Ignis

Не секрет, что территории Горных кланов всегда были полны снега, к тому же, там были лютые морозы, от которых могли спастись, разве что, демоны. Может быть это было причиной тому, что Империя сошлась с Легионами Проклятых в союзе, выступив к Горным кланам. Конечно, не с войной, ведь у всех них была общая проблема, которую стоило решить поскорее. Потому демоны решили помочь остальным в этом деле, забыв на время про разногласия: такова была странная воля Бетрезена. Что не удивительно, люди ютились в своих шатрах, прижимаясь спинами и боками друг к другу, чтобы хоть как-то согреться, но один Инквизитор, который потерял весь свой отряд, не нашёл решения лучше, как перейти в отряд к демонам. У тех хотя бы был незатухающий костёр, в то время как у них самих он иногда не мог даже разжечься. Мужчина вышел из своей пустой палатки на улицу и съёжился от мороза, а пока шёл до лагеря демонов, едва не разбил голову об лёд, очень неудачно поскользнувшись. Границы лагерей были так отчётливо заметны и очевидны, ведь земля в какой-то момент стала тёмно-красной и сухой, из её трещин шёл пар, который еле успевал растапливать падающий снег. Едва человек начал настигать шатёр одного из отрядов, его сразу же обдало тёплым порывом воздуха. Да, у демонов определённо было лучше. Когда он отодвинул край плотной ткани, то заметил одного единственного воина-мага - Демонолога, что повелевал огнем Преисподней. Облачённый во всё красное, словно это была насмешка над Инквизитором, он сидел у костра и неохотно повернул голову к посетителю. — Решил прийти ко мне, чтобы нести слово Высшего Отца? — тихо проговорил тот, продолжая играть с огнём и творить из языков пламени разные фигуры. Было неудивительно услышать что-то подобное из уст того, кто в обычные времена подвергался гонениям с стороны Империи. — Ещё чего, я пришёл потому что потерял отряд и потому что наши маги никак не могут создать и поддержать огонь в таких условиях, — Инквизитор быстро вошёл внутрь, садясь напротив мага. Казалось, демон был в шоке от такого «вторжения» и весьма свободного поведения человека рядом с собой, но это определённо лучше, чем нож в спину. — Магия гномов, — недовольно протянул он, — они не очень-то рады нам, потому будут делать всё возможное, чтобы ухудшить наши условия, — гость тихо кивнул и почти сразу же расслабился в тепле шатра, даже несмотря на то, что под ним был лишь неплотный слой ткани, разделяющий его тело с землёй, — к слову, почему ты один? — поинтересовался Демонолог, рассматривая союзника сквозь огненные фигуры сражающихся войск. — Потерял весь отряд, но добил чёртовых эльфов… я едва выжил, помогло лишь зелье, которое оставалось у павшего брата по оружию, — со злостью проговорил мужчина, думая о том, какие мухи покусали остроухих начать свой дебош. Человек невольно засмотрелся на фигуры, что мелькали в огне и был удивлён тому, что нечто сильное и разрушительное может создавать что-то столь изящное. И, будто специально, маг начал создавать из огня более привычные для людей образы: города, рынки, толпы крестьян, что неспешно движутся по каменным дорожкам. — Раз так, ты довольно сильный воин. Я смог обдать эльфов пламенем и скрыться, наблюдая за тем, как они пытались потушить его… они сгорели у меня на глазах, надо сказать, дым от них был скверный, — проговорил маг, отводя взгляд в сторону от костра, — мне обещали перевод в другой отряд, но пока я здесь и я один, можешь оставаться. Может быть ты даже станешь частью моего нового отряда, если, конечно, человек готов биться плечом к плечу с таким как я. — Чушь, нет смысла оглядываться на нашу веру, когда есть более серьёзная проблема. — Маг хмыкнул в ответ. — Красиво ты управляешься с огнём, не знал, что демоны способны на такое, — проговорил священник, снимая свою накидку. Ему бы и хотелось сказать, что он не ждал от демона спокойствия и радушия, что уж говорить о таком кропотливом владении своей стихией. Он долго и наивно полагал, что Легионы Проклятых всего лишь отвратительные чудовища, умеющие лишь жечь и убивать. — Я - мастер своего дела. И я тот, кто обуздал непокорное пламя. Разве ваши маги не практикуются в более тонком владении магией? Это звучало так, что человек даже слегка обиделся на эти слова. — Эм, не замечал, они слишком увлечены изучением старинных фолиантов и рукописей. Да и с магами я пересекаюсь лишь изредка... и то с лекарями, — проговорил мужчина в ответ, прикрывая рот и зевая. — Понимаю, у людей не так много времени дано, чтобы понять свою магию, её природу, получить взаимопонимание с ней. Вы ведь живёте так мало, что я даже не представляю, сколь сильно у вас должно быть горе утраты, — подытожил Демонолог, заканчивая этот неловкий диалог. Они сидели в тишине, которая нарушалась лишь треском костра, пока Инквизитор не уснул, практически упав на бок, удивив при этом мага: и как он не уследил? «Быть может, у них и вправду было слишком холодно для нормального сна, быстро же люди выматываются…» Сначала Демонолог не хотел тревожить союзника, но поняв, что тот может замёрзнуть насмерть, когда потухнет их огонь, просто взял одну из своих накидок и сел рядом с ним, накрыв его тело ещё одним слоем ткани. И всё потому что на ночь костры всегда тушились, иначе любой может сгореть, даже повелитель пламени. А вот у самого мага не было понятия «холодно», его тело было почти всегда горячим и не ощущало морозов, пока их повелитель, Бетрезен, бы в здравии. Поначалу всё было хорошо и после тушения костра Инквизитор спокойно сопел рядом с новым союзником, но спустя какие-то считанные часы по лагерям вновь ударили сильные морозы, от чего человек начал трястись и кутаться в накидку сильнее. Что же творилось у бедных людей в соседнем лагере, оставалось загадкой. Демонолог начал медленно ощущать что-то неладное и вспомнил, что его сосед не совсем хорошо переносит такие морозы. Резко повернувшись к внезапному товарищу он понадеялся, что тот в порядке и его ещё можно согреть. Хотя огонь разжигать сейчас было бы неразумно, учитывая усталость самого демона. — Эй, проснись! Просыпайся, священник! — начал трясти его маг, от чего Инквизитор резко вскочил с места и схватился за булаву на своем поясе. Он, казалось, даже и не заметил, что начал замерзать. — А? Что? Напали?! — он выглядел испуганно и из его рта уже шёл пар. — Нет, гномы наслали вьюгу, моя накидка тебя не спасёт, если не согреть тебя, ты можешь пострадать… я заметил это не сразу, — пояснил маг, кладя руку на плечо мужчине, — резко согревать тебя нельзя, можно лишь контактом кожа к коже, так твой организм перенесёт перепад температуры легче… я полагаю. Сам маг был недоволен как своей невнимательностью, ибо он никогда не соседствовал с людьми, так и тем, что ему придется согревать человека собой. Физический контакт без перчаток и одежды он себе не позволял, как минимум, потому что ему это было не нужно. Мужчина распахнул глаза и с недоверием уставился на мага, однако, тот был прав. Холод был настолько силён, что священник был готов на всё, лишь бы не замёрзнуть, а если они оба уснут, то некому будет контролировать костёр. Инквизитор отвёл взгляд и смутился: — Верно. — Не стоит так стесняться вещей, которые спасут твою жизнь, — спокойно сказал Демонолог и начал расстёгивать свою форму, заставив священника ещё раз смутиться и отвернуться в сторону, а маг лишь усмехнулся в ответ, — сядь ближе ко мне и снимай камзол. Стараясь не смотреть на демона в таком виде, Инквизитор сел рядом и принялся медленно стаскивать свою одежду заледеневшими руками. Он вздрагивал от каждого дуновения ветра, что смогло пробраться в шатёр, пока не был прижат к чужой, довольно горячей груди. Он невольно уткнулся носом в шею союзника и тот обхватил его торс руками, накинув перед этим сверху на его плечи свой красный плащ. — Отлично, теперь ты точно не умрёшь от холода. Постарайся представить, что всё это происходит не по-настоящему… будет легче, — Инквизитор лишь кивнул и прикрыл глаза, а его союзник медленно улёгся с ним в обнимку. Несмотря на то, что это было необходимым злом, такое «объятие» было один из главных нарушений, хотя Инквизиторы и были священниками, что пошли на многие нарушения дабы защищать свою веру. Первое время совесть и свет, исходящий от глаз мага, мешали священнику не хуже их тесного телесного контакта. Ощущение чужой горячей кожи было странным и совсем неправильным, вызывающим дурные мысли и чувства у человека, но вскоре его усталость взяла верх над разумом. Инквизитор тихо засопел, невольно обхватывая руками торс Демонолога, вызывая этим ухмылку у мага. Тот был удивлён, что священник так охотно вжимается в него, бормоча извинения своему богу на латыни, но понимал, что любое живое существо во сне будет тянуться ближе к теплу. Маг лишь отдыхал прикрыв глаза, а священник в какой-то момент повёл руку вверх по спине мужчины, привлекая этим его внимание. Но Инквизитор всё так же спал. Во сне он медленно водил пальцами по горячей коже Демонолога, вызывая у него лёгкие мурашки, а сам маг молча глядел на спокойное лицо прямо перед собой, которое почти не выражало эмоций. — Mollis... — пробормотал священник и маг глухо усмехнулся. Демонолог невольно задумался, стоит ли будить союзника, но потом решил, что это всего лишь сон, от которого вряд ли будут какие-то проблемы: маловероятно, что кто-то доложит церкви об этом. Да и интересно было наблюдать за действиями незнакомца. Демону, конечно, было трудно терпеть что-то подобное, но несмотря на всю агрессию верующих Империи, выглядел человек безобидно и мирно. Не без странностей, но ведь каждый может увидеть сон, от которого и тело начнёт действовать без контроля. Ночь была холодна как никогда, и, самое главное, что его союзник в тепле.

***

Утром маг проснулся от резкого движения человека, после которого тот сразу же успокоился. Но сон, конечно же, к Демонологу не вернулся. — И тебе добрый день, — пробормотал демон и приоткрыл глаза, заметив сонное выражение лица союзника. — Джулианос, — в ответ на это маг вскинул брови, — имя моё. Прости, я немного забыл, где нахожусь… — его волосы были растрёпаны, а головной убор лежал где-то в двух метрах от них, бледные ранее щёки теперь были ярко-красными. Не решаясь двинуться с места от неловкости, человек первое время кутался в плащ, теперь уже, товарища. — Лучше уж оденься как следует… — маг нашёл свой мундир, спокойно натягивая его на себя, в то время как Инквизитор впопыхах надевал свою одежду и всё равно дрожал, даже с учётом огня, который маг разжёг для него, — зови меня Виктор. Люди были теплолюбивыми, и это забавно. — Странное имя для демона, — проговорил священник и ощутил всю прелесть морозов вновь, — всё равно трясёт, как вчера… — он уселся сбоку от мага, бессовестно вжимаясь в его бок и грея руки у костра. Демонолог усмехнулся. — Потому что ты вырвался из тепла с утра по раньше, конечно ты замёрзнешь, — пояснил он, — в любом случае, отогревайся, пока я иду выяснять у Герцога подробности военного плана… — Нет, я иду с тобой! — человек вскочил с места закрепляя булаву на своём поясе. Джулианос выглядел довольно уверенно и даже заинтересованно для человека, находящегося на проклятой земле, однако, румянец с его щёк так и не сошёл. — Хочешь окончательно замёрзнуть? Да, чёрт с тобой, пошли, — маг практически за руку повёл за собой человека сквозь лагерь Легионов. По пути Инквизитор заметил, как слаженно армия готовилась к передвижению на новую точку, рассмотрел каждого солдата и заметил даже Вора, который стоял, прислонившись к стене какого-то барака и играл со своим кинжалом. В лагере было одновременно тепло и холодно, потому что демоны во всю боролись с морозом, насылаемым гномами, и Джулианос боялся просто-напросто заболеть: ему придётся идти к лекарю. А были ли у демонов лекари, человек не имел понятия, к тому же, ему было трудно представить себе, какие методы лечения у них были. — Будь бдителен, наши Воры очень хитрые и изворотливые, к тому же, проявляют нездоровый интерес к чужим делам, а Суккубы и Инкубы… сам знаешь, не дитя. Мужчина обратил взгляд на спутника и кивнул в ответ, замечая полное спокойствие мага. Это было как минимум достойно уважения, потому что, вопреки союзу демонов и людей, многие в лагере недоуменно пялились на Демонолога, что шёл в паре с таким воином. Герцог находился неподалёку от захваченного города, в котором трудились и демоны, и крестьяне, которых, до освобождения, поработили эльфы. Удивительным было то, что не все были рады этому освобождению, потому что людям, как существам наивным, казалось что эльфы и то лучше Империи. Эльфы, к слову, прямо сейчас направлялись к Горным Кланам за какой-то своей целью. Но их действия не предвещали ничего хорошего.

