Попадая в сон — спаси реальность

Он сидел за маленьким круглым кухонным столом пока незнакомка делала им чай. Антон разглядывал кухню, она была маленькой, но уютной. Заваев думал о том, зачем эта девушка притащила его в эту квартиру и что она собирается ему рассказывать. Расскажет как он сюда попал и что происходит? Если да, то кто она такая и откуда знает про то, что он сюда попал? Она явно искала именно его, ведь тогда бы не спрашивала он ли Заваев Антон Иванович. Пока она заваривала чай, Антон пытался и сам додуматься как он сюда попал. А вдруг он шёл со школы, упал, ударился головой и ему всё это мерещится? Хотя ему кажется, что это всё и без «ударился головой» может быть галлюцинацией, ведь фантазия у него всегда была хорошая, так что будет неудивительно, если это всё придумал его мозг. Незнакомка поставила две кружки на стол, перед ним обычную белую, скучную кружку, а перед собой смешную, пузатую чашку неоново-зелёного цвета. — Как ты сюда попал? — спросила девушка таким тоном, будто он говно мухи, которое каким-то образом попало к говну коня. — Ты думаешь, что я знаю? Я думал, ты меня сюда притащила, чтобы рассказать где я и как сюда попал! — раздраженно крикнул Антон. — Вообще я знаю где ты, я не знаю как ты сюда попал, и то могу предположить, — всё так же спокойно говорила она. — Ну и где я?! — Ты в Манштэте. — Информативно, спасибо, мне это многое дало. Я буду очень рад если вы, мадам, объясните, что такое Манштэт, — уже начинал истерить Антон. — Манштэт — это город, в который люди попадают через сон, кому или смерть, — спокойствие девушки уже начинало раздражать, как она может быть такой спокойной, когда он находится фиг знает где и фиг знает как? Хотя ответ прост, обычно, ведь не её проблемы, что он очутился чёрт знает где. — Отлично, то есть, возможно, что я просто сдох и попал сюда? — Возможно, но может быть ты просто спишь, — сказала она очень сухо. Эта девушка вообще всё время смотрит на него как на просроченный йогурт, который два года назад положили в холодильник и забыли про него! — А почему в этом мире всё так идеально? — продолжал ряд вопросов Антон. — Вообще тут не всё идеально, просто всё зависит от человека. Если в том мире его почти всё устраивало, то попав сюда он может сразу даже не заметить разницы, а если его ничего не устраивало, то мир сделает так, чтобы здесь устраивало. — И как мне отсюда выбраться? — не унимался Антон. — Обычно. Если ты спишь, а ты скорее всего спишь, то ты тут на трое суток. — А в реальном мире я где? Если трое суток я тут, то там я на трое суток пропал без вести? — ну а реально, вдруг там Костя думает, где он, и мама волнуется куда её сын делся, хотя Антон в этом сомневается, ну а вдруг. — Нет, в том мире сейчас ночь и ты спишь. В том мире вообще одна ночь — это трое суток здесь, — ответила она. Дальше наступило неловкое молчание, хотя если посмотреть на незнакомку, то неловко было только ему, ведь та сидела с задумчивым видом и втыкала в чашку с чаем. — А ты вообще кто? — спустя минуты четыре Антон всё же придумал, что спросить. Но это был очень важный вопрос, ведь какая-то левая девушка притащила его куда-то и втирает какой-то бред, в который его мозг отказывается верить. А ещё она поит его чаем, в который могла что-то подсыпать и он может скоро сдохнуть. — Я? Я работаю на главного, нахожу таких как ты, прихожу к ним и отвечаю на вопросы, ведь все могут просто посходить с ума от шока и количества нереальных по их мнению вещей, — ответила она. — Главного? Кто это? — спросил Антон, делая глоток горячего чая. Было довольно вкусно. Вкус клубничного зефира. Видимо, эта девушка сладкоежка. Ещё и столько сахара добавила… — Это человек, отвечавший за город. У вас это называется… эм… мэр? Вроде