Его Боец

— Ты ведь любишь бабочек, Энджи? Голос у брата ласковый, а руки такие теплые, что хочется так и сидеть, прижавшись как можно теснее, хоть целую вечность. Баттлер улыбается, гладит сестренку меж аккуратных ушек. Точно такие же были и у него, но… рано или поздно взрослеют все. Крылья у бабочки тонкие, прозрачные. Энджи заинтересованно крутит фигурку и так, и эдак, пытаясь рассмотреть получше. Они ужинают все вместе, счастливые, улыбающиеся. Энджи болтает ногами, а сидящий рядом Баттлер обещает принести ей конфет, как только родители выйдут из кухни. Перед тем как лечь спать, она в последний раз любуется фигуркой бабочки, ставит ее на прикроватную тумбочку и еще долго смотрит, как переливаются от света ночника ее крылышки… Энджи засыпает с улыбкой, еще не зная, что на следующий день весь ее привычный мир разлетится на крошечные осколки вместе с этой стеклянной бабочкой…

***

В первый раз Энджи замечает ее из школьного окна — высокая, светловолосая, демонстративно курящая прямо на территории школы, она могла бы сойти за молоденькую учительницу или маму какого-нибудь «котенка» из младших классов. Энджи едва слышно фыркает, раздраженно водя из стороны в сторону пушистым хвостом. Образ незнакомки исчезает из ее мыслей с первыми трелями звонка. — Два новых пластыря, — в голосе учительницы звучит искренняя тревога и сочувствие, но Энджи это действует на нервы. Она лишь отводит глаза в сторону. — Может проблемы в семье? Ты только скажи, и мы… А что они? Чем они могут помочь? Вернут маме рассудок, вернут папу в семью, вернут с того света любимого брата? … Энджи прошибает дрожь, стоит только чужим пальцам коснуться пластырей на ее ладонях. В ее голове звучит мамин голос, раз за разом просящий вернуть ее любимую милую девочку, раз за разом просящий умереть жалкую подделку, исчезнуть с ее глаз, исчезнуть с лица земли… Энджи больно, Энджи хочется плакать. Она направляется к дверям, будто бы и не слыша направленных в ее спину удивленных возгласов. Пожалуйста, кто-нибудь… заберите меня отсюда! Пожалуйста… Когда цепкие пальцы ловят под локоть, Энджи не знает, как реагировать. В горле непрошенным комом встали слезы, от которых никак не удается избавиться. Но когда чужая ладонь в до боли знакомом жесте ложится между ушек, внутри что-то обмирает и стремительно летит вниз. — Я пришла по воле Баттлера, — звучит в ушах незнакомый женский голос. Я пришла помочь…

***

— Боец? — недоверчиво тянет Энджи, на мгновение отрываясь от сливочного мороженого в хрустящем рожке. Ее новая знакомая утвердительно кивает, щелкая зажигалкой. Энджи хочет сказать, что курить рядом с детьми непозволительно, но почему-то молчит. Полученная информация никак не дает покоя мыслям, и возникающие теории одна страннее другой. В парке тепло и тихо, только шуршит опавшая листва под ногами. А со скамейки, где им повезло устроиться, прекрасно видна вся аллея. — Ты очень похожа на него… — голос у Беато задумчивый и чуть хрипловатый. — Даже хмуришься совсем как он… Потрясающе. — И улыбается столь заразительно, что уголки губ сами ползут вверх. Энджи недовольно впивается зубами в вафельный край рожка. — Почему он никогда о тебе не рассказывал? — и не замечает, как сразу переходит на «ты». Впрочем, Беато это нисколько не задевает. — Если честно, я и сама не всегда понимала ход его мыслей, — она поднимается со своего места, тянется точно кошка и только затем склоняется над Энджи, заглядывая в ее глаза так, будто бы стремясь прочитать что-то на самом их дне. — Возможно, потому что оберегал тебя… Вопрос не успевает сорваться с губ — Энджи бесцеремонно притягивают за подбородок и целуют горячо, долго, совсем не по-детски… Баттлер умер. Ее любимый старший братик умер, забрав с собой в могилу дюжину неразгаданных загадок. Но оставив кое-где достаточное количество подсказок. Остается их только найти. Остается их только разгадать. И, может быть, тогда Энджи станет ясно, по каким правилам играл Баттлер. А может до сих пор продолжает играть… Жаль только, что ответ на этот вопрос она никогда не получит.