***

Статный и высокий демон, внешне внушивший страх и трепет человеку, оказался более лояльным, чем многие его слуги. Как говорится: внешность бывает обманчива. Главнокомандующий принял к себе Демонолога и Инквизитора, даже несмотря на шквал проблем, что успел навалиться на союзную армию. — В чём причина визита? У меня мало времени, — отмахнулся тот, изучая карту вражеских лагерей. — Мне нужно знать когда мы собираемся выступать и что нам с союзником из Империи делать, так как и его, и мои воины погибли, — прямо спросил Виктор и демон обратил взгляд на них двоих, задумавшись. — Пока что мы не можем двигаться с места, и дело даже не в погоде. Люди послали ещё одного гонца к гномам, потому мы будем ждать его возвращения, сейчас я бы вам советовал не разделятся. Просто поддерживайте огонь и, если нужно, постарайтесь помочь любому воину, который попадёт в такую же ситуацию. Ступайте, — демон вновь вернулся к плану, но на этот раз к нему пришёл Рыцарь на Пегасе, который, как предводитель лагеря людей, принёс и свою информацию. Из-за этого двоим воинам пришлось просто уйти с данным им советом. Они, однако, могли выходить к границам лагеря, чтобы смотреть, не посматривают ли на них зеленокожие. Хотя маг и заверил, что те также пострадали от действий эльфов и не станут мешать. Такое ощущение, что буря была прямо на границах лагерей, ибо внутри лагеря было тепло и тихо, а едва Джулианос делал шаг за невидимый барьер, на него сразу же набрасывались дикие порывы ветра и снега, от чего было трудно дышать, не то что идти. Воистину неприятная магия, но кто поставил барьер от непогоды? Вряд ли демоны имели подобные защитные заклинания. — Что мы теперь будем делать? Заперты здесь без дела, и как вообще остальные справляются?! Чёрт возьми! — священник метнулся в сторону лагеря Империи но маг его резко остановил, схватив за руку. Недоумённый взгляд его союзника был таким забавным, что Виктор невольно издал сдавленный смешок. — Погоди, смотри лучше туда, — по дороге с помощью Чародея, который вёл всех через пургу, в лагерь демонов шла колонна людей, которых тут же начали распределять по шатрам, — наш предводитель принял решение поделится защитой от холода. Даже если мы не двигаемся с места, мы знаем, что делать. Инквизитор лишь всплеснул руками и вздохнул, думая, что теперь весь мир буквально переворачивается с ног на голову, включая его собственную веру и его убеждения. Но это действие со стороны демонов было максимально логичным и правильным. — Будем ждать указаний, священник, можешь прогуляться по лагерю и попробовать найти себе занятие, а можешь идти обратно в шатёр, выбирай. Маг будто специально ждал, чтобы провести экскурсию. — Думаю, я уже всё видел. К слову, надо бы набраться сил после того, как я на днях едва выжил и окоченел, — отмахнулся тот, — будем ждать, когда нам дадут возможность обнажить оружие. На удивление мага, Джулианос развернулся и, тяжело вздохнув от тоски, поплёлся к их шатру с истощенным видом. — А как же разведка наших территорий? — с толикой надежды спросил Виктор. — Наши… ваши… какая вообще разница, когда мы - союзники? — с ухмылкой спросил в ответ священник и уголки губ Демонолога дрогнули в лёгкой улыбке. Вернувшись по памяти туда, откуда он вышел, Инквизитор устало приземлился на то место, где недавно спал, а маг вернулся следом за ним, вновь начиная ощущать слабый холод. — Почему я не вижу от тебя фанатичной ненависти, что присуща человеку веры? — спросил заклинатель огня и сел рядом, опираясь на балку, держащую шатер. Джулианос состроил такое лицо, будто слышал это в тысячный раз и потёр переносицу, не желая вновь поднимать эту тему, но всё таки решился ответить. — Я был фанатичен до того, как Утер вернулся и обманул всех нас… после того, как нас надурили, многие усомнились в наших методах, в вере, в том, что мы, люди, идём по правильному пути, — тихо говорил священник, закрывая глаза, — да и мы - союзники… мы не лучшие друзья и наши народы не братские, но мы с тобой будем биться бок о бок. Тут нет места спорам о религии и межрасовым разборкам, Виктор, но ты, я думаю, и сам это знаешь. Демонолог прикрыл глаза, кивнув самому себе. Человек не был глуп.

***

Проснулся священник от того, что внутри было слишком тепло, ему было необходимо подышать свежим воздухом, в то время как маг всё ещё следил за огнём. — Отдохнул? — поинтересовался Демонолог, не отрывая взгляд от своего занятия. — Спина болит… о, уже ночь, — пробормотал Джулианос в ответ, — а вьюги нет? — он слегка потёр глаза. Он неуклюже поднялся и понял, что им точно придётся делать самодельные постели. — Не в этот раз, на вьюгу они потратили много кристаллов маны, теперь им остаётся лишь ждать новых партий, — пояснил маг, — иди, но не рискуй выходить за пределы лагеря, я слышал, что недавно кого-то ранили… Священник кивнул и как-то менее уверенно шагнул наружу, заметив пустоту и тишину, однако, в одном из самых больших отдалённых шатров кипела работа, что было связано с раненым воином, стоило полагать. Из-за своего интереса, который было трудно подавить, а может и из-за глотка свежего воздуха, который испарил остатки сна, мужчина начал шагать к палатке, прислушиваясь к разговорам внутри. Там было трое воинов, один из них это точно целитель, а вот двое других… — Что за бред, всё же было нормально! Мы не собирались нападать… — гневно проговорил Рыцарь на Пегасе, это был его голос. — Всё всегда кажется нормальным, человек… ничего, смерть меня не страшит… — сдавленно проговорил Герцог, чей голос трудно было не угадать, прежде чем он зарычал от боли. — Прошу вас, говорите тише! Лечение таких ран - трудный процесс! — раздражённо проговорил целитель. — А что бы было, если бы я не был рядом?.. к чёрту, иногда мне кажется, что гномы слишком тупы! — гневно рыкнул Рыцарь, потеряв остатки шаткого спокойствия. — О, нет, человек, они не глупы, они помогли нам и вам свергнуть Утера… и сейчас они должны помочь, всему своё время… — демон затих ненадолго, Рыцарь тяжело вздохнул. — Нас всегда учили, что демоны - не имеющие совести, ужасные монстры, которые не знают жалости и границ, но когда я впервые поговорил с тобой… меня начали терзать сомнения. И сейчас снова вызываешь уважение тем, насколько ты спокоен, — тихо проговорил человек. — Этого достаточно, просто дайте ему вот это зелье с утра и дело с концом. Герцог силён и вынослив, так что выживет, можете не волноваться, — целитель вышел из шатра, а смущённый священник спрятался за ближайшим камнем, всё ещё слушая. Некоторое время было полное молчание, после чего демон усмехнулся: — Что, он тоже не знает ничего про нас? Рыцарь явно смутился и возмущённо хмыкнул. — Ну конечно, а зачем им всем это знать? Начнутся неправильные косые взгляды, заговоры и слухи… — Не думаю, что сокрытие правды сделает ситуацию лучше, — на этом моменте священник начал слушать внимательнее, но услышал лишь звук шуршания ткани, после чего пару томных вздохов. — Тебе нельзя активно шевелится, пока тело так слабо, — как-то слишком мягко проговорил человек. — Ха, человечишка, ты думаешь я настолько слаб? Я просто хотел чтобы обо мне позаботились, и я это оценил. Люди - достойные союзники… Рыцарь хмыкнул. — Союзники… — И любовники, конечно, — смешок демона сразу же заставил Инквизитора вспыхнуть от смущения и отстраниться от шатра. — Ммм, подслушиваешь наших полководцев? — усмехнулся чей-то демонический голос позади него и мужчина сразу же схватился за булаву. — Спокойно, non sum inimicus, просто любопытствую… Обернувшись, священник увидел Вора с широкой улыбкой на губах. — Это произошло случайно, мне сказали, что кого-то сильно ранили, — оправдался Инквизитор, сохраняя спокойствие. Помня слова о Ворах, он старался думать наперёд и действовать аккуратно. — Да, ранили. Герцога ранили, когда он и Рыцарь на Пегасе делали обход лагеря людей, — пояснил мужчина, — ну и, хах, ранили так неплохо! Ваш парень смог привести его обратно и буквально воскресить из мёртвых. Они оба стояли и молчали, пока Вор ждал новых оправданий, но в итоге сам нарушил тишину. — А что это твои щёки так полыхают? — усмехнулся тот, делая несколько шагов вперёд. Казалось, Вор смог застать мужчину врасплох, хотя бы тем, что от него неизвестно чего стоило ждать. Но на помощь пришёл Демонолог, который метнул огненный шар между священником и Вором, заставив собрата с усмешкой отступить. Джулианос был в шоке от того, как вовремя прибыл его союзник и как вообще он сумел сразу же найти его. Видимо, интуиция? — Какие у тебя проблемы с членом моего отряда? — холодно произнёс маг, нахмурившись и сверля Вора грозным взглядом. — О, «твоего»? Прости не знал, честно, — с той же ухмылкой проговорил он, — ввёл бы ты его в курс дела по некоторым вещам… Инквизитор снова покраснел и нахмурился, потерев кончиками пальцев переносицу. Виктор заметил это и постарался побыстрее решить эту глупую ситуацию. — Я сам решу, с чем его ознакомить, иди и «копай» под эльфов, и то пользы больше будет, — фыркнул Демонолог и потащил священника за локоть обратно в шатёр. Эта хватка была столь сильной, что, казалось, рука мага сейчас прожжёт ткань рукава. Но тот не злился на священника, так, по крайней мере, казалось. Демон лишь был в гневе от того, что Вор пристал к человеку без причин. В шатре было слишком жарко от злости Виктора. Хотя дышать Джулианос мог, но пришлось почти полностью раздеться, оставив лишь блузу и штаны, в которых, однако, было ужасно неудобно, потому что они почти намертво прилипли к коже. Его форма и так иногда сковывала движения, но сейчас неудобство вышло на новый уровень. Маг всё ещё не мог прийти в себя и Инквизитору пришлось привести товарища в чувства, слегка тряхнув того за плечо. Было странным видеть что-то подобное от кого-то всё ещё незнакомого. — Эй, мы с тобой задохнёмся, умерь пыл! Демонолог взглянул на человека, который уже полностью вспотел и пытался охладить себя взмахами своей же шляпы, после чего мгновенно пришёл в себя, и виновато опустил взгляд. — Прости, чтобы не быть вспыльчивым в поведении, я выплескиваю гнев в магию, но, всё же, она даже хуже… Его голос был всё так же непоколебим несмотря ни на что. — Ерунда… почему ты с таким рвением пришёл мне на выручку? Я думал, что у нас нет врагов в вашем лагере… — почти перебил его священник, не в силах сдержать любопытства. Маг покачал головой и ответил: — Врагов нет, но есть тёмные личности, вроде того Вора, что поймал тебя около шатра главнокомандующих… мне очень трудно объяснить тебе суть… лучше просто быть рядом со мной, так безопаснее, — после этих слов Виктор взглянул на союзника и тяжело вздохнул, закрыв глаза. Он увидел непонимание в глазах человека. — Но, в чём причина?.. — переспросил Джулианос в несколько раз тише и с опаской. — Вор, как двойной шпион, испытывает недоверие к любому, даже к кому-то из своих. Да ещё и твоё любопытство дало ему стимул придраться… а ещё он может начать следить за выбранной жертвой, всё это у них почти вошло в привычку, Воры делают это будто рефлекторно. Человек кивнул в ответ и отвёл взгляд, делая пару шагов в сторону и кладя руку на бок. Он был в замешательстве. Священник думал, стоит ли спрашивать о самой странной вещи, терзающей его память на данный момент. К месту ли этот вопрос и сможет ли маг ответить ему на него? Лучше спросить и понять то, что он ему ответит, чем молчать и терзаться всю ночь. — А что же насчёт наших главнокомандующих? — резко выпалил Инквизитор. Маг лишь тихо усмехнулся в ответ, но под выжидающим и смущённым взглядом союзника сдался. Держать в секрете именно это было бессмысленно, пусть уж человек знает всё наверняка. А точнее, Виктору не хотелось, чтобы тот шёл с этим же вопросом к кому-то ещё или, что хуже, к их предводителям. — Да, у них друг к другу интерес… я не хочу рассказывать тебе о чужой личной жизни, к тому же… на самом деле это весьма запретный интерес, — маг довольно быстро пришёл в себя и его огонь стал вести себя максимально спокойно, без риска пожара в лагере. Инквизитор всё ещё был в смятении от ситуации и вспоминал манеру разговора Рыцаря и Герцога, краснея и ощущая, как его сердце начинает колотиться то ли от смущения, то ли от того, какую картину событий он себе рисовал. Это было противоречиво для такого человека, как он. И, казалось бы, надо радоваться тому, что он имеет возможность отдохнуть, но в голову лезли навязчивые странные мысли, мешающие ему даже впасть в дрему. К тому же, он начал ощущать, что ему не хватает чего-то мягкого между его телом и землёй. Может земля и согрелась, но мягче от этого явно не стала. — Слушай, у вас ведь есть то, на чём можно спать? Эта ткань всё равно слишком жёсткая, у нас так ноги и руки затекут, — слегка неловко спросил мужчина. Виктора снова позабавило выражение лица союзника и он некоторое время задумчиво глядел куда-то мимо него, чтобы просто насладиться этим странным человеческим смущением. — Можно что-то придумать, — маг кивнул головой в сторону одного из громадных мешков, — я тоже давно не спал нормально. Демон поднялся с места и оставил в сторону свой посох, снимая шляпу и убирая её в сторону. — Я не ел уже сутки… — тоскливо проворчал мужчина, едва маг подошёл к нему, чтобы помочь со спальным местом, — чёртовы эльфы, я бы работал в городе с бумагами, если бы не эта война! Злость и волнение воина и вправду намекали на сильный голод, как он и сказал, а слова про войну с эльфами задели даже самого Виктора. Он терял много времени сражаясь за то, чтобы его народ не страдал от выходок остроухих. — Тогда стоит хоть немного поесть… нам обоим. Может быть мы и демоны, но многие из нас всё ещё едят тоже самое, что и вы. А завтра пойдёшь к полевому повару, ты нужен мне полным сил на поле боя, — Демонолог звучал очень серьёзно, несмотря на то, что показывал тревогу за какого-то незнакомца. Священник в свою очередь вновь молча кивнул, что он в последнее время делал намного чаще, чем говорил что-то в ответ. На самом деле, поначалу у него были проблемы из-за того, что ему придётся терпеть демонов рядом с собой и принимать их как союзников, но со временем всё это просто исчезло. Он смирился с этим союзом и понял, что помощь друг другу важнее вражды в такое тяжёлое время. Им удалось вытащить мягкий, слегка холодный, но плотный кусок ткани и расстелить его, а затем, чтобы не использовать накидки вместо одеял, мужчина вытащил откуда-то большое шерстяное покрывало, которые на днях им предоставили жители близлежащих городков. Люди никогда ещё не были так добры к демонам, да и к войскам Империи тоже. Из запасов священник скромно выбрал что-то наиболее соответствующее его диете, ведь он не мог, ввиду своей веры, позволить себе много, а маг лишь с какой-то жалостью смотрел на человека, искренне не понимая, как с этим питанием Инквизиторы могут быть так сильны. — Если надумаешь выйти наружу ночью - буди меня, — проговорил Демонолог и потушил огонь одним движением кисти руки. Виктор был счастлив глубоко в душе что его спина не будет так ныть, к тому же, с учётом людей в их лагере, ему не нужно постоянно быть начеку. Можно сказать, что и наличие союзника дало ему хоть какой-то стимул хорошо высыпаться. — Хорошо, я разбужу, — уже сонно и слегка невнятно пробормотал Джулианос. Головной убор человека покоился там же, где и булава, а ноги наконец были освобождены от туфлей, которые умудрились натереть ему ноги за долгое время почти непрерывной ходьбы. Мужчина блаженно вздохнул, упав спиной на матрас и даже не поверил, что у него была возможность просто хорошо поспать. Хотя он знал, что в любой момент может подняться тревога. — Somnum bene, — проговорил маг союзнику и так же расслабился на своей половине импровизированной «постели». — Bonum noctis, — ответил священник и укутался в свою часть шерстяного одеяла.

