Цветочки

      Восьмой клон был к себя в комнате и сидел на кровати, клацая в телефоне. Вскоре, это занятие ему надоело и он встал с места, вышел из комнаты, направившись к кухне. На голове у него был маленький хвостик, вероятнее всего это кое-кто постарался, ибо никому боле так не дозволено докасаться до лидера. Собственно, подойдя к столешнице, Пик стал заваривать кофе, а после глянул на часы. Сам блондин только вернулся из сада, то есть своего любимого места, в котором каждый раз зарабатывал новые царапины, при этом принося оттуда кучу цветов. Некоторых, вероятнее всего, это бесило. Ну, я понимаю цветы, нормально вроде, но не в таком количестве, да и к тому же они все были красные. Покопошившись в прихожей, художник сразу отнëс цветы в комнату, а после пошел на кухню. Колени в кровь, он этого сам не заметил, однако придя к кухне почувствовал на себе изумлëнный взгляд Пикового Короля. – Что..? – Пх. Да так, ничего. Опять в саду наебнулся? — насмешливо поинтересовался он, окинув взглядом Батлера и облокотившись о столешницу, при этом взяв в руки кружку кофе и сделав глоток. Ему было не особо интересно физическое состояние бубнового, если конечно он не умирает, но спросил он из вежливости, словно хотел убедиться в очевидном, а после и вовсе произнести «А я говорил». – Не наебанулся, а всего лишь собрал цветы... — возмутился блондин, уже в какой раз. Такие встречи были частыми, а разговоры практически ничем не отличались от прошлых и последующих, притом что разнообразить их никто из них двоих и не пытался. Просто сказали всë как по сценарию, и дело с концом. Но не тут то было. Со стуком поставив кружку с недопитым и чуть остывшим кофе на стол, Пик сложил руки на груди и нахмурился, недовольно вздохнул. – Меня это заебало... — начал он, прикрыв глаза и опустив голову. – Ты делаешь себе самому хуево. Я заебался смотреть на твою кровь. – Что, прости? — изогнув бровь переспросил бубновый, не понимая что фиолетовому до него. – Хватит... Зачем ты это говоришь? Я не делаю себе плохо. — ответ был вполне ожидаем для старшего, однако Батлер все равно произнëс то, чего он не хотел бы слышать. Пик, в ответ на это, тихо прорычал. – Мне нет дела... Но хоронить тебя я не собираюсь. Понял? — он развернулся к окну, вильнув при этом хвостиком на голове, и стал наблюдать за людьми и природой. Хотя какая там природа, если перед глазами мельтешат изредка проходящие человечки. Король молчал, словно обиделся, или просто не в настроении. Такое часто бывает, когда на работе полный завал, а также в ситуациях на подобии этой. Постояв на месте, блондин все же чуть улыбнулся и подошел к тому, обняв за руку и чуть приподнявшись, а после чмокнув его в щеку. После сразу, дабы не отхватить пизды, обнял короля. – Да ладно тебе. Поморщившись, старший перевëл до сих пор серьëзный взгляд на Батлера, при этом опустив голову. Лицо младшего было довольным, и уж чересчур, что вполне раздражало Пика. Он хотел бы оттолкнуть это цветное существо от себя, однако прекрасно знал, что сделает ещë хуже. Он приподнял свободную руку, кой Батлер не обнимал, и приложил еë к щеке бубнового. Тот расплылся в улыбке. – Ну блять... Хули такое ебало довольное... — Чарли же усмехнулся и прикрыл глаза, так же его обнимая. Он ничего не говорил, и этим настаивал на сохранении тишины, которая его самого вполне устраивала. Слушать пение ранних птиц за окном было довольно интересно, это отвлекало от всех мыслей, вполне раслабляло. Художник надеялся на то что старший успокоится с удручающим их обоих вопросом, и, наверное, это когда нибудь произойдет. – Мм... Понятно все с тобой. — слегка озадаченно и разочарованно вздохнул тот, начиная поглаживать довольное, чуть ли не мурчащее существо по щеке. Она была тëплая, в отличии от руки Пика. Его холод расходился по всему помещению, пока тепло Батлера перебивало его. Цветной обнял того крепче, при этом прижав его руку к своей щеке сильнее. Ему вполне нравилось, на вид восьмой уж точно не был нежным, но если постараться, то можно что то да выдавить. Когда это получалось, художник словно расплывался перед ним, желая получать все его внимание и не отдавать никому ни единицы. Фиолетовый в ответ изумленно изогнул бровь, взгляд с раздраженного и недовольного перешел в тот, кой так и говорит: «ты охуел? Я не разрешал!». Однако, это тоже, пока что можно было вытерпеть. Король снова перевел взгляд на окно и стал внимательно что то высматривать. Художнику же было вполне похуй на все немые возмущения объекта обожания, он лишь так же стоял и наслаждался моментом, постепенно о чëм-то задумываясь. От этого, он по случайной случайности (🗿) ебнулся прямо на того, ойкнув. Пик, моментально среагировав, удержал его, обняв. И снова недовольный взгляд... По его мнению, блондин делал всë и более, дабы получить хоть дольку внимания, и даже случайность его настораживала и изредка выводила из себя. В ответ парень отвëл взгляд и аккуратно убрал его руки. Переведя взгляд вновь на старшего и заметив злобу с которой на него смотрят, он лишь расплылся в улыбке. В ответ раздражëнность сменилась на немой вопрос. Через несколько мгновений восьмой вздохнул, закатив глаза, и придвинул блондина к себе, понимая что ещë чуть чуть и у того начнется истерика, и будет тут распинаться обо всëм и вся. Такое состояние десятки настораживало старшего и заставляло сбавить обороты. Чарли же, не раздумывая пыльнул к нему, крепко обнимая и утыкаясь носом в грудь. Перебивая желание весь последующий день крафтить картины с расчленëнными трупами, он в голове стал думать о чëм угодно, что стало бы точкой опоры для нестабильной психики. Хватило каких-то молчаливых шуток в сторону стоящего напротив Пика. Хорошо что он не знает, о чëм так подозрительно хихикает его компаньон.