Праздники

      Калин обожала устраивать всякие сплачивающие мероприятия. Совместная игра в футбол, медитации во внутреннем дворе лицея, создание фильмов на всякие конкурсы. И вот теперь она где-то откопала это «эмпатическое слушание».       — Это отличная практика, которая помогает понимать эмоциональное состояние собеседника и разделять его, — ласково улыбаясь своим ученикам, пояснила мадам Бюстье.       Честно говоря, делиться своими эмоциями Хлоя была готова только с Адрианом, знавшим её как свои пять пальцев или, на крайний случай, с Сабриной. Но место напротив Агреста заняла Маринетт, а Рекомпри… прекрасно. Она заняла последнего кандидата, с которым Хлоя хотела бы поговорить. Вот и остаётся только сесть с Лилой.       — Я с удовольствием выслушаю тебя, — хищно улыбнулась Росси, заставив Натаниэля, сидящего рядом, вздрогнуть и поёжиться.       — И помните, что мы должны поддерживать друг друга и стараться понять. Ссориться сегодня запрещено, — Калин погрозила им пальцем, словно маленьким детишкам, а затем весело хлопнула в ладоши. — Ну, начинаем.       — Давай ты, Хлоя, — Лила постаралась выглядеть располагающе, но девушка на это не купилась.       — Я не собираюсь выворачивать душу перед первым попавшимся человеком, — Хлоя скрестила руки на груди.       — Ах! Неужели ты не доверяешь мне? Это так сильно меня ранит! — Лила произнесла это нарочито громко.       — Хлоя, какие-то проблемы? — взволнованно поинтересовалась Калин.       — Нет, мадам, — Хлоя тяжело вздохнула, не желая тревожить любимого учителя. Лила насмешливо улыбнулась. — Ладно-ладно. Мне не нравится, что я провожу мало времени с Адрианом. Мы как будто отдаляемся друг от друга, хотя он обещал, что всегда будет здесь для меня.       — Не уверен, что смогу поступить в тот институт, в который хочу, — краем уха зацепила слова Ната Хлоя.       Она бросила быстрый взгляд на него, и вздрогнула, когда поняла, что Натаниэль тоже смотрит на неё. Они, кажется, оба растерялись. Сердце Хлои сладостно сжалось. В бирюзовых глазах девушка прочла смущение и сочувствие. В первый раз в жизни Хлоя не выдержала чужого взгляда и отвернулась. Только бы не покраснеть. Главное не краснеть.       — Раз так, то, может, избавишься от мешающегося звена? От Маринетт, — предложила Лила.       — Ты точно понимаешь в чём суть эмпатического слушания? Мы должны не советы друг другу давать, а прочувствовать эмоции человека напротив, — напомнила Хлоя.       — Но у меня есть готовое решение, — Лила наклонилась чуть ближе и прошептала. — Заставить всех друзей отвернуться от неё.       — Заставить её пройти через то же, через что прошла я? Жестоко, но заманчиво, — Хлоя задумчиво усмехнулась.       — Нужно всего лишь… — начала Лила.       — Мадам Бюстье, Лила настраивает Хлою против одноклассников! — громко сообщил Натаниэль.       — Я? Да как можно? — Росси попыталась состроить невинное выражение лица.       — Ты трепло, — зашипела на Ната Хлоя.       — Ты сама не понимаешь, во что ввязываешься. Нельзя отвечать злом на зло, — шёпотом ответил Натаниэль.       — Очень даже можно! Вы всё время причиняете мне боль! Так какого чёрта я должна заботиться о ваших чувствах?! — Хлоя вскочила, чувствуя, как жалость к себе переполняет её.       — Так. Хлоя, Нат, пересядьте поближе ко мне, пожалуйста. Я сама с вами поговорю, — несмотря на то, что они мешали остальным, Калин не выглядела разозлённой. — Ребята, сдвиньтесь на освободившееся место.       Натаниэль поднялся и первым двинулся в сторону учительницы. Хлое не оставалось ничего, кроме как последовать его примеру. Уже подходя к своему коврику, девушка вдруг запнулась и чуть не упала прямо на жёсткую плитку, но за предплечья её поддержали сильные руки. Хлоя рефлекторно чуть сильнее сжала пальцы, чувствуя под ними крепкие мышцы. Это он так накачался, таская мольберты?       Подняв глаза, она увидела, что Натаниэль искренне встревожен, и боль, образовавшаяся внутри из-за осознания собственной никчёмности, померкла перед охватившим её смущением. И всё-таки он безумно красивый.       Краем сознания Хлоя отметила, что весь класс сейчас наблюдает за ними, о чём-то перешёптываясь. Наверное, обсуждают насколько они не подходят друг другу. Он такой хороший, добрый, милый мальчик, а она…       — Что ты теперь тоже падаешь на ровном месте? — тихо поинтересовался Нат, улыбнувшись чуть насмешливо. Вот же язва.       — Пошёл ты, — с тщательно скрываемым смущением огрызнулась Хлоя.       Они устроились друг напротив друга прямо рядом с Калин. Хлоя никак не могла успокоить бешено колотящееся сердце. Возникший перед глазами образ того, как она пододвигается к Нату, жадно целуя, зарываясь в густые огненно-рыжие волосы пальцами, отнюдь не способствовал этому.       — Так что тебя беспокоит, Хлоя? — голос Калин заставил её очнуться.       — Конкретно сейчас? Этот засранец, — девушка кивнула на Натаниэля. Она заметила, что Адриан потирает края указательных пальцев друг о друга в неприличном жесте и незаметно показала ему средний.       — А меня беспокоит, что ты так легко соглашаешься разрушить чью-то жизнь, — Нат был явно настроен на серьёзный разговор.       — Ты совсем забыл: я мерзкая, отвратительная, жестокая сволочь. Недостойная счастья дрянь, которая пакостит всем подряд. Я всегда была… — Хлоя распалялась, припоминая какими словами называла себя после очередной ссоры с матерью.       — Не смей так говорить о себе! — со внезапной горячностью воскликнул Натаниэль. — Ты не заслужила такого!       — Прикинь, я знаю. Но остальные так не считают! Даже ты так не считаешь! Ты говоришь это, только чтобы я перестала орать! — Хлоя сжала руки в кулаки.       — Я говорю это, потому что я тебя люблю! — возмутился Нат.       — Я тебя тоже! — слова успели сорваться с её губ прежде, чем Хлоя успела осознать это.       Когда она поняла, что произошло, то зажала рот ладонями. Все знают. Теперь все знают о её чувствах. Ужасно. Они будут смеяться, говорить, что она Нату не пара. Слёзы невольно подступили к глазам. Ну, уж нет. Она точно не будет рыдать перед ними. И Хлоя, вскочив, бросилась бежать.       Влетев в класс, девушка принялась собирать вещи с парты. Она не останется здесь не то что на лишний урок, на лишнюю секунду даже. Боже, как она опозорилась. Так стыдно. Стыдно. Стыдно. Так что аж умереть хочется.       — Дура, — прошептала Хлоя и отвесила себе звонкую пощёчину.       Щека была мокрой от слёз. Девушка собиралась было ударить себя снова, но запястье нежно сжали длинные пальцы. Натаниэль развернул Хлою лицом к себе, заглядывая в глаза, и её охватила злость.       — Отпусти меня! Не трогай! Из-за тебя я выгляжу нелепо! Из-за тебя это всё! Ненавижу! Я тебя ненавижу! — она колотила его по плечам, выпуская пар.       — Эй, — остановил Хлою Нат, беря её лицо в ладони и нежно стирая слёзы со щёк. — Это ведь я признался первым. Сказал, что люблю тебя, помнишь?       Глаза девушки удивлённо распахнулись. Она только сейчас осознала это. Господи. Нат её любит. Нет же. Такого быть не может. Он её… её…       — Ты ошибаешься, — Хлоя отрицательно покачала головой в панике. — Я тебя раздражаю. Ты, наверное, это хотел сказать. Таким как ты не нравятся такие как я. Может, тебе Маринетт нравится? И ты поэтому за неё вступился, понимаешь? Всё просто.       Натаниэль едва коснулся губ девушки своими. И это ощущалось так нежно-нежно, что Хлоя почувствовала себя таящим на жаре мороженым. Ей пришлось ухватиться за него, чтобы не упасть от нахлынувших чувств.       — Я люблю тебя, Хлоя, — шепнул парень, отстранившись.       — И я тебя. Безумно сильно, — прошептала Хлоя в ответ, а потом вдруг принялась гладить его плечи. — Я не хотела говорить, что тебя ненавижу. И бить тебя тоже.       — Тебе просто было очень страшно, да? Я понимаю, — улыбнулся Натаниэль.       — У нас что, продолжение эмпатического слушания? — фыркнула Хлоя.       — Если хочешь, — пожал плечами Нат.       В этот момент в кабинет влетела Сабрина. Натаниэль смущённо кашлянул и отодвинулся от Хлои, на которую подруга тут же налетела с объятиями. Следом в класс вошёл Адриан, который тоже обнял девушку, а потом незаметно махнул Нату, предлагая присоединиться. Натаниэль обнял Хлою за талию, устраиваясь со свободной правой стороны, и чмокнул девушку в макушку.       Постепенно подоспели все однокурсники, и каждый присоединялся к объятиям. Так вокруг Хлои образовался целый круг подбадривающих, поддерживающих людей. И она в первый раз в жизни почувствовала себя действительно нужной.