***

Утро встретило всех воинов известием о том, что посол был убит эльфами. Ассасин, что сопровождал его, едва смог улизнуть благодаря своей сноровке. Неужели теперь Горные Кланы будут и дальше думать, что эльфы делают всё это потому что боятся? Это усложнило задачу, теперь придётся кому-то другому выступать с новым гонцом, и не удивительно, что выбор пал именно на Инквизитора и Демонолога. Отряд гонца не должен был быть большим, но при этом должен был быть сильным и опытным, потому два бывалых воина, сидевших без дела, вполне подходили. По крайней мере, Рыцарь и Герцог настояли на этом. Те самые предводители, которые, постоянно смущаясь лишнего внимания, ловили на себе странные взгляды священника. Джулианос всерьёз задумался, какого это, быть в такой тесной связи с демоном… нет, даже просто с мужчиной. Конечно, в армиях людей не было исключением мужеложство, причём, в приличных масштабах, но это была первая масштабная война Инквизитора, в которой ему еще не удалось быть втянутым во что-то подобное. И, конечно, он отлично знал физиологию и женщин, и мужчин, но ни разу никому не доставлял ничего, кроме боли. Ему было крайне интересно, почему один из таких высокопоставленных людей поддался искушению. Неужели оно настолько велико, или дарит внеземное наслаждение? Единственное, что вернуло его мысли к чему-то приземлённому, это голод, который вызывал ужасные боли, в том числе и головные, которые, к тому же, усиливал дневной свет. Последовав совету нового знакомого священник пошёл за той едой, что маг посчитал нормальной для человека и той, что назло нарушала его пост. Повар долго буравил взглядом Инквизитора, который так же буравил взглядом блюдо с несомненно прекрасно приготовленный мясом и гарниром из овощей, от которого желудок только сильнее выл. Демон не понимал, к чему старания, если человек так глупо смотрел на еду, вместо того, чтобы есть, пока не заявился Виктор за пополнением запасов для похода. — Damnare. Он у вас что, умом обделённый? — на эту фразу человек возмущённо хмыкнул и тут же принялся скрепя сердце есть паёк, даже не зная, насколько долго пришлось его союзнику уговаривать накормить его вне очереди. — Неужели ты забыл, что он - священник? Демон почесал затылок. Он был отличным мясником и поваром, да, но уж точно не обладал знаниями о рационе священнослужителей Империи. — У них принята совсем иная еда, так как они служители Высшего Отца, им не положено есть многие продукты, особенно в пост, — пояснил Демонолог, и повар протянул «а, понятно» в ответ. Однако, в глубине души, маг понимал, что этот демон всё равно ничего не понял. — Пост или не пост, я знаю одно, если мясо не жрёшь, то рано или поздно помрёшь, — усмехнулся повар, — так что жуй и набирайся сил, человек. Священник молча закивал и продолжил есть, не замечая на себе внимательный взгляд союзника. Тот, не скрывая эмоций, забавлялся тем, с каким недовольным, но одновременно с этим удовлетворённым видом человек поглощал пищу, противоречащую его посту.

***

— Вот, возьми, — Виктор протянул Инквизитору какой-то амулет с полностью серьёзным выражением лица. Тот с каким-то лёгким презрением посмотрел на амулет и, всё же, взял его, повертев в руках. — Это... что? — красный, узорчатый, словом, странный предмет на красной верёвке. Спросил тот, изогнув бровь и вопросительно уставившись на союзника. — Это оберег. Так как ты - воин, сражающийся впереди отряда, я посчитал, что тебе необходима защита от магии, — спокойно ответил Демонолог и отвёл взгляд в сторону гонца, — к тому же, его тебе придётся защищать, сражаясь против серьёзных противников. Инквизитор лишь ухмыльнулся. — Но ты тоже силён, — гонец с интересом просматривал на этих двух, замечая, как они спокойно ладят друг с другом, — так что спину я доверяю тебе, и раз уж на то пошло, возьми вот это, — Джулианос протянул небольшой мешочек в руки мага, — зелья для воскрешения недавно усопших и снадобья лечения. На случай, если что-то пойдёт не так… не хочу терять второй отряд. Демон и человек кивнули друг другу, будто уже мысленно прощаясь друг с другом, что лучник считал опрометчивым. — Понимаю, что вам нравится обмен любезностями, но нам пора, — проговорил гонец, взвалив на плечи сумку, — берите остальное, я надеюсь на вас.

***

Два дня мужчины пробирались сквозь сугробы снега, и, в основном, благодаря магу: огонь которого легко разбирался с такими проблемами, как сугробы, лёд и холод. Однако, путь пролегал, к тому же, сквозь леса, в которых лишь сам гонец чувствовал себя как рыба в воде. Именно он всегда был настороже и знал, откуда может прийти опасность, от чего Инквизитор ощущал себя крайне плохо. В чём его сила, если он - не маг, не опытный следопыт, не искусный вор или ассасин. Может быть его вера была хоть сколь-нибудь полезна, защищая его от многих ментальных воздействий врага, но всё равно не давала особого преимущества. Эта подавленность весьма была заметна для Демонолога: люди зачастую считали себя слабее, чем они есть на самом деле. Смертные часто ослабляли себя своими же мыслями и доводами, не осознавая всю мощь, что вложил в них Бетрезен. Так или иначе, даже со сноровкой гонца, едва отряд дошёл до столицы гномов, эльфы тут же вылезли из засады. Это был ещё не вылечившийся после прошлой стычки отряд, но он был с численным преимуществом. Кажется, они даже не думали сменить свою позицию для засады, ведь в прошлый раз они атаковали с этого же места, а потому отряд гонца смог быстро приготовиться к схватке. Воины остроухих либо были идиотами, либо через чур самоуверенными идиотами, к тому же, эти эльфы вели себя так странно и фанатично. Даже Джулианос заметил то, что их глаза стали будто стеклянными, пустыми и бесчувственными. Раньше он не видел подобного. Даже если сравнить их с теми, кого Инквизитор прибил ещё недавно, казалось, совсем лишились рассудка. Остроухие же, как большие любители болтовни и хвастовства, впали в такой шок и гнев, что их рты никак не могли закрыться. — Люди и демоны?! Вы не просто предатели, вы ещё и еретики, которые посмели водиться с прокажёнными! — глава отряда, кентавр-лучник, начал говорить первым, чтобы попытаться унизить противника. — Нас ведёт Галлеан, а вас, тупые низшие создания, не поддержит не то что ваш Высший Отец, даже Бетрезен! — он усмехнулся, а маг насторожился, потому что заметил, как гонец выхватил лук. Человек почти мгновенно выстрелил в одного из эльфийских лучников, что начал смеяться над глупостями, сказанными своим полководцем, и тот упал замертво. Остальной отряд резко замолк и схватился за оружие. — Вместо пустого трёпа, лучше примите свою смерть, ваше безумие неизлечимо, — спокойно проговорил маг и наслал на врагов огненный дождь, едва увернувшись от двух отравленных стрел. Эльфы так скривили физиономии, что на миг даже стали схожи с гоблинами. — Пустой трёп? Наш Оракул внимает богу и передаёт его слова нам сквозь свои уста! — закричал лучник, в перерывах между страданиями от ожогов и попытками найти целебную мазь. Джулианос от всего этого стиснул кулаки, а затем слегка наклонил голову вперед, чтобы скрыть из виду отвратных созданий и свои собственные глаза. Каждый раз, когда он слышал ересь из уст врага внутри него всё начинало кипеть и гнев полностью овладевал им. Сейчас он едва держал себя в руках, но смысла в этом было мало. Рано или поздно всё вырвется наружу, как и всегда. Даже Виктор это заметил. Слишком уж тих был человек. — Такие наивные, неужели вы решили, что ваш божок просто так будет говорить через смертную? Ну и ну, он не такого низкого уровня, — ухмыльнулся священник, — а если это правда, то Галлеан ничем не лучше такого вонючего лесного отребья, как вы. Он глухо засмеялся, а маг с удивлением и какой-то долей уважения посмотрел на союзника, краем глаза заметив на губах гонца лёгкую улыбку. Два воина, что были перед Инквизитором, практически с животным криком бросились на него, и тот на удивление умело отражал атаки, одновременно следя за лучниками, которые могли переключиться на него в любой момент. В неконтролируемом гневе едва ли какой-то воин смог бы попасть по своей цели, ведь даже если его атаки становились сильными, они также становились весьма необдуманными. Однако, когда один из выпадов всё-таки попал по плечу Джулианоса, тот резко замер и схватился за руку. Противники тоже замерли, но скорее в порыве гордости от того, что поставили на место богохульника, и лишь гонец понимал, что будет дальше. Боль. Боль была тем, что вызволяла всю его мощь наружу, высвобождая потоки гнева и сумасшествия, которые были запрятаны в глубине его разума. Боль открывала ему все двери к его скрытой силе, и пока противники задирали носы, потешаясь без причины, священник медленно готовился. Когда лучник был готов выстрелить в Инквизитора, тот оскалился, чувствуя, как его сердце начинает колотиться в предвкушении. Маг смог сфокусировать атаку так, чтобы лучник отвлёкся от его напарника, а гонец был готов стрелять в кентавра, когда священник вновь залился смехом и схватился за булаву обеими руками. Он смеялся, казалось, от всей души, а эльфы начали понимать, что связались не с тем фанатиком. Пускай он был слаб, но в порыве безумия он мог бы положить на землю отряд таких воинов, как те, что стоят перед ним и уже начинают сомневаться в своей силе. Инквизитор внезапно замолчал и начал говорить, от чего эльфы напряглись сильнее, ожидая удара. Те, кто стоял позади думали только о маге и лучнике, а воины впереди тряслись от осознания, что им в одиночку придётся отбиваться от больного на голову человека. Буквально от такого же, как они сами. — Это удар? — проговорил он медленно, с хищной ухмылкой глядя на то, что он уже считал трупом. — И ты считаешь себя способным держать меч? — он хихикнул в последний раз и слегка ссутулился, поморщив от отвращения нос. — Да ты не лучше тупого зомби, который не может и руки поднять! Червь! — замахнувшись булавой снизу, он резко зарядил одному из воинов по челюстям так, что они буквально раздробились, и мечник просто упал наземь, захлёбываясь своей собственной кровью. В ответ на это человек лишь улыбнулся и дополнительно, чтобы тот уж точно не встал, силой наступил ему на голову, ощущая хруст костей под ногами. Виктор попытался отвлечься и проверить товарища, но успел лишь заметить, как зелёные глаза изменились. Это был взгляд кровожадного хищника, но не того, с кем маг еще недавно разговаривал. Второй эльфийский воин был настолько не готов к такому шоу, что даже не заметил, как булава качнулась второй раз и силой ударила его в висок, а сам Инквизитор расхохотался от глупости врага. Казалось, булава была такой тяжёлой, что не могла бить настолько быстро, но это произошло и удар был летальным. Два воина спереди полегли от невнимательности и медлительности, в то время как лучники сзади успели зарядить стрелы и решили выбрать более слабую цель, нежели гонец, что ловко уворачивался от их атак. Демонолога. Маги не носили тяжёлую броню, но могли управлять стихиями, от чего его было бы разумно убрать первым, однако, в этом заключалась ошибка, которая стоила им жизни. Инквизитор только начал понимать и изучать своего союзника, он не желал, чтобы тот просто так погиб в их первом же совместном бою. И именно поэтому стрела, которая попала всего лишь в руку его напарнику, заставила воина полностью потерять голову. Никто даже не думал, на что способен этот фанатик, пока его булава без разбору не начала дубасить лучников по всем частям их тел, ломая кости, а стрелы гонца летели прямиком в головы эльфов, пробивая им черепа. В этих размашистых движениях союзника Виктор увидел столько всего, но самым удивительным было одно: священник был сравним со стихией огня. Тихий и спокойный, если держать его в узде, и абсолютно безумный, смертельно опасный, когда он теряет контроль. И он не боялся Джулианоса, напротив, это делало Инквизитора в глазах мага практически идеалом настоящего воина. Долго, конечно, его размышления не длились, потому что яд у остроухих был действительно сильный и мог легко отравить даже демона. Об этом Демонолог совсем забыл, когда собирал снаряжение. На самом деле он и вправду стал рассеянным из-за безделья и это вышло ему боком. В глазах начало плыть, взгляд не мог сфокусироваться ни на чём, а тело стало быстро слабеть к тому моменту, когда весь вражеский отряд был уже убит. Пока маг с трудом стоял, стискивая в руках посох, Инквизитор отдышался и подошёл к телам, плюнув на них и оскалившись. — И вы мне что-то говорили про вашего Всезащищающего Галлеана, тупые недоноски? — тихо проговорил Джулианос, глядя на окровавленные трупы и вытирая их отвратительную кровь со своего лица. Некоторые считали кровь врага чем-то, чем можно было гордиться и хвастаться, но такой швалью священник горд не был. — Хватит болтать с останками, лучше помоги: твой приятель может умереть, если мы не дадим ему зелье, — фыркнул гонец, держа в руках тело мага, который был в полубессознательном состоянии. Священник резко очнулся и повернулся к товарищам, в шоке заметив, как побледнел демон. Он часто и тяжело дышал, хватаясь за горло так, будто воздух не поступал в его лёгкие. Сердце человека невольно пропустило удар, но почему, он так и не понял. Казалось, он испугался, что Виктор может умереть. Но это ведь война, умереть может любой из них и это лишь вопрос времени или же везения. Человек быстро рванул к сумке мага и достал оттуда одно из исцеляющих, очищающих кровь зелий.

