Silver flame

«Мы не гневаемся на того, кого считаем недостойным нашей мести.»

— Аристотель.

Три года назад.

Уже пошла вторая неделя, как я оказалась в камере Щ.И.Т.а довольно угрюмое место, честно говоря, но зато спокойное. Белые стены, маленькая кроватка, с тумбочкой, на которой лежали горы таблеток, а рядом стоял стакан воды. Здесь так же было, огромное пуленепробиваемое стекло вместо стены, через которые охранники наблюдали что я делаю, каждый божий час, до жути яркий свет и холод который пробегает до костей. Казалось какой сумасшедшей понравилась бы такая обстановка? Последующие дни одиночества тянуться еще дольше. С какого-то момента я начинаю бесцеремонно нарезать круги по камере, чувствуя панику, я говорю сама с собой, запуская руки в волосы. Иногда я лежу на полу, истерично смеясь глупости своего положения. Механизмы на моих руках, сняли на второй день, моего нахождения здесь, что в принципе странно. На их месте, я бы даже не притрагивалась к этим штуковинам, но они решили иначе. Со мной пытались заговорить некоторые агенты, но я молчала, игнорируя каждую их попытку. Эти люди совсем не боялись меня, сторонились, но не боялись. В мире полном сверхлюдей и гениев, ничему не удивишься, что уже говорить, об одной чокнутой девице. Я готова поклясться, что именно так, они обо мне и думали, ловя на себе мои очередные взгляды. Каждый день ко мне приходила женщина, одна из санитаров, ее звали Роуз, она действительно была славной, пусть и заставляла пить таблетки, к которым я даже не притронулась за все время, но я не помню, когда последний раз, ко мне кто-то относился с такой заботой. Она говорила со мной, спрашивала как я себя чувствую, пусть я и не отвечала ей, но мысленно была благодарна. Вдова исполнила свое обещание, ко мне действительно хорошо относились учитывая ситуацию… Это все странно. Зачем они держат меня в тюрьме Щ.И.Т.а. Почему они сразу меня не убили? Чего они ждут. Эти мысли не дают мне покоя. Что если меня вытянули из одной клетки, чтобы поместить в другую? Я не могу снова позволить, манипулировать мной. Эти и другие голоса в моей голове, не дают мне уснуть с дня трагедии в Швейцарии. Крики людей, звук рушащихся камней, кровь… много крови. Я вздрогнула от резкого механического шума. Механическая дверь отъехала и в камеру зашла женщина с блокнотом, чуть за сорок, а за ней рыжеволосая девушка. Романофф. Из-за открытой двери прошел сквозняк, от чего в камере стало намного холоднее. — Доброе утро, как сегодня ты себя чувствуешь? — спросила женщина, с легкой улыбкой. Я сильнее поджала ноги под себя, и уставилась куда-то прямо, игнорируя вопрос. — Она почти всегда молчит, не может, или просто не хочет отвечать. — сказала Роуз, качая головой. — Таблетки тоже не принимает, и совсем не ест… — проговорила она записывая что-то в тетрадь. — Не заставляй, если не хочет. Подожди что? — она повернулась к женщине. — Ты вообще читала досье? Эту девушку пичкали препаратами, половину жизни. Кто вообще прописал пить чертовы таблетки? — сообщила вдова, от чего я немного удивилась, и даже приподняла голову. Наши взгляды встретились и я нахмурилась, с непониманием рассматривая вдову, будто искала скрытую угрозу в ней.  — Выйди, я хочу поговорить с ней. — отрезала Романофф. — Но директор Фьюри… — она запнулась. — Он знает. — она кивнула на дверь. Женщина в замешательстве кинула последний взгляд на меня, прежде чем закрыть свой блокнот и выйти из камеры. Романофф сделала шаг ко мне, открыв рот, в попытке заговорить, но я ее перебила. — Пришла для того чтобы убить меня? — холодно спросила я, как только дверь закрылась. — Аууч, как грубо. — она усмехнулась, подошла и села рядом со мной на кровать. — Выглядишь хреново… сколько дней ты не ела? — она задалась вопросом, рассматривая меня. Я прижалась спиной к холодной стене и откинула голову