Лекарство от бессонницы

      Одинокая лампа свисала с потолка, отчаянно пытаясь как больше осветить. Но увы — тусклого света хватало только на кухню и на кусочек прихожей. Прямо под лампой стоял деревянный стол, накрытый скатертью, а за ним расположилась компания давних друзей.       Раздавалось ворчание и заливистый смех — Порко в который раз проиграл Райнеру в карты, а старшего брата и возлюбленную не могло это не веселить. Время за игрой в карты и выпивкой пролетало быстро: вот уже на столе стояли пустые стеклянные бутылки из-под пива, съедены все закуски, а на часах было за полночь, пока за окном слышались раскаты грома и лило как из ведра.       — Что-то мы засиделись… — Протянул Райнер, когда в очередной раз сверкнула молния, и на секунду на улице стало светло.       Кто бы мог подумать, что празднование новоселье старшего Гальярда так затянется. Как теперь добираться — непонятно. Общественный транспорт уже не ходит, пешком идти так себе затея, особенно когда на улице ливень, да и переться надо в другой конец города. Оставалось только такси, но данное удовольствие и без всех факторов не дешёвое, не говоря уже о том, какая цена будет в ночь и дождь. А денег как таковых и не было, лично Браун захватил только на выпивку и проезд на автобусе.       — Ну.. можете остаться у меня… — С натянутой улыбкой предлагает Марсель. Он совсем не против, нет. Только положить то друзей и негде, в своей холостяцкой двушке. Есть только старенький диванчик в гостиной, и двухместная кровать в спальне. Три лица спокойно могли бы расположиться и переночевать. Только их четверо.       Обсуждения того, кто где будет спать, не затянулись. Дав Райнеру плед и подушку, тот улёгся на диван и почти сразу же заснул, пока братья Гальярды и Пик теснились на одной кровати.       Для Порко и Марселя не было никакой проблемы спать вместе, братья как-никак, да и не в первой. Сейчас ситуация не сильно поменялась, прибавилась только Пик, но она много места не занимала. Но заснуть у Порко все равно не получалось.       Порко уже битый час пытался уснуть, но храп Райнера из соседней комнаты, слышимый на всю квартиру, и теснота, мешающая перевернутся так, как будет удобно, доставляло кучу дискомфорта. В какой-то момент, Гальярд-младший смирился с тем, что поспать не получится, и открыв глаза, с интересом стал разглядывать потолок, пока на своем животе не почувствовал прикосновения маленькой ручки. Дыхание перекрывалось от того, что холодная конечность встретилась с тёплым животом, а потом и вовсе по телу прошёлся табун мурашек, когда чужая рука прошлась кверху.       — Что ты делаешь? — Шепотом спросил Порко, и перевернулся на бок, спиной к Марселю и лицом к Пик. Та хитро улыбалась.       Женская ручка резким движением опустилась к низу, и зарылась в чужие трусы. Щеки юноши мигом покраснели и горели, тот злобно смотрел на девушку, напоминая смущенную цундерку из аниме про романтику. Он пытался отвоевать личное пространство из своих трусов от незваной руки, но Пик была настойчива, и в конце концов, в своих планах и желаниях победила.       — Совсем рехнулась?! — Наблюдать за тем, как Порко дико смущается и пытается отругать девушку, так ещё и шёпотом, дабы не разбудить своего братца, очень забавляло.       — Согреться хочу. — Рука обхватывает чужое достоинство, и начинает дёргать, отчего член постепенно наполнялся кровью и становился твердым.       — Дура! Тут же Марсель рядом!       — А? Он разве не крепко спит? Вон, как храпит.       — Это Райнер, блять! — На этот раз Гальярд-младший не сдержался, и выпалил это громко, что не могло рассмешить Пик. На этом моменте Райнер даже затих, но почти сразу же снова громко захрапел.       Тем временем в области паха уже ныло. Пик добилась своего, и убирает руку, поворачиваясь к Порко спиной. Парень не понимал, как он смог возбудиться в таких условиях, но видимо, небольшой экстрим в виде спящего брата в паре сантиметров, повлияли на это.       Порко ближе прижимается к Пик, теревшись своим пахом о пятую точку девушки, пока рука накрывает женскую грудь, сжимая её через ткань безразмерной футболки, а потом и вовсе проникает под неё, чувствуя теплую кожу и вставший сосочек.       Пик же спешит стянуть с себя трусы и домашние шорты, которые ей одолжил Марсель, приподнимая таз и руками стягивая мешающую одежду. Порко облизывается, и повторяет за Пик, выпуская из-под ткани боксеров свое достоинство. Кладет руку на бедро, и зарывается лицом в пушистые волосы, вдыхая их, пока Пик свои пальчики располагает у клитора, и начинает его стимулировать.       Юноша потирает свой член о киску, убирая руку с бедер и беря в ладонь свой половой орган, помогая войти в лоно. Порко входит медленно и неспешно, стараясь издать как можно меньше звуков, пока Пик учащенно дышала, и также старалась быть тихой.       Толчки становились быстрее, а вместе и с ними в голову приятно давало, Пик свободной рукой прикрывает себе рот, пока Порко горячим лбом соприкасался со спиной Фингер.       Пик поддается навстречу, ускоряя процесс. Рука Гальярда-младшего снова покоится на бедрах девушки, и сильно сжимает их. Быстрыми движениями, вдалбливаясь в тело брюнетки, Порко чувствует, что на грани, и, войдя еще несколько раз, резко выходит и хватается за член, начиная дергать его, отчего спускает себе в руку.       — Боже, совсем ты меня вымотала. — Парень зевает и встает с кровати, пока Пик расплывается в улыбке от уха до уха и встает с кровати, следуя за возлюбленным.       — Ну вот, сейчас помоемся, и уснешь как миленький. А то ворочился всё…       — Тц, я скоро свихнусь от твоих способов решать проблемы.       — Ой, не говори, что тебе не нравится.       С приглушенным смехом парочка покидает комнату, закрывая за собой дверь, пока на кровати с полными от шока глазами лежал Марсель.

***

      На кухне рано утром закипал чайник, Марсель уже допивал третью чашку кофе. К нему присоединяется Райнер, чувствующий себя бодро.       — Чего такой вялый? Не выспался, что ли? — Райнер смотрит другу в глаза, под ними образовалась мешки от недосыпа, а сам юноша смотрел грозно. Браун даже пугается, и, не дождавшись ответа, быстро делает себе кофе, и сваливает в гостиную.       Марсель же думает о том, что гостей он принимать больше не будет.