Как прожить жизнь вражеским принцем

Калиан смотрел на Алана спокойными глазами, он стоял молча, но то, что он хотел, было ясно; он хотел поговорить. Несмотря на то, что он был принцем чужой страны для Алана, для него все равно было бы неуважительно обращаться к Калиану с крыши своей кареты, поэтому Алан спешился — и только тогда Калиан смог ясно увидеть его лицо, и он был удивлен. . Он слышал, что Алану было за пятьдесят, но независимо от того, под каким углом, Калиану он выглядел так, будто ему самое большее за двадцать. К счастью, уникальный цвет его волос, которые становились более рыжими по мере приближения к концам, указывал на то, что он действительно был Аланом Манассилом. Только тогда Калиан понял, почему голос у ворот звучал так молодо. Он слышал, что если пройти семь кругов, можно изменить свой кажущийся возраст. — Кажется, я действительно нашел его. Калиан посмотрел на Алана, не скрывая своего одобрения. Глаза Алана были прикованы к этому взгляду. — Ему всего четырнадцать. Откуда у человека его возраста такой взгляд? Принц посмотрел на него иначе, чем стражники. Почему-то казалось, что Алана оценивают по его полезности, а не по внешнему виду. Алан слегка склонил голову перед Калианом и поприветствовал его. «Я Алан Манассил». Это было простое приветствие. Позиция Алана была довольно уверенной. Никто, кроме членов королевской семьи, не мог так приветствовать принца при первой встрече. Это было не потому, что Алан не знал, кто такой Калиан, и не потому, что он играл в простую игру. Это произошло потому, что Алан сам знал, что он достаточно талантлив, чтобы ему не нужно было уклоняться и смиряться перед королевской семьей. «Мне нравится этот человек», — подумал Калиан. Калиану пришло в голову, что отношение Алана не изменится, даже если он встанет перед королем Румейном. На лице Калиана расплылась искренне счастливая улыбка. «Приятно познакомиться с вами». Как его учил Ян, Калиан был членом королевской семьи, поэтому он не представился. — Почему ты уехал в такое позднее время? — спросил Калиан. (T/N – В смысле – уже слишком поздно, поэтому тебе следовало просто остаться, а не уйти) «Я открыл закрытую дверь, но мне показалось, что порог слишком высок, чтобы я мог войти». Алан ответил напыщенным голосом. Услышав ответ Алана, Калиан слегка улыбнулся, он говорил, что пришел, как его просили, но именно охранник прогнал его из-за его появления. Калиан внутренне вздохнул и тщательно выровнял выражение лица, подбирая тонкие слова, соответствующие округлой манере речи Алана. «Для тебя был подготовлен вход, так почему же ты пошел в то место, которое было закрыто?» Калиан ответил расслабленным взглядом. Именно отсутствие приглашения Алана доставило ему неприятности. Алан странно посмотрел на Калиана. Он почувствовал это к Калиану с того момента, как заметил его взгляд, но четырнадцатилетние мальчики не давали такого ответа. Как будто он знал, о чем думает, вместо того, чтобы извиниться перед Аланом, Калиан ярко улыбнулся его поведению. «Было много ветра, и грязь скапливалась на пороге. Так как [я/охранник] торопился перегородить ветер, [я/охранник] не мог уделить внимание расчистке порога». (T/N – Калиан не уточняет, кто является субъектом здесь, поэтому я не был уверен, кого он имел в виду – в корейском языке не всегда необходимо специально упоминать предмет, когда это подразумевается – здесь Калиан подразумевает, что охранник, поскольку часть безопасности королевской семьи, была частью его самого и его действий) Он говорил, что, будучи осторожным и следя за тем, чтобы на Королевских землях не дул нежелательный ветер, охранник действительно допустил ошибку. Это не было извинением, скорее он говорил, что это была небольшая ошибка, пока охранник выполнял свою работу, и хотя он не будет наглым, но и извиняться не будет. «На этого ребенка будет интересно посмотреть». С этой мыслью Алан, наконец, начал правильно оценивать Калиана, и когда вещи, которые он изначально не замечал, начали появляться в его поле зрения, веселая вспышка улыбки, которая играла на губах Алана, начала медленно исчезать. 'Ждать…?' Взгляд Алана достиг конца плаща, на котором был Калиан. Затем он посмотрел на руку Калиана, а затем снова посмотрел ему в глаза. Было трудно понять, о чем думал маг, и Калиан молча наблюдал, как Алан наблюдает за ним. Алан сделал шаг к Калиану. Выражение лица мага было жестким, а в глазах Калиана мелькнула осторожность. «Пожалуйста, извините меня на минутку», — сказал Алан, затем протянул руку и схватил Калиана за запястье. «…!» Обычно Калиан уклонился бы от этого шага, но долгий день утомил его. Это был долгий и беспокойный день, и он был на грани обморока, поэтому его рефлексы были недостаточно быстрыми. Кроме того, не было никого, кто мог бы протянуть руку и прикоснуться к нему так нагло, и он был настолько застигнут врасплох, что его запястье было схвачено. Алан посмотрел вниз и, казалось, проверял что-то на руке Калиана. "Что ты-!" Ошеломленный, Калиан открыл рот, чтобы возразить, в то же время Алан позволил своей мане течь в тело Калиана. Калиан задохнулся от своих слов, схватившись за грудь, совершенно не в силах говорить. Острая боль пронзила его сердце – к ней было трудно привыкнуть, сколько бы раз эта колющая боль не пронзила его тело. Он не мог перестать сгибаться, так как боль, в несколько раз более сильная, чем та, к которой он привык, сотрясала его.