Кря! или история одной героини. Утиные истории.

Задумчиво наблюдая за плавающими рыбками, Катя немного потеряла счет времени. Незаметно пролетели утро и обед, дело шло к вечеру. Утром после пробежки и разминки девушка совершенно не знала, чем себя занять в очередной выходной. Саша где-то гуляет со своим другом, папа на работе из-за очередного завала. Уроки она успела сделать ещё вечером в субботу после уроков, а вот воскресенье… У Ариадны, как и у остальных девчонок, какие-то планы. Очень странно ничем не заниматься, особенно после столь тяжелой учебы по будням… А телефон и телевизор уже порядком надоели. — Прогуляться что-ли?.. — отрешенно подумала Катя, наблюдая, как самцы переливающихся в аквариумном свете гупях в очередной раз затеяли охоту на самку. — Вот вроде и ничего делать не хочется, и хочется при этом что-то сделать, чтобы занять руки… Бессмыслица какая-то. Ну, пойду, прогуляюсь и в магазин зайду по пути. Ноябрь подходил к концу, и уже выпал первый снег. Смотря на окружающую её белоснежную красоту, хрупкость только легшего на землю, но не таявшего снега. Небо, заполненное серыми облаками, напоминало лоскутное одеяло, на котором периодически проступало пронзительно-голубое небо и немного тусклое солнце, столь редко выглядывающее из-за облаков в это время года. Катя в очередной раз восхищалась переменами природы. Она никогда не бывает одинаковой. Только выпадая из размеренного, бегущего куда-то темпа жизни, можно заметить отдельные моменты перемен. Вот, с неба падает очередная снежинка, только она отличается от остальных, и падает она тоже по-другому. Очередное облако в очередной раз, но всё же по-другому, закрыло солнце, просвечивающее сквозь водяную дымку в вышине. Вот прошелестел ветерок, который неожиданно снес часть снежинок на дорожке в сторону. А ведь ещё в начале октября была гроза. Грохотал гром, и лился дождь, следующий за ветром. Внезапно, Катя ощутила странность происходящего. Слишком тихо. В воскресенье вечером в парке тишь — довольно странное ощущение. Что-то, постоянно предостерегающее её в подсознании, молчало. Застывшее мгновение растянулось. Вокруг пусто, и ничто не могло угрожать девушке, из-за чего внезапно стало так легко. Постоянное предчувствие слишком давило своим существом, заставляя девушку постоянно ощущать какой-то животный страх на подсознательном уровне. А тут вдруг этого чувства нет… — Хорошо. — прошептала девушка. Внезапно, ей захотелось улететь подальше от многолюдного города, полетать вдоволь. Осторожность, будто невидимые цепи, сковывавшие её крылья, неожиданно отошла на задний план. Неосознанно расправив крылья, дававшие ей дополнительное тепло, Анатис сразу охватил лёгкий озноб. Не обратив на него ни малейшего внимания, девушку наполнило чувство какого-то веселья, осознания свободы. И она взлетела. Желудок, привычно ухнувший куда-то вниз, лишь прибавил к её восторгу немножечко адреналина. Поднявшись над деревьями, Катя осмотрелась. Снег покрыл лес легкими белоснежными шапками. Ветер стих, не тревожа кружащиеся в танце маленькие снежинки. Казалось, что она совершенно одна во всем мире. Держась на одном уровне, девушка звонко рассмеялась, открыв рот и высунув розовый язычок, аккуратно поймала тут же растаявшую снежинку и счастливо улыбнулась. Вообще, закон по отношению к использованию причуд не очень строг, всё же они являются частью людей, и это всё равно, что сказать человеку не использовать одну из рук. Потому на использование причуд детьми вообще смотрели сквозь пальцы, а взрослые вполне законно могли использовать причуду на работе, имея специальную лицензию. После событий, разгоревшихся в Японии чуть меньше двадцати лет тому назад, все страны крепко задумались о недостатках геройской системы. Причудная дискриминация в небольших городах и селениях, денежные вампиры, засевшие в верхушке, опыты над людьми ради познания природы причуд, и это только вершина айсберга. Правительство РФ, дабы избежать гражданской войны, ввело огромное количество поправок в законе. Гражданский, административный, уголовный и трудовой кодексы подверглись изменениям. Конечно, общество не сразу перестроилось, но за последнюю пятую часть века страсти