назад, действительно задумываясь над этим вопросом. — Неделю, может больше… — честно призналась я, прикрывая глаза. — Это может плохо кончиться, ты ведь это знаешь? — она выгнула бровь, на что я лишь хмыкнула. — Будет очень иронично в один из прекрасных дней, найти изголодавшийся труп девушки, которую тренировали в одной из сильнейших организаций. После последних слов, я напряглась сильнее. В помещении повисла гнетущая тишина. Где-то в коридоре, послышался чей-то голос, который сразу же затих. Я впилась ногтями в свои ладони, пытаясь подавить любые эмоции. — Сколько выжило? — прохрипела я, после молчаливой заминки, точно зная что она понимает, что я имею ввиду. — Больше полусотни удалось спасти. — осторожно ответила она, не говоря ни больше ни меньше, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Погибших? — задала я вопрос, не уверена, хотела бы я знать точный ответ. — Сотни… — она поджала губы. Поспешно сделав глубокий вдох, я резко отвернулась в сторону, пытаясь скрыть страх в глазах. В горле появился истошный ком, от которого стало совсем не легче. Пространство словно начало сжиматься вокруг меня, воздуха было катастрофически мало. Я убила всех этих людей, сознательно. Сотни, именно столько погибло из-за моих необдуманных действий. У каждого из них были планы, будущее, счастливая семья. И я все это у них отобрала… Рука на моем плече, заставила меня вздрогнуть и обернуться. Что это, жалость? Я не должна показывать свою слабость, не сейчас. Они могут использовать это против меня. Я не знаю, какие у них планы на меня в будущем. Что если это такая уловка?  — Что тебе нужно? — спокойно поинтересовалась я, наблюдая как она убирает свою руку, от моего плеча. — Просто поговорить. — ответила она, тем самым вызвав у меня смешок. — Не боишься, что я могу тебя убить, прямо здесь? — я выгнула бровь, в вопросе, рассматривая белоснежные стены напротив. — Для меня это будет проще простого… — Ты не станешь… — уверенно ответила она. — Почему ты так думаешь? — так же спокойно ответила я, приподнимая запястье вверх. Стакан с водой, который до этого стоял на тумбочке, полетел вниз разбиваясь на мелкие осколки. Я почувствовала как тело Романофф напряглось, когда те самые осколки вспарили в воздухе, переплетаясь с лучами светлой энергии исходящей из моей ладони. — Пытаешься запугать меня? — хмыкнула она, напряженная чем обычно. — Просто пытаюсь понять почему, ты так ко мне относишься… — произнесла я, рассматривая осколки парящие в пространстве. — Погибли люди. Это я их убила...ты это знаешь. — я сжала крепче челюсти, услышав в коридоре суматоху. — Но ты просто приходишь сюда и говоришь со мной так, просто, будто тебя действительно волнует мое участие. — дверь камеры открылась и внутрь ворвалось, шестеро вооруженных агентов Щ.И.Т.а. Подорвавшись с кровати я подняв свою левую руку, один из вошедших тут же влетел прямиком в белоснежную стену, пачкая ее своей кровью. Жить будет, просто не большая травма. У меня нет намерений кого-то сегодня калечить. Остальные переполошились и направили на меня автоматы. Мои глаза забегали пытаясь найти выход, я подняла обе свои руки обороняясь и делая шаг назад. Двое из них хотели броситься на меня, но услышав команду сразу же остановились. — Прекратить! — прокричала Романофф, ее голос эхом раздался по помещению, агенты переглянулись между собой и с неохотой опустили оружие.