Проклятый пёс

***

Вооруженное детективное агентство.

Время: 08:20 утра.

Пару минут назад сотрудники сыскного бюро решили провести совещание, спустя несколько дней после масштабного инцидента. Совсем скоро от его начала - Куникида встал со своего места, поправил выпирающие листы бумаги из папки, включил проектор и настроил ракурс на маркерную доску, у которой стоял. Первой картинкой для всех стали фотографии улицы. — Эти фотоснимки были сделаны камер наблюдения. Неделю назад, через день после Апокалипсиса, — начал вести совещание Куникида, указывая, в момент рассказа, на доску тонкой синей ручкой. — Как можно заметить, этот район совсем неподалеку от места разрушения центрального здания Портовой мафии. Здесь видно, как несколько черных микроавтобусов, несмотря на перегороженную дорогу, заезжают к зданию и что-то выносят из машин. К сожалению, нам не понятно, что это: лишь одна камера смогла до сих работать и зафиксировать преступников. — И конечно, личности и намерения их неизвестны? — поинтересовался Акутагава. — Преступники были в масках - идентификация личности ещё в процессе работы, — ответила ему Гин. — Похоже, они начинают заселяться, — усмехаясь, заговорил Рампо, — В конце концов, "хозяев" нет, значит никто не сможет наругать за проникновение внутрь центрального здания. Вам бы найти этот микроавтобус по номерам, да организовать слежку за ним. — Ваша правда, Рампо-сан. Есть вероятность, что на могиле Портовой мафии зарастется дерево новой преступной организации, созданных из несколько мелких. По всей видимости новые претенденты на "преступный трон" намерены разрабатывать там какую-то малую торговлю. — Получается, это мафиозная монополия? — пошутил Тачихара (не к месту). — Этот Дерьмозай Осаму оценил бы подобную деятельность. Сидящий на центральном месте Фукудзава Юкичи сделал замечание юному сотруднику: — Тачихара-кун, не стоит пренебрегать к оскорблениями… Пусть последний босс мафии и является плохим человеком, но даже так, стоит отдать должное: он не поддался на провокацию Гильдии и отстаивал свою позицию. — При всем при этом, к сожалению, у Сыскного бюро нет достаточного опыта взаимодействия с мафиози. Мы не знаем, что от них можно ожидать после нападения Гильдии, и жив ли кто-то вообще. Только у Чуи есть достаточно сведений для этого. Но и он не удосужился нас своим вниманием, — закончил Куникида мысль с недовольством, бросая взгляд на наручные часы. Листая ленту новостей в телефоне, вдруг вступил в разговор Мотоджиро Каджи. — Чуя звонил мне недавно и сказал, что вышел в мини-отпуск за свой счет: на следующей неделе обещает выйти на работу. Кью вместе с ним будет. — Нашел время, — недовольно фыркнул Доппо. — Чуя-сан один из немногих, кто намерено не использует свою силу, к тому же в таком масштабе, — предположила Хигучи Ичиё, сидя возле Акутагавы. — У него осложнение? — поинтересовался директор агентства Фукудзава Юкичи, явно предполагая нежелательную негативную реакцию организма Накахары на лечение Мотоджиро. (И, на ранее упомянутые, крайние меры во время инцидента). — Ничего сказать не могу - от меня он вышел здоровым… Вон, Коё к нему приходила домой, — ответил Каджи, кивая в сторону упомянутую девушку. — Это было позавчера, да, Коё? Взор серебряных глаз Рюноске, как и нескольких других членов бюро, обратился в сторону "старшей сестры агентства" - Коё Озаки. Девушка с огненными волосами сидела, словно фарфоровая кукла: смотрела в одну точку на столе, не участвовала в диалоге; в принципе на подсознательном уровне была где-то далеко. Сейчас в её голове, словно видеозапись, проматывается недавний день. День, когда Коё решился придти в Накахаровскую квартиру.

***

Воспоминание Коё:

Время: 11:50 утра.