так. Только у нас имени главного никто не знает, даже я. У меня один долг — объяснять людям, которые сюда попали, что да как, — всё также безразлично сообщала незнакомка. — А как тебя зовут хотя бы? Я не знаю, как к тебе обращаться, — поинтересовался Тоха, уже допивая чай. И всё же он почти успокоился, раз рядом есть такой человек. — Виктория, но многим я разрешаю называть себя Тори, — сообщила серьёзно Вика, тоже допивая свой чай. — Хорошо. Спасибо за чай, он был довольно вкусным, — сказал Тоха, пока Тори забирала чашки и ставила их в раковину. — Слушай, я ведь тут только первые сутки, может пройдёмся по городу? Ты мне заодно расскажешь всё о нём, — уже окончательно успокоившись предложил парень. — Это обязательная вещь, ведь тебе нужно побольше узнать, где ты находишься, — выходя в коридор ответила девушка. Ребята принялись обуваться и выходить. Зайдя в лифт, Вике пришло какое-то уведомление, но она не обратила на него никакого внимания. Антон принялся нажимать на кнопку первого этажа. Молчание давило, поэтому парнишка решил хоть немного развеять атмосферу. — А чем ты вообще увлекаешься? — не найдя более оригинального вопроса произнёс Антон. — Этот мир подстраивается под твои интересы. Увлекаюсь я дрифтом. Люблю также гонки. А ещё я обожаю сладкий чай, — лифт остановился, но девушка продолжала ярко рассказывать о своих мелочных и второстепенных интересах. Выйдя на улицу, они никак не могли определиться, куда же пойти, и Вика взяла эту инициативу на себя. — Думаю, стоит сходить в один из парков, — поворачивая направо сказала девушка, ведя за собой Тоху. — Задавай любые вопросы, я на всё отвечу. Антон наблюдал за движущимися облаками и никак не мог придумать, что спросить. У него довольно много вопросов и он может получить на них ответ, но он подумал, что на базовые вопросы он уже получил ответы. Почему бы не отдохнуть? Чересчур много всего происходит, за такое короткое время. — Давай просто прогуляемся. Я позже поинтересуюсь. Просто прошло так мало времени и уже такая нагрузка, — предложил парень, замечая, что они уже подходят к парку. — Окей, — согласилась Тори, идя в ногу с Тохой. Ребята решили не зря тратить время и провести его в свою пользу. Купив мороженое, они сели кататься на качели. Прохладный ветерок врезался в лицо, придавая бодрости и уверенности. После они отправились пройтись по парку. Парень максимально пытался привлечь внимание девушки, чтобы хорошо подружится с ней. Это имело успех, ведь Вика действительно смеялась с глупых шуток парнишки. Тот вообще чуть не упал, но вовремя среагировал. Мимо проходила какая-то толпа парней, один из которых подошёл к Антону. Незнакомец был не высокий, примерно ростом с метр шестьдесят пять, с русыми волосами и грязно-серыми глазами. У него была довольно красивая улыбка. Его забавная белая кепка была повёрнута козырьком назад. — Хэй, парень, привет, — произнёс парнишка. — У тебя не найдётся телефона? Мне просто надо позвонить. На взгляд незнакомец был довольно приятным парнем. — Да, конечно, — ответил Антон, доставая свой телефон из кармана и протягивая незнакомцу. Тот взял смартфон, быстро набрал номер и позвонил. Сказав пару слов, он быстро всучил мобильный телефон в руки Тохе и вернулся в свою компанию. — Если что, я его знаю, он недавно сюда попал. Я его запомнила. Парень не очень приятный в смысле характера. Он лишь кажется милым. На самом деле странный тип. Да и… — недоговорила Тори, так как ей позвонили и она быстро взяла трубку, как только увидела имя контакта. — Что-то случилось? — спросил Антон, как только Вика бросила трубку. — Тебя вызывает главный, а я тебе так ничего и не рассказала. Пойдём, я попытаюсь рассказать всё вкратце, — сообщила девушка, ускоряясь.