— Вышли. — она указала пальцем на дверь. — Мы выполняем приказы только директора. — сказал один из них. — Она представляет собой опасность. — продолжил тот, переводя взгляд на витающие осколки. — Ах да, тогда советую сходить и переговорить с Фьюри на эту тему лично. А теперь убрали свои назойливые пятые точки отсюда. Я разберусь. — вдова закатила глаза. — И этого заберите. — она указала на мужчину, лежащего без сознания. — Что ты хочешь услышать? — обратилась она уже ко мне, складывая руки на груди и наблюдая как агенты поднимают вырубленного охранника. — Я хочу узнать, почему? — я тут же нацепила маску равнодушия. — Почему ты так относишься ко мне, к той кто сейчас ставит твою жизнь под угрозу? Она повернулась и подошла ко мне, вглядываясь в мои глаза, будто пыталась донести до меня, очень важные слова. — Ты мне напоминаешь меня. — она произнесла приподнимая подбородок. — Я когда-то была в таком месте, где мнению других придавалось большое значение. Меня это душило и едва не сломало. Раньше я тоже делала необдуманные поступки и из-за этого умирали люди. Я была как ты, маленькой испуганной девочкой. Мне всего было девять. Сестре шесть. Меня учили убивать с малых лет, и другого я просто не умею делать лучше. Я была потенциальным оружием многие годы, другой жизни я просто не знала. Поэтому, Лэйн, мне не просто знакомы твои чувства — я понимаю все, что творится у тебя в душе. Я знаю, что они пытались сделать с тобой. Теперь же, проявив немного смелости, ты все это можешь отправить в преисподнюю вместе с заботами о своей репутации. — она призналась, делая шаг ко мне. — Вот по этому, я хочу помочь тебе. — Помочь мне… — подытожила я, прищуриваясь. — Да. — коротко ответила она. — А что делать с воспоминаниями и этими мыслями, которые не дают покоя? — я с интересом, взглянула на вдову, и она нахмурила брови. — Ничего, от них не избавишься. — она встряхнула плечами. — Может прекратишь? — она кивнула в сторону парящих осколков. — Я серьезно. Так диалоги не ведутся. Я усмехнулась, и покачала головой. Опустив руку на бедро, осколки со звонком рухнули на пол. — Так вот насчет помочь. Идем со мной, Фьюри хочет предложить тебе, честную сделку. — произнесла она, покачав головой.

17:27. Штаб Мстителей. Наши дни.

— Я спрашиваю последний раз, что произошло? — спросил Фьюри, упираясь руками об стол. Вчера, после того как мы подъехали с Барнсом к базе, я сразу же выскочила из машины, предварительно сильно хлопнув дверью, даже не попрощавшись с ним. Эти тридцать минут в замкнутом пространстве длились словно мучительная вечность. Двигаясь по коридору, я проигнорировала всех собравшихся в гостиной и направилась прямо в комнату. Как только я открыла дверь, я повалилась на кровать, снова проклиная Барнса. Видимо, по моему лицу и настроению директор Щ.И.Т.а понял, что что-то не так. — Что произошло? Да вы, должно быть, издеваетесь. — я отбросила бумаги на стол. — Барнс произошел, вот что. Он многозначительно выгнул бровь, показывая, что ждет более открытого ответа. — Барнс возомнил себя главным. Сказал, что из-за меня мы чуть не сорвали миссию, хотя на самом деле, если бы не я, у нас не было бы информации. — я фыркнула, поправляя волосы. — Ну, могло быть и хуже… — начал Фьюри, поглядывая в бумаги, которые его мало интересовали. — Принеси сегодняшний отчет. — обратился он к Марии Хилл, и та лишь кивнула, покинув конференц-зал. — Хуже? Это если бы он пристрелил меня? — мой голос отдался эхом по комнате, и я откинулась на спинку стула. Он оторвался от бумаг и направился к окну, выходившему в сад. — Это я назначил его главнокомандующим в этой миссии. — спокойно произнес директор. — Вы что?! — я вскрикнула и тут же зажала рот руками. — Фьюри, за что вы так со мной? — я мучительно выдохнула. Он снова обернулся, скрестив руки, и приподнял бровь, как бы упрекая меня. — Барнс служил ранее, он бывший военный и более опытный в делах Гидры. Он знает их слабые места и тайны. Он осторожный и предусмотрительный. Если он продолжит восхвалять его, меня вырвет прямо на этот стол. — Ну да, и высокомерный ублюдок… — буркнула я, почесав щеку и рассматривая помещение. — Почему не Стив? — будто опомнившись, добавила я. — Что, прости? — переспросил он, принимая документы, которые Хилл протянула ему. — Стив тоже хорошо знает Гидру. Почему