Долго

vi

Раздражение — первое острое ощущение, что покалывало внутри Намджуна. Затем последовала злость, языками пламени цепляясь за душу. Сидя в своем чёрном бархатном кресле, он рукой пытался найти декоративную подушку, ощупывая дорогой материал. Наконец, его пальцы наткнулись на мягкую поверхность круглой подушки. Киму было до боли в костях неприятно, что судьба на блюдечке предоставила ему музу — ту самую, за которой он бежал на каждой выставке, порой даже повторно. А теперь этот идиот-менеджер изливает свою душу, говоря, что влюбился в неё. Ещё пару дней назад Намджун стал свидетелем явной неприязни от него к Хеджи, а сегодня она уже нравилась ему. Какого чёрта… Он ведь почувствовал что-то ещё в первый день, когда та представилась ему прямо в машине. Как он не додумался до этого. Ведь Мин оказалась именно там, где и он, в самый нужный момент. Этот день ещё не успел завершиться, а Ким успел перемениться как все четыре сезона года, закончив всё холодной зимой — печально холодной. Утром, подобно весне, ходил влюблённый, после, как горячее сухое лето мучительно искал ответ, а потом его настигла злость, как огненная осень, а теперь он сидит в растерянности, будто вновь сломал свою любимую мебель. РМ ещё не был уверен в своих чувствах — они были как густая каша: местами сладкими, а местами — абсолютно пресными. Но одно было ясно: ему неприятно слышать имя Хеджи из уст своего менеджера. Стараясь стряхнуть с себя невидимую ауру сегодняшнего дня, Ким резко поднимается и подпрыгивает три раза. Не помогло. — Нужен душ… срочно душ… — уверяет себя и тяжёлыми шагами толкает своё тело в душевую для гостей, так она была ближе, а дойти до собственной стоило ещё трех поворотов с длинными коридором. Сбросив на пол всю одежду, он оставляет свой мобильник поверх вороха вещей. Смотрит на своё отражение, разглядывая голый торс с рельефом. В обычный день Ким делал себе комплименты, но сегодня его даже свои старания в бодибилдинге не радуют. Открыв стеклянную дверь душевой, он включает сразу горячую воду, а потом уже холодную — для баланса. Под струями расслабляющей воды, в голову с новой силой полезли самые первые воспоминания о леди в голубом. Как она по четверти часа стояла перед каждым экспонатом и долго-долго изучала его. Как он решился к ней подойти на выставке Тима Бёртона, и то, как она ловко его уделала, оставив в одиночестве. — Кажется, она тебе понравилась… пфф — имитируя голос менеджера закатывает глаза. Хотя сам Ким тоже не уверен, какая у него была бы реакция, будь она никому не интересна. Злился бы он так же, как сейчас, зная, что его менеджер неравнодушен к ней? Возможно, лидер был бы более спокойным и разрабатывал план, как познакомиться поближе. Однако, душ всё-таки помогает ему трезво мыслить. Он сжимает губку для тела, когда вспоминает, что менеджер тоже ему близок — не как мемберы или семья, конечно, но всё же у них была определённая связь. Ким доверял ему полностью, тот даже знал пароль от его студии. Но как быть, если они оба заинтересовались одной девушкой? Именно это заставляло его тереть своё тело ещё сильнее, оставляя на коже красные пятна — завтра всё будет болеть. Он чувствовал по переписке с той дивой, с которой познакомился после мини аварии — она не та. Но всё-таки надеялся, что его муза нашлась. Ким всегда был уверен в своём уме и логике, однако теперь до него дошло, что обыкновенное чтение книг не наградит его нобелевской премией, а девушкой тем более. Та небольшая авария сбила его с толку. А ведь он знал, вернее чувствовал, что Хеджи именно та леди в голубом. После душа от долгих и мучительных раздумий у него заболела голова, это заставило его выпить обезболивающее, а после сон сам пришёл к нему без стука.