***

Уже подходя к огромному зданию, которое было видно издалека, парень заметил, что оно как будто хрустальное. Лучи солнца легко скользили по этому зданию. — Короче, с 1956 по 1989 год этот город назывался Дримфилдом, но как только главного поменяли, город сменил название. До сих пор неизвестно почему. Новый главный вообще очень скрытный, не отчитывается. Он строгий, даже очень, своё дело знает, — говорила Вика, когда они уже подошли к зданию. — Ты пройдёшь в кабинет. Он будет сидеть на кресле спинкой к тебе. Мне запрещено туда проходить с тобой. Те, кто попали сюда, должны общаться наедине, чтобы не было лишних свидетелей. — Хорошо… — сказал Антон, проходя внутрь здания. А оно было практически пустое. Вот серьёзно. Ступеньки как будто из стекла, но выдерживали парня, чему он был удивлён. Пройдя на верх, он увидел лишь одну дверь, на ней была табличка с надписью «главный». Выглядело… странно? или даже подозрительно? Тоха постучался ровно три раза, так как почему-то ему показалось, что так будет более официальнее. Открыл дверь, вошёл и… и что? Тёмная комната. Ни одного окна, лишь лампочка горит на столе. И еле видно спинку того самого кресла. — Прошу прощения, вы меня вызы… — не успел договорить парень, как его перебили. — Заваев Антон Иванович, добро пожаловать в Манштэт, — кресло повернулось. Лицо было освещено лампой, но на нём была маска и было сложно что-то разглядеть. Но Вика же говорила, что он всё время будет развёрнут… — Как ты уже понял, я главный в этом городе. Наш мир не доказан наукой, даже теорий о нём нет в вашей реальности. В этом мире лишь два времени года — лето и зима. Как ты уже догадался, сейчас лето. Скажи, пожалуйста, Виктория тебе ещё что-то рассказала? — задал вопрос главный. А у Антона в голове не укладывается столько информации. Голова начала кружиться от такого количества информации и темноты. — Да, рассказала о старом названии города, о том, что вы секретен, что сюда попадают через смерть, кому и сон, — слова еле выходили, мысли перепутались. Невозможно тут находиться, на парня что-то давит, но… ему это нравится? — Всё, что тебе сообщили — правда, но не забывай тот факт, что ты тут будешь трое суток. Ты знаешь мало информации, даже слишком. Да в смысле мало? — Скажите, мне придётся выслушать целую лекцию? — спросил парнишка, уже не выдерживая. Что-то давит. Какое-то помутнение сознания. Что происходит? — Антон, смерть во сне тоже существует, — единственные слова, которые парень услышал перед тем, как его тело рухнуло на пол. Темнота. Вокруг сплошная темнота. Ничего не видно. Парень пытается идти вперёд, но это плохо получается. Ноги будто ватные, идти на них очень трудно. Антон до этого никогда такого не ощущал, что происходит? Перед глазами совсем потемнело, но он шёл вперёд и не останавливался, пока ноги окончательно не перестали его держать и Заваев упал на колени. Тут что, не так всё идеально, как рассказывала Вика?! Она его обманула, заманила в ловушку? Руки безумно, а на одной из низ остался странный след. Какой-то разорванный красный круг. Или... Антон очнулся на том самом полу в той самой комнате. — Этот обряд проходят многие, выходи, Виктория тебе всё расскажет. Парень не помнит, как вышел из кабинета и здания, но Вика его хорошенько потрясла, чтобы тот очнулся. — Этот обряд проходят многие, но я не понимаю, зачем он нужен, — начала она. — Такие люди проходят испытание боли, у них остаётся след на руке. — Почему ты мне об этом не сказала?! — кричал парень размахивая руками, которые до сих пор ныли от боли. — Ну слушай, как ты думаешь, какой человек будет согласен, чтобы ему намеренно причинили боль? Такое только мазохистам понравится, ты же таким не являешься? — спросила Вика. Сейчас внутри парня буря эмоций, но ему хватило сил отрицательно помотать головой. Никогда ещё в жизни такой нагрузки не было. То есть, он заснул, оказался здесь, хотя не специально и теперь должен не наслаждаться жизнью, а страдать? — Слушай, а зачем мне вообще этот след? — глубоко вдыхая и выдыхая спросил Антон, разворачивая руку. — Я же тебе сказала, что понятия не имею! — уже переходя на крик говорит девушка. — А я ведь тебе сообщила, что главный очень строгий и неизвестно, что можно от него ожидать. — уже смягчилась девушка, так