я не могу работать с ним? — заявила я, переводя взгляд на Марию. — Потому что он Мститель, — ответила Хилл. Я схватилась за переносицу, тяжело вздыхая. Эти двое ужасно утомляли. Сколько я уже здесь? Минут тридцать. А могла бы принять горячую ванну вместо этих пустых разговоров. — Именно поэтому. — продолжил Фьюри. — Вы с Барнсом простые агенты, пусть и наиболее приближенные к Мстителям. У Роджерса есть более важные дела. Какие? Позировать перед камерами, обучая дисциплине таких школьников, как Паркер? Или полировать свой щит в гостиной, как он делал два дня назад, с таким усердием? Я усмехнулась своим мыслям, но заметив недовольное лицо директора, тут же стерла улыбку. Конечно, я не обесценивала труд Стива и остальных, но после Читаури и Альтрона стало тихо. Мстители теперь занимались мелкими заданиями, а мы с Барнсом гонялись за людьми с пробирками. — Итак, что вы узнали? — спросил Фьюри, перебивая мои мысли. Я достала из заднего кармана джинсов маленькую карточку. Фьюри прищурился, взял визитку и внимательно ее осмотрел. — И это все? — он презрительно поморщился. Наклонившись через стол, я потянула ноутбук на себя и открыла карту. — Через две недели там будет следующая поставка. Мы с Барнсом отправимся туда. — сказала я, показывая пальцем на точку. — Газ, который они поставляют, способен убить обычного человека за минуту-две. На суперсолдат он тоже действует, но как именно — неизвестно. — Что ж, это уже что-то… — он наклонился сзади меня, рассматривая карту. — Сколько доз? Мой взгляд скользнул за монитор. Хилл стояла у окна, просматривая бумаги. Прокрутив шею, я все же ответила: — Неизвестно. Их может быть двадцать, а может и около полусотни. — Ты уверена, что справишься с этим? — Фьюри прищурился, глядя на меня. — Вы про что? — я закрыла ноутбук и обернулась к нему. — Эти организации, которые участвуют в поставках… — он начал, но я перебила его. — Вы сомневаетесь во мне. Но я давно прошла этот путь. То, что «Гидра» и «Пегас» объединились, конечно, шокирует. Но кто-то должен этим заняться. И кто, если не я? — я грустно улыбнулась, вставая из-за стола. — Теперь ты понимаешь, почему я поставил тебя в пару с Барнсом, — сказал он, и, клянусь, я увидела, как он усмехнулся. — Работать против старых союзников… — покачала я головой, держась за ручку двери. — Вы ужасный человек, Фьюри. Не дождавшись ответа, я покинула конференц-зал и направилась к лифту. Узнала я об этом около трех месяцев назад: две из самых опасных организаций теперь работают вместе, и это выбивает меня из колеи. Насколько я знала, Гидра никогда не сотрудничала ни с кем. Они десятилетиями работали только для себя. Но теперь… Я достаточно изучила их дела, чтобы понимать: здесь что-то нечисто. Но отрицать очевидное я не могла. Спускаясь с лестницы и приближаясь к кухне, я увидела Ванду и Стива. Они сидели за столом, смеялись и пили чай. Смотреть на это было странно приятно. — Лэйн, ты здесь. — улыбнулась Ванда, вставая и заключая меня в объятия. — Привет. — я обняла ее в ответ и слегка отстранилась, чтобы поздороваться с Стивом. — Привет, Роджерс. — я сделала армейский жест, на что он закатил глаза с улыбкой. Подойдя к столешнице, я начала настоящее испытание — искать кофе в бесконечных тумбочках. — Фьюри тебя загонял, да? — послышался голос Стива за спиной, пока я открывала очередную дверцу. — Что-то типа того… — буркнула я, наконец найдя синюю пачку кофе. — Где остальные? — спросила я, доставая чашку и насыпая сахар. — У всех свои дела, как сказал Тони «мы же не грызуны, чтобы сидеть взаперти вечно» — произнесла Ванда, очень похоже копируя Старка, заставив меня засмеяться. — Да, это похоже на него. — согласилась я, заливая кофе кипятком. Старку никогда не нравилось, проводить время на базе, это я еще поняла в первые дни знакомства. Он лучше предпочитал закрыться в лаборатории