качели и одеяло.

уже май, тёплый май, хотя вечерами всё равно прохладно. именно поэтому феликс сильнее вжимается в серое огромное худи. его согревает тёплая, явно от хорошего кровообращения, рука хёнджина, держащая ликса за спиной. ладонь поглаживает младшего по плечу. они уже подходят к дому феликса, но останавливаются около качели. – джинни, давай на качеле покачаемся? – тебе же холодно? – добрая усмешка. – принеси одеялко из моей комнаты, –умоляюще смотрит, – пожалуйста, – резко поворачивается, – только родителей не разбуди! у хёнджина нет выбора. они сидят на садовой качели и обнимают друг друга под большим одеялом. эти двоя считают, что обнимашки - это что-то более интимное и чувственное, нежели поцелуи. старший родителей его любимого не разбудил. видимо, практика и сноровка дают о себе знать. вечернее, почти ночное небо прекрасно. ты можешь забыться рядом с любимым, или напротив, думать о чём-то своём, но всё равно наслаждаться моментом, неким теплом, даже в прохладное время. в этой атмосфере тонут, слыша только редкие разговоры компаний подростков и пение сверчков. эдакий домик, спасательный круг парочки, кажется, освещает лишь обшарпанный фонарь у дороги, около которого летают мошки. нет. улыбка феликса освещает лучше всего. – ликси, – мычание под ухом, – пошли домой. – не хочу. давай ещё посидим. – солнышко, надо спатки, – смешок. – я не ребёнок. – конечно, ты не ребёнок. – улыбка. они тихо заходят в дом и поднимаются на второй этаж, дабы не разбудить родителей ликса. хёнджин и феликс лежат на небольшой кровати в уютной комнате, в кучке подушек, но под одним одеялом. тем самым одеялом. – чувствую себя тонущим в ограбленных из детского магазина мишках. ли лишь улыбается. они смотрят друг на друга, понимая, как им спокойно на душе, а любые другие причины для грусти уходят на второй план. хёнджин засыпает быстро, легко обнимая чужое тело и утыкаясь в шею младшего. от приятных ощущений, феликс проваливается в сон.