Поднимаясь по лифту на десятый этаж, в огромном многоэтажном здании, обладательница Золотого Демона переживала пуще прежнего. Она была одной из немногих, кому Чуя мог довериться, по приходу сыскное бюро. В то время, совсем юный, скрытный, и сломанный внутри, Накахара Чуя открылся молодой девушке. Он проникся к натуре Коё, принял её, как родную сестру и наставницу. Если бы не утонченность обладательницы Золотого Демона - вряд ли бы Накахара надолго остался в агентстве. (И возможно, его бы уже давно посадил Специальный Отдел по Делам Одаренных в тюрьму за использование разрушительной способности. Ещё и подстрекание несовершеннолетнего, нынешнего члена агентства - Кюсаку Юмено, одаренного в насильном контроле разума людей). Сейчас девушка остановилась у двери в квартиру своего подопечного, и каково же было её удивление, увидев дверной замок не запертым. Нет, он не был вскрыт кем-то посторонним, а просто напросто открыт; будто кто-то её забыл закрыть. В то же время, этот некто (или уже другой) прикрыл квартирную дверь, но не мог закрыть её, из-за сломанного дверного замка: дабы не сразу можно было предположить о позволении свободно расхаживать в квартире. Неспешна приоткрыв дверь, Коё заглянула в квартиру: перед собой она увидела общий коридор, соединяющий все остальные комнаты. В самом коридоре имеется светлое пальто, которое свисает с вешалки по правую сторону. Можно предположить, что кто-то сначала повесил, потом одежда упала - второй же человек, уже более низкого роста, попытался одеть на вешалку пальто и, частично, итог вышел удачным. На полу валяется брошенная мужская обувь - грязная, темная (от количества воды на ткани), и с дырками в подошве. И рядом, аккуратно поставлены детские резиновые сапожки - мокрые, с легкими разводами грязи, и яркого цвета. Не трудно было догадаться: кому из жильцов квартиры, какая обувь принадлежит. Закрыв за собой дверь и пройдя вперед по коридору, Коё обратила внимание на первую комнату, по левую сторону - кухню (совмещению с залом), на полу которой лежало несколько мелких осколков, созданных от чего-то крупного, вроде стопки тарелок. На столе стояли две пустые бутылки дорого импортного красного вина, и третья - лежала разбита на полу. Если обрисовать ситуацию: Чуя выпил целую бутылку, потом ещё одну; а затем, когда третью не получилось открыть, уже не в трезвом состоянии, - он обронил её на пол. А тарелки, как рядом стоящие, полетели на пол в следствии эмоционального порыва, вызванного по непонятной причине. (Пусть Чуя и бывает буйным, но никак не из-за разбитой бутылки. Даже для него - это перебор). В глубь души Озаки прокрался страх от увиденного количества сосудов для спиртовых напитков. Она негромко воскликнула: — Мальчики! … Кью! Чуя! Девушка вышла из кухни и пошла вдоль по коридору. Следующее две комнаты, параллельно находящиеся, - личные Кюсаку и Накахары. Именно у каморки её подопечного она нашла сидящего на полу Юмено. Мальчик с разноцветной копной волос сидел спиной к двери, обнявши ноги и склонив голову вниз, закрывая лицо в коленях. Судя по тому, что реакции на нового гостя не было никакой - ребёнок спит. Коё тихими шагами подошла впритык и сев на корточки, легким движением руки, проводила ею по голове мальчика. — Кью, Мальчик мой, — тихо донесся голос Озаки над ухом Кюсаку. Тотчас проснувшись, Кью поднял голову и увидев перед собой коллегу - улыбнулся всеми тридцатью двумя зубами. — Сестрица, — потирая глазки, сонно заговорил мальчик. — Доброе утро. — Доброе… Милый, пожалуйста, не мог бы сказать: в порядке ли ты? — Конечно. Почему Вы спрашиваете? Сказать, что Коё была удивлена этому вопросу - ничего не сказать. Поэтому, она решила осмотреть внешний вид Кью, интересуясь: — Ты и Чуя вчера не пришли в агентство. К тому же, я застала сейчас вашу кухню не в должном виде. Что-то произошло? — Как Вам сказать, … Чуя сначала пил на кухне. Потом он уронил бутылку. Чуя расстроился и разбил поэтому тарелки. — Вряд ли поэтому… — задумалась Коё. — Дальше Чуя взял штопор с четвёртой бутылкой. Видимо, он хотел для нечетного числа выпить. — Предположим… А потом? — Чуя сказал мне ложиться спать, а сам закрылся у себя. Ну, я и лег. — В таком случае, почему ты здесь сидишь? — А, это … Я проснулся от какого-то звука, вроде "БУМ". Но такой, не сильный, как будто что-то не тяжелое