как понимает, что парень недавно попал сюда и многое не знает. Антон понял, что лучше не срываться на Виктории, ведь всё равно она ещё многое успеет рассказать. — Блин, извини, — стараясь как-то смягчить гнев девчушки, сказал Антон. — Вик, ты бы лучше предупредила меня заранее, что главный может навредить мне, а то такой оболтус, как я многим доверяет, — усмехаясь от своих же слов, сказал парень. — Ладно-ладно, ничего страшного, я действительно должна была сообщить о последствиях, — отойдя от парня произнесла девушка. В какой-то момент показалось, что Вика… похолодела? Парнишка решил взглянуть на время. Было уже девять часов вечера. Пора домой, Антон уже даже опаздывает. — Мне пора домой… — Хорошо, — грубо отрезала она и теперь парень был уверен, что что-то произошло. — Тори, что-то случилось? — спросил Антон. — Это бестактный вопрос. И я же сказала, что некоторым разрешаю называть меня Тори, но тебе я ещё не разрешала, попрошу обращаться ко мне на Вы и называть исключительно Викторией, — она говорила очень грубо, а в какой-то момент Антону показалось, что её голос был похож на голос мамы из нормального мира. — Ах так? Хорошо, Виктория, — перекривляя ответил Антон, выделяя имя девушки. Какая-то маленькая часть его мозга понимала, что возможно девушка просто устала быть так сказать… куратором? Но остальная часть мозга говорила, что девушка ведёт себя неправильно и в таком случае ей нужно было изначально сказать, что к ней нужно обращаться на Вы и вести себя с ней как с королевой. Кстати. Королева Виктория, хорошо звучит. Они шли молча, Вика просто с обычным невозмутимым лицом сухого человека, а Антон с лицом девятиклассницы, которая была в любимчиках у учителя, а тот почему-то поставил двойку.

***

Антон лежал на своей кровати, смотрел в потолок и думал о том, как даже не вспоминать о том, что случилось сегодня. Логично, что когда он пытался об этом не думать, он об этом думал. Кстати, есть такой прикол у мозга, то что когда говоришь ему не думать о чём-либо, он думает об этом. Например: говоришь «постарайся не думать о рыжем верблюде». Не проходит и трёх секунд, как Антон начинает думать о рыжем верблюде. Но он быстро выкидывает эту мысль из головы, ведь сейчас ему нужно думать совсем не о рыжих верблюдах. Он здесь на трое суток и он в общем не понимает, что здесь можно поделать. Вообще удивительно, что пока там просто ночь и он просто спит здесь, проходит трое суток. Три дня. Только кажется, что это мало. Это сколько-то там много часов или очень и очень много секунд. В общем, без разницы в чём считать дни, главное, что три — это вполне нормально. Если каждый день угонять по одной машине, то у тебя будет три авто. Но вряд ли Антон сможет угонять по машине в день, скорее всего его посадят в тюрьму (в шестнадцать садят в тюрьму?) после первой же неудачной попытки угнать автомобиль. Блин, опять Антон думает о чём-то не том. Ему нужно пытаться уложить в голове всё, что произошло за день, а не представлять, как он едет в угнанной машине с открытым окном, а ветер дует ему в лицо. И тут у Антона задался вполне логичный вопрос. А люди, которые уже здесь, как сюда попали? Например, здешняя мама или Костя. Они ведь не засыпали и не попадали сюда, они до сих пор спят в том мире и снится им что-то нормальное. Вика дала ему свой номер телефона для того, чтобы если вдруг появятся вопросы он мог спросить. Он думал как начать разговор… Антон: Привет (у меня появился вопрос), а люди, которые были и в моей жизни, они как здесь оказались? Тут ему пришла мысль, а что если девушка спит и он случайно разбудит её своим сообщением? Лучше не нужно, по её словам она очень устаёт. Антон и сам бы устал постоянно показывать людям город, слушать эти голоса, возможно не смешные шутки (свои шутки Антон считает смешными), отвечать на огромное количество вопросов, успокаивать тех, у кого истерика от такого количества невозможного. Виктория: Эти люди ненастоящие, они как бы роботы или что-то подобное. Сообщения с точкой звучат грубо, Антон не знает как это работает, но точка на конце сообщения меняет интонацию с обычной на грубую. Антон: Понятно Роботы? Прикольно, то есть вместе с ним тут ещё появились другие люди-роботы. Кажется, Антон перестал удивляться, ведь если бы ему