В чём сила

      Михаил Юрьевич уже давно привык к необжитой квартире, офису и вечным пробкам. Но даже в этой рутине есть свет — выходные в ранее ненавистном Санкт-Петербурге.       Тёплая квартира дореволюционного периода с новейшим ремонтом. В самом центре города. В этой квартире огромные стеллажи книг, удобнейший диван и мягчайшая кровать.       Теплая уютная комната освещаемая лишь работающим телевизором и двумя торшерами, стала убежищем для Миши, в ней он чувствует себя хорошо. Хорошо когда никто не раздражает. Хорошо когда спокойно. Хорошо когда Саша рядом. Хорошо в Питере. Хорошо в городе который называли «город страданий».       Саша привычно встречает его на пороге принимая в свои объятья. Миша заехал по пути в магазин, Саша написал список продуктов. Он уже от себя добавил в него две бутылки вина. Белое полусладкое чем то напоминающее то которое было во времена царской России.       У Столицы лишь то несколько желаний сходить в душ и переодеться. С чем он успешно справляется.       Мягкий диван на котором Московский разводился настолько удобен, что его уже клонит в сон. Он точно может по пальцам сосчитать часы которые спал за эту неделю. Помнится что Донской как-то сказал, что он как разновидность дорогой проститутки и трахают его несколько раз на дню. А Михаил Юрьевич вообще-то столица Российской федерации! Это так на секундочку. — Саш. — тихо произносит Миша уже на грани сна, но всёровно раскрывает глаза дабы посмотреть на все своих очей.       Саша не отвечает только вопросительно мычит, он тоже устал, и на лишние движения сил не остаётся ну вообще никак. По телевизору идёт какая то деловая драма, которая сейчас даже не раздражает Романова. И в то же время он чувствует тепло рук забравшихся ему под свободную футболку, корые вырисовывают незамысловатые узоры на его пояснице. — Как же я устал, Сашенька. Это становится невыносимым, где брать силы? — Когда я был столицей, для меня была сила в нравственности. Если ты не отступаешь от своих ориентиров, то силы продолжать бороться за будущее всегда найдутся. — что же, вспоминать прошлое особенно годы своего правления Романов любил особенно. Всегда накатывались некая ностальгия, осознание что все прошло и умиротворение. — Миш, ты был столицей долгие годы, и ты хочешь сказал все время жил без цели, и без сил двигаться дальше? — Сила всегда была в развитии. Развивать город, объединять страну, воевать за страну. А сейчас уже просто я не понимаю куда иду. — Миша удобнее устраивается на диване когда когда Александр немного вожкаясь ложится рядом, обнимает за пояс. — Пятьсот лет назад ты и не знал что будет этектричество, машины. Ты не знал что тебя сместят с места столицы, ты не знал что станешь столицей. И никто не знает что будет дальше, но чтобы не произошло я даю слово, мы пройдем это вместе. — Романов тихо утыкается в шею Миши и остовляет там пару успокаевающих поцелуев. Они оба так беспомощны в этом мире, он вообще кажется не имеют права на эти чувства, но какая разница если сейчас все в порядке? Сейчас они вместе. И они счастливы. — Спасибо, любовь моя.