на первом этаже, чем проводить время с командой. Я даже иногда думала, что он их избегает, но на самом деле это не так. Тони заботится, о них больше чем кто либо, пусть и по своему. Он появлялся здесь крайне редко, и для этого были только две причины, первая — собрание. И вторая — ему действительно не было чем заняться. — Завтра в девять будет тренировка. Не опаздывай. — упомянул Стив, обращаясь ко мне. — Роджерс, не давай мне причин, снова ненавидеть тебя. — холодно бросила я, указывая на него пальцем. — Снова? — усмехнулся он, наклоняя голову. Я скомкала салфетку и обернувшись бросила в него, но тот ловко увернулся. — Тренировка? У вас же она была позавчера. — поинтересовалась Ванда, переводя взгляд со Стива на меня. Взяв свою чашку в руки, я отодвинула стул и села рядом с Максимофф. — Да была, но кто-то решил что тренировки два раза в неделю, это слишком мало. — я уставилась на Стива. — Не смотри на меня так. — указал он. — Это действительно очень мало. Баки тоже так считает. — добавил Стив, отпивая горячую жидкость. — Баки? — переспросила Ванда. — Да, обычно он всех тренирует. — буркнула я, прокручивая чашку в руках. — Даже тебя? — снова поинтересовалась ведьма, наблюдая за моими действиями. — К моему большому сожалению... — ответила я, делая первый глоток горячего кофе. — Как сегодня планируете провести вечер? — поинтересовалась я, переводя тему. Стив несколько секунд рассматривал свою чашку, после чего пожал плечами и ответил. — Я планировал сегодня наведаться в Бруклин. — просто произнес тот. — Чудно. Ванда? — спросила я рыжеволосую. — Даже не знаю… Может прогуляюсь по окрестностям. — она нахмурила брови, действительно задумываясь об этом. Я улыбнулась ей, протягивая руку к тарелке, чтобы взять печенье. — Что вчера произошло? — спокойно поинтересовался Роджерс, снова делая глоток. Я приоткрыла рот, чтобы откусить кусочек пряности, но тут же снова его закрыла, встречаясь с изучающим взглядом Стива. Он знает. Значит Барнс уже успел ему пожаловаться, о том, какая я безответственная. — Нет, ничего. Твой друг просто сволочь. — заявила я, откусывая печенье. — Ты про Баки? — переспросил он, отклоняясь на спинку стула и складывая руки на груди. — А со слова «сволочь» не понятно? — я фыркнула, ловя на себе два внимательно следящих голубых глаза. Стив нахмурился, наблюдая за тем, как я поедаю очередную печеньку. — Слушай, я понимаю что вы с ним не ладите, но позволь ему… — начал тот. — Нет, Стив, дело в другом. Я понимаю что он твой друг, и прости за резкость но… — я запнулась, думая какую фразу лучше подобрать. — Барнс он… просто невыносимый. — продолжила я, сжимая крепче чашку в руках. Он кивнул будто своим мыслям, и снова заговорил. — У Баки был не простой характер, еще с сороковых, но должен признать что раньше, только местные парни из подворотни, хотели надрать ему задницу, а теперь еще и ты. — он усмехнулся, вспоминая момент из прошлого. Я встретилась взглядом с Вандой, та ничего не говорила, а лишь внимательно слушала наш разговор. — И что, даже не было не одной девушки, которую Барнс бросил после очередной бурной ночи, и она бы хотела надрать ему задницу в отместку? — я снова обратилась к Роджерсу, вставая из-за стола. — Не учитывая этого. — добавил он. Стив нахмурился, наблюдая за тем как я подхожу к раковине чтобы помыть чашку. — Он не плохой человек правда, тебе просто следует узнать его получше. — проговорил капитан, тоже поднимаясь и подходя ко мне. — Я узнала его достаточно. — отмахнулась я. Что раздражает меня больше всего, так это то, что с Барнсом почти все находят общий язык, кроме меня. Я стала тем самым козлом отпущения, на котором он отыгрывается, все эти три месяца здесь. Я только и слышу со всех сторон «Баки, Баки, Баки» везде это имя, куда бы я не пошла. — Он назвал меня идиоткой. — сухо говорю я, после очередной