***

Хеджи, лежа в своей уютной кровати смотрела релиз новой модели мини-куперов, которую обещали выпускать уже со следующего года. — Может, годик подождать и тебя купить? — спрашивает у экрана будто тот живой. Девушка открывает поисковик, чтобы узнать более точную информацию на корейском. Сравнивает все минусы и плюсы — в основном цены — потом, конечно, цвета. Она металась между двумя видами расцветки машин: ярко-оранжевый или же звездно-серый. И естественно с зеркальным люком, который открывает вид на прекрасное небо. Планирование покупки любимой машины было всегда её любимым времяпрепровождением, каждый раз она обновляла свой список, но основные требования оставались теми же. От мечтаний Мин отвлекает неожиданный звонок. Время, конечно, не позднее, но она не ждала звонков, тем более в субботу. Посмотрев на экран, она поджала губы и сглотнула: — Да, менеджер Ли. — сама не замечает громкость своего голоса. — Привет, Хеджи, как дела? — судя по тону, парень был очень бодрым под конец дня. Сану звонил уже во второй раз за этот день. Странно и раздражающе. — Хорошо, как у вас? — сохраняя рабочий тон спрашивает та. Хотя особого желания болтать по телефону не было, но отказать менеджеру она всегда боялась — вдруг уволит. — Отлично, я тут просто решил поболтать и позвонил тебе. — легкая пауза. — ты ведь не против? Девушка верит, что в этом мире всё возможно, и она была готова поверить, если вдруг кто-то скажет — годзилла существует. Но в этот бред, да-да, именно бред, она никогда не поверит. От услышанного она широко раскрывает глаза и роняет челюсть. — Алло? Ты ещё здесь? — не получив ответа он занервничал. — Оу, да-да, я тут, просто я смотрю выставку онлайн, и мне стало… — Какая выставка? — Мииин-ни. Миниатюрная выставка из спичек, — врёт та. Хеджи передумала рассказывать про свою мечту, и так много людей знали о ней, включая самого Ким Намджуна. Она отрывает телефон от уха и смотрит на экран телефона, считая секунды — только минута прошла, а она уже хочет бросить трубку. В рабочее время было приятно общаться с Сану, она даже была благодарна за билет, хотя менеджера Ли обогнала супервайзер Хеджи, которая ещё месяц назад дала ей этот билет вместе с остальными. Тогда девушка не стала этого говорить Сану и просто приняла билет, ведь отказывать она боялась. Неизвестно, откуда появился такой страх, ведь после того разговора в машине Сану стал очень дружелюбным и почти каждый день встречал её с улыбкой. Означало ли это, что он... Та сразу встряхивает головой, отодвигая такие нелепые мысли. — Не знал, что ты любишь и такие виды искусства! — удивленно охает. — Ты поужинала? Он каждый раз задаёт этот вопрос, будто только и ждёт, когда она скажет, что не поела. Но Хеджи была слишком умной, не смотря на разницу в возрасте с Сану, та умело могла выйти из такой ситуации, включив «дуру», которая не понимает намёков. — Ты едва отвечаешь, кажется, ты очень любишь такие шоу… — Что-что… ах да-да… — дайте ей оскар, пожалуйста. — Говорю, до понедельника, я ещё наберу… — и отключается, как только Мин прощается в ответ. Откуда такой интерес к её персоне? Похоже, в нём что-то изменилось, ведь последние три дня менеджер Ли вёл себя немного странно. Уделял ей слишком много внимания что ли. Девушке нравилось их общение в рабочее время, но большего она не хотела и не желала. Кажется, Хеджи начинает понимать истинные причины, почему она держит Сану на расстоянии — первое впечатление, которое было испорчено самим менеджером. Взять как пример первый день с Намджуном, если быть точнее неофициальный первый день, когда та заменяла его водителя. Лидер группы дружелюбно улыбнулся, назвал своё полное имя и завёл интересную беседу, впрочем, намного лучше, чем с Сану. А первое впечатление больше не повторится. Получается, менеджер Ли сам вырыл себе яму, когда нагрубил ей из-за её макияжа и дресс-кода. Злопамятность