Ожидая спасения

Вокруг кромешная тьма. Темные тени, будто призраки, шепчут что-то непонятное. Кажется, зовут к себе, не отпуская из мира снов и спокойствия. Неужели так выглядит смерть? Никакого белого света в конце туннеля, перед глазами не пролетает вся жизнь, никакой боли. Шепот всё сильнее утягивает за собой в царство мертвых. Слабость такая, что невозможно отрыть глаза, даже для такого простого действия, как пальцем пошевелить, необходимо приложить много усилий. Остается только лежать и ждать когда всё закончится. Внезапно тишина и спокойствие исчезают, будто по щелчку пальцев. Из ниоткуда слышится крик. Сначала едва различимый, но с каждой секундой он становится всё громче и громче, с болью отзывается в барабанных перепонках. Этот крик, кажется, наполненным ужасом и просьбой о помощи. С каждым мгновением неприятные ощущения от ушей расползаются по всему телу: куда-то глубже сердца, прямо в душу. В попытках избавиться от столь неприятных ощущений, Арсений резко распахивает глаза… Парень жмурится от яркого солнце и синего неба перед глазами, а голая земля холодит спину, точно заболеет. Арсений ненадолго закрывает глаза, пытаясь привыкнуть к свету. В голове пустота, он не помнит где находится, что произошло, почему всё тело болит, а голова будто вот-вот взорвется. Чудом вспоминает собственное имя, и на том спасибо. Жутко хочется пить и есть, тело болезненно ноет, а рубашка мерзко липнет к телу. Кажется, это кровь. Парень пытается подняться на ноги, как вдруг левый бок простреливает жгучей болью. Он со стоном падает обратно на спину, пытаясь перевести дух. Как же хочется просто тихо и спокойно умереть. Снова этот крик. «Блять, да сколько можно?!» Превозмогая боль в боку, с огромным трудом, но Попов всё же встает на ноги. Оглядываясь вокруг Арсений видит лишь деревья, кусты, какие то растения, а где-то вдали слышится шум волн. Теплый ветер приятно холодит кожу, над головой щебечут птицы, переговариваясь о чем то своем, солнце греет, но не слишком. Похоже на рай. Долго любоваться красотой природы не получается. Крик опять повторяется. В этот раз удается распознать слова, что-то похожее на мольбу о помощи, кажется, справа. Адреналин резко поступает в кровь, включая режим «бей или беги», в то же время притупляя все чувства: усталость, боль и страх. Сейчас главное разобраться в происходящем. Арсений тяжело ступает по земле, покрытой опавшей листвой и мелкими растениями. Через некоторое время, уставший и запыхавшийся, Попов наконец выходит из густых зарослей и вдруг видит песок, переходящий в бескрайний океан. «Так вот откуда шум волн…» — проносится в голове у него. Сильно удивиться и попытаться понять, что происходит Арсений не успевает, бежит на голоса, которые с каждым шагом становятся всё громче и отчетливее. Чем дальше парень ступает по песку в поисках людей, тем отчетливее в воздухе пахнет топливом, горелым пластиком и кровью. Наконец, перед парнем открывается страшная картина, будто из фильмов про авиакатастрофы. Посреди пляжа возвышается часть огромного самолета. Передней части и кабины пилотов просто не было. Видимо, авиалайнер разделило на 2 части при крушении. Кругом куски корпуса и салона. Но помимо обломков также разбросаны личные вещи пассажиров. Вот лежит чья-то ручная кладь, плед (видимо, кому-то из пассажиров было холодно), множество личных вещей, начиная от техники, заканчивая одеждой. Увидев эту картину своими глазами, сложно поверить, что кто-то смог выжить. Однако человек — существо живучее. Но, к сожалению, не всем повезло. Среди осколков и горевших вещей, трудно было распознать кровавые ошметки людей. На это было страшно смотреть даже Арсению, хоть он и бывший врач, за долгие годы многое повидал. Наверное, этот опыт помог ему не блевануть и не потерять сознание от столь ужасающей картины. Останется