заминки. Стив ничего на это не отвечает, а лишь прикрывает глаза, вздыхая. — Может он, не это имел ввиду? — предполагает Ванда, вмешиваясь в разговор. — Нет, он именно это и имел ввиду. — бросила я, сосредоточено вымывая грязную чашку. — Ведь он даже не извинился, а стал просто обвинять меня. — безостановочно бормотала я. — Помнишь его первые слова ко мне Стив? Ты был с ним тогда. Он сказал что я бесполезна. — я с громким стуком поставила чашку на стол, и обернулась лицом прямо к Роджерсу. Он что-то хотел сказать, но я его перебила. — Это задание стало последней каплей. Я терпела его до этого момента, но больше не стану! Я засунула руки в карманы и приподняла голову. Они замолчали. — Барнс надменный, высокомерный, импульсивный придурок и мнение я свое не поменяю. — закончив я услышала откашливание за спиной. Я встретилась взглядом с Вандой и она покачала мне головой. Мои глаза расширились, и я замерла в ступоре. Стив посмотрел за мою спину, и неловко потрепал свои волосы. Из-за злосчастной догадки, я напряглась всем своим телом. Зажмурив глаза, я тихо выругалась себе под нос. — Как долго он был там? — высунув одну руку из кармана, я указала за спину. — Достаточно. — услышала я в ответ, грубоватый голос, от которого пробежали мурашки по всему телу. Обернувшись, я наткнулась на взгляд Барнса, тот самый, с которым он мог свернуть шею противнику без всякого сожаления. Он стоял оперевшись на косяк двери, а его руки были скрещенные на груди, от чего его мышцы стали более рельефными. Одет он был, в черные джинсы и тонкую синюю футболку, поэтому внушительную руку из вибраниума, просто не возможно не заметить. Сжатая челюсть и нахмуренные брови, говорили только об одном — он слышал более чем достаточно. Я поборолась с желанием вскрикнуть, и быстро взяла себя в руки. — Я наверное пойду. — произнесла Ванда, вставая из-за стола и уходя к лифту. Я проследила за ней взглядом, а затем снова наткнулась на испепеляющий взгляд Барнса. — Стив, оставь нас двоих. — обратился с просьбой к другу Барнс, не перерывая со мной контакта глаз. — Беккер хочет поговорить. — последние его слова, словно сочились ядом. — Ты уверен, что вас можно оставить наедине? — задался вопросом Стив, подходя к нему. — Можешь не переживать за нее, мы просто поговорим. Она мне расскажет все, что думает обо мне лично. — кивнул головой Барнс, все так же смотря на меня. Клянусь, если бы можно было, убивать человека взглядом, он бы сделал это со мной, за несколько секунд. — Я скорее переживаю за тебя. — Стив похлопал его по плечу, а затем кивая мне, последовал прямо за Вандой. Предатели... Как только дверь лифта закрылась, Барнс выгнул бровь. — Что? — фыркнула я, закатывая глаза. — Импульсивный придурок? — он нахмурился еще сильнее. — Ты все слышал, не заставляй меня повторять. — отмахнулась я, собираясь покинуть это место. Как только я сделала пару шагов в сторону лифта, я почувствовала сильную хватку на своем предплечье. — Отпусти меня! — огрызнулась я, в попытке оттолкнуть его. — И не подумаю. — сухо ответил он. Я хотела вырваться но он сжал мою руку сильнее. — Эй, соблюдай границы. — Ты прям настолько ненавидишь меня? — прошипел он, в нескольких сантиметрах от моего лица. Я занесла другую руку в воздухе, чтобы дать пощечину, но он схватил и ее. — Ты с ума сошел?! — прокричала я, видя как его глаза сверкают отражая мою ненависть. — Извинись. — прорычал сквозь зубы тот, дергая меня на себя. — Что я так сильно задела твое самолюбие? — усмехаясь проговорила я, пытаясь игнорировать резкую боль в руке. — А я думала ты взрослый мальчик. Как я и рассчитывала, эти слова глубоко его ранили. Он отпустил мои руки и вцепившись в плечи, грубо толкнул меня к холодильнику. Врезаясь о твердую поверхность, мои лопатки начали гореть, от сильного соприкосновения с железом. Подняв свои глаза, я действительно