всегда была худшем качеством Мин, но она уверена и готова поклясться, что любая девушка на всю жизнь запомнила бы такое хамство. *** Понедельник самый нелюбимый день любого человека, но это не про Намджуна. У него тоже был свой распорядок дня, недели, месяца и даже года. Но сегодня он чувствовал, что встал именно с той ноги, и, кажется, всему была виной, ожидающая его внизу Хеджи. От мыслей, что Ким скоро её увидит, он чувствовал, что взлетит — настолько молодой мужчина был рад, наверное, только получение Грэмми могло превзойти эти чувства. Когда парень минут десять назад получил звонок с номера корпорации и на другом конце провода услышал голос Мин, какая-то истома залегла внизу живота. Кажется, Ким потратил всё воскресенье на свои размышления о леди в голубом. Было бы верно использовать слово «накручивал», но парень не хотел этого признавать. Ким спустился, как и обещал, через десять минут, хотя был готов намного раньше. Лидер специально хотел спуститься раньше, чтобы выиграть время для маленькой беседы с Мин, так как Чимин тоже был пассажиром этого авто сегодня. Хотя Пак всегда опаздывал — что безусловно было на руку. Ким, казалось, позабыл чувство волнения, но он дрожал будто снова оказался на своём прослушивании тринадцать лет назад. Оказавшись на улице и увидев машину, Намджун зажмурил глаза, в последний раз убедившись, что это реальность. — Привееет! — мелодично поёт Чимин соседнего сиденье. Ожидание и реальность. Какого чёрта Пак спустился раньше него? Когда надо — вечно опаздывает, когда нет — с утра балет танцует. — П-привет, а ты рано… — делает удивлённый взгляд. — Привет, Хеджи! — делая акцент на её имени. — Доброе утречеко, господин Ким! — улыбается девушка. — Вижу, Чимин зарядил тебя своей энергией! — сарказм так и сочился из уст лидера. Как выяснилось, прошлый конфликт между мемберами заставил Чимина стать более ответственным, как говорит сам Пак — ценить время, ведь время — деньги, — это и заставило его встать, как только солнце появилось на горизонте. Надо же было ему опомниться именно сегодня, от раздражения старший Ким всё время стучал ногой. Однако, Намджун был доволен, что пробки в столице по понедельникам предоставили ему достаточно времени налюбоваться своей музой, которая, как ни странно, молчала всю дорогу. — Ах, Хеджи, это тебе — конфетка! — протягивает свой сжатый кулак, раскрывая ладонь рядом с её правой щекой. Девушка испугалась от неожиданности, хорошо, что горел красный сигнал светофора. — Осторожно, она ведь за рулём! — Джун хватает Чимина за запястье, отодвигая его руку назад. — Ох, сорри-сорри! Я оставлю тут, на этой штуке, — выдергивает свою кисть из сильных рук Кима и кладёт сладость в золотой обёртке на перегородку между сиденьями водителя и пассажира. — Спасибо, это очень мило… — улыбается в ответ. «Очень мило? Очень мило!», нужно записать где-то, что ей нравятся сладости. *** Из-за Чимина лидер группы не мог нормально пообщаться со своим водителем и попрощаться до окончания работы тоже. Целый день он с намёками подходил к сотрудникам, уточняя поедут ли они куда-то. Но каждый член стаффа повторял одно и то же — агентство и домой. Только в пятницу все мемберы и стафф поедут в Американское посольство за своими визами, так как церемония Грэмми и концерты в Лас Вегасе требовали их присутствия. Тут парня осенило, а не полетит ли с ними и Хеджи? Вообще, в таких случаях в Америке есть свои водители, более опытные и привыкшие к своим дорогам, но ему было интересно: возможно ли включить в список того, кого не включали никогда. Сидя в своей студии, парень проходил по списку имен сотрудников, которые летят с ними. А сам список тот «одолжил» у Сану, который вечно оставляет свои бумаги на диване Намджуна в комнате отдыха. Не успевает тот прочесть пятое имя по алфавиту, как слышит, что кто-то набирает код двери его студии. В порыве паники парень