поутихли, а за использование причуд почти не наказывали. Дискриминация уменьшилась, были созданы общины/кланы, которые принимали к себе пользователей похожих причуд. Эти кланы занимались разбором конфликтов между их членами, могли немного помочь финансово. Конечно, без борьбы за власть не обошлось, но герои, твердо поддерживающие нынешнее правительство, помогали осаживать особо зарвавшихся. Это также касалось и нынешних членов верхушки. Все друг друга держали под контролем, потому никто не выходил за рамки. Конечно же, остались недовольные, но тут уже ничего не поделаешь. Эта система не запрещала обычным её членам переходить из одной фракции в другую, ведь браки никто не отменял, а также то, что дети иногда рождались с совершенно непохожими причудами на родительские. Система сложная, с кучей нюансов, но, в итоге, с такой поддержкой человек не мог внезапно оказаться на отшибе общества. После этих поправок за использование причуды для работы, хоть как-то влияющей на жизнь других людей, но за исключением использования для совершения преступления, ничего тяжелее штрафа не грозило. Конечно, понятие злодеев не кануло в лету, но их всё же стало меньше. Уйдя в пике, девушка, упав почти до самых верхушек деревьев, резко ушла в сторону, заложив вираж, и снова набрала высоту. Летая туда-сюда и наслаждаясь моментом, девушка едва не свалилась от неожиданности, услышав, как её кто-то зовет. Не сразу поняв, откуда идет голос, Катя хотела шустро ретироваться, но знакомая птица, представшая перед девушкой, успокоила Катерину. Оук, пару раз моргнув, что-то ухнула и полетела вниз. Решив, что это приглашение, Катя последовала за совой. Та, не долетев до земли, приземлилась на ветку огромного дуба и посмотрела на сидящего там в окружении птиц парня, что кормил всю эту стаю воробьев, синиц, голубей и даже нескольких снегирей. — Привет, развлекаешься? — с немного загадочной, но понимающей улыбкой спросил Владимир. — Ты всё видел. — прошептала скорее для себя Катя, резко покраснев и закрыв лицо руками. Огромная волна смущения нахлынула на нее, вспоминая, что она вытворяла в воздухе. Вздохнув после нескольких секунд упреков себя любимой, девушка смущенно ответила. — Вроде того, а ты птичек кормишь? — Ага, я всегда сюда прихожу. В этой части парка почти не бывает людей, здесь тихо и спокойно. Птицы любят это место. Видимо, это и тебя касается. — под конец легонько усмехнулся он. — Видимо, да. — ответила девушка и, улыбнувшись, аккуратно перелетела на соседнюю ветку, чтобы не мешать птичкам ужинать. — Что называется, дело было вечером, делать было нечего… Вот и занесло меня сюда погулять. — Я тебя не просто так позвал. Когда увидел, что ты развлекаешься, не хотел тебе мешать, но одна синичка мне нашептала, что в эту сторону идут люди, а тебе нехорошо попадать в неприятности из-за случайных видео. — Ох, спасибо. Ты меня спас. — улыбнулась Катя. — Ничего такого… — уже Влад немного смутился. — А как зовут всех этих птичек? — перевела неловкую тему Катя. — Ну, Оук ты уже знаешь. Птиц много, потому имена я даю только тем, с кем постоянно работаю. Видишь ли, с некоторыми птицами я заключил что-то вроде контракта. Я их кормлю, помогаю с их птичьими проблемами. — издал смешок Влад.- А они в ответ помогают мне стать героем. Я всё же стараюсь не подвергать их опасности, даже случайных птичек. Оук — моя вторая птица. Я нашел её ещё птенцом в зоопарке, у нее дефект лапки. — указал он на совиную лапку, у которой не хватало одного пальца. — К тому же, она постоянно из-за чего-то кричала, не давая покоя ни своей семье, ни другим птицам. Из-за этого, как потом мне рассказал один из работников, её семья выкидывала из гнезда. Язык животных — не очень распространенная причуда, потому никто из сотрудников не понимал, что с ней происходит. Её хотели куда-нибудь отдать, тут я её и увидел. Поговорив с Оук, я узнал, что она просто очень общительная девочка и очень волнуется, когда никто рядом не хочет слушать её болтовню. Хех. — оба человека с улыбкой посмотрели на приосанившуюся птицу. — К тому же ей совершенно не нравятся мыши, она их боится. — Пфф. — не выдержала Катя и рассмеялась. — Ахаха. Кто бы мог подумать, сова боится