***
Всё те же улицы длились чересчур долго. Парень поднял голову, чтобы посмотреть на небо. Ни единой тучи или даже облака. Стоит такая жара, что начинает кружиться голова. Всё-таки этот мир довольно обманчив, он просто тебя сюда заманивает. Встречавшая на пороге Вика хотела задать кучу вопросов по типу: «Почему ты меня не предупредил? Приходится встречать тебя в пижаме», «Что случилось?» и в конце концов «Какого чёрта ты тут делаешь, сегодня же уже четвёртый день?!». Но вопросов не последовало, так как Тори увидела бледное лицо парня и мокрые волосы. Она сразу посадила его на стул, дала воды и села напротив, терпеливо ожидая, когда тот начнёт что-то говорить. Также девушка попыталась предложить конфет, но тот ответил, что ему вообще ничего в горло не лезет. — Антон, что происходит? Я просто ничего не понимаю, — мягко спросила Виктория. — Вик, кажется, я умер… Ты говорила, что если я сплю, то я всего на трое суток! А если умер, то навсегда! Трое суток прошли, я здесь! Я умер, Вик! — Ты только успокойся, хотя мне тоже стоит успокоится, — сообщила Вика, вставая и включая огонь на плите, видимо, чтобы приготовить себе чай. На её лице было непонимание. Как будто этого не может быть. — Только не говори, что ты не понимаешь, что происходит, — опуская голову на свои руки сказал Тоха. — Я понимаю. Но на самом деле в списке, когда ты попадаешь сюда, сразу написано спишь ты, в коме или умер. Просто у тебя была такая реакция на то, что ты возможно умер, что я решила не говорить о том, что ты спишь. — ответила она. То есть Антон сидел тогда, страдал, что он чуть ли не сдох, а ей видите ли его реакция понравилась! Тоха прикрыл глаза. — Но если я сплю и это сто процентов, то почему я всё ещё здесь?! — паниковал парень, но повод паниковать был. — Я сама не знаю, Антон. Девушка села за стол и принялась пить напиток. В этот раз в комнате стоял не аромат цветов или ягод, а острый запах трав. Даже по этому запаху Антон понял, что Вика тоже напряжена. Не ясно, что происходит в этом мире и реальном. Хотя, если подумать, в этом мире больше понятно, нежели в реальном. Может ли быть такое, что Антон попал сюда через сон, но пока спал умер? И всё-таки, в реальном мире было лучше. Несмотря на все преграды, это является опытом, а тут такого нет. Тут жить чересчур легко. Легко и скучно. Всё слишком цветное и яркое. Эта жизнь похожа на радугу, тут из одного яркого цвета сразу же идёт следующий, не менее яркий. Реальный мир же больше смахивает на зебру или пешеходный переход, ведь бывают и белые и чёрные полосы, никогда не знаешь когда белая оборвётся и начнётся чёрная. Но и не стоит забывать, что после любой чёрной полосы в жизни, обязательно будет белая. Интересно, сколько парень уже спит? Ведь одна ночь в реальном мире — это трое суток здесь. Но ведь он тут уже четверо суток… Практически. — А я могу тут застрять на несколько месяцев? — задал вопрос парнишка. Это будет плохо. Он не хочет. Ему здесь скучно, он чувствует себя не дома. Здесь всё слишком радужно. В начале всё казалось классным, но вскоре понимаешь что здесь скучно жить, здесь у тебя нет цели. Все мечты исполнились по щелчку пальцев. Он узнавал у Вики, тут даже школы нет! Нет работы, ведь она здесь не нужна, всё само по себе исполняется. — Ну, вряд ли. Хотя… Антон, я впервые такое вообще вижу. Этим всем ведь главный управляет, он решает когда ты вернёшься. Но и в этом мире есть правила, строго запрещено оставлять людей больше чем на трое суток, — ответила девушка, делая маленькие глотки чая. У Тохи зазвонил телефон. Парень слегка напрягся, ведь обычно ему никто не звонит в этом мире. Даже Вика отреагировала на это. Парнишка решил не медлить и взял трубку. — Алло? — удивлённо сказал он в трубку. — Антон, — позвал какой-то больно знакомый мужской голос. Тоха замер, надеясь, что его догадки не верны. — Да? — спросил он. — Кто это? — Главный, Антон, — ну да, догадки верны. Парень даже не успел забыть его голос. И что главному нужно от Антона? Может объяснить, почему тот всё ещё здесь? — Что вам от меня надо? Вика поняла, что