Как прожить жизнь вражеским принцем

Воспоминания настоящего Калиана существенно помогли ему на занятиях, не вызвав лишних подозрений внезапной потерей помяти и знаний. А в свободное время Берн вышел на улицу и отправился к искусственному озеру вокруг своего дворца, не беспокоясь о том, что может заблудится. Вокруг не было ни души – только Калиан и Ян, тихо следовавший за ним невдалеке. —Хаа… Калиан остановился у озера и тяжело вздохнул, именно тогда он увидел маленькую статую посреди озера. Это был черный дракон, расправивший крылья к небу, его глаза были выполнены насыщенными сверкающими рубинами — Разве это не Сиспаниан? Статуя была дракона Сиспаниана, которая также была первой королевой Кайлиса. Он вспомнил историю, в которой говорилось, что у нее были черные волосы, как тихая ночь, и красные глаза, горящие священным огнем. Черные волосы и красные глаза. Как и Калиан. «Проклятые кровавые глаза». Голос Франца эхом отозвался в его сознании. «Я стал более впечатлительным? Это потому что Калиан был моложе? Или слова принца как-то задели меня?» Калиан рассмеялся над своими мыслями. Берн был рыцарем, который сражался и погиб в одиночку, защищая ворота своего королевства. Буквально вчера его рука была отрублена, и бесчисленные стрелы пронзили его тело, пока он держал меч. У него не было причин терять голову здесь. Приоритетом на данный момент было не убить принца Франца. Сперва он должен был понять, как он попал в эту ситуацию. С этой мыслью Калиан на мгновение закрыл глаза и упорядочил мысли в своей голове, пытаясь ухватиться за произошедшие события. «…Ось». Ось времени. Однажды он внезапно появился во Дворце Тайн в форме больших песочных часов, и у него была сила повернуть время вспять только один раз. Та самая Ось Времени, должно быть кто-то из дворца сумел ей воспользоваться, когда враги пришли во дворец. Однако этот артефакт и был настоящей причиной войны между Секретией и Кайлисом. Перед началом первого боя Королевство Кайлис потребовало Ось Времени. Секретия отклонила их требования. Королю Чейзу было ясно, что это опасное оружие, и поэтому он решительно выступил против них. И не зная, как Безумный король Франц воспользуется такой силой, как он мог просто передать ее ему? Когда король Чейз выразил свой отказ, их встретила большая армия. Франц пропустил все официальные объявления войны и даже не пытался вести переговоры. Он считал себя слишком великим для этой концепции. В результате этой войны королевство Секретия было побеждено, следствием чего стало его полное падение. «Мой брат, должно быть, был свидетелем моей смерти». Чейз, должно быть, видел, как Берн, последний живой рыцарь, наконец умер, и поэтому приказал воспользоваться Осью и повернул время вспять. Он не мог знать каким будет результат, но если это был Чейз — значит, он пытался спасти Берна и своё королевство. Калиан же сокрушался про себя. «Если причиной этого является Ось Времени… это значит, что пути назад нет». Его можно было использовать только один раз, и если время уже было искривлено, не было возможности вернуться к предыдущей временной шкале. И если это так… то что ему делать? Калиан обдумал вопрос. Если он не может вернуться в своё тело и рассказать всё брату, то, без веских аргументов, пока лучше Чейзу не попадаться, не поверит, но и продолжать строить из себя запуганного третьего принца он не осилит, сорвётся рано или поздно на "любимом" братишке Франце. Он не мог позволить себе упустить возможность, предоставленную ему Чейзом. И вот, Калиан решил не возвращаться, а жить. Он будет жить как Берн и принц Кайлиса одновременно и найдет другой путь. Из того, что знал Берн про третьего принца самым важным был факт скорой гибели. Калиан умер в четырнадцать лет. Его обвинили в попытке отравить Королеву Силику, но он потерпел неудачу и повесился, опасаясь наказания. Конечно, в эту историю никто не поверил. Когда стало известно о его «самоубийстве», все окружающие сплетни, что подвергали этот факт сомнению, стали жертвами жесткой цензуры. Однако почти во всех таких слухах главную роль играла некая влиятельная фигура из приближенных ко двору. И этот человек скорее всего заказал Калиана из-за его биологической матери, Фрейи. Наложница Фрейя славилась своей красивой внешностью, но по происхождению она была простолюдинкой. Она завоевала любовь короля и родила Калиана, но вскоре умерла от «последствий» родов. Последствия родов - рвота черной кровью после употребления чая, присланного королевой. Так, Калиан потерял мать. Из-за этого было невозможно, Калиану иметь серьёзную поддержку у знатных семей и влиятельных людей. Он не представлял для них никакого интереса, ведь обладал лишь номинальной властью, будучи под плотным контролем королевы. И Калиан никогда бы не смог, незаметно от верных соглядаев матушки, получить какую-то редкую ядовитую траву и подмешать её в еду королеве, учитывая все проверки, которые она проходит прежде чем оказаться на столе. Кроме того, Калиан был в сильной немилости у королевы и подвергался издевательствам со стороны Франца с тех пор, как он смог ходить. При таких обстоятельствах не удивительно, что Калиан почувствовал себя задохнувшимся. Как бы ни был велик зверь, он ослабеет, если его вскармливать только водой и с рождения приучать лизать ноги хозяину. И именно поэтому Калиан вырос таким жалким, до такой степени, что не мог представить, что когда-либо убьет кого-то. Калиан горько рассмеялся. «Я просто уберу за ним, так как я не могу смотреть на этот беспорядок». Он слышал, что его внешность была такой же, как у Фрейи, за исключением цвета волос. Королева ненавидела это лицо, но и опасалась, что супруг будет потворствовать Калиану, в память о давно почившей наложнице. Она приказала незаметно убрать Калиана и потом позаботилась о правдоподобности своей истории, а король не захотел ссориться с королевой из-за мёртвого сына и проигнорировал это. Калиан умер за два или три месяца до того, как ему исполнилось пятнадцать, и Ян сказал, что его пятнадцатый день рождения будет через четыре месяца. — Меня попытаются убить в ближайшее время. До предполагаемого самоубийства Калиана через повешение оставалось около одного или двух месяцев. Его красные глаза остро отражались в воде. У него не было ни малейшего намерения умирать от их рук.