мышей… — всё это время она старательно отводила взгляд от угрожающе нахохлившейся птицы. — Ладно, прости-прости. — Вот мне и отдали это маленькое, ещё пушистое чудо. Ну, и родители-зоологи помогли. — Ясно, но ты сказал, что это твоя вторая птица, а где же первая? — задумчиво спросила Анатис. — А, да, первый — это ворон Рокот. Когда он недоволен, его сдержанное карканье напоминает мне гром. — улыбнулся парень. — Сейчас он живет у родителей под Москвой. Он уже старенький, предпочитает сидеть в своем гнезде. Я же живу у тети, от неё намного ближе добираться до академии. У неё нет детей, потому она была только за такой вариант. — Вот оно как. — задумчиво сказала Катя. — Ну, раз уж речь зашла про академию, если ты не против, расскажешь, почему захотел стать героем? Ведь сейчас есть множество других хороших профессий. После Японского Инцидента общество не строится на одних героях. Конечно, они важная часть открытых силовых структур, но всё же. — Ммм, как бы объяснить. - задумался Влад. - Секретного в моей причине ничего нет. Ещё лет десять назад, когда у меня только раскрылся дар понимания и разговора с птицами, я хотел стать зоологом, как и мои родители. Но однажды я увидел, как соседские хулиганы кидались камнями в вороненка. Я очень испугался, ведь парни были лет на пять старше меня. Обитает моя семья в поселке под Москвой, не крупном, но в нем проживал один герой на пенсии. Немножко сумасшедший, постоянно опасающийся чего-то, но всё равно старающийся помогать другим. Я слышал плач испуганного вороненка, но боялся ему помочь. Сам боялся, но все равно позвал того деда, живущего неподалеку. Когда дед отогнал хулиганов и спас птенца, я в тот момент был в смешанных чувствах, но всё равно подошел и поблагодарил героя. Как сейчас помню, он мне тогда сказал. — Молодец, внучок. Ты все правильно сделал. Если ты понимаешь, что не можешь справиться сам, ты не стал стоять в стороне, а позвал на помощь. Именно ты настоящий герой для этого вороненка. После этого инцидента я стал иногда заходить к старику в гости вместе с оставшимся у меня вороненком Рокотом. Но когда к нам в поселок занесло бежавшего из тюрьмы преступника, взявшего в заложники мою маму, дед обезвредил злодея. Но в итоге его сердце не выдержало, и он скончался, как только преследовавшие злодея герои подоспели на помощь. Для меня он был настоящим героем, и я решил, что продолжу его дело. — под конец рассказа затуманенные нахлынувшими немного уже подзабытыми воспоминаниями глаза встретились с глазами Кати. — Вот оно как. — прошептала Катя. — Сочувствую твоей утрате… — немного осипшим голосом, но уже громче произнесла Катя. — Знаешь, Влад. Я никому этого не рассказывала, но в далеком детстве меня спас герой из пожара. Я помню, как мне было страшно, а его успокаивающий голос обволакивал в спасительную уверенность, что меня спасут. После того инцидента моя мама потеряла крылья, спасая моего брата, а спустя пять лет она погибла. Дело так и не раскрыли. Потому я хочу стать героем, спасать утопающих в страхе и безнадежности, и не допускать смертей. — Вот оно что. — тихо ответил ей Влад. — Значит, у нас с тобой похожие цели. — грустно улыбнулся парень. — Ага, — так же грустно улыбнулась Катя. — Ты не против объединить усилия? — вдруг спросил Владимир. — Работая в команде у героев будет больше шансов на спасение нуждающихся людей, чем если бы герои работали в одиночку. — Я только за. Можем устроить птичье агентство. — подмигнула Катя. И только сейчас заметила, что птицы вокруг внимательно и молча слушали их. — Птички? Вы чего? Хотите к нам в птичье агентство? — в ответ раздалось уханье Оук, а следом и все птички, примостившиеся на ветвях дуба, заголосили. Владимир важно кивал в ответ птицам. — Они все только за. — ответил он ничего не понимающей Кате. — За присоединение к нашему агентству. У нас будет своя информационная сеть по всему городу. Я не очень хорош в сражениях, но вот нахождение инфы оставьте на моих подручных пташек. — и звонко рассмеялся со своей немножко пафосной речи. Катя тоже улыбнулась. — Тогда я начальник штурмового отряда. — ответила она. — Договорились. — с улыбкой подтвердил Владимир. — Бёрдкинг и Анатис в деле!