Я вижу

Я вижу. Я всё вижу. Вижу, как пристально ты следишь за моими руками, когда я в очередной раз демонстрирую своё умение есть палочками или рисую что-нибудь в блокноте. И взгляд у тебя при этом такой… заворожённый. «Естественная реакция, — скажут многие, — чудики, специально усложняющие себе приём пищи, на Руси-матушке не часто встречаются. Да и творческие личности вызывают интерес». Доля правды в этом есть, поначалу все ведут себя примерно так же. Но потом привыкают, перестают видеть в палочках и моих художествах что-то интересное, переключают внимание на более важные вещи. Но ты, даже в сотый раз видя, как палочки подцепляют комочек риса, а карандаш выводит линии, постепенно превращающиеся в воробья или немецкую овчарку, смотришь, будто я делаю нечто невероятное. Хотя ни в том, ни в другом действе нет ничего выдающегося. Серьёзно, несколько раз прочитанная инструкция «Что, где, как зажимать», просмотренные видеоуроки, частые тренировки и вуаля — выпендривайся этими несчастными палочками сколько влезет. Что же касается рисования… Давай честно, мои рисунки далеко не шедевры, пожалуй, даже не творчество. Я не создаю ничего своего, просто переношу на бумагу то, что вижу вокруг себя, при чём довольно поверхностно и примитивно. Светотень? Перспектива? Не, не слышали. Для подобного не требуются талант, фантазия, глубокие познания в чём-либо. После пары месяцев упрямого каждодневного марания бумаги любой так сможет. Порою хочется сказать об этом вслух. Но ты ведь вместо «Я не делаю ничего такого, ты ничем не хуже меня!» услышишь: «Такую легкотню сделать не можешь, вот же лох!». Ну ещё мне попросту приятны твои заинтересованные, восхищённые, пусть и незаслуженные взгляды. Будет грустно их потерять. Вижу, что ты, в принципе, смотришь на меня куда дольше и чаще, чем на других людей из своего окружения. По крайней мере никто из нашей общей компании ещё не удостаивался трёхминутного и двадцатидвухсекундного беспрерывного любования. Да, иногда я засекаю время. Знаю, шокирующая информация, но, вопреки распространённому мнению, я в телефоне не только пасьянсы раскладываю. Тут нет какого-то издевательского умысла, чисто научный интерес, не более. Надо, кстати, при удобном случае повторить, кажется, на прошлых наших посиделках ты побил рекорд. Без понятия, что такого залипательного ты нашёл в моей тушке, но польщён. Вижу, что ты пытаешься не палиться со своими разглядываниями. Если замечаешь, что смотрят уже на тебя, моментально переключаешься на менее компрометирующие вещи. Правда, во-первых, замечаешь ты, мягко говоря, не всегда. Во-вторых… клянусь, на том дне рождения Надюша была готова вызвать добрых санитаров с вкусными таблетками, когда ты ни с того ни с сего принялся разглядывать и нахваливать её чудеснейшие серёжки. Её единственные серёжки. В которых она ходит чуть чаще, чем всегда. На которые тебе обычно насрать. «И на кой ляд люди вообще тратят деньги на эти побрякушки? Сыт от них не будешь, время скоротать, в отличие от той же книги, они не помогут, да и рожу кривую не исправят!» — твои слова, если чё. Короче, подобное пиздец как стрёмно выглядит, лучше так не делай. Вижу, как порываешься взять меня за руку, но в последний момент останавливаешься и прячешь свою ладонь в карман, как тянешься к моим лохмам, очень надеюсь не для того, чтобы дёрнуть, как то без особой причины подходишь чуть ли не вплотную, то в следующую секунду отходишь, так далеко, что разговаривать с тобой становится несколько затруднительно. И, лично по моему мнению, наши перекрикивания на всю улицу: — Ты помнишь, какая квартира у Стасяна? — ЧЕГО? — КВАРТИРА У СТАСА КАКАЯ? — …тая! — КАКАЯ? — ДА, БЛЯДЬ, ДЕВЯТАЯ!!! Привлекли гораздо больше внимания, чем моё нечаянно(?) задетое плечо. Хочется верить, что твоё «БЛЯДЬ» было междометием. Попытался тут недавно накарябать что-нибудь из головы, не смотря в упор на исходник. Получилась фигня. Хотя нет, даже она не получилась, не получилось вообще ничего. Я не смог даже начать, тупо не сориентировался откуда. И куда. И как. И, главное, нахрена? Что и требовалось доказать! Нет у меня таланта к рисованию. Не очень-то и хотелось. Ай, ладно, хотелось, причём очень. Но я вообще много чего хочу. Например, чтоб ты перестал болтаться, как говно в проруби, и выплыл уже к какому-нибудь решению. Поначалу я был готов податься в любую веру и молиться, чтоб тебя отпустило, чтоб пришло осознание — в мире есть более подходящие объекты для воздыхания, чем ничего не замечающий недохудожник. О, кстати, я заметил, что после твоих визитов с моего рабочего стола исчезают крошки и иногда затачиваются карандаши. Спасибо. Я вижу, как ты пытаешься обо мне позаботиться. И совершенно не знаю, что с этим делать. Отношения серьёзней приятельских — это как-то не моё. Завалиться вечерком в гости поболтать, организовать на выходных совместную жарку шашлыков или ещё какую движуху — тут я за, тут я всегда готов. А вот как только речь заходит о заботе, внимании, прочих сопутствующих прекрасному чувству штуках, то упс… С-Л-О-Ж-Н-А. Маман говорила, что даже кактус мне не доверит, ибо он засохнет. Да и тот факт, что ты парень, ситуацию, сам понимаешь, не упрощает. Но сейчас, когда эта мутотень длится уже два с лишним года, я морально готов услышать то, что ты хочешь сказать. Хочешь ведь? Знаю, хочешь. Частенько вижу, как ты набираешь в грудь воздуха, подаёшься ближе ко мне, открываешь рот и… — Забыл, чё хотел сказать. Или просто без пояснений отшатываешься. Но что же я сам буду делать, когда наконец услышу? Скорее всего… — Тч!.. Блин… Ну вот что этот камень тут делает? Из-за него сам чуть не грохнулся и телефон лишь каким-то чудом не выронил. Облегчённо выдыхаю, поняв, что опасность падения миновала. Натыкаюсь на твой обеспокоенный взгляд. Неожиданно. Мне, казалось, ты уже далеко утопал, но нет, стоишь в паре метров от меня. Видимо, решил притормозить и подождать нерасторопного придурка. Хмуришься, вплотную приближаешься и внезапно тянешься к моим разлохматившимся, слегка мешающим обзору прядям, несколько секунд просто сжимаешь их в пальцах, потом быстро заправляешь за ухо. — Закалывал бы хоть свои патлы, не видишь же из-за них ни хрена! — Вижу, Саня, всё я вижу.