***

Маг очнулся лишь когда начало темнеть, и очнулся он, будучи практически на руках у Инквизитора, который явно был слишком уставшим. Его выдавали сонные глаза и шатающаяся походка. Джулианос был так истощён, что вот-вот свалился бы, да и не удивительно: они потратили много сил на сражение, получили ранения и теперь воин тащил его, несмотря на свою собственную рану. — Может снова привал? — спросил священник, тяжело вздыхая и поправляя руку Виктора на своих плечах. — Нет, тормозить нам нельзя, кто защитит нас от холода? Демонолог откашлялся, попытавшись вдохнуть чуть больше воздуха и оба воина остановились, резко поворачиваясь в сторону раненого. — Я в порядке, — тихо ответил он, поднимая взгляд на обеспокоенного Инквизитора. Значит его не бросили, даже несмотря на то, что он был обузой и тянул их время? — О, наконец-то! — с улыбкой проговорил священник и остановился. — Нам срочно нужен привал, это не обсуждается! — Ладно, черт с вами, всё равно ночью мы бы промёрзли до костей, — сдался гонец и остановился, — но место для привала найду я. Надеюсь, возражений нет? Виктор наконец встал на свои ноги и взял из рук Инквизитора свой посох, на который тот опирался почти весь путь. Ноги ещё были слегка слабы и иногда ему приходилось держаться за плечо товарища. Какое-то время Джулианос не знал, что сказать. Он ведь боялся, что не успел дать зелье магу, но, видимо, ему очень повезло: яд эльфов действовал быстро и у Демонолога были все шансы умереть ещё на поле брани. — Рад видеть тебя в строю, хоть мы и сражались лишь в первый раз, — тихо сказал человек, всё ещё будучи в мерзкой крови противника. Однако, это мерзкая кровь выглядела как украшение для белоснежной кожи Инквизитора. Это было первой мыслью, которая посетила голову демона, едва он взглянул на своего союзника. Маг списал это на последствия отравления. — Спасибо, но все разговоры потом, я чувствую присутствие магии гномов здесь… они могут наслать ещё какую-нибудь дрянь… Настороженность мага передалась и людям, которые стали более усердно устанавливать палатку и прятать её в лесу. Им повезло справиться с этим до того, как очередная волна вьюги и метели налетела на лес, задевая в том числе и эльфийские армии. Удивительно, что у гномов уже были ресурсы на эти заклинания, видимо, они стали готовится к серьезным проблемам. «Было бы забавно посмотреть на обморозившиеся эльфийские рожи, а лучше пусть они просто окоченеют подальше от нас,» — священник ухмыльнулся своим мыслям и сглотнул, стараясь сдержать смешок. Можно сказать, они получили то, что заслужили, хоть это радовало душу. Темнота в лесу была немного иной, а холод делал её гуще и неприятнее, от чего близость к огню была божественным провидением для людей. Это тепло казалось таким уютным и мягким, даже домашним, от чего, даже несмотря на плохое, по какой-то причине, настроение Инквизитора, тот был спокоен в такой обстановке. — Ты отлично сражался, — тихо нарушил тишину маг, глядя на лежащего чуть поодаль священника и тот в ответ почему-то сразу же нахмурился. Быть может этот гнев изводил человека, а может это что-то, чего Джулианос опасается. Люди казались такими странными, быть печальным в своей победе - не то чтобы логично. Не важно, как была одержана победа. — Я не хочу говорить об этом, — спокойно ответил священник и явно не без причины, потому Демонолог лишь кивнул и отвёл взгляд в сторону. Так и быть, пусть этот человек и дальше удивляет мага, пока у них есть время на то, чтобы изучить друг друга. Гонец уже был полон энтузиазма в связи с их победой, да и если эльфы поймут, что люди и демоны в союзе становятся намного сильнее - их обуяет страх, и страх же будет их могилой. — Завтра мы с вами уже будем в столице, если, конечно, не найдётся ещё кто-то в засадах, — проговорил гонец, всё ещё не засыпая и боясь, что их могут подловить ночью, — Виктор, советую тебе отдохнуть, и тебе тоже, — он выразительно посмотрел на Инквизитора, — зная то, как ты устал. Завтра мне нужен хороший защитник, так что выспись как следует, — мужчина кивнул в ответ и прикрыл глаза, довольно быстро расслабляясь. А маг, несмотря на своё посттравматическое и слабое состояние от отравления, не мог так же быстро уснуть, всё ещё держа в голове картину сражения священника и эльфов. Кто бы знал, что один подобный воин способен сделать, а ведь таких как он было немало, хоть и не тысячи. Раньше Демонолог встречал лишь Охотников на демонов, а те были в разы слабее и более импульсивны в самом плохом смысле. Одна атака огнём могла убить их, а Одержимые только рады были придушить тех и голыми руками. Этот Инквизитор был абсолютно не таким. Спокоен и умён, хоть и через чур любопытен. Снисходителен и умеет принимать свои ошибки, а его безумие в пылу боя - это сильнейшее оружие.

***

— Люди и демоны?! Ну и ну… я думала, что чуднее ничего уже не увижу, — неуверенно и с какой-то опаской проговорила Яата’Халли, — с чего вы решили, что эльфы идут к нам с не добрыми намерениями? А точнее, с чего вы решили, что Мы доверимся Вам? Отряд был слегка в шоке от такой стойкости женщины и от того, что она до последнего верит в разумность эльфов. Хотя, трудно не иметь стойкость, когда целая гвардия направила своё оружие в сторону вражеского отряда. — С того, ваша светлость, что они уже начали посягать на чужие территории, ссылаясь на мнимые приказы Галлеана, который, как уже многие заметили, либо сошёл с ума, либо стал жертвой Мортис, — пояснил гонец, пока два воина стояли по бокам от него. Королева слегка нахмурилась и вздернула нос. Она молча обдумывала слова и видела в них смысл, но всё ещё надеялась воззвать к разуму детей Галлеана. — Позвольте сказать своё слово, — тихо проговорил маг, от чего принцесса даже удивилась. Демон не сказал ни слова с тех пор, как вошёл в столицу, и, если честно, ей было интересно услышать его. Может в его словах будет доля смысла, а если уж Инквизитор, убийца еретиков, находится в отряде с ним, то этот маг явно не так прост. — Так и быть, я слушаю, — снисходительно проговорила она и опустила на мужчин внимательный взгляд. — Мы, демоны, не желаем вреда ни вам, ни людям, мы и сами пострадали от гнусного вторжения Утера и продолжаем пожинать плоды его действий. Эльфы выжидают момент, чтобы уничтожить и нас с концами, при этом якшаясь с отребьем и используя самые гнусные и грязные методы борьбы с противником. Как узнал наш шпион, смысл их походов заключается в возвращении «своих» земель и свержения с них и демонов, и гномов, и людей, а иногда даже и морских созданий. Что уж говорить, они не брезгуют убивать себе подобных из-за того, что те не поддерживают все эти зверства. Маг говорил спокойно и уверенно, даже не обращая внимания на скептичные взгляды других гномов. Это понравилось принцессе. Если бы демон врал, это было бы очевидно, но Яата’Халли и сама видела, как трудно приходится детям Бетрезена. Даже несмотря на то, кто они такие и что они сделали, никто не заслуживает окончательного уничтожения без права раскаяния. Хоть это и странно, говорить о раскаянии демонов. — Понятно, а что скажет мне этот человек? — обратилась та к Инквизитору. Тот вздрогнул, а Демонолог посмотрел на союзника с интересом. — Я могу сказать лишь то, что насмотрелся на безумие эльфов в схватках на передовой. Я понял одно - это хуже, чем любой другой фанатизм. Это выглядит так, будто они полностью лишились воли или сошли с ума под влиянием своего бога, но я лишь предполагаю, потому что эльфы раньше себя так не вели, — принцесса кивнула и оглядела воинов, думая, что ей делать в такой ситуации. С одной стороны, все замечали явную опасность, люди и демоны теперь в союзе против общего врага и это было действительно удивительно. С другой, было не до конца ясно, что творят эльфы и что замышляет их бог, и Мортис определённо была не меньшей опасностью. — Что ж, оставьте их на ночь, но приставьте хорошую стражу. — Королева отдала приказ слугам, а затем повернулась к отряду. — Что касается вас… я приму к сведению ваши слова и перестану рассчитывать Легионы и Империю, как врагов Горных Кланов, но с одним условием - вы покинете нашу территорию. Если вам будет спокойнее, я готова пойти на мирное соглашение. Отдыхайте, завтра вам придётся отправится в обратный путь, — женщина отпустила их с сопровождением и их определили в несколько рядом находящихся комнат.

***

— Отлично, они даже разрешили нам остаться, хотя бы не придётся идти обратно, — тяжело проговорил священник и устало сел за стол в комнате. За окном была глубокая ночь, а от снегопада снаружи было почти ничего не видно, кроме неясных контуров столицы и ярко освещенных окон. — Да, я тоже ждал худшего, странно, что я всё ещё здесь, — тихо отозвался Виктор, который отдал посох страже и сидел без плаща и мантии на краю своей кровати. Чтобы демона не убили на месте и позволили ему аудиенцию? Это и вправду было удивительно. — Прекрати так принижать себя, — хмыкнул гонец, — ты ведь не сделал ничего, чтобы тебя арестовали. Да и выглядишь как человек, ведёшь себя сдержанно. Наверное, потому к тебе отнеслись с полным пониманием, к тому же, не часто встретишь таких товарищей как вы двое. Их разговор был прерван недовольным шипением Инквизитора, который попытался стянуть с себя камзол, испачканный в крови. Гонец сразу же начал искать у себя зелья, пока Джулианос, хватаясь за кровоточащую руку, сетовал на свою испорченную одежду. Демонолог слегка взволнованно выхватил только что найденную бутыль и подошёл к товарищу, заставив лучника проглотить свои возражения. Мужчина просто молча наблюдал то, как Виктор закатывает рукав священнику и обрабатывает рану зельем. Инквизитор вздрогнул от боли и поджал губы, чтобы не издать ни звука, но продолжал украдкой посматривать на мага. — Чего молчишь? Неужели настолько плохо? — тихо спросил Джулианоса маг, но тот лишь фыркнул в ответ. На самом деле было не больно, но рана сильно щипала, ткань прилипала к ней да и в целом было бы некрасиво заляпать кровью гостевую постель, а сам он был очень и очень уставшим. — Успокоится, — махнул рукой лучник, — дай ему отдохнуть. Священник всё так же хмуро глядел в сторону, но когда товарищ закончил обрабатывать его ранение сумел еле слышно сказать «спасибо». — Не за что, — ответил Демонолог и вновь оставил человека в покое. Он хотел бы узнать больше о его состоянии, но ценил чужое спокойствие больше своего любопытства. Демон уселся на край своей кровати и тяжело вздохнул, доставая магическую книгу, которую ему любезно одолжили в каком-то людском городе. Гонец уже начал собирать свои вещи и был готов всю ночь писать отчёт о миссии, а священник уже клевал носом, не в силах перелечь на кровать. Лекарство было помимо всего и сильным успокоительным, чтобы можно было легко унять боль и дать организму отдохнуть. — Я пойду, а ты положи его на кровать, иначе у него всё тело ломить будет, — тихо сказал лучник и взглянул на Инквизитора, который уже почти спал за столом. Жестом он дал понять магу, что уходит в свою комнату, после чего всё равно помог перетащить священника на вторую кровать. — Доброй ночи, — тихо сказал маг гонцу, после чего сам, хоть и не сразу, расслабился на своей мягкой постели. Забавно, но раньше он никогда не скучал по мягкой кровати, никогда не придавал значения таким мелочам, которые заботят людей… а теперь он начал замечать в них что-то тёплое и приятное. Может даже когда-нибудь он сможет понять человека и научиться жить как он.