упало. — Неужели он… — Но Вы не переживайте: это не Чуя. Я когда вышел из комнаты и постучался к нему, то услышал что-то вроде мычания. Так бывает, Чуя просто не рассчитал силы и уснул. А то, что упало - бутылка. — Ну да… А кроме мычания, ты ничего больше не слышал? — Нет. — Спасибо. Милый, ты на кухню не заходи - посиди в комнате, пока я не разрешу выйти. Потом обязательно поможешь мне с уборкой, хорошо? Сделаем Чуе приятное. — Договорились, — с этими словами, Юмено поднявшись с места, ушел в соседнюю комнату. Оставив предварительно дверь приоткрытую. Коё встала на ноги и тяжело вздохнула, глянув на дверь. Ей было трудно на моральном уровне готовиться к тому, что она сейчас увидит. Её поселил страх, какой Накахара за этой дверью. Ведь у него … Три спешных стука в дверь и Коё надеется на ответ по ту сторону, хоть какой-то. Да хоть все то же мычание. Но ничего не происходит. Девушка стучится снова и снова, так на протяжении нескольких минут. В конечном итоге хозяин комнаты оставляет свою наставницу без ответа. Коё была вынуждена прибегнуть к крайним мерам. — Золотой Демон, разрушь преграду. Потусторонне существо незамедлительно появилось, стоило хозяйке приказать, достало катану и разрубило петельки дверной коробки, позволяя двери свободно упасть во внутреннюю сторону комнаты. Сразу же после этого - из спальни Накахары раздался резкий запах спиртосодержащих напитков. Окна закрыты, основная часть рабочего стола (у стены) разломана пополам; бумаги разбросаны по полу и несколько из них - запачканы, в разводах от алкоголя. На полу валяется около трех пустых бутылок из под вина и одна разбитая на ковре (судя по траектории, столкновение произошло со шкафом для хранения одежды). Золотой демон испарился, а Озаки медленно прошла внутрь комнаты. Во время краткого осмотра комнаты, она и не сразу заметила среди всего хлама самого хозяина квартиры. Накахара спал на кровати, поверх одеяла (грязное и мокрое, но явно не от алкоголя), держа обеими руками бутылку из под вина, обнимая её. Его бледная кожа, синяки под глазами, легкие влажные следы от слез на лице, - все это давало повод для беспокойства. — Чуя?… — тихо окликнула Коё подчинённого, аккуратно обходя осколки на ковре и садясь на край кровати. Она мягко прикоснулась к предплечью Накахары и немного начала его трясти, чтобы тот отреагировал. Когда в ответ рыжеволосый парень коротко промычал и перевернулся спиной вниз - стало понятно, что Чуя, по крайней мере, жив. И слава Богу. — Чуя, просыпайся. — Ммм… Мам, ещё пять минуточек… — весьма разборчиво, несмотря на внешний убогий вид, пробормотал Накахара. Озаки вяло улыбнулась и вздохнула. Даже не столько от усталости, сколько со снисхождением к своему ученику. — Конечно, — слабо провела она рукой по лбу Чуи, поглаживая. — Но не забывай, Милый, что моя доброта не безграничная. Даже по отношению к тебе. Коё аккуратно достала пустой стеклянный сосуд из рук Накахары и слабо стукнула им по голове юноши. — Ауч! Чуя резво подскочил на матрас и прижал ладонь к голове. Подняв взгляд, он увидел гостью своей же квартиры. — Коё-сан?! … — детектив промычал от пульсирующей боли в голове. — Что Вы здесь делаете?… — Во-первых: не смей, даже нетрезвый, вешать на меня статус матери. Я молода для такого… Во-вторых: Я, Дорогой, хочу задать тебе вопрос по лучше: как ты умудрился выпить такое количество вина? По взгляду небесных глаз Накахары - подопечный не на шутку испугался сурового голоса Коё. — Это не то, о чем Вы подумали … — И о чем же я подумала? О том, что у тебя ломка случилась и ты снова начал пить, как не в себя? Чуя на это промолчал. — Мальчик мой, ты давал мне слово, что никогда не будешь напиваться до потери сознания. А что вижу: полный бардак и кучу мусора? … А может, ты боялся, что я начну о чем-то подозревать? Чуя снова молчал, виновато смотря вниз на мокрое одеяло. Коё решила не давить морально на подчинённого и проверила температуру Накахары старым добрым способом: мягко прикоснувшись губами ко лбу. Детектив отпрыгнул на пару сантиметров левее. — …Ну, ты подумай над тем, как будешь оправдывать своё "празднование" - я и Кью займемся уборкой, — перед тем, как Коё окончательно выйдет. — Прости, Чуя, я тебе здесь дверь подпортила. — Не беспокойтесь: я починю, — усталым голосом проговорил рыжеволосый и потер переносицу. — Умница.

