю, Чимин-а, — не отстаёт Юнги, — я у себя в комнате знаешь сколько воды выпил. Не могу на жидкость смотреть, мне кажется, что лопну. Пей, все нормально, если ты вдруг переживаешь об этом. Чимин одними губами шепчет благодарность и пьёт, прикрывая глаза. Ему действительно становится лучше, жара в теле немного спадает. Вероятно, он весь день забегался, выполняя проекты с другими ребятами. Вскоре приходят Тэхён с Чонгуком, держась за руки. Пак смотрит на это и хмурится немного. Он не знал, что ребята встречаются. Вероятно, это случилось из-за того, что его друг сегодня весь день был с Чоном. — Всё нормально? — спрашивает Юнги. Он прослеживает чужой взгляд и не может понять реакцию Чимина. — Что? — Пак переводит глаза на мятноволосого. Он смотрит на него внимательно, ожидая ответа. — Ты что, не знал, что они вместе? — Нет... — Ты не рад за них? — Рад, наверное, — жмёт плечами Чимин, — просто неожиданно... Мин кивает. Чонгук с Тэхёном присаживаются за стол, улыбаясь. Они вчетвером едят, иногда перекидываясь парочкой фраз. Пак же до сих пор выглядит немного отстраненным. Он смотрит к себе в тарелку, словно разглядывая еду в ней. Тэхён говорит ему что-то, а рыжеволосый кивает, кажется, оттаивая. — Там фрукты раздают, я принесу, — произносит Чонгук и уходит. Он возвращается с вазочкой в руках, а в ней просто куча всего: яблоки, бананы, мандарины, виноград. Все свежее, спелое и ужасно вкусное на вид. Юнги смотрит на мандаринку в своей руке и нежно улыбается. Он поднимает взгляд на сидящего рядом Чимина, так оживленно болтающего о чем-то с Тэхёном, и закусывает губы. «Действительно, одно лицо... » — разносится в его голове.

***

Сокджин сидит над сценарием завтрашнего дня и у него из ушей идёт пар. Выглядит он, мягко говоря, не очень. Вожатые по сути тоже не спят, потому как им постоянно надо придумывать что-то новое ну и, разумеется, дежурить, чтобы никто не додумался шуметь ночью. — Что там у тебя? — Намджун подает ему растворенный в воде кофе в пластиковом стаканчике. — Ничего в голову не лезет. Всё слишком типично. Какие вот им игры? Поставить несколько стульев, чтобы они бегали вокруг них под музыку? — Почему нет? Это классика, — Джун жмёт плечами. — Да, но у них сейчас возраст такой. Начнут выделываться и никто играть не захочет. — Ну есть и ребята постарше. Думаю, с ними не будет таких проблем. Сокджин падает на свои руки и почти что кричит, а Намджун смеётся. Конечно, ему весело за всем этим наблюдать. Если бы ему поручили составить программу, то ему было бы явно не до веселья. — Господи, нахрена я вообще записался быть вожатым? — причитает Джин. — Потому что любишь детей? — предполагает Намджун. — Нифига не отгадал. Мне для того, чтобы меня перевели на следующий год в институт, не хватило баллов и поэтому я отрабатываю их здесь. — Ох, тогда терпи. Ради будущего, — младший растягивает губы в улыбке и получает скомканной бумажкой по голове. Ему совсем не больно, только смешно. В кабинет заходит Чон Хосок, только что вышедший из душа. За ним шлейфом тянется кофейный гель для душа. — Ну что, хён, — обращается он к Сокджину, — придумал что-нибудь? — Ничего не придумал. Как в такое время вообще можно что-то придумать, — Ким-старший тяжело вздыхает, — дети избалованные такие. Им бы в телефоны играть и... — Подожди, — перебивает Джун, — Ну-ка повтори, что ты сейчас сказал. Сокджин удивлённо смотрит на него, но ему не сложно, он повторяет: — Дети, говорю, сейчас, слишком избалованные. — Да нет, не это. Что ты сказал до? — Как в такое время вообще можно что-то придумать? — произносит Джин. — Точно! Вот, в чем дело, — улыбается Намджун. — Да о чем ты вообще, я тебя не понимаю? — хмурится Джин. — В это время ничего не придумать. Хён, пусть завтра будет день путешествия во времени. Мы поделим ребят на группы и каждый к вечеру должен будет сделать костюм из определенной эпохи. И им занятие на весь день, и нам меньше головной боли. — А это, кстати, неплохо звучит, — кивает Хосок, поддерживая. — Ну не знаю, — пожимает плечами самый старший, — где гарантии, что они будут участвовать? — Мы пообещаем им приз. Купим большой торт в магазине и победившая команда получит его. Поверь мне, все устали от здешней пресной еды за эти пять дней. Знаешь, как дети обрадуются вкусностям? Сокджин выглядит уставшим. Он благодарно кивает, вставая с места и обнимая Намджуна. После старший уходит из кабинета, оставляя Хосока и Джуна вдвоём. — Это... — Ким выдыхает, — сейчас что было? Чон ухахатывается, хлопая его по спине и оставляя бедного вожатого в одиночестве думать свои мысли.