надеяться, что эти бедолаги погибли быстро. В воздухе витает едкий запах топлива и гари. Корпус самолета изготавливают из алюминия, который не способен гореть, в отличие от внутренней части, например, кресел, которые покрыты тканью, а также других вещей пассажиров и членов экипажа. Что-то уже горит, представляя огромную угрозу, если огонь перейдет на баки с топливом, расположенные в центральной части и крыльях, могут погибнуть и все остальные, чудом выжившие пассажиры. Множество людей, которым удалось спастись, бежали по пляжу в панике, не зная, что делать и кого звать на помощь. Многие получили раны. Кто-то незначительные, вроде легкого сотрясения и пары царапин. Однако многие получили травмы посерьезнее. Арсений чувствовал, что обязан помочь нуждающимся, раз уж он имеет врачебный опыт и не впадает в панику, как большинство пассажиров. Адреналин в крови не дает почувствовать, как медленно, но верно состояние собственного организма ухудшается с каждой минутой. Кровь медленно вытекает из раны. Неизвестно сколько пройдет времени, до того, как он сам потеряет сознание. А пока способен стоять на ногах и рационально мыслить, Попов сделает всё, что в его силах. Дурацкий комплекс героя. Арсений осматривал пляж в поисках людей, которым нужно помочь в первую очередь. Недалеко от него сидела молодая девушка, держащая за руку какого-то парня. Кажется, он был без сознания. По ее щекам размазалась тушь, глаза опухли от слез, руки жутко тряслись, девушка явно была на грани истерики, и непонятно, какого было ее физическое состояние. Девушка звала парня по имени, пыталась его разбудить, но безуспешно. Никита, так звала его девушка, никак не реагировал на ее действия. — Помогите! Пожалуйста, помогите! Он не просыпается! — истошно кричала девушка сквозь слёзы, — Никита, прошу тебя, проснись. Не оставляй меня… Арсений, не медля ни секунды, подошел к ребятам. — Вы как? Как Вас зовут? Что случилось? Посмотрите на меня. Девушка резко подняла на него взгляд. В ее глазах читался дикий страх, смешанный с надеждой. — Я Юля, это мой брат, Никита. Он не просыпается, помогите ему, прошу! — с трудом произнесла девушка, хватая Арсения за руку, будто боясь, что он сбежит. — Привет, Юля. Я Арсений. Можно на «ты»? Я помогу твоему брату. А ты пока попробуй успокоиться, — Попов говорил короткими фразами и уверенным голосом, дабы успокоить Юлю. Арсений ближе подошел к парню. Наклонился к груди, повернул голову к его лицу, проверяя наличие дыхания и пульса. Замер на пару секунд, выжидая. Но никаких движений не было. — Блять, — еле слышно сказал Попов, надеясь, что Юля его не слышала, чтобы сильнее не пугать девушку, — Юль, слушай меня. Мы поможем Никите, но ты должна внимательно меня слушать и делать всё, что я скажу. Вспоминая курс первой помощи по СЛР — 30 надавливаний, 2 выдоха — Арсений продолжил давать инструкции девушке: — Нажми двумя пальцами на его подбородок и запрокинь голову, так воздух будет попадать в дыхательные пути. Когда я скажу, зажмешь ему пальцами нос и два раза выдохнешь ему в рот. Не слишком сильно и не слишком слабо. Поняла? — Юля была в ступоре, не могла и слова вымолвить от страха, — Черт! Юля, посмотри на меня, — наконец, девушка очнулась и подняла голову, — ты справишься, делай, что я говорю. Хорошо? — Х-хорошо… Да-да, я поняла, зажать нос и два выдоха, — повторила за ним девушка, пытаясь взять себя в руки. В то же время Арсений положил левую руку в районе мечевидного отростка грудины, накрыл ее правой рукой, наклонился над парням на 90 градусов и стал довольно сильно давить на грудь, делая непрямой массаж сердца. Отсчитав ровно 30 нажатий, Попов обратился к девушке: — Давай! Два выдоха. Девушка послушно выполнила необходимые действия, но ничего не изменилось. Никита всё так же не дышал. Арсений продолжал манипуляции несколько