Все последующие полтора выходного дня, в квартире детектива Накахары: гудел пылесос, шум крана и биение капель воды об посуду, шорох пакета и звон стекла бутылок об совок, в который складывали веником.

Не без этого, была организована и генеральная уборка: мытье уцелевшей посуды, мытье пола от следов вина, стирка кухонного ковра в стиральной машинке.

Коё, насколько бы она не была сурова со своим подопечным, не забыла проявить к нему заботу, приготовив Чуе и Кюсаку завтраки: омлет дашимаки тамаго, цукемоно, пропаренный рис, рыба и натто.

Кладя тарелки на стол, девушка услышала краем уха, как раздались шорохи со стороны коридора. Озаки посмела невольно предположить, что это кто-то чужой попытался открыть бесшумно дверь в квартиру. Но как-то только прозвучал громкий стук об коридорную тумбочку и недовольный голос Накахары со знакомой руганью - стало спокойнее на душе. Кью тоже увидел своего сожителя, вяло переплетающегося с коридора на кухню и остановившись у порога, поддерживая голову рукой. — Чуя, ты проснулся! — радостно вскрикнул мальчик. Юмено подбежал к Накахаре и обнял молодого детектива, явно переживая весь прошлый вечер и ночь за старшего товарища. Чуя не славился, как Юмено, такой бодростью и рвением - слегка пошатнулся назад, придерживаясь второй рукой за дверную коробку. — Ты героически смог встать: я удивлена, — промолвила Коё, с малой ехидностью взглянув на мучающегося Чую. Парень так и не поднял глаза на наставницу, ведь ей ещё огребать по полной программе. Его внимание переключено полностью на Кью. — Прости, что заставил тебя вчера волноваться за меня, — извинился Накахара перед мальчишкой, увереннее опираясь на ноги и приобнявши Кюсаку. После своих слов, Чуя попытался неудачно пошутить про теоретический итог своей пьянки. — Ну, разве что обеспечу себе - сушняк, онемение конечностей, сухость горла, голодание и болезнь Альцгеймера в придачу. — Чуя, не стоит искушать судьбу, нето пожалеешь, — ответила Коё на сарказм подопечного, попивая горячий чай в руках. Когда рыжеволосый с неким подозрением и настороженностью посмотрел на Озаки, та произнесла вдогонку. — Ешьте: еда остынет.

(Позже)

Время: 16:23 дня.