в том мире бы сказали, что есть люди-роботы, он бы как минимум упал в обморок. Тоха понял, что он устал думать, слишком много информации за день. Он до сих пор не до конца уверен, что всё это правда, ведь всё это вполне могла придумать ненормальная фантазия Антона. Он встал с кровати и пошел на кухню, старался идти тихо, не шаркать тапочками по полу и лишний раз громко не дышать, ведь мама уже спала. Парень налил себе воды и начал пить. Удивительно, но она была на много вкуснее чем в том мире, и казалось, что эта вода и жажду лучше утоляет. Тори говорила, что изменения в мире зависят от того, что в реальности мире людям не нравилось. Неужели Антону так много не нравилось? Ему даже вкус воды чем-то не угодил в том мире. Видимо, Заваеву вообще ничего не нравилось. А что, если реально умереть в реальном мире? Нет, Антону точно стоит перестать размышлять. Тут всё непривычно, как будто он ушел из дома к кому-то в гости. Хотя от этих гостей не знаешь, что ожидать, так же они не очень-то приветливы. Он про Вику и главного. Антон не может перестать об этом думать. «Не думай о рыжем верблюде» повторяет он, надеясь, что его поток мыслей изменится. К сожалению, Антон не знает ни одного факта о рыжих верблюдах. А нет, один знает, они рыжие. А, ну и горб на спине у них есть. На этом его познание в верблюдах заканчивается. Он понимает, что последнюю минуту просто стоит с пустым стаканом прижатым к губам. Антон ставит стакан на раньше ужасно грязную, а теперь ужасно чистую тумбочку и идёт обратно в спальню. По пути он ударяется мизинцем об тумбочку. — Ой, — вскрикивает Антон и тут же затыкается, ведь он может разбудить маму. — Сынок, ты не спишь? — слышится из спальни родительницы. Уже разбудил. — Нет, — громко говорит парень, чтобы маме было слышно. — Тош, уже двенадцать ночи, давай спать ложись, — с нежностью говорит мама сонным голосом и видимо ложится дальше спать. Антон игнорирует последние слова матери, ведь не находит, что на них сказать. В том мире мама Антона, где-то два часа высказывала ему морали про режим, которые потом бы переросли в то, что он ужасный и неблагодарный сын. Заваев заходит в свою комнату, открывает окно, ведь ему кажется, что душно (он надеется, что это просто душно, а не он душнила), ложится на кровать и закрывает веки. Он размышляет обо всём, начиная с мыслей о его попадании в этот город, заканчивая мыслями, почему курей назвали курями, если они не курят? Логичнее бы было их назвать… ну… странные птицы, которые почему-то не летают? Ладно, всё же пусть лучше будут куры. Дальше он думает, какой страус укусил Вику, что она резко поменялась в лице и сказала обращаться на Вы? Потом он думает в целом о страусах, правда ли то, что они суют голову в песок? Вроде он когда-то слышал, что это всё обман и люди это сами придумали, но это ломает всё его представление о страусах, ведь единственное, что он знает, что у них маленький мозг и они прячут голову в песок. А если они не прячут её, то у них просто маленький мозг. Ужас какой-то. Интересно, что он будет делать трое суток в этом мире? Гулять? Общаться с Костей? Ходить в школу, если она тут есть? В принципе, просто будет жить повседневной жизнью в мире, где ему всё нравится? Антону кажется, что ему очень повезло, хоть он и не уверен, что в этом мире единственный сюрприз это то, что какая-то Вика тащит его к главному… Кстати, о главном, мутный чувак какой-то, скрытный, имени его никто не знает, название страны поменял. Да и вообще странно, что тут таких людей называют «главный», на сколько главный? Почему тогда директор в школе не «главный в школе»? Он пытается заснуть, но никак не получается, он уже и считал до ста, и представлял, как овечки прыгают через заборчик, а потом представлял, как Ольга Олеговна прыгает через парты. Но через минут пятнадцать, он всё же засыпает. Ему снятся единороги, которые ходят на двух лапах, а после подходят к карете запряженной людьми, садятся в неё и едут на работу. Работают они дыроколом, прокалывая дырочки в бумаге своим острым рогом. Этот мир исполняет даже желания, которые лежали далеко в подсознании, ведь Антон всегда в глубине души мечтал, чтобы ему снились прикольные и чудаковатые сны, вместо обычных неинтересных снов в виде простого чёрного экрана.