испугалась, видя этот животный блеск в глазах напротив. Именно с таким блеском, хищник убивает свою жертву. Я порывисто втянула воздух. — Я пугаю тебя? — произнес он. Словно после этой фразы, мир перестал вращаться. Мои глаза сильнее расширились, и дыхание начало сбиваться, от чего я стала почти задыхаться. Меня охватила настоящая паника, от которой просто не возможно сбежать. Шрам на ноге, начал болезненно пульсировать, а руки неестественно потеть. С этого все началось... Барнс все так же надавливал на мои плечи, смотря прямо в глаза. Его челюсти сжались крепче, а брови сдвинулись вместе. Я без понятия, что твориться в его чокнутой голове! — Да, Баки, ты меня пугаешь, прекрати. — прошептала я, упираясь своими руками ему в грудь. — Так ты меня теперь по имени называешь? — он переместил металлическую руку на ключицу, чем вызвал у меня болезненный стон. Картинки прошлого, начали мелькать перед моими глазами с неуловимой скоростью. Я зажмурила глаза, пытаясь от этого избавиться. Тот же страх, те же эмоции, только другой человек. Меня начало кидать с жара в холод, а голова кружится. Тут стало совсем тихо. Почему я не слышу не единого звука? Снова приоткрыв свои глаза, я вскрикнула и вжалась в стену. Вместо Барнса, на том же месте, стоял Дерек и мерзко усмехался. — ПРЕКРАТИ! Рядом с нами в холле раздалось оглушающее биение стекла, что привлекло его внимание. Когда я посмотрела через его плечо, я увидела люстру, лежащую на разбитом журнальном столе, или того, что от него осталось. Я крепко зажала рот рукой, пытаясь подавить свои всхлипывания, а затем задрожала и по моим щекам потекли горячие слезы. Когда обернувшись Барнс увидел мое состояние, его глаза округлились а губы сжались в тонкую линию. Отступив от меня на несколько шагов, он начал растерянно рассматривать мое лицо. Его рука из вибраниума с механическим скрипом сжалась в кулак, и он прикрыл глаза. — Держись подальше. — его голос звучал раздраженно, но лицо выражало беспокойство. Или я видела то, чего не было в действительности... С этими словами он развернулся и пошел в сторону лифта. Ненавижу, всем сердцем я тебя ненавижу! Как только двери лифта закрылись, я дала волю эмоциям, и меня охватила настоящая истерика. Схватившись за волосы, я пнула стол изо всей силы, после чего сразу же зашипела. Оперевшись на него руками, моя голова опустилась вниз, пытаясь осмыслить ситуацию. Одно я поняла точно, Барнс полный мудак. И почему он должен быть таким? Видимо десятилетия в «Гидре» знатно поимели его мозг, раз он такой псих. Я схватилась за плечо и тут же зашипела от боли. На утро на этих местах, будут ужасные гематомы, в этом я просто уверена. Подняв свою голову и обернувшись, я посмотрела на разбитую люстру и стол в холле. Могло бы быть и хуже... Чтобы если бы я прикончила этого придурка? Он не понимает, какие могли бы быть последствия. За его жизнь я нисколечко не волнуюсь, а вот за свое благополучие и место здесь даже очень. Я слишком долго уходила, от прошлого чтобы снова к нему вернуться. Найдя в себе остаток сил, я направилась в сторону своей комнаты, мысленно благодаря что не встретила кого-то по пути. Как только я закрыла дверь за своей спиной, я прислонилась к стене медленно сползая по ней. Опустив свою голову на колени, я мучительно выдохнула, пытаясь подавить дрожь. Нужно придумать правдоподобный план того, из-за чего произошел тот беспорядок в главном холле. Остальные будут спрашивать я уверенна. Правду я не скажу, у меня есть идея получше. Если Барнс хочет врагов, он их получит, этот придурок даже не понимает какую игру он затеял. Больше всего в этой жизни, я ненавижу когда мне напоминают о прошлом, и указывают, угрожая при этом. Вместо того чтобы бояться, я стану той, кого будут бояться. Я пообещала себе, что никогда не буду слабой, я сдержу это обещание, и больше не отступлюсь.