прячет листы под себя, помяв их обивкой кожаного стула. — Джун-и, — менеджер всегда так обращался к нему, когда рядом не было чужих глаз. — Мхм? — Ким почему-то не хотел, чтоб Сану сегодня обращался к нему так, его всё ещё раздражал тот факт, что они влюбились в одну и ту же девушку. Поэтому он старался делать вид, будто работает над новой музыкой, надев свои огромные профессиональные наушники. — А что там про мини-куперы ты упомянул тогда… — сделав два-три шага, хлопает по левому плечу. — Что? — после этого вопроса способность сохранять невозмутимый вид ослабевала с бешеной скоростью. — Ну, там считать что-то, вроде машины, — теперь уже опираясь двумя руками на рабочий стол, спрашивать Сану. — Я-я… — Она мне в субботу по телефону сказала, что смотрит выставку "Миниатюрных спичек", я, конечно, ни черта не понял, но, кажется, ей это нравится… — поведя плечами рассказывает тот. — Так вы говорили по телефону… — это прозвучало не как вопрос. — Эм, — думает Ли. — не то чтобы говорили, он всегда находит повод НЕ разговаривать в нерабочее время, — и, друг, не поверишь, но она всегда сытая… вот спрашиваю, ела ли она что-то, Хеджи всегда отвечает «да»… — жалуясь на всю ситуацию, опускает свой взгляд на свою обувь. — я не знаю, как заставить её сходить со мной на свидание… — Может, ты не должен её заставлять, девушки этого не любят… ну то есть, у неё ведь есть выбор, не так ли… — Д-да, ты прав — лицо менеджера обрело такой вид, будто он открыл для себя новый горизонт взаимоотношений между мужчиной и женщины. — Я просто не додумался… я совсем неопытный… — А как ты понял, что она тебе нравится? — Намджун прямо смотрит в глаза своего друга. — Ну не знаю… вижу, как все говорят о ней, что она хорошенькая, ну, ты, наверное, не обращал внимания, но мне так нравится её фигура, знаешь, прям тянет физически, когда я смотр… Каких только усилий стоило парню не набить морду своему менеджеру. Во-первых, они не настолько близки, чтобы обсуждать девушек; во-вторых, у Кима в подсознании был такой закон: не обсуждать девушек, которых он знает лично, и такого закона придерживались все в его кругу— никто не обсуждал сестру Хосока, или сестру Тэхёна, или кого-то из стаффа; и в третьих, он не хочет обсуждать тело девушки, которая ему нравилась. Конечно, он замечал её красоту, но дать оценку ей мог только у себя в голове. — Стоп! — поднимает свою огромную ладонь, останавливая рассказ Сану, который уже использовал свои руки, чтобы показать изгибы девушки. Хотя это выглядело очень грубо — затыкать рот одним лишь жестом, но Киму пришлось. — Я думаю, тебе не стоит это обсуждать ни с кем, особенно со мной! И-и-и… я мне нужна тишина, я работаю над музыкой… — Оу-эм… ну окей… — по тону менеджера лидер понял, что, кажется, задел его, но тот не стал ничего больше говорить. Взяв свою папку со стола Кима, Сану, обиженный, уходит прочь. Не любит он такие разговоры. Говорить о чужой дочери, сестре или маме — это звучало так мерзко. Да, Ким порвал бы кого угодно, если бы он так выражался о его сестре. А тут Сану сочиняет басни о теле Хеджи. Она ведь чья-то дочь и… — Кстати о семье, интересно, сколько братьев и сестёр у неё есть… и кто её родители… — встает Ким с места, совсем забыв о стопке бумаг под ним. Только от шуршания белых листов, тот вспоминает о списке. Пробежав ещё раз по именам, тот переворачивает другую страницу, где большой список заканчивался на тридцатой фамилии. Но последние три были внесены не шрифтом компьютера, а ручкой. — Чхве Доын, Лим Коыл… — читает завершающий список имена. — почему они ручкой… а может… — поднимает глаза на свой стол в поисках шариковой ручки, но, потянувшись за прозрачном пеналом, парень понял, что-то пошло не так и все принадлежности полетели со стола на пол. — Щиибаль… — взяв первую попавшуюся ему ручку, подносит к листу. — Мин Хеджи, — пишет имя своей музы. — Лишь бы тебя взяли с нами…