раз, надеясь, что парень очнется. Попов очень устал. Понимал, что на долго его не хватит. Вдруг Никита тяжело закашлял и застонал от боли. Кажется Арс перестарался и сломал бедняге пару ребер. Лучше так, чем мертвый. Юля с радостным криком и слезами накинулась с объятиями на брата и благодарно прошептала: «Спасибо». Арсений лишь кивнул, не в силах сказать хоть что-то. Слишком он устал, хоть и прошло от силы минут 5. Хотелось лечь рядом с Никитой и просто поспать, отдохнуть хоть пару минут. Но понимал, что сейчас не время. Еще слишком многие в нем нуждающихся. Мимо пробегал невысокий человек армянской внешности с забавной прической в виде хвостика, голова которого была в крови, он держался за правую руку, которая скорее всего болела, но кажется не сильно. — Простите, молодой человек,—обратился к нему Попов, — посидите, с девушкой и ее братом. Если кому-то из вас станет плохо, найдите меня. — Что?.. А, да, конечно, — сказал он. Арсений пошел дальше, чтобы помочь другим. Чуть дальше громко кричал мужчина средних лет. Кажется, его придавило куском фюзеляжа. Страшно представить, через какие муки проходил этот человек. Арсений подошел ближе, пытаясь понять, чем он может помочь бедняге. Нога мужчины оказалась прямо под куском металла. Тянуть не вариант. Придется поднимать обломок. В одиночку точно не выйдет, нужно звать на помощь. — Кто-нибудь помогите! Срочно нужно поднять эту штуковину! — кричал Арсений, надеясь, что кто-нибудь откликнется. Через несколько секунд к нему подбежали трое человек и начали поднимать этот кусок металла. Не с первого раза, с огромным трудом, но у них получилось. А в это время Арсений вытащил мужчину из-под обломка. Наконец-то он смог оценить масштаб ранения. Основной вес металла выпал на левую ногу. Ткани были разорваны в клочья, кость разломана на множество маленьких кусочков. Даже в условиях операционной было бы сложно восстановить конечность, пришлось бы ампутировать. Что уж говорить про ситуацию, в которой они оказались. Мужчина еле держал глаза открытыми, дышал с большим с трудом, иногда стонал от боли. Арсений вытащил ремень из шлефки и перевязал ему ногу у основания. Это хоть как-то поможет остановить кровь. — Вы меня слышите? Как вас зовут? — громко и четко произнес Попов. — Михаил… Миша, — с трудом прошептал раненный. — Отлично, Миша. Всё будет хорошо, я постараюсь тебе помочь. Ты только потерпи и говори со мной, — Михаил еле заметно кивнул, — Расскажи о семье. У тебя есть жена? Дети? Арсений понимал, что ему уже не помочь. Слишком много крови потерял. Оставалось только отвлечь от боли и сделать всё возможное, чтобы смерть тихо и спокойно забрала бедного человека в свое царство. Царство покоя и тишины, где больше нет боли и страданий. Царство, куда уже перешли большинство пассажиров этого проклятого самолета. — Л-лена, жена. Самая красивая женщина на всём…свете. У нас есть две… дочки. Умница Уль-Ульяна и… проказница Дашка… — сразу понятно было, что он очень любил свою семью. Даже сейчас, когда каждый вдох дается с огромным трудом, но с улыбкой на лице говорил про любых. — У Вас отличная семья, Михаил, даже завидую Вам, — со смешком проговорил Попов. — Мне холодно… И с-страшно. Что меня ждет… там? — Хотел бы я сказать, что всё будет хорошо, что на том конце тишина и покой… Но я, правда, не знаю… Вы только потерпите, осталось немного.— у Арсения слезы наворачивались, но он старался не казаться слабым перед умирающим. Хороший человек, которому просто не повезло оказаться на этом самолете. Попов должен вселять уверенность в грядущее. Пусть человек спокойно уёдет в мир иной без страха. — Спасибо… — из последних сил произнес Михаил. Последний раз улыбка едва тронула его губы, последний раз сердце простучало в груди, последние частицы воздуха вышли из легких, глаза последний раз посмотрели на светлое небо.