***

Назад на следующее утро послов было решено отправить через телепортацию, с неохотной помощью жрецов Вотана. Валькирии помогли им попасть к себе в лагерь просто потому, что за воротами гномов собрались отряды эльфов, требующие головы людей и демона, что вошли в город. От вида из окон замка столицы Инквизитора вновь охватил гнев, который смог обуздать лишь Демонолог, вразумив человека перед тем, как тот решился выйти к врагам в одиночку. В лагере их приветствовали с радостью и надеждой, а полководцы лишь поблагодарили их так же, как и любого другого справившегося с заданием воина, в то время как гонец отправился сдавать им доклад. А маг и священник вернулись обратно в свой шатёр, уже полностью отсыревший и холодный. — Что ж, — пожал плечами Джулианос, — теперь нам придётся только ждать? Он не хотел снова сидеть без дела пока они не соберут команду. Когда ему нечем занять свои руки, его разум сам придумывает себе занятия. — Нет, думаю, скоро для нас найдётся много работы, — уверенно заявил маг и начал прогревать шатёр, высушивая сырые дрова. Конечно, Виктор был прав. Вскоре к ним присоединилось несколько воинов: Одержимый, Охотник на демонов, Знахарь и Ассасин. Их отряд был одним из сильных и Инквизитора радовало то, что Охотник на демонов многому учился у него, перенимая бесценный опыт старшего воина. А маг просто был рад, что до сих пор жив, и что, пока что, всё противостояние находится в спокойном состоянии. Сначала они занимались разведкой, но после их посылали сражаться с небольшими группами эльфов, пытающихся подойти к деревням людей и демонов. Там же воины лечились, помогали горожанам и отдыхали. Один раз их отправили на корабле через огромнейшее озеро и тогда, пожалуй, их настиг самый неожиданный противник, который напугал некоторых воинов их отряда. — Кракен?! Серьёзно?! Что он вообще тут забыл? — крикнул Влад, молодой Охотник на демонов, после чего Джулианос лишь спокойно хмыкнул. — Даже учитывая то, что он создание Солониэль, ныне Мортис, он - дикое животное, а потому, — мужчина достал булаву и обернулся на мага, — готовься поджарить его чёртовы щупальца, — он хищно ухмыльнулся и Демонолог слегка улыбнулся сам себе. Всё таки этот человек - что-то особенное. Такой настрой подхватил и Ассасин, который быстро и незаметно отравил морское чудище своим клинком, а затем отступил за спину Инквизитора. — Как тебе жар преисподней? — прорычал Виктор и следом выпустил всю мощь своих усиленный заклинаний в Кракена, а затем Джулианос и Влад нанесли два сильнейших удара, на которые были способны, едва увернувшись от мощного отростка чудовища. В конце монстр просто не выдержал воздействия одного из лучших ядов Империи, от чего и погиб. В то время как отряд праздновал победу над таким крупным врагом, Демонолог молча стоял у борта корабля и глядел куда-то вдаль. Маг настолько проникся своим союзником за всё это время, что не мог даже представить себе существование его отряда без этого священника. Всё было бы не так.

***

Гномы поняли, хоть и не сразу, что эльфы пытаются уничтожить связь между их кланами. Однако, никто не ожидал, что они попытаются выманить из столицы царицу, чтобы использовать её, как заложника. Хотя эльфам даже этого не удалось, просто потому что демоны и люди выставили свои войска в безопасном для гномов, но совершенно неудобном для эльфов месте, ведь вторые просто не смогли пройти мимо сражения. Эта новость заставила Горные кланы пересмотреть свою политику и нехотя перейти на сторону Империи и Легионов, а после такого эльфы решили просто уйти с земель кланов. Но всё равно никто не забыл про их разбои, потому, незадолго после отступления эльфов, началось планирование военного похода, дабы вернуть обратно отвоёванные земли и уничтожить того, кто создал всё это безумие - их Оракула. Да, может она была лишь голосом сумасшедшего, но именно она дала толчок событиям, произнося безумные приказы не менее безумного Бога своими устами. Пока военные отряды людей и демонов отступили к своим столицам, маг и его отряд остались в городе неподалёку от столицы гномов в сопровождении парочки групп воинов. Демонолог наконец смог познать пребывание в обычном деревянном человеческом доме. Это было странно: каждый день он принимал у себя членов отряда и они, чаще всего, обсуждали события, что творятся за стенами города, попутно готовясь к возможным нападениям на него. Это выглядело так непривычно и, одновременно с этим, ему было приятно, что такие разные создания смогли найти общий язык в трудную минуту. Что-то человеческое в нём всё ещё теплилось, может воспоминания о прошлой жизни. К нему не редко приходил Джулианос, который просто общался с демоном на разные темы, отвлечённые от нынешней войны. Он часто говорил о том, что принято у людей в быту, о том, как он стал Инквизитором и чем занимается по долгу службы, а маг слушал всё и не пропускал ни слова, ожидая, когда и сам сможет рассказать ему о себе. Хотя, не реже демон видел человека за какими-то неловкими молитвами Высшему Отцу. Несмотря на то, что он почти потерял веру, он молился за здравие своих соратников, за благополучный исход войны и за то, чтобы Высший Отец смилостивился над Бетрезеном и его созданиями.

***

— Ну что, готов к походу? — с ухмылкой проговорил человек, постучав по косяку двери кулаком. Маг слегка вздрогнул, отрываясь от чтения человеческой книги. Он явно был не готов к такому позднему визиту, но хотя бы не выстрелил огненным шаром в гостя. Священник часто подходил незаметно, хотя явно этого никогда не планировал. — Я был создан, чтобы сражаться, как и ты сам… конечно, я готов, — пробормотал в ответ мужчина, вновь опуская взгляд в книгу. Человек был явно огорчён, что соратник уделил ему так мало внимания и ответил так сухо, это было заметно по его лицу. — Не ожидал другого ответа, — Джулианос зашёл в помещение и положил руку на плечо товарищу, слегка смутив его. Виктор давно начал подозревать, что что-то между ними двумя изменилось, хотя они так и не узнали ничего конкретного друг о друге, как это делают обычные люди, крестьяне, например. Они общаются о том и этом, спрашивая, кто чем занимается и что кому нравится, у кого какая семья. Но у воинов нет на это времени, у них разговоры заходят лишь об их военной подготовке или общей информации о всей их расе, так уж они устроены. Между ними было странное настроение, которое мало кто мог понять, это можно было назвать солидарностью и какой-то дружбой. Наверное, это даже можно было назвать привязанностью, потому что и маг, и священник потеряли свои отряды очень быстро, а друг с другом смогли выжить и прожить аж до конца всей обороны и похода до столицы гномов. И каждый из них думал, что всё-таки умрёт. — Что читаешь? — человек наклонился к тексту и понял, что демон листает новые магические книги. Он начал замечать, что люди снисходительнее относились к любопытству его соратника и позволяли приобретать новые книги, чтобы тот учился новым заклинаниям. Значило ли это, что демона приняли, как равного, или же люди продавали ему книги из нужды, а может и наоборот от страха, священник толком не знал. Лицо Джулианоса было в нескольких сантиметрах от лица Виктора, от чего оба ощущали, как воздух вокруг них становится будто горячее и тяжелее, и напряжение от тишины нарастает. — Изучаю вашу науку, — ответил тот, даже с какой-то усталостью, — если честно, я нашёл нечто новое, но магия огня даётся мне проще, нежели что-то иное. Демонолог впервые показал нотки смущения на своём спокойном лице, когда Инквизитор повернул к нему голову и с интересом взглянул прямо его глаза. Это было впервые, ибо человек не позволял себе такой близости после их первой встречи. — Ха, ничего, ты же мастер, думаю, тебе просто нужно постараться сильнее и всё будет прекрасно, — уверенно проговорил воин и похлопал мага по плечу, медленно выпрямляясь, - к тому же, твой возраст даёт мне понять, что опыта у тебя по больше, чем у человеческих магов, верно? Тот взглянул на товарища через плечо и ощутил какое-то странное чувство. Демоны никогда не говорили каких-то простых слов ободрения, в их речах часто звучали нотки язвительности и сарказма, даже если это было не так. Такие уж они по природе. То, что вложил в них Бетрезен слишком сильно влияло на их поведение. — Наверное, — спокойно ответил он, но Инквизитор уже привык к немногословности собрата по оружию. Потому губы человека растянулись в улыбке и священник решил больше не отвлекать демона от учения, медленно отходя в сторону выхода из комнаты. — Хотел вот что предложить, хотя это не приветствуется в нашей церкви… — как-то издалека начал человек, а маг не отводил от него взгляд, — в общем, если мы победим и выживем, то я готов оплатить нам столько вина, сколько в нас поместится пока мы не упадём в обморок, — усмехнулся он и Демонолог от удивления вскинул брови, — а что? Я думаю, что ты свалишься первым. Наверное, Джулианос и остальные люди не знают многого о демонах, раз предлагают что-то подобное. Но это было бы крайне забавно, потому Виктор с ухмылкой принял вызов. — Если ты так уверен, я готов доказать обратное, — ответил демон и вновь повернулся к книге, — а пока, с твоего позволения, я постараюсь, чтобы у меня всё получилось, — с той же улыбкой проговорил маг и священник кивнул, закрывая за собой дверь. Его напускная уверенность исчезла, а щёки густо покраснели. Сердце колотилось от волнения, ведь он не мог показать свою слабость и свои чувства союзнику. Он вообще не мог ничего себе позволить. Он - человек, смертный. Ему не позволено быть с демоном или прочими сектантами, просто потому что сам он слуга Высшего Отца, чёрт, да просто потому что он человек. Но всё равно всё его естество трепетало с недавних пор от каких либо контактов с Виктором, а разум заполняли более плохие мысли. Грязные и нечестивые мысли. Его воспитание давало свои плоды, ибо мужчина сам шёл в тёмные залы под церковью, чтобы истязать свои спину и избавляться от этих дум. Сначала отношения их командиров дали человеку основу для сомнений, после которых он не переставая думал об этом, сильнее замечая за собой смущение рядом с Демонологом. Он вспоминал первую ночь в холодной сырой палатке и чувствовал, как сердце колотится словно бабочка в стеклянной банке. Каждый раз будучи в одиночестве он позволял тихим стонам срываться с его губ от одних лишь воспоминаний. И что будет дальше? Хотелось бы Инквизитору всё это прекратить, но избавится от своих чувств он не мог… а ведь раньше он убивал таких как Виктор не думая ни секунды. В нём многое изменилось, хотя они с Виктором общались не так много. Может быть дело в воздержании, которое легко соблюдалось среди людей, но едва он встретил кого-то другого, отличающегося от него, этот обет стало труднее контролировать. А может это природа демонов? Священник тихо усмехнулся про себя и поспешил уйти.

***

Победа далась трудно. Финансовые убытки, поля мертвецов, которых, ввиду опасности нежити, пришлось хоронить долго, выполняя все обряды(с которыми любезно помогали Инквизиторы и монахи прямо после сражений). Столько обычных городов пострадало, три торговых города-порта тоже были наполовину разрушены, к тому же, гномы понесли потери, но эльфы были выгнаны с концами обратно на их земли. Маг и священник были в одном отряде всё это время, они становились опытнее с каждой битвой, изредка теряя союзников, но приобретая новых. Они часто были на волоске от смерти, вытаскивая друг друга почти с того света, иногда даже в прямом смысле. И что Виктор, что Джулианос всегда впадали в панику от того, что могут лишиться друг друга. Главнокомандующие расценили это как самую крепкую и удивительную дружбу между человеком и демоном, что послужило примером многим бойцам, в то время как человек едва не бился в истерике, когда демон открывал глаза уже в постели лазарета, будучи полуживым. А демон не вставал со стула напротив кровати человека, охраняя его от любых внешних раздражителей, включая любого незнакомого посетителя, и следя за каждым лекарем, что приходил к Джулианосу. Под конец многие были в смятении… что делать с демонами и кто они теперь? В итоге решили одно: демоны имеют право на существование, но лишь на отдельной территории. Пока те не угрожают никому, они могут спокойно жить не боясь уничтожения. Ведь демоны сделали многое для людей и гномов в этот раз, к тому же, люди прониклись уважением к таким сильным воинам. Демонолог после такой новости всерьёз начал думать о том, чтобы найти себе дом где-нибудь подальше от адских расщелин и столиц, в тишине и покое. Как можно дальше от сражений. Он желал новых знаний и хотел понять людей лучше, видя в них потенциальных союзников, учителей и учеников, а сражения лишь отнимали драгоценное время.