***

Пятница подкралась незаметно, как обычно Ким провел встречу со всеми мемберами, чтобы поднять их дух не только для предстоящего концерта, но и для Грэмми. Парни все были очень взволнованы, особенно Чонгук, который будто летал в облаках, был сам не свой — ходил грустный. — Хён! Я хочу поговорить с тобой… — подходит к нему с грустной мордашкой, когда в помещении остается только он, Ви и Джун. — Я ведь вижу, что-то не так, Джей-кей… — Хей, парни я могу подслушать ваш разговор, если… — никуда не собирающийся Тэхён просто сидел в кресле огромной комнаты для собраний в Бигхит. Старший Ким в ожидании смотрел на самого младшего, комфортно ли ему, если Ви тоже останется, на что Чон еле заметно кивнул, дав понять — всё хорошо. Как только дело пошло о влюблённости в одну особу, с которой Чонгук познакомился ещё зимой в городе ангелов, его было не заткнуть. Он изливал душу, рассказывая о разбитом сердце и потерянной девушке, которая не хотела быть найденной. Избранницу Чона запугали очень влиятельные люди. Подтверждая его слова, Ви медленно кивал, анализируя каждое слово из уст младшего. — Вот Суа, где-то в Лос Анджелесе… я могу надеяться на твою помощь в её поисках? — с надеждой на положительный ответ просит Гук. — Как тебе в этом помочь? У тебя есть твой менеджер для помощи, то есть я могу прикрыть тебя, но запланировать какие-то определённые поиски… я в этом не силён… — честно признаётся лидер, раскрывая обе руки. — Нет-нет, ты не волнуйся об этом, просто прикрой меня, будто мне нужно туда для чего-то особенного. — Например, ради девушки, — ляпнул Ви. — Ну, хён! — ноет Чонгук, закатывая глаза, от слов Тэхёна. — Я тебе помогу! — вмешивается Намджун. — постой, не та ли это девушка, которая пела на вечеринке в честь дня рождения Сокджина? — Именно она! — оба младших цокают. — А ты уверен в своих чувствах, Чонгук? — будто задает себе этот вопрос, лидер устремляет взгляд в окно, через которое был виден пасмурный Сеул. Парень почему-то вспоминает Хеджи, которая, возможно, где-то блуждает в агентстве. — Я никогда не был так уверен в себе прежде…– твёрдо отвечает парень. — Думаешь, я вру? — Нет! — со скоростью света возвращает свои глаза к лицу друга. — Я просто сам запутался… — признаётся старший Ким, прежде чем обдумывает свои последние слова. — Постой, что?! — оба младших его друзей чуть ли не крикнули от удивления. — Я ещё не готов делиться этим, сначала мне нужно узнать её мнение. — усмехнулся Джун, закрывая глаза ладонью. — Её? — Когда-то сам Ким Намджун говорил мне, что он великолепный теоретик, но никакой не практик в отношениях, — Ви комментирует и вспоминает давний диалог, который прошел ещё года три назад, в одном из их туров. — И теперь мне нужно пройти практику, Тэхён… — его ладонь, ранее прикрывающая его глаза, переходит на затылок, слабо сжимая его. — Обалдеть! Ты влюблён, хён? — кричит Чонгук. — Заткнись! — Кто в кого влюблён? — дверь резко распахивается и входит менеджер Сану, да ещё и с раздражающей улыбкой. Младший Ким сразу замечает изменения в лице лидера, слегка ущипнул Чонгука, чтобы тот молчал. Младший мембер врать не умеет и вообще плохой из него актёр, и тут приходит на помощь Ви. — Да мы тут моих друзей детства обсуждали… и-и-и, кажется, нам пора, Джей-кей? — встает с удобного кресла. Когда в комнате остались только лидер и его менеджер, Ким раздраженно слушал свой график, и от голоса приятеля его левый глаз дёргался. Всё прошло бы отлично, если бы не этот последний коммент в сторону Хеджи, что она ещё больше возбуждает менеджера своей закрытостью. Тогда Намджуну захотелось просто вмазать ему хорошенько. Во-первых, обсуждать кого-то из знакомых он не любил, и не позволял себе даже с мемберами. Во-вторых, обсуждать девушку, которая ему нравится — табу для всех и навсегда. — Сану, заткнись пожалуйста! — и уходит, гулкими шагами разбивая тишину в комнате.