***

Арсений продолжал блуждать по пляжу. Вроде, всё более менее спокойно. Срочная помощь больше никому не нужна. Пассажиры помогали успокоиться другим, постепенно успокаивались сами. Хотя, казалось бы, совсем недавно даже имен друг друга не знали. Тяжело было осознавать, что человек умер прямо у тебя на руках. Попов понимает, что его вины в этом нет, но где-то в глубине души очень плохо. Ему еще долго будут сниться кошмары. Понимая, что хаос более менее пришел в норму, Арсений почувствовал жуткую усталость. Адреналин в крови израсходовался, и теперь раннее подавленные чувства накатили огромной волной. Боль в боку нарастала с новой силой. Это мозг давал телу сигналы, что с организмом что-то не так и пора решать эту проблему. Попов, наконец, решил осмотреть и собственную рану. Под пропитанной бардовой кровью рубашкой красовался довольно глубокий и длинный порез на уровне 9-10 ребра. За время, что Попов самоотверженно пытался помочь другим пострадавшим, вытекло довольно много крови. Радует одно — кровотечение практически остановилось. Тромбоциты отлично сделали свою работу, образовав корочку. Отдирание прилипшей ткани от раны было тем еще мучительным испытанием. Нужно замочить рану, потом придется зашивать. Как это сделать — остается загадкой. И дело не в умениях самого Арсения, у него как раз всегда получались идеально ровные швы, однако при малейшем движении корпуса в левом боку будто лава разливается. Сам он точно не справится. Нужна помощь. Вот только кто сможет это сделать? Пока он думал над этой задачей, стараясь идти ровно и не упасть на песок, понимая, что если упадет, то точно встать не сможет, глаза вдруг наткнулись на брата и сестру, которым он помог совсем недавно. «Хоть кого-то спас». Ненадолго, но это всё же отвлекло его от собственной проблемы. Кажется их зовут Юля и Никита, но точно он сказать не может, слишком быстро всё произошло, слишком много событий буквально за последний час. Парень лежал на земле отдыхая, в то время как его сестра спокойно разговаривала с хвостатым, которого Арсений попросил приглядеть за ребятами. «Интересно, как его зовут?». Со стороны они очень мило выглядят, будто знакомы очень давно. Кто знает, может в другой жизни они могли бы быть вместе. Размышляя над событиями, которые возможно никогда не произойдут, Арсений поднял взгляд наверх к небу. Прямо над ним возвышалось сломанное крыло самолета, которое странно покачивалось, грозясь рухнуть прямо ему на макушку. Казалось, еще мгновение и падения не миновать. Попов настолько сильно устал, что не мог до конца осознать всю опасность. Вдруг совсем рядом кто-то прокричал: — БЕРЕГИСЬ! Это последнее, что услышал Арс перед тем как кто-то повалил его на землю, приземлившись прямо на раненный бок. Попов истошно завопил. Он не мог поверить, что чувствуя настолько невыносимую боль, он еще не потерял сознание. Буквально через мгновение на месте, где секунду назад стоял парень, крыло самолета всё же упало, подняв в воздух огромное количество песка. Получается, незнакомец спас ему жизнь. Понимая, что опасность миновала, он решил больше не мучить Арсения и слез с него, садясь прямо перед его лицом. — Простите, если помешал героически умереть под этим крылом. Подумал, Вы будете не против пожить еще немного, — с тенью улыбки на лице, прикрывающей нарастающую панику, сказал спаситель. — Кстати, я — Антон. Боль, слабость, потеря крови и пережитые эмоции сильно сказались на Арсении. Он был в шаге от обморока. С одной стороны понимая, что в этом ничего хорошего, с другой — наконец-то можно отдохнуть. — Спасибо, Антон, — в то же мгновение в глазах потемнело и Арсений, наконец, попал туда, где нет боли.