"убери руки"

С тех пор, как Брюс и Генри негласно начали встречаться, они старались проводить друг с другом как можно больше времени. Много гуляли держась за руки, обсуждали какие-то мелочи жизни или молчали где-то на крыше очередной многоэтажки. Иногда, когда для прогулок было слишком холодно, они привычно оставались дома и продолжали пополнять список просмотренных фильмов. Вскоре, хорошие любовные мелодрамы себя исчерпали и приходилось смотреть всё подряд. А там уже навалом было всяких неприятных тем и рейтинг стоял выше. Всё чаще, во время их посиделок, начинала мелькать фраза "давай перемотаем эту сцену" или вовсе "давай выключим". Генри прекрасно видел, как его партнёр стыдливо закрывает лицо руками, стоит только героям фильма начать раздеваться. Если признаться, то такая реакция мягко говоря.. раздражала? Хоть собакочел и не был главным фанатом секса, но спустя три месяца после начала их отношений можно было и зайти дальше невинных поцелуев в щёчку. И не то чтобы он ничего не делал для того, чтобы свести ситуацию к интимности. Даже наоборот. Как раз наоборот. Он чуть ли не силой заставлял мальчика пойти на это. Когда, во время одной из посиделок, он зажал Брюса у стены и начал быстро целовать его шею, заметил, как блондин покраснел и в протест упёрся ладонями в его плечи. И даже когда пальцы с силой сдавили ляжки Брюса и дыхание мальчика участилось, а сам он зажмурился, Генри не почувствовал ни капли стыда или неловкости. Он был терпелив и настойчив - он знал, что в нужный момент ему удастся направить мальчика к желанию. Но тогда его отвергли, сказав "оставить свою настойчивость при себе". И ведь эти отказы происходили не один раз. Они были регулярными. Брюнет искренне не понимал в чём дело и поэтому продолжал пытаться и наблюдать. Но вот Брюс считал, что им нужно обговорить всё это, а не испытывать терпение друг друга, и тогда отношение было бы не таким звериным.. Хотя. Мальчик даже слова подобрать в такие моменты не может, о чём им разговаривать. Набраться бы смелости и сказать всё как есть. О том, что ему не нравится когда его оставляют без выбора. О том, что неприятно, когда хватают за волосы и заставляют поднять голову. О том, что ему страшно из-за того, что он не знает, что произойдёт дальше, а может из-за того, что ему могут сделать больно. Хоть он и доверяет Генри как человеку, но доверять своё тело в его когтистые грубые лапы это совсем другое. Его партнёр, хоть и хороший, но отказы принимает через раз. С ним получается только грубо, а блондин не хочет так. Ему хотелось бы нежности и комфорта, как в самых приторно-розовых фильмах. Чтобы от занятия любовью трепетала душа, а по телу пробегала еле заметная дрожь от блаженной истомы и в целом ощущалась мягкость, невесомость. С Генри так не получится, значит им и вовсе не стоит заниматься такими вещами. Брюс чувствовал себя отвратительно от таких ситуаций. Ему хотелось плакать. Почему Генри не может просто любить его, без этих пошлостей? Неужели так трудно просто наслаждаться компанией друг друга? Господи какой кошмар. Всё внутри мальчика сжималось от стыда за себя и от отчаяния. От горечи хотелось умереть. Теперь его мучил страх потерять Генри. Когда они вновь остаются наедине, устроившись на диване включают очередной романтический фильм, младший чувствует как чёрные когти осторожно ведут по его коже от колена до бедра, будто так и норовя проскользнуть под шорты. Расстояние между их телами значительно сокращается и его сердце, кажется, успевает пропустить пару ударов. Опять. Брюнет опять трогает его. От этого все звуки уходят на задний план и будто затихают. Это пугает, и он хочет хоть что-то сказать. Но не может подобрать слов. И чем дольше длится пауза, тем тяжелее становится переносить её. От смущения мальчик заливается румянцем и стыдливо хватает чужую руку. Он моментально ощущает на себе пристальный и непонимающий взгляд. Попытка остановить всё это, переходит в молчаливую борьбу, которую Брюс явно проигрывает, когда пальцы собеседника всё-таки забираются под его одежду. Тело пробирает мелкой дрожью и к удивлению находятся силы наконец произнести пару слов. -Убери руки -сквозь зубы цедит он, резко отдёрнув ногу в сторону. На данный протест слышится весьма недовольный вздох. -Что не так то блять? -рычит в ответ собакочел, явно ненамеренный отстраняться. -Разве я настолько неприятный? Брюс расстроено опускает взгляд в пол и забравшись на диван с ногами, обнимает себя за колени -Не в этом дело. Я просто не хочу. -Да ладно тебе, ты даже и не трахался ни разу, чего тут можно не хотеть? Тем более всё бывает в первый раз. - собеседник явно не унимается после первого отказа.. как-то даже неудивительно. -Ты слишком грубый, а ещё пугаешь меня своей настойчивостью. Я более чем уверен, что если попрошу тебя остановиться, то ты специально продолжишь. -с каждым новым словом его голос становился тише, будто он боялся сказать лишнего- а я хочу нежно, как-то по любовному что-ли..? -Какой же ты сентиментальный. Хорошо, давай я буду аккуратен с тобой, а ты прекратишь сопротивляться и мы наконец потрахаемся? -ставит тот свои условия -Займёмся любовью.. -робко поправляет его мальчик. -Да хоть предадимся плотским утехам. Ну так что? -нет...