***

Праздник в честь победы был коротким, но весьма торжественным. Да и коротким был лишь потому что надо было поскорее восстанавливать и отстраивать города заново, помогая народам оправится. Что уж говорить о налаживании торговли, международных отношений и пополнении казны. Виктор едва оправился от бурных сражений и даже не заметил, как уже сидел за столом рядом с Джулианосом, который вселился и кричал громкие тосты, поднимая бокал за бокалом. В это время Высший Инквизитор, который, как понял демон, был начальником священника, прикрывал лицо рукой и едва выдерживал всё то, что видел на пире. Он был непробиваемым, истинно верующим человеком, потому для него такие события были просто вне понимания. В зелёных глазах Инквизитора будто вновь «разгорался огонь», который являлся во время жесточайших и будоражащих дух битв. А самое последнее сражение заставило мага ощутить мурашки по всему телу от того, как безумен и прекрасен был человек. И то, насколько ему повезло, что друг снова прикрыл его тыл, как и много раз до этого. — Ну что, ещё стоишь на ногах? — слегка невнятно проговорил священник, поднимаясь из-за стола и шатаясь. Виктор увидел, как Джулианос едва не упал назад. Его спас лишь стул. Демон хотел увести мужчину домой, потому что тот мог упиться насмерть или, что хуже, влезть в неприятности, которые ему вряд ли бы сошли с рук даже с его заслугами. — Я? В отличие от тебя, у меня нет даже лёгкой слабости в теле, — усмехнулся маг и увидел недовольное лицо союзника, — может пойдём отсюда? В зале было на самом деле слегка неудобно: настолько тесно и жарко, что у Демонолога голова шла кругом. — Уже? Что, устал что ли? — недоумённо уставился на соратника Инквизитор и демон заметил как раскраснелись щёки его друга. Человека точно пора уводить. Ему и самому трудно было сидеть в битком забитом зале, где все были в полусознательном состоянии, а те, кто не был, валялись под столом и на полу. Воздух был давным-давно спёрт и от этого было трудно дышать. — Не привык к такому кутежу, — чуть громче сказал Виктор и поднялся из-за стола, — если хочешь то, безусловно, можешь остаться. Но священник вновь встал со стула, и почти тут же начал падать назад, уже без спасительной опоры. Конечно же, Демонолог его поймал и схватил за локоть, перекидывая руку священника через плечо. Казалось, что Джулианос почти нисколько не весил для напарника, хотя тело Инквизитора и его мышечная масса говорили об обратном. От таких мыслей Виктор постарался побыстрее отделаться, но алкоголь хорошо делал своё дело. — Вот ты и проспорил, — тихо проговорил маг и услышал смешок товарища. — А почему ты в порядке? — его пьяная речь была так забавна, что едва заметная улыбка просто не могла покинуть губ демона. — Потому что я не пьянею. Инквизитор недовольно вздохнул и отвёл взгляд, стараясь держаться на ногах и обхватывая рукой плечи союзника. Это не осталось незамеченным, такой частый дружеский жест, который, на удивление, вызывал более чем дружеские ощущения у обоих мужчин. — Ну конечно… Демонолог лишь тихо посмеялся и покачал головой. Демоны не пьянели, в том и была загвоздка, алкоголь отравлял их организм совсем иными способами. Но Виктор ещё ни разу не проверял это на себе и не предполагал, что это на нём сработает. Демон вёл товарища к тому месту, где тот жил - к окраине столицы, тихому и спокойному месту. Дом был не сказать чтобы обычным, но он не был и царскими хоромами: двухэтажный, с парой неухоженных клумб, что были без присмотра во время войны. Пока маг шагал вместе с ношей, священник рассказывал ему о том, как славно они сражались и как интересно ему было иметь дело с таким воином, как Виктор. Он также говорил о том, что ему стыдно своего безумия, которое просыпается в нём столь же внезапно, как и отступает, ведь Инквизиторов буквально пытали чтобы сделать их такими, какие они есть. От этих рассказов Демонолог немного поник и понял, почему священник так гадко чувствовал себя после каждой битвы. Наверное, он часто вспоминал боль, что доставляли ему в камерах пыток. — Вот и дверь, откроешь? — священник кивнул в ответ и с помощью друга достал ключ, отпирая плотную дубовую дверь. Оба молча вошли внутрь и закрыли дом, а Демонолог разжёг огонь в камине, провожая человека на второй этаж, в его спальню. Это казалось чрезмерной опекой, но демон уже мало сопротивлялся своим скрытым желаниям и не мог просто так оставить своего друга. — Спасибо, что был рядом всё это время, — тихо сказал Джулианос и чуть улыбнулся, когда они зашли в его комнату, — знаешь, после того ужаса, что устроил Утер, твоё присутствие помогло мне прийти в себя... не в одиночестве. Думаю, иначе я бы окончательно спятил, — священник сел на край кровати и провёл руками по лицу. Виктор сделал шаг вперёд и склонил голову. — Помочь? Человек внезапно замер, но затем поднял взгляд на демона и слабо улыбнулся ему. — Можешь остаться, если хочешь помочь… Демонолог изогнул бровь. — Это уже слишком сильное доверие, не так ли? Это же твой дом… — Я просто… просто, — замялся мужчина не зная, как объяснить своё предложение остаться. — Мне без надобности знать, зачем, я останусь в любом случае, мне просто некуда идти в столице Империи, — тихо проговорил тот в ответ и увидел уже виноватую улыбку на губах Инквизитора. Пока человек раздевался, маг изучал внутреннее убранство дома: всё было так прилежно и чисто, порядок царил абсолютно везде. Удивительно, что книги по магии стояли прямо напротив священных писаний. Он нашёл и трубку для курения где-то на полке а ещё статуэтку Высшего Отца рядом с подсвечником, но не прикоснулся ни к чему из того, что видел. В остальных комнатах на втором этаже мужчина не был, но и не стал идти туда самостоятельно. Быть может позже, когда его товарищу станет лучше. — Эй, — голос священника послышался за спиной. Он стоял в свободной рубашке с рюшами и брюках, но уже без военной амуниции. Этот вид Виктор наблюдал нечасто, от чего он вызывал ещё большее восхищение, чем инквизиторская форма. Лицо его человека стало мягче, добрее, глаза казались не такими грозными и шея была такой тонкой и свободной для касаний. Обычно лишь женщины оголяли плечи и шею, чтобы привлекать к себе женихов. Непривычно было видеть мужчину в таком уязвимом виде. — Что такое? — стараясь скрыть свой интерес монотонно спросил маг. Священник слегка помялся, будто подбирая слова. — Тебе тоже стоит снять лишнее, не думаю, что у меня настолько холодно, — демон повёл плечами в ответ и стянул с себя сковывающие движения плащ и мантию, оставшись в практически идентичном Инквизитору виде. Оба они уселись на софу перед камином на первом этаже, и как раз кстати, ведь сейчас человека уже трясло от выпитого алкоголя, а его тело бросало в холод. Джулианос долго думал, стоит ли говорить товарищу что-то ещё или нет, но всё же разомкнул губы и начал: — Знаешь, не в курсе, заметил ли ты, но я к тебе очень привык за последнее время… — Виктор с интересом взглянул на мужчину и откинулся на мягкую обивку, — я имею ввиду то, что я никогда ещё не чувствовал такую привязанность к обычному человеку, а ты - слуга Бетрезена. Это странно, — священник смотрел на языки пламени и слегка улыбался своим хмельным мыслям. Сейчас ему стало так легко на душе, когда он наконец сказал всё это вслух. — Понимаю, я не очень жаловал людей, но ты - совсем другое дело. Несмотря на то, насколько мы с тобой не похожи, — тихо сказал маг, — ответь только на один вопрос: ты боишься своих развратных фантазий? От этих слов человек вздрогнул и уставился на товарища в шоке. Конечно, демон знает, что творится в его душе. Он чувствует злость, ложь, похоть... это ведь демон. — Я… я не боюсь фантазий! — фыркнул человек, но быстро смягчился. — Я стыжусь себя за свои эмоции, — он тяжело вздохнул, — я стыжусь потому что это грех. Я не могу противится чувствам, но когда я ощущаю их, мне становится больно... меня поглощает гнев от этих чувств, — выговорился священник и Демонолог дослушал его до конца. Теперь всё стало ещё яснее. — Ты просто не создан для своих обетов. Ты как огонь, и лишь единицы существ могут контролировать такую стихию, что уж говорить о какой-то мнимой каре с небес, — проговорил он, глядя на смущённого Инквизитора, - да и внешне ты такой же... занятный, как пламя. Священник ещё раз в шоке взглянул на мага и сглотнул, резко опустив взгляд в пол. Таких слов он ещё не слышал ни разу в своей жизни. Даже его внешность не походила на внешность идеального мужа, не то что скверный характер, который, казалось, совершенно не волновал демона. — Неужели всерьёз говоришь другому мужчине такие слова?.. Это ведь буквально звучит как... — он запнулся, когда ощутил чужую горячую руку на своём плече, сжимающую тонкую белую ткань, и повернулся к магу. Лицо его союзника внезапно стало совсем другим без всего его обмундирования. Демон выглядел в разы краше и ещё более человечно, а черты его были такими приятными, что сердце священника растаяло. — Звучит так, как ты и подумал, человек, — неизменно уверенно проговорил Виктор, — вначале я думал, что ты один из тех, кто громче всех кричит, но на деле не стоит и гроша, но во время первого боя я увидел, каким ты можешь быть, — демонические глаза сверкали в темноте, совращая мужчину и заставляя всё его тело покрыться мурашками, к тому же, алкоголь уже помутил его разум достаточно, чтобы ему было трудно контролировать себя. Они оба были уже не товарищами по оружию, ведь война закончилась. Теперь они лишь два существа, что пережили многое вдвоём, и от этого человеку было ещё более неуютно. Всё это было слишком интимно и они были слишком близко друг к другу. — Тебя устроит постоянная жизнь с таким как я? — с усмешкой спросил священник и маг ухмыльнулся в ответ. — Чем ты сможешь напугать демона? Ради всего святого, смертный, — он от души посмеялся над тем, как напряжён был человек, а тот стыдливо отвёл взгляд, сжимая обивку дивана. Его сердце начинало колотиться сильнее, а воздух становился горячим и тяжёлым, и было трудно понять, от чего. Быть может маг сам того не понимая повышал температуру. — Что ты предлагаешь? — неуверенно спросил мужчина, тяжело, но тихо дыша, ощущая, как низ живота начинает сводить горячее желание. Маг обхватил рукой талию человека и тот охнул от неожиданности, но не мог никак воспротивится. Он закрыл глаза и ощутил своей грудью чужую, вплотную прижатую к его собственной. Между ними было всего лишь два жалких куска ткани, которые не могли скрыть жар, исходящий от тела Демонолога. — Делай то, что хочешь, — прохрипел Виктор, мягко целуя его губы и отстраняясь. Сначала Джулианос был в шоке и не мог пошевелиться от осознания того, что его поцеловал демон. Другой мужчина. Но после медленно открыл глаза, глядя на товарища уже совсем иным взглядом. — Хорошо, — речь священника стала более трезвой, а голос стал ниже. И он грубо впился в губы Виктора, хватаясь за его рубашку лишь чтобы силой сорвать её с тела, выдрав все пуговицы. Демонолог отвечал на поцелуй с таким же энтузиазмом, более аккуратно расстегнув блузу человека и стягивая её с его плеч, чтобы потом отбросить в сторону. Инквизитор вжался своей грудью в грудь мага и обвил ногами его талию, проводя руками по всему торсу демона и углубляя поцелуй. Его бёдра сами по себе вжимались в бёдра Демонолога, а сам человек тихо постанывал больше от тесного и желанного контакта, чем от ярких ощущений. Но они тоже были, и были сильными. Всё происходящее заставляло Джулианоса снова сходить с ума: их руки, скользящие по телам друг друга; губы, вновь и вновь касающиеся друг друга; сплетающиеся языки, которые пытались бороться за главенство; сбивчивое горячее дыхание в губы. Но больше всего ему нравилось просто быть прижатым к другой, горячей груди и чувствовать биение второго сердца рядом. Джулианос поднял руки, обвивая шею мага и запуская пальцы в его пепельные волосы, а тот в ответ довольно промычал и отстранился, чтобы усмехнуться в ответ. — Это ещё не всё, верно? — демон дразнил священника и знал, что тот ещё недостаточно смел, чтобы действовать резче. Тот лишь нахмурился и поджал губы в ответ, обхватывая губами шею Виктора, маг выставил её навстречу, закрывая глаза и томно вздыхая, от чего человек стал слегка смелее. — Разве демонам позволено делать что-то такое с людьми? — с ухмылкой прошептал он в ухо любовника в ответ. — Отвечаешь вопросом на вопрос. Тогда и моя очередь: а разве людям позволено прелюбодействовать с демонами? — он пристально посмотрел в глаза человека и дыхание обоих участилось. — Ха, мы найдём компромисс, — едва выговорил человек, прежде чем снова быть вовлечённым в более настойчивый и горячий поцелуй. Виктор взял инициативу на себя, опуская руки на бёдра Джулианоса, медленно надавливая на них, заставляя того начать медленные движения, ёрзая на нем. — Думаешь, я не знаю, что за мысли были в твоей голове? — прохрипел маг, на секунду прекращая поцелуй. Он вновь обхватил губы человека и прислонился своим лбом к его. Священник закусил губу. — Я помню, как в первый же день твои руки блуждали по моей спине, — тяжело дыша проговорил демон, пристально глядя в помутнённые похотью глаза человека, — каждый раз, когда ты спал - ты стонал и произносил моё имя, сжимая одеяло… — Инквизитор сглотнул и мягко коснулся своими губами губ Демонолога, не находя места своим рукам. Ладони Джулианоса скользили по плечам и предплечьям Виктора, ощупывая его мягкую кожу и мышцы. Пальцы скользили по животу мага, а губы вновь спустились к его шее, в этот раз впиваясь в кожу сильнее, пока человек слушал тихие вздохи любовника. Это казалось таким удивительным - наконец ощутить под своими руками обнажённое мужское тело. И то, насколько это было неправильным, лишь усиливало азарт и желание, нежели останавливало человека. Вскоре шея Виктора была покрыта багровыми пятнами, а их тела слиплись друг с другом буквально. От жары кожа покрылась потом и мужчинам было трудно отстраниться друг от друга, чтобы принять другу, более удобную позу. Это не могло не вызвать смешка у обоих, но едва они смогли разделиться, Джулианос сразу же повёл мага в свою спальню, крепко держа его за руку. Наверное, человек боялся, что Виктор ему привиделся, а если нет, что демон просто сбежит. Затащив мага в комнату священник подтолкнул его к постели и Демонолог послушно упал на неё, выжидающе глядя на любовника. — Я ждал этого так долго, что мне не верится, — прошептал Инквизитор, расстёгивая свои штаны и стаскивая их вместе с неудобной обувью и чулками, которые привлекли внимание демона, — это было так трудно сдерживать, если бы ты знал. Он прикрыл глаза и опустился на край кровати, медленно, крадучись, нависая над Виктором. — Я знаю, — ответил маг и провёл тыльной стороной ладони по щеке человека, — я до сих пор чувствую крепкий запах вина, исходящий от тебя, он продолжает мутить мой рассудок… — эта фраза далась ему нелегко, он не привык говорить такое настолько честно и прямолинейно. Инквизитор изогнул бровь и сел на бёдра Демонолога кладя ладони ему на грудь. — Разве демоны пьянеют? — усмехнулся он, но тут же увидел ухмылку демона. — Не пьянеют, но алкоголь вызывает у нас совсем другие симптомы… — он приподнялся на руках, приближаясь лицом к лицу Джулианоса, — усиливает похоть и вызывает скачок адреналина... но лишь усиливает, и ты понимаешь, что это значит. Священник приоткрыл рот и двинулся навстречу бёдрам Демонолога, потираясь своим членом о его сквозь слои тканей вновь. В комнате повисла тишина, которая прервалась лишь тогда, когда трение усилилось: сквозь тяжёлое и частое дыхание прорывалось тихое рычание обоих, шорох одеяла и скрип половиц под постелью, казалось, были совершенно незаметны для слуха. Маг сел на кровати, притягивая Джулианоса к себе за талию, не мешая ему продолжать движения. Он уткнулся носом в его ключицы, глубоко вдыхая запах тела человека, с улыбкой наслаждаясь им. Виктор медленно покрывал поцелуями грудь Инквизитора, терпеливо ожидая того, как изменится поведение его любовника и чего ещё он захочет. — Почему мне так приятно… ощущать твои губы? — спросил священник будто сам себя, а маг глухо посмеялся в ответ. Столько странных вопросов от этого воина, который, казалось бы, был совсем другим в полевых условиях. Это многое значило для них обоих. Как минимум то, что Джулианос доверял демону, позволяя себе расслабиться рядом с ним. — Тебя лихорадит от алкоголя, а мои губы согревают твою кожу, — тихо проговорил Виктор, прикрывая глаза и обхватывая своими губами губы человека. — Ох, я не то имел ввиду, — недовольно проворчал тот в ответ. И впрямь, было так приятно чувствовать так близко кого-то, с кем ты прошёл трудный путь и с тем, кто успел понять тебя и принять как равного. Это было сладостное ощущение, схожее с тем, что может называться людьми счастьем. Но вслух Виктор этого не сказал. — Желаешь услышать что-то романтичное? — усмехнулся маг и священник отстранился, слегка неуверенно наклоняясь к груди демона и заставляя того молча наблюдать. Его забавляло то, как медленно и аккуратно человек покрывал поцелуями его кожу, спускаясь ниже и поглаживая руками бёдра демона. А тот с каким-то восторгом и интересом замечал, что вся физиология Демонолога была идентична человеческой, разве что температура тела была совсем иной. Под аккуратным движениями пальцев человека демон лёг на мягкое оделяло. Он быстрее терял самообладание, хотя всегда показывал себя самым спокойным и рассудительным воином. Его научный интерес к людям изначально был высок, а когда к нему присоединился Джулианос этот интерес перешёл в едва заметную, но сильную одержимость. Кончик языка человека скользнул к пупку и начал двигаться ниже, от чего маг слегка согнул ноги. Это был жест, означающий, что священник идёт верным путем, потому он лишь молча ухмыльнулся, мельком взглянув на Виктора, после чего плавно стащил край белья с его бёдер. — Слишком похож на человека, я уж думал, что найду что-то неизведанное под твоими бесчисленными одеждами, — тихо проговорил Джулианос и демон закатил глаза. — Что ж, что-то неизведанное в этом точно есть, да? — проговорил он с ноткой обиды и обвил ногами торс человека, не давая ему отстраниться. Джулианос, однако, не испугался этого, лишь с приятным удивлением ожидал дальнейших действий партнёра. И они не заставили себя долго ждать. Схватив мужчину за подбородок, второй рукой маг обхватил уже давно напряжённый член, мягко проводя по нему пальцами. Священник закусил губу и