Коё облокотилась на ближайшую тумбочку и наблюдая за хозяином квартиры занимающегося "кружком: умелые ручки", вела с ним беседу: — … Интересно, насколько же злым ты должен был прийти домой, чтобы так вывернуть дверную ручку? Как она ещё держиться. — Сам в шоке, — ответил ей рыжеволосый детектив, стоя на одном колене и ремонтируя собственный замок. — Начнем с того, что я и Кью попали под ливень. Может, для него это было весело, а вот моя светлая одежда - этого не оценила. Затем, когда мы зашли в дом и обнаружили лифт на ремонте. Поэтому нам пришлось переться на десятый этаж пешком. — А способность ты не использовал, из-за наличия видеокамер на этажах? — Не только. Ещё и из-за того, что вода с одежды все равно стекала бы вниз по этажам - я не оставляю следов. — Кстати, о следах, почему ты носишь эти бинты на шее? Когда-то ты лично отдал свой чокер мне и добавил, что у ты раньше носил его. В Портовой мафии был такой странный дресс-код?… Или ты что-то скрываешь там?… После этих слов, Чуя обронил невольно отвертку на пол и с мимолетным испугом посмотрел на Озаки. — Нет, что Вы… Старые раны - ничего более, — солгал Накахара. — Тогда, может, покажешь? — заинтересовано попросила его Коё. — Ты знаешь, у меня есть опыт в обрабатывании ран и косметологии, как эксперт. — Анэ-сан, я… — в этот момент детектив заметил краем глаза, как за ними наблюдали желтые глазки с разной формы зрачков. — А кто-то сейчас останется без права на телевизор. — За что? — высунул полностью голову Кюсаку. — За любопытство во взрослые разговоры. Кстати, кто обещал мыть посуду за то, что я куплю ему "Ад в бутылках"? Юмено скрестил руки на груди и обижено фыркнул. — Между прочим, там про: три бутылки с мольбой о помощи, которые несчастные бросили в море; там сам интерес в правде, которые написаны внутри бумаги! — "Ад в бутылках"? — уточнила Коё, удивившись таком экзотическому названию книги. Тем более, общедоступной. Накахара на упомянутую покупку лишь махнул рукой. — Не вникайте: это какой-то психологический набор замысловатых фраз и подтекстов. Пусть ребенок тешиться. (И при всем его негодовании - он все равно купил же такое произведение ребенку). — Все-то ты помнишь, Чуя-кун. Меньше знаешь - крепче спишь! — разочаровано проговорил мальчик, посадив свою куклу-игрушку на пуфик, а сам ушел на кухню. — А сон тебе не помешал бы: сидишь за ноутбуком допоздна! — Иди-иди, посуда ждет тебя, — слабо улыбнулся ему рыжеволосый. Даже, с долей надменности. Когда пару минут спустя вовсю звучал шум крана, тихий звон посуды об раковину и скрип губки об керамику - Чуя, наконец-то, закончил ремонт дверного замка. — Сам себе организовал проблему, сам и решил её, — усмехнулась обладательница Золотого демона. — Тебе бы взяться за подработку "мужа на час". Накахара вдруг встал возле Коё и неоднозначно смотрел на неё, меняя взгляд на кухню. — Обязательно об этом подумаю. Скажите честно, … Вы все ещё хотите разговор по душам? Озаки с интересом взглянула на него. — А ты как думаешь, Чуя? Не забывай, что я ручаюсь за тебя с самого первого дня, как ты прибыл в агентство: я всегда интересуюсь твоей жизнью и, несомненно, благополучием. — Даже "прошлого меня" хотите узнать? Немой ответ в глазах наставницы прекрасно дал понять Накахаре простое: "да". Рыжеволосый слабо кивнул и прошел вперед, заходя в свои личные апартаменты. Коё не заставила его долго ждать и зайдя внутрь, покачиваясь, сложила руки на груди. Глаза цвета вишни блеснули, как-то по особенному, благодаря солнечным лучам в комнате или от глубокого интереса, глядя на мешкающегося Накахару, который сидел боком от своего рабочего стола. Чуя неуверенно начал: — Около шести лет назад в Портовую мафию, вследствие оккупации иностранной организации, было транспортировано вещество с наркотическими свойствами. Оно должно было усовершенствовать способность одаренного, давая ему несколько дополнительных функций… А я, как бы не хотелось, был единственным хорошим