у меня всё ещё нет желания - Старший начинает стремительно терять терпение. Наконец ему удаётся разложить хрупкое тельце на диване и устроившись между худых ног, поймать на себе испуганный взгляд. Руки мальчика накрепко прижаты большими ладонями к мягкой поверхности и эта скованность движений не позволяет ему рыпаться. -Блять, солнце, пожалуйста! Дай мне один шанс. Я обещаю, я буду максимально аккуратен с тобой!- Генри склоняется к лицу партнёра пронзительно смотря ему прямо в глаза. Брюс молча отворачивается в сторону. Кажется, ему действительно больше нечего сказать. Но ситуация будто так и требует возмущений. Он чувствует, как горячее дыхание обжигает обнажённую шею и мокрые зубы слегка прикусывают его тонкую кожу. -Какого чёрта.. -смущённо шепчет мальчик пытаясь отстраниться. - Я не обижу тебя... - Все эти слова точно являются некой попыткой успокоить. - Не бойся, котёнок, всё будет хорошо. - глухо бормочет парень утыкаясь губами в чужую шею. Одной рукой он сжимает талию Брюса, а второй продолжает держать тонкие запястья. В ответ на это блондин тяжело вздыхает. От всех осторожных поцелуев, внизу живота будто завязывается узел. Из-за этого ощущения, его щёки вновь заливаются багряным румянцем, а дышать становится тяжелее. Теперь отказать этой настырной собаке будет не так просто.. Но тот, кажется, именно этого и добивался. Заметив, что младший обмяк в его лапах, Генри отпустил запястья того. Надеясь больше не получить сопротивления, он делает ещё одну попытку - на этот раз обхватывая Брюса руками за бёдра и прижимая к себе. В ответ на это Брюс нервно вздрагивает и ещё сильнее сжимает ноги. -Ты готов? -шёпотом мурлычет брюнет и чуть склоняет голову вбок. Его руки скользят по ногам партнёра вверх-вниз, словно демонстрируя, что его намерения вполне серьёзны. -я не уверен.. -так же тихо отвечает юноша, безуспешно пытаясь перехватить руки Генри. -Мне страшно. -Всё будет хорошо, котёночек~ -мягко отстраняется он и припадает к ключицам партнёра, слегка покусывая их своими острыми зубами. -Обещаю. Всё будет замечательно. Расслабься и доверься мне.. Он впивается зубами в кожу возлюбленного и медленно тянет её, слегка прикусив. Внутри Брюса всё сжимается - и немудрено. Ужас, который он испытывал раньше, отступает перед испытываемым сейчас. Ощущение, что внутри происходит что-то странное, начинает понемногу рассеиваться, и страх потихоньку уходит. Когтистые лапы забираются под свободную футболку и слегка сжимают плоскую грудь, что выглядит как попытка нащупать то, чего нет. И пока чужие руки блуждают по его телу, мальчик слегка приподнимается, чтобы взять Генри за подбородок и втянуть в осторожный поцелуй, на который, тот с неким энтузиазмом отвечает. Возбуждение старшего так и чувствуется в его действиях и разгорячённом теле. Наверное, именно поэтому тихий стон, обронённый в процессе, становится для него неким спусковым крючком. Разрывая поцелуй, он в пару движений стягивает верх с себя, а потом снимает футболку с блондина. Оставив ненужную одежду на полу, парень принимается целовать обнажённое тельце, попутно расстёгивая ширинку собственных штанов. Возбуждённый член, теперь сквозь одно только бельё, упирается Брюсу в бедро, на что тот не может не обратить внимание. Честно говоря, мысль о том, чтобы ощутить в себе нечто настолько крупное, вызывает только тревогу. -Сними пока лишнее, а я отойду за кое-чем. -Генри неожиданно выпускает его из своей хватки и напоследок поцеловав в лоб, вовсе покидает комнату. Мальчик лишь молча провожает его взглядом и остаётся наедине с самим собой. Он вздыхает, сев на край дивана, тянется за одеждой оставленной на полу и аккуратно кладёт её на небольшой столик рядом. Брюс, как ему и велели, послушно стягивает оставшиеся на нём шорты. Теперь, в полном одиночестве, его внимание привлекает фильм, про который они успешно забыли. Поставив мелодраму на