прикрыл глаза, вскоре ощутив на губах горячую и влажную плоть Виктора, которая пока что скользила вокруг рта человека, будто дразня его. На удивление, отвращение у священника это не вызвало, скорее наоборот, интерес и желание познать нечто новое. — Ты даже горячее, чем я думал, — промямлил человек, прежде чем головка члена мага скользнула по его губам. Демон лишь усмехнулся в ответ и склонил голову набок, с интересом изучая такое наивное поведение опытного воина Империи. Он выглядел слегка, совсем слегка растерянно, но явно знал, что они делают и что он сам должен делать. — Представь, как горячо будет внутри тебя, — тихо проговорил маг и священник смутился в ответ на такие слова. Его глаза распахнулись, а рот приоткрылся, будто бы тот хотел что-то сказать. Но вместо слов с уст слетел лишь шумный вздох, после чего он на удивление быстро решился обхватить член любовника губами, аккуратно и нежно скользят ими вниз по стволу. Демонолог перевёл руку с подбородка Джулианоса на его макушку и аккуратно погладил его по волосам, замечая, насколько они грубые, но в то же время мягкие наощупь. В ответ человек довольно промычал и отстранился, проводя языком по всей длине члена и поднимая взгляд на расслабленное лицо Виктора. Тот одобрительно кивнул, после чего мужчина улыбнулся и продолжил изучать член демона своими губами и языком, медленно начиная посасывать его головку. Священник подметил для себя, что не ощущает типичного, по описаниям трактатов, вкуса мужского органа, разве что слабый и сладкий привкус. Привкус, который хотелось изучить по лучше, распробовать и понять, почему он именно такой. Или, быть может, феромоны затуманили разум слабовольного служители Высшего Отца. — Я не могу отстранить свой взгляд... настолько ты мил в таком виде, — тихо и прерывисто проговорил Виктор, привлекая внимание человека. Тот ухмыльнулся и в первый раз попытался взять член в рот глубже, стараясь сдержать рвотные позывы. Маг внимательно уставился на священника, чтобы в любой момент остановить его и не дать подавиться, но Джулианос хорошо держался, конечно пока не достиг пика своих возможностей. В какой-то момент он резко отстранился и откашлялся, рвано вдыхая воздух. Он выглядел абсолютно расстроенным тем, что не смог удивить своего любовника, но, всё же, он - мужчина, и совершать такие действия для него - идти против природы. — Успокойся, — тихо проговорил маг, — нельзя научиться фехтовать, едва взяв меч в руки, — он приподнялся на локтях и провёл рукой по взъерошенным волосам человека. Инквизитор лишь тяжело вздохнул и взглянул на демона, который был так же спокоен, но всё его лицо уже было покрыто капельками пота. За спокойствием скрывался вихрь эмоций. — Верно… — едва слышно ответил священник и почувствовал, как Виктор потянул его на себя, заставляя мужчину лечь на него сверху, а затем резко поменял их местами. Инквизитор сглотнул, едва поднял взгляд на мага, что нависал над ним, и едва его взгляд нашёл сияющие демонические глаза. Руки Виктора аккуратно согнули ноги любовника, а губы тем временем опустились на шею Джулианоса. Священник издал тихий короткий стон, когда ощутил чужой член, скользящий по его собственному. — Э-это чувство… это так неправильно… — прерывисто пробормотал Инквизитор и его рот был тут же заткнут поцелуем. Демонолог вжимал тело воина в постель так, что тот был в шоке от силы своего любовника. Человек никак не ожидал такого от того, кто сражается за счёт магии, но ему определённо нравилось ощущение тяжести на себе. Тело Инквизитора вздрагивало и покрывалось мурашками от трения их плоти, а сквозь поцелуй отчётливо слышались прерывистые стоны. Виктор с удовольствием продолжал движения, ощущая, как ноги священника мягко обвивают его талию, а язык полностью сдаётся под натиском его собственного. Ослабшие ладони и тонкие пальцы скользили по спине мага, пытаясь притянуть его ещё ближе к себе. — Неправильно? Теперь ты думаешь, что это неправильно? — прошептал он отстраняясь от губ и глядя на умоляющий взгляд священника. — Ты думаешь, я неправильный? Я демон и потому... — жёлтые глаза внимательно уставились на лицо человека. Тот смутился и отвёл взгляд, восстанавливая дыхание. — Я… я имел ввиду не это, — демон глухо посмеялся, в ответ, забавляясь тем, что задел любовника за живое, но остановился в тот момент, когда заметил, что Джулианос заметно растерялся от его слов. Виктор мягко коснулся губами скулы священника, заставляя того мгновенно прийти в себя. — Успокойся, я шучу… — тот в ответ вздохнул с облегчением, — когда ты познаешь удовольствие, я не остановлюсь, пока ты не достигнешь своего апогея, — демон наклонился к уху любовника и дыхание их обоих участилось, — я заставлю тебя забыть про все твои правила так же, как я забыл про свои ради этого. Виктор обхватил губами шею человека, кусая её и оставляя затем на ней яркий засос. Ноги Джулианоса вздрогнули, он невольно запрокинул голову, открывая шею для своего любовника. — Расслабься, дай мне сделать это, — проговорил демон в шею человеку и тот закусил губу, вновь запустив пальцы в волосы Виктора. Священник постарался расслабить тело и мышцы, чувствуя, как ладонь мага скользит по животу, опускаясь на пах и заставляя тело человека вздрогнуть. Затем она опустилась ниже, а пальцы скользнули между ягодиц, слегка испугав Джулианоса, но, увидев серьёзный взгляд Виктора, мужчина успокоился. Человек сглотнул и прикрыл глаза от стыда, едва ощутил непривычное давление на анус. Все ещё глядя на мага, он пытался уловить на лице, в глазах, хоть где-нибудь эмоцию, которая подскажет, что будет дальше. Но дальше он мог лишь ощущать, тяжёлое горячее дыхание демона на своей шее, пока его пальцы мягко и медленно погружались дальше, сквозь всё ещё напряжённое кольцо мышц. Священник закрыл глаза и силой постарался расслабиться, услышав в ответ тихий смешок любовника, который начал мягко водить большим пальцем по внутренней стороне бедра. — Не спеши, от этого быстрее процесс не пойдёт, — тихо проговорил Виктор, мягко касаясь своими губами мочки уха Джулианоса. Человек старался не показывать того, как ощущение чего-то инородного внутри медленно перестаёт быть болезненным и странным, вызывая у него взамен нечто иное. Он понимал, что движения с каждым разом становятся всё глубже внутри него, но, несмотря на это, его спина плавно и ненавязчиво выгибалась навстречу магу, а внутри всё будто бы зудело. Когда руки Инквизитора силой сжали мягкую ткань покрывала, а рот приоткрылся, чтобы выпустить сдержанный стон, Виктор понял, что он точно на правильном пути. Он начал стимулировать священника интенсивнее, подвинувшись ближе к его телу и вжавшись своими бёдрами в его ногу. Лицо человека исказилось в гримасе наслаждения, а с губ то и дело срывались стоны и шумные вздохи, которые тот просто не смог подавить, что доставляло демону немало удовольствия. Виктор ухмыльнулся, коснувшись губами края губ Джулианоса, после чего тот в ответ лишь потянулся навстречу, в немой мольбе. Маг не смог отказать и оставил на губах любовника более долгий и глубокий поцелуй, который заглушил ещё один стон, более громкий и не менее пошлый, чем те, что были ранее. Пальцы демона проникли намного глубже и дотянулись до чувствительной точки человека. Мышцы напряглись, а ноги вздрогнули. Секундное ощущение удовольствия пронеслось по всему телу священника, заставив его бёдра податься навстречу руке демона. — Тебе это понравилось, не так ли? — отстранившись прошептал Виктор, в губы Джулианоса. Человек быстро кивнул, смущённо поднимая взгляд на любовника. — М-можешь… сделать это ещё раз? Демон тихо усмехнулся и повторил движение, в этот раз уже слегка сильнее, а священник не смог сдержать стона в этот раз, радуя им слух мага. Слегка погодя и наслаждаясь мимикой Инквизитора, Виктор начал медленно и аккуратно растягивать любовника, подготавливая его к чему-то более серьёзному. — Deus det mihi fortitudine...— вырвалось с уст человека, лишь распаляя демона. Он и раньше слышал, как Джулианос говорит на латыни, это было не менее страстно и чувственно. Но сейчас это звучало в разы красивее и эмоциональнее, чем молитвы, заученные наизусть. И голос его изменился, стал мягче и нежнее, он будто обволакивал всё, чего касался, и вызывал волну за волной наслаждения. Джулианос единственный, чьи молитвы не вызывали у мага боли и злости. — Ego sum Deus tuus, — с ухмылкой ответил Виктор, обращая на себя удивлённый взгляд Джулианоса, — мы оба знаем этот язык, человек, не забывай. Низкий голос мага и его слова свели них живота Инквизитора, заставляя его изнывать от похоти ещё сильнее. В этот момент пальцы демона слегка ускорили движения, активнее стимулируя чувствительную точку, лишая бедного Джулианоса контроля над его собственным телом, которое стало двигаться само по себе. Внутри нарастал трепет, наслаждение, которое набирало силу, спина вновь выгибалась, а ноги разъехались в стороны подталкивая бёдра навстречу тому, что доставляло человеку удовольствие. — Боже… мне так плохо… — проговорил он меж стонами притягивая к себе мага за шею. Они столкнулись лбами и Виктор, закусил губу, аккуратно замедляя движения рукой. — Нет, хорошо, — пояснил Демонолог, глядя в глаза любовнику, — твоё тело так активно поддаётся мне, а боли ты уже совсем не ощущаешь, — после этих слов он вытащил свои пальцы, в ответ священник уставился на него с удивлением и шоком. — П-почему ты?.. — он смутился того вопроса, что хотел задать, но это было не нужно. — Всё хорошо, это была лишь подготовка, — тихо сказал демон, мягко целуя человека в губы и отстраняясь, — а теперь открой рот, — в недоумении Джулианос сделал то, что просил Виктор, сразу же ощутив во рту пальцы его второй руки. Священник провёл по ним языком, смачивая слюной и украдкой наблюдая за эмоциями его демона: блеск горящих в полумраке глаз означал, что это по душе повелителю огня. Вскоре маг вытащил свои пальцы изо рта любовника, не спуская глаз с его губ. Инквизитор затаил дыхание, когда ощутил влагу и холодок своей чувствительной кожей, а после почувствовав такой же влажный, но горячий член. Мужчина стиснул зубы, но старался не напрягать мышцы даже когда ощутил лёгкие ритмичные движения и давление, которое быстро нарастало, пока демон не вошёл в него. Всего лишь кончик вызвал у человека резкую боль, которую он смог выдержать без проблем, но недовольный рык всё же сорвался с его губ. Виктор остановился на время, наблюдая за мимикой священника, чтобы дать тому привыкнуть к новым ощущениям: он не хотел калечить Джулианосу внутренности и делать ему больно, как минимум потому что знал, как это опасно для здоровья людей. — Всё ещё больно? — тихо спросил демон. — Блядь… терпимо, — морщась едва проговорил в ответ человек, не зная, куда деть свои руки. Они то сжимали изголовье кровати, то одеяло, а иногда безжизненно лежали, когда мышцы слишком сильно уставали. — Я остановлюсь, если ты переду- — Нет, я не передумал! — резко оборвал его речь священник, всё ещё хмурясь от неприятных ощущений. — Можешь… продолжить. Я уже свыкся… Демон, несмотря на свой скепсис, поверил любовнику и медленно, стараясь не делать резких движений, продолжил. Аккуратно, но упорно он продолжал двигаться глубже, иногда давая Инквизитору отдохнуть и привыкнуть, пока, наконец, не вошёл полностью. В этот момент оба мужчины вздохнули с облегчением, а человек заметил, что чувство полноты внутри него, которое должно было казаться непристойным и грязным, вызывает у него импульсы удовольствия, которые посылались в каждую часть его тела. Маг тихо усмехнулся, утыкаясь лбом в плечо Джулианоса. — Наконец-то, — он поднял взгляд на священника и тот слегка улыбнулся в ответ, — ты… -… в порядке… — мужчина выглядел смущённо и виновато. Ещё несколько мгновений они оба восстанавливали свое дыхание и успокаивались, прежде чем их терпение подошло к концу. Инквизитор силой притянул Демонолога к себе и, мельком взглянув в его глаза, обхватил его губы своими, цепляясь за мага так сильно, будто пытаясь запустить свои пальцы под его горячую кожу. Демон, не теряя времени, начал медленные движения, слегка прикусывая губы священника, который не мог вымолвить и слова, издавая лишь стоны и рвано дыша. Он вздрагивал всем телом, а его мышцы невольно сами напряглись каждый раз, когда член Виктора скользил внутри, а голос его внезапно становился выше. Маг постепенно увеличивал темп, тяжело дыша и едва касаясь своими губами губ священника. Он не отрывал взгляд от глаз Джулианоса, который, несмотря на смущение, не отводил их в сторону. С каждым движением Инквизитор активнее двигался навстречу любовнику, а ощущения становились ярче. Чем чаще становились движения, тем сильнее увеличивалось жгучее ощущение внутри него, заставляющее его желать ещё большего. Он прижимался своими бёдрами вплотную к бёдрам мага с немой просьбой и надеялся, что тот поймёт его желания. И было бы странно, если бы Демонолог не понял его. — Что такое? — с ухмылкой спросил демон, смахивая с глаз пропитанные потом волосы. — Твои губы так дрожат, будто я задел кое что очень чувствительное… вот здесь, — он сделал резкий рывок вперёд, силой сжимая кисти рук человека. Тот не выдержал и издал громкий протяжный стон, вновь вздрагивая и выгибая спину. — Блядь! — произнёс на выдохе Инквизитор, это было первое грубое ругательство, которое сошло с его губ. — Это слишком хорошо… подожди нем- Но Виктор имел другие планы, ведь он уже предупредил священника, что не остановится. Он повторил это движение, заставив человека умоляюще застонать, в попытках вырвать свои руки из его хватки. После второго движения демон закусил губу и наклонился к щекам Джулианоса, чтобы снять губами его слёзы, невольно выступившие от такого количества ощущений, которых он ещё не испытывал. Спустя ещё пару движений громкие и сдавленные стоны вернулись к более расслабленным и развратным, а руки ослабли и перестали напрягаться. — Вот и всё, — проговорил маг, но человек едва ли мог ответить. Он полностью потерял связь с остатками своего рассудка, когда всё его тело сковало такое сильное удовольствие, что он уже давно был на грани и в любой момент выдержка человека могла бы иссякнуть. По глупой улыбке и тому, как человек облизывал свои губы, запуская пальцы в свои волосы, было трудно не заметить, что теперь самое время исполнить своё обещание в полной мере. Он наклонился к губам человека, чтобы оставить на них лёгкий поцелуй, после чего его движения стали чуть быстрее и грубее, с каждым разом ускоряясь. — Чёрт возьми! — воскликнул священник между стонами и запрокинул голову назад, хватая демона за шею и притягивая к себе. — Не… останавливайся… укуси меня… — он проговорил всё это шёпотом на ухо Демонологу, стискивая зубы от подступающего ближе и ближе оргазма. Несмотря на то, что Виктор не хотел делать больно любовнику, он с удовольствием использовал свои клыки по назначению. Будучи демоном он имел их как раз для такого, чтобы ставить метки на своих любовников... так было задумано Бетрезеном. Человек сначала зашипел от боли, но почти сразу же довольно замычал, поворачиваясь вплотную к лицу любовника и на секунду затаив дыхание. Они оба ухмыльнулись друг другу, перед тем, как их губы вновь соприкоснулись. В этот момент Демонолог сразу ощутил, как близок Инквизитор, слушая громкие возгласы и наблюдая за блаженством, что отражалось на лице человека. Руки демона упирались в подушки так, что они полностью промялись под ними. — Deus propitius… esto mihi, — взмолился Джулианос, обхватывая ладонями лицо демона, — это восхитительно… ты так хорош… чёрт… я обожаю тебя, — проговорил он прерывисто, слегка рычащим тоном, резко отличающимся от прошлого умоляющего и высокого. Маг закусил губу и усмехнулся, двигаясь всё сильнее внутри священника. — Meus Ignis. Моли меня, а не своего бога, — с наглой ухмылкой прошипел Виктор, проводя одной рукой по торсу человека и вызывая у него лёгкую дрожь в теле. — Precor, Victor, — прошептал в ответ Джулианос, мягко поглаживая щеку демона, — я хочу… ещё грубее, — после этих слов мужчина закусил губу, а Демонолог, удовлетворённый тем, что услышал, мягко коснулся губами скулы священника. Он продолжил быстрые и резкие рывки, выпрямив спину и закинув ноги любовника себе на плечи. Ощущения внутри тела человека усилились вдвойне, заставив того бессильно развалиться на кровати, в попытках податься навстречу каждому движению. — Ещё… ещё… так близко… — бездумно бормотал человек, когда ощутил пульсацию члена внутри себя, — чёрт, Виктор, я… чёрт возьми, сильнее! — воскликнул он, скидывая свои ноги с плеч мага и с нечеловеческой силой дёргая его на себя. Демонолог недовольно рыкнул и грубо впился зубами в шею человека, резко, быстро и полностью двигаясь в нём, до боли сжимая его руки. Инквизитор запрокинул голову назад, стараясь не задохнуться, когда всё внутри него начало гореть, а член напрягаться и пульсировать до боли. Ещё несколько рывков внутри него задели его заветную точку и мужчина не выдержал, издав протяжный стон и чувствуя, как всё его тело будто прошибает молния, в глазах заискрило и по телу прошлась волна неведомого доселе удовольствия. Демон же довольно ухмыльнулся и, сделав пару последних рывков, издал хриплый стон, отпуская руки священника. Джулианос ощутил, как внутри него растекается что-то горячее, даже немного обжигающее, но приятное, не заметив, что его губы невольно растянулись в умиротворённой улыбке. — Ты серьёзно попросил меня поставить на тебя метку? — с усмешкой спросил демон, уже протрезвевшего любовника и тот сразу же смущённо прикрыл лицо. — Я был в состоянии аффекта, — промямлил он. Маг лишь тихо посмеялся и вышел из него, заметив тихий возглас человека в ответ. Отстранившись от шеи Джулианоса Виктор посмотрел в его глаза и провёл рукой по его щеке, боясь, что после этой ночи они расстанутся навсегда и больше не увидятся. Потому что война кончилась, и потому что демон и человек не должны жить вместе. — Что такое? — устало спросил священник и устало улыбнулся. — Что будет дальше... с нами? — демон был впервые за всё время расстроен и это насторожило человека. Инквизитор прижал голову Демонолога к своей груди. — Засыпай, утро вечера мудренее, завтра и решим, — Виктор был удивлён таким жестом, но послушно лёг, накрыв их обоих покрывалом и одним движением руки погасив весь огонь в доме. Уже замедлившееся биение сердца человека успокаивало не хуже заклинания «сна», убаюкивая властителя огня, как младенца.