вариантом. — Нет-нет-нет. Дорогой, мы не так договорились, — Коё мягко присела на место сбоку, от кресла Накахары. — Ты прекрасно знаешь, что можешь мне довериться. Если уж откровенничать, то полностью. Ты ведь что-то недоговариваешь все это время, правильно? Я хочу конкретно это послушать. Чуя молчал. Он сидел возле Озаки с приоткрытым ртом, не скрывая в глазах страх, и ничего не произносил вслух. Его веки подняты так, что между верхним веком и радужкой глаз обнажается белок. Накахара оставлял свою наставницу без ответа минуту, две, пять, десять; опускал голову и отводил взгляд, словно нашкодивший котенок. Взгляд его небесных глаз олицетворял лишь одно - тревогу. Тревогу, что вызванная каким-то волнующим событием. Вероятно, из глубокого прошлого, и тем не менее оно до сих пор остается внутри подсознания детектива. Чую нельзя было назвать молчуном, но на конкретные темы - он был тише воды и ниже травы. Упомянутые, даже случайно, вещи вызывали крайне не приятные чувства, от которых Чуя (судя по его настойчивому упорству) всегда пытался уйти, спрятаться, остерегаться, напрочь убежать и т.д. Однако, от такого чувства недо-настольгии невозможно избавится до конца. Возможно, бывший исполнитель Портовой мафии это понимал, хоть и старательно отрицал. Это ощущение, словно злополучная тень, преследует его уже который год. Страх существует для защиты - от непотребностей, коварных поступков и необдуманных действий в целом, которые могут быть опасны для жизни. Но в случае с Чуей, его глаза отображали "коктейль" из страха и страшнейшего чувства стыда (о втором ингредиенте говорил румянец на лице детектива, схожее по оттенку с его огненными волосами). Не будучи решительным до конца, Накахара махнул рукой по воздуху, подняв указательный палец; как бы вежливо прося Коё подождать. Юноша встал со своего кресла и медленно подошел к двери собственной комнаты, выглянув в коридор. Только тогда, когда он удостоверился в занятости Кюсаку на кухне - мог закрыть дверь на замок. Обернувшись к наставнице, Чуя наконец-то собрался с мыслями, при этом тихо порыкивая, будто недовольный пёс. Так и гляди - уши вырастут и прижмутся к голове. — Я не могу этого скрывать вечно, тем более от наставницы… — Вы точно никому не расскажете? — Милый, я похожа на такую подлую плутовку? — шутя заговорила обладательница Золотого демона, но увидев серьезный взгляд подопечного, она ответила. — Разумеется, можешь не сомневаться. Накахара тяжко вздохнул и решился на откровенный ответ. То, что он произнес, Озаки никак не могла ожидать. — Нас с боссом Портовой мафии связывали не только рабочие, но … и платонические отношения. Хотя, это отношениями трудно называть - он накачивал меня допингом для одаренных, вызывая полную потерю сознания; или же, что хуже, отключая мой мозг на время, но заставляя меня ощущать каждое его действие и шорох… Чуя замялся, будто собирался сейчас сделать что-то постыдное (в своем понимании). Детектив медленно расстегнул рубашку, снимая её с груди и плеч; снял бинты с рук и на шее; расстегнул ремень брюк. В процессе этого, Накахара продолжал: — Как бы я не пытался до него достучаться, он с самого первого дня нашего знакомства был и остается куском дерьма… Верхняя часть тела детектива была обнажена полностью. От кисти рук и до локтя - глубокие кожные повреждения, схожие на ожоги третьей степени (слава Богу и силе времени, повреждение тканей уже не выглядит таким отвращающим). На груди по правую сторону, у сердца, есть загадочный рисунок; Коё не решилась спрашивать, откуда это у Чуи и зачем он набил такую татуировку. По и до таза на торсе Накахары были отчетливые синяки об тупые предметы, следы от уколов, легкие царапины (может и от ногтей, вероятнее мужских). По мимо этого, Коё присмотрелась к внешнему несчастному виду Чуи и, в особенности, заострила своё внимание на многочисленные царапины на шее того. Злополучные бинты с пятнами крови (которые успели из ярко-красного - выцвести со временем в