паузу, он замечает как стало тихо и эта тишина слегка напрягает. А ведь он и не хотел участвовать во всём этом, но и отказать теперь нормально не может, ведь от него ожидают покорности. Эх, если б можно было просто встать и уйти... Уже готовый сделать это, он чувствует, как кто-то касается его плеча. -Прекрасно выглядишь -вернувшийся в комнату, кидает на него оценочный взгляд и как-то странно ухмыляется. Брюс в очередной раз краснеет и опускает взгляд. Он чувствует себя невероятно неловко, но ещё более неловкой ситуацию делают презерватив и тюбик смазки на столике, беспечно оставленные вошедшим. Решив обратить всё внимание на себя, Генри осторожно хватает мальчика за плечи и прижимает его спиной к дивану, нависая сверху. Их взгляды ненадолго пересекаются, но парень быстро опускается вниз, проводя мокрым языком по тонкой шее. Когтистыми лапами он хватается за разбитые коленки под ним и слегка надавливая, раздвигает их в стороны, чем вызывает у партнёра томный вздох. В таком положении, вставший член упирается в промежность младшего, от чего ему кажется, что его внутренности сейчас взорвутся от накатившего возбуждения. Не прекращая ласки, Генри ведёт горячим языком по обнажённому телу и изредка прикусывает кожу. Оставляет мокрую дорожку вдоль плоской груди и опускается всё ниже и ниже. Вскоре, его острые зубы резко сжимаются на внутренней стороне бедра, что заставляет Брюса чуть ли не вскрикнуть от неожиданности. Такая реакция забавляет. Ещё несколько движений языком — и Генри разжимает зубы, оставляя на коже заметный след. Он отодвигает бёдра партнёра на прежнее место и осторожно чмокает его в напряженный живот. -Сейчас будет немного неприятно, может даже больно. Потерпишь ради меня, милый? -мурлычет старший, лаская пальцами бедро Брюса, на что тот слабо кивает. Вбирая в руку смазку, лежавшую на столе, выдавливает немного на средний и безымянный пальцы. Свободной рукой, он лишает своего любовника последнего элемента одежды, от которого сам не против избавиться- нижнего белья. Даже не верится, что ему наконец посчастливилось увидеть мальчика полностью обнажённым. Хоть и ненадолго, ведь тот тянется к его плечам с объятиями и будто в страхе прижимает к себе. Это не мешает Генри продолжить и ввести пальцы в юношу, начиная его растягивать. Брюс явно боится. Чем больше растягивает его старший, тем сильнее он старается прижать колени друг к другу, сильнее дрожит всем телом и реже дышит. Но в конце концов, делает над собой усилие, стыдливо раздвигает ноги и полностью отдаётся происходящему. Брюнет в скором времени добавляет третий палец, чтобы хоть как-то ускорить процесс, ведь он чувствует себя перевозбуждённым и сдерживаться ему становится труднее. И когда юноша под ним приглушённо постанывает, это становится последней каплей. Он отстраняется и поспешно избавляется от мешающего ему нижнего белья. Открывается вид на возбуждённый, сочащийся предэякулятом, крупный член, больше похожий на собачий, чем на обычный. С характерным звуком открывается презерватив, вскоре уже натянутый умелой рукой на половой орган. Генри склоняется над своим хрупким мальчиком и крепко обняв его за талию, без предупреждения, весьма бесцеремонно вталкивается в его разгорячённую плоть. Тот с болезненным шипением прогибается в спине и ищет за что ухватиться своими дрожащими пальцами. -Блять, Генри! -сквозь всхлипы роняет ругательство младший. -Потерпи. Просто потерпи. -рычит в ответ его партнёр толкаясь и выходя до конца, от чего по комнате разносятся хлюпающие шлепки их соприкасающихся, разгорячённых тел. Длится это мучение не так долго и вот уже Брюс тяжело дышит и хнычет в восторге, а старший, удовлетворённо отдаётся доставляемому им удовольствию. Темп он набирает не слишком быстро, стараясь растянуть столь сладостный момент, а когтями слегка царапает раздвинутые под ним ноги. Они неаккуратно и весьма смазано целуются в губы, но не слишком долго, потому что дышать становится тяжело. Брюс слегка задирает голову и тихо постанывает, как делают все во время этого недолгого путешествия к вершине наслаждения. Генри чувствует подступающий оргазм и продолжает толкаться в податливое тельце. Он с новой силой сжимает зубы на шее блондина и рычит. Они кончают почти одновременно. Младший пачкает себе впалый живот, а его партнёр изливается в контрацептив. Некоторое время они лежат молча, слушая своё дыхание и биение сердец. -Ну как тебе?- наконец разрывает тишину Генри -Кажется, я неделю не смогу сидеть. -вздыхает мальчишка, отвешивая своему возлюбленному несильный подзатыльник.