вряд ли это мать Антона, так как он к ней на «вы» не обращается, поэтому она начала жестикулировать и шептать, чтобы тот поставил на громкую связь, что он понял и попытался сделать, но… — Не стоит ставить на громкую связь, Антон, — голос в трубке прозвучал строго. — Не надо! Но парень всё равно поставил. — Но… нет, я не ставлю и не собирался. С чего вы это взяли? В трубке вздохнули: — Не важно. Я не поэтому позвонил. Тори ещё больше напряглась и начала делать глотки уже побольше. — Ну так говорите, что случилось? — Я не хочу говорить тебе это по телефону, — сказал главный, с ноткой недоверия в голосе. — Я знаю, что ты не один. Тоха невольно кивнул. Не, а что? Правда же, он не один. — Завтра придёшь ко мне в пол пятого вечера, Антон. Как в прошлый раз, — уже тише сказал собеседник. В трубке загудело. Тоха кинул взгляд на девушку и начал ждать реакции или слов. Та наскоро допила чай и начала стучать ноготками по столу. — Какой-то был странный разговор, не так ли? — Тоха на мгновение смутился и поближе подвинулся к столу. — Хотя, если он попросил, значит, нужно идти. Можем прогуляться после визита главного, заодно обсудим ваш разговор. Вмиг промчалась мысль, что можно и прогуляться. В этот раз решение насчёт отказа красовалось где-то вдали.***
Тоха шёл уже по тёмной улице. Впереди был фонарь, а под фонарем проходила знакомая фигура… Тоха ускорил шаг и напряжённо всматривался. Когда он уже догнал человека, сразу стало ясно, что это его мать. Та услышала шаги и развернулась, увидев сына. — О, Тош, я иду с работы, а ты тут, — мягким голосом сказала она. Конечно, с работы. Парень даже забыл, что сегодня рабочий день у мамы. — Давай я тебе помогу, — взяв пакеты с рук матушки, сказал парнишка. Они шли и разговаривали насчёт того, где Антон был. Волосы родительницы были завязаны в небрежный пучок, на плече висела бежевая сумочка. Она была одета в синие джинсы и белую футболку, также у неё были обуты белые туфельки, которые звонко отбивали звуки от асфальта. Тоха только сейчас понял, какая у него красивая мать. Особенно сейчас, когда на неё падал лунный свет. Молодая, красивая. Мама повернулась к парню и улыбнулась. Они уже подходили к дому… Оказавшись в своей квартире, маленькая кошечка сразу же начала мяукать и встречать своих хозяев. Парень взял на руки животного. Маленькие коготки вцепились в в кожу, дабы удержаться. Антон прошёл на кухню, отпустил Апельсинку и насыпал ей корма. Та сразу же рванула кушать, аппетитно чавкая. В комнату вошла Наталья. Она уже была в домашней одежде. Открыв духовку, она достала тарелку с пирогом, ставя на стол. — Присаживайся есть, сынок, — сказала Заваева, доставая ещё две тарелки, присаживаясь за стол и отрезая кусочки. Парень присел и откусил кусочек. Приятный на вкус пирог просто таял во рту. Антон удовлетворённо хмыкнул, смотря на Наталью Заваеву. — Нравится? — поглядела в ответ мать. — Очень, — Тоха перевёл взгляд на кошку, которая уже облизывалась возле миски.***
Парень лежал на кровати и придумывал планы на завтрашний день. Скорее всего, он опять пойдёт к Вике, чтобы побольше разобраться в ситуации. Тоха пригляделся в сторону дверного косяка. В темноте ничего не было видно, но Тоха пытался понять, почему ему кажется, будто там кто-то есть. Вдруг по простыне это нечто стало лезть, дабы попасть в постель. Парень сообразил, что это кошечка. Та легла ему на грудь и начала тихо мурлыкать. Парнишка начал поглаживать своего домашнего любимца. Пронеслась мысль о том, чтобы позвать завтра Костю. А что? Будет неплохо погулять и втроём. Придвинув животного пониже, ближе к животу, Заваев продолжил гладить этот маленький клубочек, который не переставал мурлыкать и дёргать лапками во сне. Вдруг парнишке стало интересно, как будет выглядеть его Апельсинка, когда вырастет? Он представил красивую и уже взрослую кошку, которая сидела на подоконнике, смотря в окно. Наверняка она будет много драть бедный диван. Веки Тохи уже были невероятно тяжёлыми, так как уже жутко хотелось спать. Антон поддался сну и закрыл глаза, проваливаясь во тьму.