серо-бардовый) скрывали, на первый взгляд, незамысловатые выцарапанные линии, но если быть внимательнее - это иероглифы японского языка. Тонкие линии темно-красного цвета, не что иначе, как кровь самого Накахары; выцарапаны символы чем-то мелким, на подобие иглы (или, например: шприца, которые используют наркоманы для введения веществ себе под вены). Девушка убрала мимолетно рыжие волосы Чуи с плеча и мягко прикоснулась подушечкой пальцев к элементы иероглифов. — К-Коё-сан? — захлопав глазками от удивления, тихо проговорил юноша. — Тихо, — резво приказала ему Коё. — Если я не увижу у господина Дазая справку из психбольницы - у меня не будет причин его убивать. — Смешная шутка… — отведя взгляд в сторону, проговорил Накахара. Это отчетливо звучало, как сарказм. И Коё его приняла. Рассмотрев написанные иероглифы, Озаки разобрала в них - "Дазай". По нескольким неаккуратным линиями рядом можно предположить, что безбашенный молодой босс Портовой мафии намеревался обозначить своего бывшего сотрудника полным именем и фамилией, но видимо не успел. — Скажи: почему ты ничего не рассказывал? Почему ты скрывал это? Милый, мы бы поняли тебя: у всех нас есть душераздирающее прошлое. Чуя вяло отстранился от наставницы, не желая, чтобы его трогали ещё какое-то время. — Один из главных моих страхов - это разоблачение тайн. Я боюсь того, что люди узнают о моих слабых местах; что со мной случилось в прошлом и что они могут этим воспользоваться против меня. Либо… против моих давних "знакомых"… Так подумать, то Коё пыталась сложить в единое целое несколько факторов: Чуя работал в мафии около трех лет; был в прочных связях с Дазаем (при том, с односторонней симпатией и отсутствием выбора у Накахары); Чуя до сих пор хранил вещи своих покойных друзей; он был одним из немногих людей, кто сидел на высокой посаде в мафии - значит хотел чего-то достичь; вообще тема о преступном прошлом для него запретная тема, но в то же время, несомненно, ценная. Может, в таком случае… — Погоди, — опешила Озаки. — Не хочешь ли ты сказать, что напился… от горя? — Простите? — переспросил её Чуя, надевая светло-голубую рубашку и торопливо застегивая. Он отвернул голову и старался отвлечь свой мозг от мыслей, смотря в окно на закат. — Я говорю, ты напился из-за чувства печали?… Ты огорчен из-за смерти господина Дазая? И факта уничтожению Портовой мафии в целом. И тут, Чую, как подменили. Чистый белок глаз медленно окрашивался в розовый, а глаза становятся хрупким стеклянным сосудом, поблескивающий от появляющихся слёз. — Я… Я?… Что за бред?… Да я бы-… Да чтобы я оплакивал этого ублюдка… Рыжеволосый опер руку на подлокотник кресла и прикрыл кулачком лицо, как бы не давая Озаки увидеть его настоящие эмоции. Чуя, словно переубеждая себя, все бормотал себе под нос тихо и часто моргал, смотря в окно. — Да чтобы я хоть как-то переживал про прошлых коллег… Да никогда… Бред-бредом… На этом моменте в душе Коё сжалось нечто, а её сердце - окончательно растаяло перед подопечным. Она видела в нём себя, несколько лет назад. — Дорогой, иди сюда, — девушка подсела ближе к Накахаре и обняла его. Кладя голову юноши себе на плече, она медленно гладила рыжие волосы и нашептывала тихим успокаивающим тоном.

***

— … Да по-любому Чуя обрадовался исчезновению Портовой мафии с территории Йокогамы. Как ни как, бывший сотрудник организации: надоели ему прошлые коллеги и решил отпраздновать, — предположил Мотоджиро. — Звучит … весьма грубо, — попытался упрекнуть старшего Акутагава. — Даже если бы Чуя-сан как-то и отреагировал, то точно не "празднуя". — Если он сорвался… — недовольно начал Куникида. — Коё, ты того же мнения придерживаешься, что и Мотоджиро-кун? — спросил мнение своей сотрудницы Фукудзава. Голос директора бюро, пожалуй, лишь сейчас пробудил Озаки из мира воспоминаний. Девочка, с долей рассеянности, подняла голову наверх. Увидев обратимые на себя взгляды, Коё тихим голосом проговорила ответ.

Да… Можно и так сказать…