***

Довольно мирное, поначалу, утро нарушилось шумом собирающихся на свои земли воинов. Стук доспехов, шум переговоров между солдатами и звуки колышущихся на ветру знамён заполнили улицы, но далеко не этот шум разбудил Инквизитора и Демонолога. Их разбудил настойчивый стук в дверь, который вынудил хозяина дома и его гостя впопыхах надеть на себя хоть что-то, даже не дав им время на то, чтобы переговорить между собой. Едва дверь отворилась, за ней показался посыльный Легионов Проклятых, который недоумённо уставился на мужчин, но, к счастью, не потерял дар речи: — Виктор, Вас ищет главнокомандующий, мы уже отбываем, — Демонолог хмыкнул и задумчиво уставился куда-то за спину посыльного, который начал переминаться с ноги на ногу, нетерпеливо ожидая ответ. Инквизитор взволнованно посмотрел за спину посыльного и увидел толпы войск демонов и гномов, покидающих столицу под громкие возгласы её жителей. Наверное, это и имел ввиду маг, когда задавался вопросом о том, что будет дальше. — Я остаюсь, — спокойно ответил Виктор, скрестив руки на груди и забавляясь от реакции посыльного. Тот в ещё большем недоумении не знал, уговаривать ли ему собрата уйти, или оставить его. А ещё посыльный боялся получить выговор или быть наказанным за то, что не привёл мага обратно. — А что передать Герцогу? Не думаю, что он будет доволен услышанным, — замялся демон и увидел ухмылку священника. — Скажи ему, что я остаюсь потому что хочу многому научится у людей, я наконец-то начал познавать прочие стихии, и, раз уж на то пошло, меня всё равно никто не ждёт там, куда все они возвращаются, — подытожил Демонолог и посыльный, пожав плечами, заспешил за солдатами Легионов. Джулианос зашёл обратно в дом, после чего и сам Виктор вернулся внутрь, поймав на себе вопросительный взгляд любовника. — Ты недоволен моим решением? — слегка огорчённо спросил маг, после чего Инквизитор тихо засмеялся. — С чего это вдруг? — человек подошёл к нему вплотную и обвил руками его шею. — Я молился, чтобы ты остался, и, видимо, мои молитвы были услышаны, — демон глухо усмехнулся и притянул мужчину к себе за талию.